Бывший замминистра о полученных взятках: «Все деньги потратил на лечение, ушло около $14 тысяч»

658
11 января 2019 в 21:07
Источник: Александр Владыко, Настасья Занько. Фото: Максим Малиновский

Бывший замминистра о полученных взятках: «Все деньги потратил на лечение, ушло около $14 тысяч»

Это самое громкое дело врачей в истории Беларуси. Все — о взятках и коррупции при поставках медоборудования и медпрепаратов по завышенным ценам. Точное количество специалистов, находящихся под следствием, даже не озвучивалось. По словам Лукашенко, их более 100 человек, а также речь идет о 10 млн долларов, фигурирующих в этих делах. Сегодня в Минском городском суде началось разбирательство по уголовному делу в отношении главного в этой иерархии (по крайней мере, с кадровой точки зрения) — бывшего замминистра здравоохранения Беларуси Игоря Лосицкого.

Его обвиняют в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 430 УК. В рамках этого же процесса обвиняют и главного врача 12-й городской клинической стоматологической поликлиники Владимира Кравченка, который летом сам пришел с повинной и полностью сотрудничал со следствием.

Игорь Лосицкий сильно отличается от себя же на фотографиях во время госслужбы. За решеткой сидит сильно похудевший человек в спортивном костюме с гербом на груди.

Игорь Лосицкий

Для начала гособвинитель Юрий Шерснев зачитывает текст Владимиру Кравченку, который был главным врачом 12-й стоматологический поликлиники в Минске:

— Кравченок входил в состав Комитета по здравоохранению Мингорисполкома, который занимался в том числе подготовкой закупок медтехники. Грубо пренебрегая правилами против коррупции при исполнении служебных обязанностей, с 2013-го по 2018-й совершил ряд преступлений против интересов службы.

Так, в 2013 году умышленно и из корыстной заинтересованности купил за деньги поликлиники томограф и другую сложную технику с получением вознаграждения от продавца $10 тыс.

Потом в 2016 году повторно принял от другой организации не менее 600 рублей за то же самое — медицинские изделия. Еще $600. Потом 300 рублей. Самый большой разовый откат случился в 2017 году — €15 тыс. Последний эпизод произошел уже за несколько месяцев до задержания — в апреле 2018 года.

Владимир Кравченок

Теперь о Лосицком, который стал замминистра в 2013 году и с тех пор до момента задержания летом прошлого года контролировал материально-техническую базу отрасли.

— В августе 2015 года напротив ресторана «Раковский бровар» принял $1,5 тыс. за благоприятное решение вопросов, входящих в его компетенцию, — начинает перечислять эпизоды Юрий Шерснев. — Он же 2 февраля 2016 года на стоянке возле «Алми» за допуск незарегистрированных медицинских изделий (тренажеры) к процедурам закупки получил $10 тыс. И через полтора года еще €10 тыс. от той же компании.

28 сентября 2016 года на стоянке возле Минздрава Лосицкий принял от Кравченка $2 тыс. За это 12-я поликлиника Кравченка стала базой для клинических испытания некоторого вида медоборудования.

Собственно, это все. Ни о каких сотнях тысяч рублей, долларов и евро речи не ведется.

Кравченок полностью признает свою вину. Лосицкий тоже.

Суд переходит к допросу обвиняемых. Первым к трибуне походит Владимир Кравченок.

Мы создавали лучшую стоматологическую поликлинику в Беларуси

— Мой стаж в стоматологии более 40 лет, — говорит он. — С августа 2005 года я занимал должность главного врача 12-й поликлиники. Хотел создать лучшую поликлинику в Беларуси, чтобы уровень лечения соответствовал мировым стандартам. Мы провели реконструкцию и постоянно перевыполняли планы по зарабатыванию денег, поэтому оборудование покупали за внебюджетные средства. Денег хватало.

Учитывая высокое качество, к нам обращались не только белорусы, но и иностранцы. Среди коллег мы являлись лидером по экспорту услуг. Речь о деньгах в суммах более $1 млн. Благодаря этому мы имели возможность платить зарплату выше, оформляли медицинские страховки для сотрудников и так далее.

В 2011 году мы решили купить томограф для правильной диагностики и составления эффективного плана лечения. Начали изучать вопрос. Поскольку покупать его собирались за деньги, заработанные поликлиникой, я поручил провести анализ предложений и определиться с выбором. Эта работа заняла два года.

