«Я вся в крови». На процессе об убийстве двух девушек прослушали запись их последнего телефонного звонка
 
628
12 декабря 2018 в 18:57

В Бобруйске продолжается процесс по делу об убийстве двух девушек. Утром 20 июля они дозвонились в милицию и пытались сообщить, что их убивают, но не смогли назвать адрес. Судят 36-летнего Александра Осиповича — в его ванной нашли тела. В ходе процесса была, в частности, озвучена запись того самого телефонного звонка в дежурку. Он обрывается криками... Репортаж из зала суда ведет «Вечерний Бобруйск».

Издание опубликовало аудиозапись звонка в милицию.

Девушка: «Я не знаю, Лынькова… избивает…»

Дежурный: «Что у вас происходит?»

«Избивают… В ванной закрылись…»

«Какой адрес?»

«Не знаю, определите по телефону…»

«Вы с мобильного звоните? Со своего?»

«Да. С топором в ванную рвется…»

Дежурный пытается выяснить, где именно находится девушка, но она может назвать только улицу.

Дежурный: «Как мне адрес узнать? С кем вы там находитесь?»

«Вдвоем с девочкой»

«Она адрес знает?»

«Нет. Лынькова… Он закрыл все двери, стучит топором».

«Как его фамилия?»

«Боже мой, он разнесет…»

«Какой дом, девяти-, пятиэтажный?»

«Девятиэтажный»

«Как попали туда? Какой этаж?»

«Третий этаж, 37-я квартира»(квартира названа неверно. — Прим. ред.)

«Дом этот где, в начале, конце, середине Лынькова?»

«В середине. Я вся в крови…»

«Он вам причинил чем-то телесные повреждения, откуда кровь?»

«Да, конечно».

«Он вас избил или что?»

Внезапно звучит высокий, громкий крик. Звонок прерывается.


В суде включили видео допроса допроса Александра Осиповича 21 июля. Нина Климова, мать убитой Олеси, отмечает состояние Осиповича:

— Абсолютно нормальное состояние, адекватное. Хочу обратить внимание на то, как он спокойно себя ведет, давая показания сразу после убийства. Какие могут быть угрызения совести и явка с повинной?..

На вопрос о самочувствии в тот момент Осипович говорит, что чувствовал себя выпившим, но состояния агрессии и возбуждения не было. Сообщил. что из спиртного предпочитает пиво, может выпить «бутылки три двухлитровые». На вопрос по поводу состояния девушки, которая подошла к нему в кафе, ответил: была «выпившая, но не сильно».

Обвиняемый вспоминает момент убийства. Говорит, что один раз ударил девушку рукой еще на кухне, когда она говорила, что выбросила ключи на улицу. Сообщает, что девушка пыталась ударить его строительным молотком, который лежал в ванной.

«Замахивались ли вы при ударе?» «Нет, не замахивался и бил не очень сильно». Он считал, что нанес не больше восьми ударов. При этом помнит, что везде разбрызгивалась кровь. Какое-то время девушка пыталась сопротивляться.

«Если вы увидели, что уже после первого удара молотком у девушки пошла кровь, зачем вы стали наносить последующие удары?» «Не могу объяснить. Может, разозлился. Ключи выкинули, на работу надо — распсиховался, еще по квартире лазили. Все до кучи…»

На допросе после задержания Осипович вспоминал, что, когда он проснулся после убийства и заглянул в ванную, там  «ужас что творилось». На вопрос, о чем думал в тот момент, ответил: «Думал, что натворил беды».

Наутро после убийства Осипович звонил коллеге.

«Зачем сказали, что сожительница попала в ДТП?» — «Соврал, чтобы дали отгул».

«Какие мысли вас посещали наутро, что планировали делать?» — «Сразу думал: немного приберусь, а потом куплю сигарет и пойду сдаваться. Или позвоню, чтоб приехали».

На допросе 21 июля Осипович рассказывал, что прибирался в ванной и коридоре. Тела мешали, поэтому он их «в ванну позакидывал». Начал мыть пол. С тел и одежды девушек капала кровь, поэтому одежду решил снять. На полу ванной расстелил полотенце и халат матери. Когда кровь впитывалась, он споласкивал халат и полотенце в раковине. Вспоминает, что его дважды тошнило, но он продолжал убирать.

