18 мая 2021 в 11:00
Источник: Полина Шумицкая. Фото: Анна Иванова
Спецпроект

Резчик по дереву из Мира: «В нашем поселке хороший мастер минимум 900 рублей получает»

Кого мы можем назвать героем нынешнего времени — программиста, человека из продакшен-студии, может быть, главу хедж-фонда? А как насчет умелых рук и мастерства более основательного, укорененного, понятного? Затертые в СССР клише «рабочий» и «пролетарий», кроме всего прочего, исказили нашу оптику: на людей ручного труда мы смотрим то ли со святым обожествлением, что уводит от реальности, то ли сверху вниз, со снобским выпячиванием губы́: «Фи, работяга». Onliner вместе с проектом «Занятость, профессиональное образование и обучение в Беларуси» — при поддержке Европейского союза — продолжает серию статей под названием «Что у тебя на рабочем месте?». Мы хотим показать профессионалов своего дела — строителей, фрезеровщиков, железнодорожников, столяров, зоотехников — настоящими. Чем они живут, почему выбирают именно это, сколько зарабатывают, как относятся к ремеслу, что думают о «судьбах родины»… Если у вас за плечами профессионально-техническое или среднее специальное образование и вы хотите рассказать свою увлекательную историю, пишите на psh@onliner.by.

В свой 21 год Евгений Черник уже преподает и называет учеников по-отечески — «дети». Выпускник Мирского государственного художественного профессионально-технического колледжа, победитель WorldSkills Belarus 2020 в «Производстве мебели», он всей душой болеет за искусство, которое в нашей стране медленно уходит — резьбу по дереву. Onliner поговорил с Женей о том, как заработать мебельщику, почему дуб лучше ДСП и могут ли станки заменить человека.

— Итак, почему именно работа с деревом?

— Это началось еще с детства. Говорят, мои деды были умелыми плотниками, сами дома поставили. В пятом классе я попал к толковому трудовику — и пошло-поехало. Уже в седьмом классе точно знал, что поступлю в Мир и буду резчиком по дереву.

— Что дал тебе колледж?

— Сам я родом из Дзержинска. Но резьбе по дереву в Минске нигде не учат. Одни плотники, а это мастерство более грубое. Резчики остались только здесь, в Витебске и Кобрине, насколько я знаю. Так что колледж дал мне любимую профессию.

Я поступил в Мирский государственный художественный профессионально-технический колледж после девятого класса и отучился по специальностям «резчик по дереву и бересте»,  «штукатур», «художник росписи по дереву». Здесь я нашел своего Мастера, вот прямо так и пишите, с большой буквы, — Ивана Ивановича Лесько. Отучился у него платно на «столяра-станочника» (это уже уровень профессионально-технического образования) — и готово. Все вместе это заняло пять лет. Безвылазно сидел в мастерской, до восьми вечера, пока одногруппники гуляли да балдели. После выпуска остался здесь работать мастером.

В Мирский колледж приезжают ребята из разных городов. У меня в группе вообще парень из Томска (Западная Сибирь. — Прим. Onliner) учился. Есть дети из Барановичей, Лиды, Гомеля, Минска, Дзержинска… В группе резчиков, которую набрали в этом году, 11 парней и 14 девушек. Так что я бы не сказал, что это чисто мужская профессия (улыбается. — Прим. Onliner).

Колледж дает базовые знания, чтобы человек понимал, что такое «строгать», «пилить». А дальше каждый сам развивается. Если хочет, конечно. Не все 100% учеников пойдут резчиками по дереву. Эта профессия, к сожалению, уходит. На заводах людей заменяют станками. А ведь самое ценное в моей профессии — это ручной труд.

— У дерева есть душа?

— Скорее всего, да. Заходишь в мастерскую — и сразу чувствуешь, сосной пахнет или дубом. Каждый кусок древесины неповторим. Распустишь долю, разделишь, и, казалось бы, должны получиться две одинаковые зеркальные детали. Но они все равно будут разными. В этом и проявляется душа.

— Что такое «мебель из массива» и почему она в каждой рекламе?

— Это мебель из цельного дерева. Массив очень дорого стоит. Сложно качественный лес найти. Хороший лес стоит хорошего бабла. Все, конечно, зависит от заказчика. Один захочет дверь из сосны, другой — из ясеня, и ценник сразу взлетит. В Беларуси самые дорогие породы древесины — это, пожалуй, бук, граб и дуб. Особенно мореный дуб, который вымачивался в Немане сотни лет. Чем темнее это дерево, тем выше ценится.

А сегодня все заменяет ДСП. Картон, грубо говоря. Возьмем обычные двери. Раньше, по старинке их делали из цельного дерева, а сейчас они пустотелые: внутрь ставятся специальные соты, и при желании такую дверь можно пробить кулаком. Но древесно-стружечные плиты гораздо дешевле, потому и стали более популярными.