Самым современным оказался финский томограф. Уже на старте я понимал суммы и встретился с продавцом, изъявив желание купить именно их модель. Продавец пообещал мне вознаграждение, но первой моей целью была покупка качественного томографа.

Поликлиника произвела оплату, оборудование было установлено. После этого продавец в своем офисе передал мне $10 тыс. Я преследовал цель купить качественное оборудование и повысить уровень оказания помощи. Примерно по той же схеме состоялось и получение €15 тыс.

Я все понимал. Это было личное пожелание продавцов, но я не смог устоять перед соблазном. Весь доход, полученный преступным путем, я возместил в полном объеме.

«Я поднялся к себе в кабинет, там открыл конверт и увидел €15 тыс. Конверт положил во внутренний карман куртки»

После перерыва судья уточняет информацию по встрече Ладутько из «Геол М» и Владимира Кравченка, каким образом предлагались эти $10 тыс.

— Вы ставили задачи своим подчиненным при подготовке задания контактировать с этой фирмой и какие контакты ваши сотрудники осуществляли с «Геол М» и Ладутько? — уточнил судья.

— Моя задача была купить самое лучшее оборудование, искренне говорю, моя задача была — приобрести оборудование, а не получить вознаграждение. Но соблазн велик, — отмечает Кравченок.

— Конкретное оборудование или оборудование, поставляемое компанией «Геол М»? — уточнил прокурор Юрий Шерснев.

— Конкретное оборудование, — отметил Кравченок.

Кравченок говорит, что никаких специальных технических характеристик в техзадании по закупке специально для «Геол М» не делал. Мог только высказать свое мнение. Говорит, что изучал рынок, что как практикующий врач-стоматолог находил оборудование компании «Геол М» лучшим.

— Мое нарушение только в том, что сказал Ладутьке о том, что хотел закупать оборудование, — отметил он.

Кравченок отмечает, что теххарактеристики оборудования и остальные параметры были одинаковы у всех компаний, участвующих в тендере. У «Геол М», по его словам, была ниже цена.

Кравченок рассказывает, как получил €15 тыс. от директора «Геол М» Ладутько в 2017 году:

— Ладутько позвонил и сказал, что подъедет на стоянку, я подошел сел на переднее пассажирское сиденье. Мы поговорили о погоде, он показал на карман двери, в нем лежал конверт. Директор сказал: «Заберите, это ваше». Я забрал конверт и ушел на рабочее место. Понял, что это вознаграждение за сделку. Я поднялся к себе в кабинет, там открыл конверт и увидел €15 тыс. Конверт положил во внутренний карман куртки.

По словам Кравченка, эти деньги он потратил, в том числе оплатил обучение младшей дочки, которая платно учится в БГМУ.

— Мы с женой отдыхали в санатории «Сосны», потом поехали во Францию, — отметил Кравченок. Также добавил, что $300 тратил на конгресс в Барселоне.

Другие эпизоды (а их насчитывается минимум 10) были не такие масштабные. Владимир Кравченок говорит о суммах в 300—400 рублей, коньяке в пакете и так далее. Деньги обычно ему передавали где-то в кафе за чашкой чая и так далее.

— Плюс у меня имеются престарелые родители, отцу 85 лет, он инвалид 2-й группы, матери 83 года, им требуется помощь, до этого я являлся опорой им как медицинской, так и человеческой, — сказал он. Также он перечислил свои награды: это медаль за трудовые заслуги, грамота Национального собрания РБ, грамоты Мингорисполкома и администраций районов Минска и так далее.

— Ваше отношение к обвинению? — задала вопрос адвокат Кравченка.

— Вину признаю полностью и искренне и глубоко раскаиваюсь, что совершил все то, чего не должен был совершать. Доход, полученный преступным путем, возмещен в полном объеме, — отметил он.

«У нас лаборатории работали во многом вручную с устаревшим оборудованием, а это было прорывное оборудование»

С 15:00 показания начал давать Лосицкий. В должности заместителя министра он был с 4 марта 2013 года.

Первый год курировал вопросы, связанные с экономическими вопросами Минздрава, вопросы с обеспеченностью медпрепататами и так далее. В 2014 году обязанности его изменились, он в том числе стал курировать закупки в УП «Медтехника», центр экспертиз и испытаний в части регистраций медтехники, изделий медназначения, управление лицензирования, строительство в здравоохранении и так далее.