«Что вы можете сказать по поводу содеянного?» — «Виноват, раскаиваюсь, жаль, что так вышло, все могло бы быть иначе».

После просмотра видео вопросы возникли у гособвинителя:

Вы нанесли удар рукой одной из девушек?

— Да.

— Какой именно?

— Крюшкиной.

За что?

— За то, что издевательски смеялась в лицо, когда я спрашивал их про ключи.

— Телесные повреждения у нее были после этого?

— Я не видел.

После этого задал несколько вопросов судья:

Откуда вас могла знать девушка, подошедшая в «Престиже»?

— Не помню, —ответил обвиняемый.

— Кто предложил ехать к вам возле кафе «Престиж»?

— Не знаю, кто-то из девушек.

— Кто именно выбросил ключи?

— Не знаю.

— На улице вас там видели?

Нет.

— Что испугало девчат, почему они спрятались в ванне? Может, вы сказали что-то угрожающее?

— Не знаю, что их испугало.

Обвиняемый рассказал, что девушки закрылись в ванне с внутренней стороны на защелку или шпингалет. По словам Осиповича, он сначала пытался открыть дверь руками, потом использовал маленький ножик и в итоге смог открыть дверь потому, что сорвал защелку. Когда в двери уже образовалась щель, он увидел у одной из девушек в руке телефон. Осипович рассказал, что, когда он открыл дверь, на него с молотком напала Климова. Мужчина рассказывает, что криков о помощи он не слышал.

Что вы намеревались делать, открыв дверь? — спросил судья.

Сначала выгнать хотел, — ответил обвиняемый.

А почему не выгнали, когда ходили за ключами?

Не знаю. Разные ситуации могут быть, и в этой ситуации все могло по-другому закончиться.

Судья спрашивал у Осиповича, с какой целью он направился с девушками после «Престижа» на квартиру матери, уточнял, собирался ли тот вступить с ними в половую связь. Александр Осипович отрицает такую версию.

Какими частями молотка вы наносили удары Климовой? — спрашивал судья.

Обухом, гвоздодером. Наверное, и тем и тем, — ответил Осипович.

А какой частью больше ударов нанесли? — интересовался судья.

Осипович ответил, что он не помнит.

Вот вы вырвали у нее молоток — зачем продолжили бить? Для вас ведь опасности не было.

— Не знаю, я сам себе это не могу объяснить.

Далее аналогичный вопрос судья задал по поводу Кристины Крюшкиной. Обвиняемый не смог ответить, зачем и почему нанес ей удар в шею.

Спорным вопросом для суда остается и нож с наборной рукояткой, которым Александр Осипович наносил удары. В показаниях мужчины сказано, что нож он сполоснул и оставил на кухне. Но там нож не смогли обнаружить. Нашли его во время повторного осмотра места преступления, в ванной, за полиэтиленовыми пакетами.

Несколько раз судья уточнил у Александра Осиповича, зачем тот купил в магазине три рулона мусорных пакетов, если собирался идти с повинной в милицию.

Увидел, что дешевые были, вот и купил, — ответил Осипович.

Вы собирались сдаваться в милицию. Вы понимали что вам грозит, ответственность свою осознавали? — спросил судья.

Да, понимал, что все, тюрьма, — ответил Осипович.

Так зачем пакеты?

— Ну так, увидел, что дешевые. По 20 копеек или по 30. Не знаю, как так с этими пакетами вышло.

Вам предъявляли, что Климовой вы нанесли удары не только топором, но и ножом. Это так?

— Нет, ножом нет.

— Также предъявлено, что избивали девушек ногами и руками.

— Нет, только Крюшкину один раз в кухне ударил.

Мама погибшей Олеси Климовой прокомментировала:

Да, я все это слышала, что он хотел пойти в милицию. Зачем тогда было уголовнику-рецидивисту, который знает, как идет процесс, помыть все вокруг, вымыть себя?

— Постирал, помыл руки-ноги, чтоб на улицу выйти,— ответил Осипович.

Ты же и в ванне убрал, ты кровь замывал! — воскликнула Нина Климова.

В суде объявлен перерыв до 10:00 13 декабря.