— Почему пошел преподавать в колледж, а не устроился в частную мебельную компанию?

— Все почему-то спрашивают (улыбается. — Прим. Onliner). А у меня нет ответа. Захотелось остаться — и все тут. Смогу еще раз поехать на конкурс WorldSkills, на этот раз в Шанхай. Но конкурс — это даже не самое важное. У меня есть ученики и возможность практиковать мастерство — вот что имеет значение. И потом, никто не отменял три года обязательной отработки.

— Что у тебя на рабочем месте?

— Японские пилы, они отличаются по форме зуба от наших, европейских. Рубанок, который помогает задать форму шероховатому куску древесины, сделать его гладким. Еще — рейсмус, угольник, линейки, стамески. Ну и сам верстак, куда без него.

Хорошие инструменты — это, конечно, недешево. Один только английский рубанок купить — меньше 500 рублей не выйдет. Самая дешевая японская пила — 90 рублей… Я, например, был на стажировке в Финляндии. В их колледжах, конечно, оборудование покруче. Здесь у нас станки стоят с одной кнопкой — «включить» и «выключить», а там — цифровое табло: я нажал «упор 20», оно мне и выставило упор. В Европе все оцифровано, нет лишних крутящихся маховиков.

Но мне, если честно, все равно, каким инструментом работать. Хоть топором тесать. На любом станке можно пилить и строгать, если умеешь. Когда научился на «гробу», на нормальном оборудовании сделаешь все что хочешь. В школе, когда к олимпиадам готовились, станками пользоваться было нельзя. Отсюда и пошли рубанки. Среди восьми участников национального конкурса WorldSkills Belarus я был единственным, кто пользовался рубанком. Я без него не могу. Нужно ножку построгать, а руками это быстрее, чем делать шаблоны, фрезеровать… После рубанка шлифовать почти не нужно, все блестит, потер мелкой наждачкой — и готово. Поэтому мне ближе ручной инструмент.

— Сколько может зарабатывать хороший мебельщик в Мире?

— Сам по себе столяр или резчик сегодня не очень-то ценятся. Нужно уметь управлять станками, хотя бы самыми простыми, я не говорю о числовом программном управлении (ЧПУ). Столяр-станочник минимум 900 рублей получает, все зависит от фирмы…

Мои одногруппники и одногруппницы устроились по-разному: кто на стройке, кто на пилораме, кто на реставрациях, кто в колледж преподавать пошел, многие — в армии… Здесь городской поселок, особо ничего нет. Магазины, ферма да больница. Мир живет за счет замка, он кормит поселок, ради него приезжают туристы. Да и наш колледж открыли в 1988 году именно с этой целью — чтобы готовить реставраторов для Мирского замка. Первые группы работали там. Мы же, считай, на одной территории, нас разделяет только забор и шлагбаум.

— Что дальше, какие перспективы? Кем видишь себя в будущем? 

— Пока что в колледже нужно отработать. А в будущем… Хотелось бы свою мастерскую и частный дом. Свое дело. Захотелось пилить — пошел и пилишь, не захотелось — чай пьешь (смеется. — Прим. Onliner). А получать высшее образование я не стану. Считаю, свое уже отучился. Практика в столярном деле и резьбе важней теории.

— Есть ли сегодня какой-то смысл делить людей на тех, кто получил высшее образование, и тех, кто выбрал рабочую профессию?

— Нет никакого смысла. Есть люди с высшим образованием — и дуб дубом. Точнее говоря, сосна сосной (смеется. — Прим. Onliner). Да хоть бы и два высших образования — это не делает человека умным. Человечность не зависит от разрядов, квалификаций или документов. Я знаю столяра, который шикарно делает мебель. Никакого образования нет, ни одной корочки, а талант от бога.


А теперь — блиц. Пять несерьезных вопросов столяру и ответы на них в карточках.


Получить специальность «резчик по дереву и бересте» или «станочник деревообрабатывающих станков» можно в нескольких учебных заведениях:


Проект «Занятость, профессиональное образование и обучение в Беларуси» направлен на адаптацию системы профессионального образования в Беларуси под потребности современного рынка труда. Проект финансируется Европейским союзом и на протяжении трех лет совместно с Министерством образования и Министерством труда работает над повышением качества профессионального образования Беларуси, развивает сеть ресурсных центров в учреждениях профессионально-технического и среднего специального образования, готовит педагогов и специалистов для внедрения новых технологий в обучение и создания инклюзивной среды в колледжах и лицеях.

Содержание данного текста является предметом ответственности героя публикации и не отражает точку зрения Европейского союза.

Читайте также:

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Источник: Полина Шумицкая. Фото: Анна Иванова
Без комментариев