Он был председателем конкурсной комиссии «Белмедтехники» (как раз той компании, в которой у руководителя в гараже обнаружили $650 тыс.) и периодически председателем других конкурсных комиссий.

— При рассмотрении вопросов моя роль была организационной, все решения комиссий принимались открытым голосований, при равенстве голосов мой голос как председателя был решающим, — отметил Лосицкий. Прокурор просит рассказать о его обязанностях и уточняет, доводилась ли до него антикоррупционная профилактика. Он объясняет, что все беседы проводились под подпись и он знал.

Лосицкий объясняет, что в 2015 году в системе здравоохранения страны существовала система спонсорской помощи в лабораторных исследованиях.

— Мы выехали на проверки, это было в июле, не всегда спонсорская помощь принимается безвозмездно, спонсор указывал свои условия по закупке расходников для оборудования, — отмечает Лосицкий. — Мы разослали письма в августе 2015 года о том, что вся спонсорская помощь должна согласовываться с Минздравом.

— В промежуток между 17 и 31 августа ко мне пришел Михаил Гохман (руководитель компании по продаже лабораторного оборудования «Белреас»), предложил выбрать день, когда мы встретимся. Он в эти дни набрал, заехал в ресторан «Раковский бровар», обедали на открытой площадке. Гохман мне усиленно рассказывал, как удобно использовать автоматизированные анализаторы, которые они продавали.

У нас лаборатории работали во многом вручную с устаревшим оборудованием. Это на тот момент было прорывное оборудование. Он предложил из-за ограничений, из-за того, что комиссия будет рассматривать, попросил содействия в разрешении об оказании спонсорской помощи компаниями ЛТЕ и «Белреас». Все фирмы, а не только эти, но и сами учреждения обращались с просьбами получить спонсорскую помощь по лабораторному оборудованию. Большого труда оказывать это содействие не составляло, и оно проходило практически автоматически.

Гохман предложил подвезти, Лосицкий сел в машину, и тот дал ему каталог, где между страницами уже лежал конверт.

— Я понял, что эти деньги для положительного решения вопросов о спонсорской помощи, чтобы в будущем я оказывал содействие в оказании спонсорской помощи, чтобы отсутствовали препятствия к этому, — объяснил Лосицкий. — Я подошел к своей машине, конверт оставил в машине, а пустой каталог отнес к себе в кабинет.

Уже дома я увидел, что в конверте $1,5 тыс. купюрами по $100. Деньги я использовал на мое лечение, когда я заболел некрозом головки тазобедренного сустава правого. На лечение ушло много денег: порядка $14 тыс.

Лосицкий уточняет, что оказывать какое-то содействие не составляло труда: подобные согласования на тот момент выдавались сотнями.

— Министр (на то время это был Василий Жарко, который потом стал вице-премьером. — Прим. Onliner) давал указание брать всю спонсорскую помощь, чтобы оснастить поликлиники, — подчеркнул бывший заместитель.

— Какие действия, которые идут вразрез с вашими служебными обязанностями, вы совершали? — спросил прокурор.

— Абсолютно никаких, — ответил Лосицкий.

— Я так понимаю, вы выполнили свою функцию, те действия, которые входили в вашу компетенцию? — снова уточнил прокурор.

— Так точно, не нарушая ни актов, изданных Министерством здравоохранения, ни актов, которыми руководствовался в центре испытаний, ни приказов — ничего.

Лосицкий отмечает, что Михаил Гохман в последующем переехал на ПМЖ в США и больше они не встречались.

— В итоге он сказал спасибо, поблагодарил вас как-то? — снова задал вопрос прокурор.

— Нет, он уехал, и больше никаких встреч лично с ним не было (...). В министерство он приходил часто, у него была своя мания показывать себя на костылях.

Лосицкий также уточнил, что никто не был в курсе того, что он брал взятку: ни родные, ни друзья, ни коллеги.

«При пересчете оказалось, что там $10 тыс. купюрами по $100. Эти деньги я тоже потратил на лечение»

Второй эпизод, о котором говорится на суде, случился в феврале 2016 года. До этого сотрудник эстонской компании OU FAIRFIELD GLOBAL Зеленко участвовал в одном из заседаний в Министерстве здравоохранения по поводу обсуждения техзаданий на закупку изделий медицинского назначения и медтехники. Лосицкий председательствовал на этих заседаниях, и участники получили его визитки.

