16 июля 2021 в 11:00
Источник: Полина Шумицкая. Фото: Анна Иванова
Спецпроект

3D-художник: «Зарабатывать $4000 в Минске — это реально, но для очень узкого круга специалистов»

Кого мы можем назвать героем нынешнего времени — программиста, человека из продакшен-студии, может быть, главу хедж-фонда? А как насчет умелых рук и мастерства более основательного, укорененного, понятного? Затертые в СССР клише «рабочий» и «пролетарий», кроме всего прочего, исказили нашу оптику: на людей ручного труда мы смотрим то ли со святым обожествлением, что уводит от реальности, то ли сверху вниз, со снобским выпячиванием губы́: «Фи, работяга». Onliner вместе с проектом «Занятость, профессиональное образование и обучение в Беларуси» — при поддержке Европейского союза — продолжает серию статей под названием «Что у тебя на рабочем месте?». Мы хотим показать профессионалов своего дела — строителей, электроников, озеленителей, столяров, парикмахеров — настоящими. Чем они живут, почему выбирают именно это, сколько зарабатывают, как относятся к ремеслу, что думают о «судьбах родины»… Если у вас за плечами колледж или лицей и вы хотите рассказать свою историю, пишите на psh@onliner.by.

На первый взгляд, история 24-летней Марины Бич — это стандартная, даже в чем-то банальная история талантливой студентки-айтишницы: колледж электроники, призовое место в престижном Worldskills, БГУИР, страсть к 3D-моделированию, работа преподавателем в IT-школе… Но есть одна «ма-а-аленькая деталюшечка»: Марина не слышит с рождения. И в этом безумном марафоне жизни, чтобы быть наравне со своими ровесниками, ей каждый раз приходится начинать на сто шагов позади линии старта.


— Отсутствие звука — это часть вашей жизни с самого рождения?

— Да. Я родилась у родителей с нарушением слуха и не слышу с самого рождения. Поэтому ходила в специальный детский сад. А училась в интегрированной школе №91 имени Хосе Марти в Минске. Там есть отдельные классы для обычных детей и для слабослышащих. У кого-то из ребят была большая потеря слуха, как у меня, у других — частичная. Программа такая же, как в любой другой школе. Разве что класс маленький — всего пять человек. Учителя вели уроки в обычном режиме: объясняли голосом, а не жестовым языком, чтобы мы развивали свою речь, грамотно разговаривали, читали по губам и могли общаться с другими ребятами. В итоге я довольно неплохо читаю по губам — если собеседник не слишком быстро тараторит, конечно (улыбается. — Прим. Onliner). Хотя без слухового аппарата я не слышу вообще. На самом деле аппарат не заменяет слух на 100%, лишь помогает ориентироваться в мире звуков.

— Почему Минский государственный колледж электроники? Много ли вообще вариантов образования для людей с нарушением слуха? 

— Хороший вопрос. Правда заключается в том, что для людей с нарушением слуха не так уж и много вариантов. Очень сложно найти интересные профессии. Обычно предлагают какие-то однотипные скучные рабочие специальности самой низкой квалификации…

Я выбрала Минский государственный колледж электроники, ведь он напрямую связан с тем, что люблю, — компьютерами. Первая моя специальность — «оператор ЭВМ», вторая — «техник-программист». В колледж, кстати, вместе со мной пошли еще трое одноклассников. Одна наша девочка поступила в БНТУ, а еще один наш парень — на повара.

Отучившись три с половиной года в колледже, я поступила на заочное в БГУИР — специальность «программное обеспечение информационных технологий».

— Чем отличается образование в колледже от БГУИРа?

— Сложно сравнивать учебу на дневном отделении и заочном. Университет дает дисциплины более развернуто и углубленно. А в колледже мы изучали профессию с самых азов: создавали сайты, веб-разработки; работали в базовых программах — Excel и Word, изучали бухгалтерский учет в 1С; смотрели, из чего состоит компьютер внутри, как можно его собрать или переустановить; проходили историю программирования от единиц и нулей до современных кодов; создавали программы на VisualStudio, Delphi, C++ Builder. Во время учебы я дважды стала лауреатом Президентского фонда.

Важный момент: в колледже работают несколько сурдопереводчиков, они помогают преподавателям передавать знания через жестовую речь. Нашу группу, например, выпустила прекрасный переводчик Ирина Потапчик.

В БГУИРе я учусь на сокращенной форме обучения, осталось полтора года из трех с половиной. «Заочка» — это только три недели раз в полгода, когда ты ходишь на сессию, слушаешь лекции и сдаешь зачеты. А все остальное время — учишься сам. Здесь больше самостоятельности. Можно переписываться с преподавателем дистанционно. Мне присылают задания, я их выполняю и высылаю обратно. В этом существенное отличие университета. Ведь в БГУИРе я попала в обычную группу, учусь с ребятами без нарушения слуха. Специального сопровождения или переводчика жестового языка нет. Порой приходится сложно. Все преподаватели говорят по-разному, у некоторых своеобразная артикуляция, и на лекциях я не всегда успеваю читать по губам. Поэтому больше контактирую с одногруппниками, спрашиваю, что и как делать. Дома сама разбираюсь в материале. Успешно сдала сессию. А что делать? (Улыбается. — Прим. Onliner.) В пандемию сложно из-за масок: я не вижу губ преподавателей на занятиях, но они всегда могут что-нибудь написать на доске или как-то еще объяснить. Я не первый человек с ограничением слуха в БГУИРе. Наш колледж уже давно сотрудничает с университетом, так что преподаватели привыкли к необычным студентам.