— Накануне 2 февраля мне позвонил Зеленко и сказал, что нужно встретиться, — рассказывает Лосицкий. — Тогда я имел болевую ситуацию с ногой, поэтому перемещаться по местам общественного питания особо не мог: он предлагал встретиться в ресторане или где-то еще. Я сказал, что после 19:00 поеду домой, а жил я тогда в общежитии медуниверситета, так как своего жилья у меня еще не было. Все случилось возле стоянки около магазина «Алми». Зеленко подошел и сказал, что нужно оговорить вопросы дальнейшего сотрудничества.

— Он просил помочь ему с допуском к участию в конкурсах с незарегистрированным оборудованием, — сказал Лосицкий. — Это практиковалось. Существовал 481-й приказ Министерства здравоохранения, который позволял допускать по определенному перечню вопросов к конкурсу незарегистрированные изделия медназначения и медтехнику. Естественно, с определенными условиями, которые мы прописывали в последующем.

— Поймите, Зеленко просил меня помочь с разрешением на участие в конкурсе. Это еще не значило, что он мог победить, — отмечает Лосицкий и объясняет подробности схемы закупок для «Белмедтехники», которая существовала в Министерстве здравоохранения. Прежде чем участвовать в конкурсе на право поставок, поставщики медизделий и медтехники должны были получить разрешение на участие в тендере.

— Когда принималось решение, позволять или нет участие в конкурсе поставщикам незарегистрированного оборудования, специалисты Центра экспертиз и испытаний по имеющемуся каталогу определяли, сколько такого оборудования зарегистрировано в стране. Если было зарегистрировано более 3—4 изделий и создавался конкурс минимум между тремя участниками, тогда мы практически никого не допускали и заставляли людей регистрироваться в установленном порядке. Если же оборудование было эксклюзивным, то есть его никогда не было на территории Беларуси или же было зарегистрировано 1—2 производителя аналогичного оборудования, то для создания конкурентной среды мы давали разрешение на участие компаниям с незарегистрированным в Беларуси оборудованием. Но было условие: после выигрыша в конкурсе обязательно зарегистрировать оборудование в стране по установленной программе, — сказал Лосицкий.

Так вот, по словам обвиняемого, Зеленко предложил ему деньги за дальнейшее сотрудничество.

— Он сказал, что будет обращаться с вопросами, связанными с получением разрешения, — добавил бывший замминистра. — Никакой конкретной закупки, ни о чем таком речи не было. Я сказал, что все, что в моих силах, я сделаю. Ничего конкретного, что 100% его вещи будут проходить, я не обещал. Дело в том, что он очень много раз обращался и многие вопросы мы снимали до официальных обращений, это были консультативные вопросы.

Лосицкий рассказывает, как все было: на стоянку возле «Алми» он приехал первым, стал в среднем ряду, было уже темно. Через некоторое время подъехал Зеленко, и Лосицкий пересел к нему.

— Мы поговорили о данных вопросах, потом он открыл борсетку, достал конверт и отдал его мне. Сказал, что это за будущее сотрудничество. Это был обычный запечатанный белый конверт. Я его распечатывал дома.

В конверте находилась пачка 100-долларовых купюр, перетянутых зеленой резинкой, как сейчас помню. При пересчете оказалось, что там $10 тыс. купюрами по $100. Эти деньги я тоже потратил на лечение.

После получения $10 тыс. Лосицкий консультировал Зеленко по поводу того, стоит ли поставлять в Беларусь оборудование и какое. Советовал, что и как сделать.

— Письмо потом расписывалось на Центр экспертиз и испытаний, он проводил работу и выносил этот вопрос на решение комиссии, в которой участвовал и я, — объясняет Лосицкий.

— Естественно, я контролировал, чтобы отклонения поставок этого оборудования не было. Но оборудование у него было хорошее, его и так бы не отклонили.

— Я действовал в рамках своей компетенции, никогда не преступал закон в рамках исполнения его законодательных моментов, — говорит Лосицкий.

Бывший замминистра говорит, что Зеленко никогда не интересовался судьбой писем, в которых он просил разрешения об участии в конкурсах по закупке медтехники для государства. Но его письма, как и все остальные, Лосицкий просто расписывал на Центр испытаний и экспертиз.

— В чем были опасения Зеленко тогда? — задал вопрос прокурор.

— В том, что мы не дадим разрешение на участие в конкурсе и он не продаст товар стране.

— Основания для таких опасений были?

— Нет. Он консультировался со мной перед тем, как направлять письмо. Если бы он отправлял все письма, которые хотел направить, то, конечно, их бы могли завернуть.

Третий эпизод, когда Лосицкий получил взятку, случился в Бресте 17 октября 2017 года. Бывшего замминистра выписали из 6-й больницы после операции (ему все-таки заменили правый сустав), у него был больничный, и он решил поехать домой. Снова позвонил Зеленко, сказал, что будет в Бресте, и попросил о встрече. На тот момент Лосицкий с супругой поехали в магазин «Экватор», что на улице Гаврилова. Жена пошла в магазин, а он сам пересел в машину к Зеленко.

— Мы проехали буквально квартал. Он не объяснял никаких ситуаций, сказал, что все нормально, и никаких вопросов не имеет. Во время движения Зеленко открыл бардачок, там был запечатанный конверт. Он предложил его со словами: «Это вам на реабилитацию». Я так понял, что конверт нужен для продолжения наших отношений в будущем, если он будет дальше обращаться с теми же самыми вопросами. Я положил конверт в сумку. Зеленко подвез меня до магазина, сказал, что у него есть дела в Бресте, и уехал. После этого появилось только одно его письмо от 18 марта 2017 года.

Сумма, которую Зеленко передал Лосицкому во второй раз, составила €10 тыс. Эти деньги, по словам бывшего замминистра, он потратил на бытовые нужды и оплату обучения ребенка.

— У меня, как и у Владимира Леонидовича (Кравченка. — Прим. Onliner), сын учится на платном отделении в БГМУ, — отметил Лосицкий.

«С Кравченком мы учились в одной группе в БелМАПО, немало водки вместе выпили»

Что касается эпизода с Кравченком, то 26 сентября 2017 года Владимир Леонидович пришел к Лосицкому с просьбой. Он пожаловался на то, что затягивается процесс регистрации зубных имплантов.

— Насколько я понял, вопрос был в том, чтобы сделать клинические испытания на одной базе и провести их на базе 12-й поликлиники, — отметил бывший замминистра. — Так мне по крайней мере показалось. При нем же я позвонил Зинченко и сказал, чтобы этот вопрос был рассмотрен и подготовлен мне на доклад. После этого буквально назавтра он мне набрал и сказал, что нужно встретиться.

Я сказал, что 27-го не могу, и предложил встретиться 28-го на стоянке возле министерства до начала рабочего дня, так как в 8:00 нас собирал министр. Я предложил встретиться ему на стоянке между 7:30 и 8:00. Когда я подъехал на стоянку, он уже был там. Я пересел к нему в машину. Мы поговорили, я сказал, что вопрос рассматривается и мы, если будут варианты, естественно, поможем. Он в благодарность протянул мне пакет. Я и в мыслях не мог допустить, что он положит туда деньги, потому что мы с ним знакомы достаточно давно.

В 2002—2004 годах мы в одной группе учились в БелМАПО на двухгодичных курсах по организации здравоохранения. Немало водки выпили вместе. Я не думал, что он вообще до такого додумается.

Я думал, что он протягивает мне пакет по-дружески, с бутылкой спиртного, какого-то виски. Заглянул в пакет, вышел из машины, положил его в свою машину между задним и передним сиденьями и побежал, так как мне нужно было попасть к министру. Хромал, так как нога болела уже достаточно крепко. Мы на этом расстались.

После нашей встречи пришло письмо от данной фирмы, чтобы изменить решение. А до этого, когда мои сотрудники проработали вопрос, комиссия приняла решение о проведении клинических испытаний на двух базах. И так было принято. В принципе, когда работники Центра экспертиз и испытаний проработали этот вопрос, то, выслушав экспертов, потом сказали, что клинические испытания можно было и не проводить. Но раз тут уже поступило предложение об одной базе...

Я не знал, что за этим стоит его дочь и что он обращается от имени родственника. Я думал, что таким образом он хочет, чтобы поликлиника заработала себе внебюджетные деньги, так как фирма оплачивает все эти вопросы. И определенное количество людей в процессе клинических испытаний получит бесплатные импланты (к слову, так оно и вышло: 9 человек получили 23 высококачественных импланта бесплатно). Еще раз повторюсь, у меня не было и мысли, что он будет давать мне деньги. Я ничего не ждал от него.