— Говорить «глухой» — это оk? Может быть, «человек с нарушением слуха» — это более уважительно?

— «Глухой» — это нормально. Хотя сейчас, да, чаще говорят «человек с нарушением слуха». До сих пор применяется термин «глухонемой» — это действительно неприятно. Да и фактически неверно. Почему человека, у которого нет слуха, автоматически считают немым? Иногда глухие люди боятся общаться с обычными людьми: считают, что их речь будет не очень приятна, ведь не все звуки правильно проговариваются, голос искажен. Стыдятся, что осудят за «безграмотность». Психологически проще написать что-то в мессенджере. А некоторые глухие или слабослышащие говорят очень хорошо, всего лишь с акцентом — можно подумать, что перед вами иностранец. В конце концов, все мы разные…

У глухих есть свой мир, в котором они живут, и свой жестовый язык, одинаковый в Беларуси, России, Украине, Казахстане, Молдове.

Увы, хотя наше общество и медицина развиваются, процент глухих людей не стал меньше. Ребенок может родиться абсолютно здоровым, но из-за банального отита лишиться слуха.

— Участие в Worldskills Belarus 2018 — это было важно? 

— Конечно! Любой конкурс — это возможность показать себя и получить опыт. В Worldskills-2018 я занималась веб-дизайном и разработкой, тогда в конкурсе еще не было 3D-моделирования. Мы делали сайты на скорость. Важный момент: это был первый раз, когда глухие студенты участвовали в Worldskills. Наш десант из шести человек (улыбается. — Прим. Onliner). А во время перерывов я, конечно, ходила и смотрела, что делают в других компетенциях. Было очень интересно.

— Что у вас, преподавателя IT-школы, на рабочем месте?

— Компьютер, графический планшет и проектор. Из программ — Zbrush, 3ds Max, Maya, Substance Painter, Photoshop. Я объясняю своим студентам — ребятам с нарушением слуха — порядок действий: как создавать 3D-объект, в какой программе рисовать, как скульптурировать и т. д. Вообще, прийти на мои занятия может человек в любом возрасте и с любым бэкграундом — от школьника до пенсионера, если он захочет обучаться 3D-моделированию. В первой моей группе, например, больше студентов и молодых специалистов, во второй — школьников. Занятия два раза в неделю на протяжении шести месяцев. Для людей с нарушением слуха — бесплатно.

— Хороший 3D-художник (3D-моделлер) в Минске может зарабатывать $4000?

— Думаю, это реально, но касается очень маленького круга узких специалистов. Все зависит от опыта, уровня подготовки и щедрости заказчика. Джун в 3D, как и любом другом направлении IT, зарабатывает от $300. Мидл — от $700. Про сеньора точно сказать не могу, тут нужно у знающих людей спрашивать. Наверное, от $1500, если опыт работы не меньше пяти лет. Кстати, 3D-художник и 3D-моделлер — это, по сути, одно и то же. В английском принято называть эту профессию 3D artist.

Мой единственный источник дохода пока что — это работа преподавателем в Myfreedom.

— Почему вы не идете моделить в частную IT-компанию?

— Я планирую. Хочу связать жизнь с 3D, стать моделлером, развиваться в этом.

— Если честно, работодатели избегают людей с нарушением слуха?

— Мое мнение: на любую работу боятся брать людей с нарушением слуха. Но если у человека есть опыт и хорошее портфолио — уже проще. Вместе с ребятами с курса мы ходили на экскурсию в частную IT-компанию, я заинтересовалась работой. «Вы бы взяли на работу глухого человека?» — спросила я. «Да, если вы сделаете лучше, чем ребята, которые здесь работают», — был ответ. Так что все возможно.

— Куда сейчас движется 3D-индустрия?

— Многое зависит от заказчика и проекта. Все направления 3D развиваются очень интенсивно. Работа 3D artist нужна и в мобильных приложениях, и в геймдеве, и даже в кино.


А теперь — блиц. Пять несерьезных вопросов специалисту в 3D-моделировании и ответы на них в карточках.


Получить специальность «оператор ЭВМ» можно в нескольких учебных заведениях, в том числе:

Прием документов начался 15 июня, а закончится 20 августа. Узнать подробности можно, позвонив на горячую линию Министерства образования: (8 017) 222-43-12.


Возможно, уже сегодня, идя по улице, вы посмотрите на один из рекламных бордов и подумаете: я, кажется, знаю это лицо. Да, прямо сейчас стартовала рекламная кампания о профессиональном образовании. И наша героиня Марина — среди ее лиц. Все, кого вы увидите на плакатах, — это не модели, а участники республиканских и международных конкурсов среди молодых профессионалов WorldSkills International. Юные, красивые, умные и амбициозные, они ломают стереотипы о том, что такое профессиональное образование в современном мире.

Борды изготовлены в рамках проекта «Занятость, профессиональное образование и обучение в Беларуси» в партнерстве с Республиканским институтом профессионального образования и при финансировании Европейского союза.

Содержание данного текста является предметом ответственности героя публикации и не отражает точку зрения Европейского союза.

Читайте также:

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Источник: Полина Шумицкая. Фото: Анна Иванова
Без комментариев