— А что, пустой пакет? — уточнил прокурор.

— Нет, ну бутылку я забрал, чего я буду отказываться — человек от чистого сердца мне нормальный алкоголь вручил. (...) Деньги увидел дома вечером, использовал затем их на лечение. В принципе, это было хорошим подспорьем. Я был на него достаточно зол, поэтому решил, что раз уж дал, то я использую эти деньги.

Жил в общежитии, поставили неправильный диагноз и долго не шел на операцию

Адвокат просит Лосицкого рассказать о себе. Обвиняемый окончил Минский медицинский институт в 1989 году по специальности «педиатрия». Его распределили в Брест, там он проходил интернатуру на базе Брестской областной больницы, позже работал участковым педиатром на базе Брестской детской областной больницы и областного родильного дома. С 1990 по 1991 год проработал участковым педиатром, затем с 1991 по 2001 год работал детским анестезиологом-реаниматологом в Брестской детской областной больнице в отделении реанимации. В 2001-м его назначили главным врачом этой больницы. В должности он проработал до 2007 года.

— В 2007-м меня назначили начальником управления здравоохранения Брестской области. В этой должности я проработал до назначения заместителем министра, — говорит Лосицкий. — Пока я был главным врачом в больнице, она достигала высоких результатов в системе медпомощи. Когда был начальником управления Брестской области, область получила первое место в республике за организацию оказания лечебной помощи в республике.

После этого Лосицкий стал заместителем министра и получил значок «Отличник здравоохранения».

В Минске обвиняемый жил на квартире у депутата на Красноармейской, затем ему дали общежитие БГМУ, где он жил до 2016 года. Говорит, что все это время ездил каждые выходные из Минска в Брест, чтобы видеться с семьей. Затем по ходатайству Министерства здравоохранения попал в кооператив Следственного комитета и построил квартиру.

Что касается болезни, здесь Лосицкий говорит, что ему не повезло.

— Как и всем врачам, мне не повезло в плане лечения. У меня заболела спина. Сначала был выставлен неверный диагноз даже в нашем доблестном РНПЦ. Меня долго лечили, делали блокады в поясничной области и прочее, и прочее. До тех пор, пока я не обратился с просьбой сделать мне повторную МРТ.

Доктор и медсестра по своей инициативе сделали ее немножко ниже, захватив тазобедренные суставы. На этой томографии было определено, что оба тазобедренных сустава поражены: правый в 4-й степени поражения, некроз головки бедренной кости, левый — 2-й степени. После того как я показал результаты МРТ своим специалистам, тогда главному хирургу Зарецкому, он сказал, что однозначно нужно оперировать. Но встретилось второе мнение — не хирурга, а уже ревматолога. Она порекомендовала постараться сохранить собственные суставы. У нее оказалась знакомая — главный ревматолог Казахстана, где они успешно использовали препарат остеокинг китайской разработки, который выпускается в Палестине и Китае.

Мне пришлось использовать 6 курсов данного препарата, каждый стоил по $1,5 тыс. Параллельно с этим по ее же рекомендации мне пришлось четырежды ввести в суставы препарат, который увеличивает смазывание головки сустава и не дает кости тереться о кость. Он тоже стоил на тот момент по 120 рублей за курс. Параллельно я, естественно, принимал достаточно большое количество обезболивающих, потому что боль была страшная, трамадол уходил пачками: две таблетки на завтрак, две на ужин. В пачке — 10 таблеток. После того как я узнал о данном заболевании, после первой томограммы, я у Василия Ивановича Жарко (тогда он был министром здравоохранения) просился отпустить меня на другую работу.

Тут Лосицкий замолкает, откашливается и берет бутылку с водой. Видно, что нервничает.

— К сожалению, ничего не получилось, — дрожащим голосом продолжает он. — В 2015 году мы сдавали центр, я вел стройку, в 2016-м мы сдавали поликлинику и еще один корпус. Ну и 17 октября, когда был уже другой министр, он позволил мне лечь на операцию. Мне прооперировали правый сустав. Естественно, заплатил за него еще деньги, вот и получилась такая сумма.

Суд объявил перерыв до 10 утра понедельника.

Читайте также:

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Источник: Александр Владыко, Настасья Занько. Фото: Максим Малиновский