Журналист Onliner Андрей Новиков: сын за службу расстрелял всего полтора магазина

1267
14 июля 2020 в 8:00
Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак . Фото: Мария Амелина

Журналист Onliner Андрей Новиков: сын за службу расстрелял всего полтора магазина

Андрей Новиков — корреспондент Onliner с 2013 года. Почему-то уверен, что армия — последний оплот цивилизации.
Я люблю армию. Не какую-то конкретную, уж простите, а оголтелую военщину вообще. Все армии на уровне уставов, политруков и технологий абсолютно одинаковы, поэтому нет разницы, какую любить. Жена постоянно причитает: «Да как ты достал, отслужил при царе Горохе, писарем, скорее всего, а никак не уймешься, будто с тех пор ярче впечатлений не было. Иди кошке туалет поменяй». Она ничего не понимает. У меня недавно сын вернулся со срочной, так я все стараюсь выпытать, что там нынче внутри. Ну, не по телепередаче «Служу Советскому Союзу!», а на самом деле.

Мы хорошо помним, что на эту тему надо выступать аккуратно, чтобы потом люди при больших звездах не принялись выяснять: а как служил этот умник, а как о нем отзываются командиры и товарищи, а какие были залеты... (Ах, какие были залеты!)

Как бы то ни было, убежден: армия — последний оплот цивилизации. Когда придут зомби, гражданские будут бездуховно метаться, тратя лишь бы на что последний день человечества. И только военные станут метаться осознанно и умело.

Я люблю армию, поэтому каждый раз пла́чу, когда вижу полевые штаны без боковых карманов. Камуфлированный галстук. Вещмешки, сшитые еще политзаключенными в Марийской АССР. Подшитый  воротничок в XXI веке... Могу долго перечислять травмы (они не исчерпываются вещевым довольствием). Уж я-то знаю, как обустроить неуязвимые Вооруженные силы, просто лень объяснять.

Когда малому прислали повестку, самой популярной шуткой было: «Служи честно, сынок!» Ну потому, что мы не знаем таких выражений и в нашем исполнении это звучало максимально фальшиво и лицемерно. Сам-то я, как на каждом шагу люблю напоминать, отслужил в Ферганском полку ВДВ еще при Николае II, поэтому любую другую службу упорно считаю пионерским лагерем — невзирая ни на какие факты.

Помню, несколько лет назад зло потешался над солдатскими мамами, которые били в колокола: «Ребенок целый день не звонит!» Надо же, непобедимый воин не звонит, кошмар... Это реальный случай: поднимали на уши Минобороны, уж не знаю, дотянулись ли до министра. (Потом выяснилось, что ротный забрал трубки за какой-то залет и угнал в поля.)

А теперь на-ка, сам побудь в их шкуре!

Отправить в армию ребенка — более-менее надежный способ получить достоверную информацию изнутри. Определили его в войска без особых, скажем, физических претензий. Эх. «Мабута».

Жестокая правда о белорусской армии не заставила себя ждать. По телевизору об этом не скажут. Итак, Печи, учебка — приходит полное боли сообщение: в здешнем магазине нет даже жидкости для парогенератора... Как служить?! Больно это читать. Пришлось отправлять срочную посылку (хоть бы мать не узнала).

Спрашиваю в изумлении: это вообще законно — вейпить в армии? Не понимает, что не так. Говорит, многие «парят», командиры не возражают (подозреваю, они сами обалдели и просто не нашли пока слов для этого молодого пополнения).

Что с едой? Норм, вкусно, хватает. Мать в шоке (как обычно, впрочем): дома-то ни разу не говорил, что ему вкусно.

Кстати, на этапе учебки, судя по рассказам, они там действительно занимались чем-то полезным. Обкатали танком — говорит, сойдет (значит, понравилось). Бросал имитационную гранату (тоже сойдет, но лучше бы дали настоящую). Пару раз возили стрелять по 9 патронов (да, именно возили — пионерлагерь же). Попал куда? Не в курсе, мишени, говорит, никто не проверял (там, видно, не падающие). Рыл ли окоп? А какой окоп?..

Немного и нехотя рассказывал про учебу по специальности: куда-то ездят, живут в холоде и лишениях, что-то там таскают, собирают на время (криво) и по десять раз переделывают. Уже лучше, это похоже на армию. Жаловался, что в палатке не так-то просто зарядить мобильник: очередь.

С телефонами там интересная практика выработалась, но рассказывать мы про нее не будем: людям еще служить и звонить мамам.

Мы столкнулись с еще одним непривычным феноменом: нам то и дело вечерами звонили командиры. Похоже, они всем родителям так звонили. Подолгу расспрашивали про их бойцов. Первое время жена на такие звонки взводного реагировала предсказуемо: «Господи, что он уже сделал?!» — «Пока ничего», — уверял лейтенант. Удивительное терпение там у людей.

За 18 месяцев этот воин дома бывал немного реже, чем на стрельбище. Чаще мы ездили к нему. Сколько раз в части побывали всевозможные дружки — сосчитать невозможно. Вот тут полностью согласен: гонять — жестче, стрелять — чаще и дать нормальную гранату, отпускать домой — при любой возможности (если нет взысканий).

Навязчивая идея сравнивать «тогда» и «теперь» — неконструктивная, некорректная и очень интересная штука. Для меня в этой новой военщине удивительное открывалось на каждом шагу. Например, оказывается, что, отстрелявшись, надо собрать и сдать гильзы.

— А если не сдашь одну?

— Тюрьма.

Шутит так (наверное). Вообще-то, шуткой кажется сама идея сдавать поштучно гильзы, как в детском саду. Я попробовал представить, как бы это делали мы, — не смог.

Еще один невероятный факт: сын отчетливо помнит, сколько раз за всю службу был на стрельбище и сколько выстрелов сделал: ровно 45. Конечно, эти полтора магазина за полтора года вообще не вяжутся с моим представлением о свирепой армии мечты.

Ладно, у них просто другой профиль. Не обязаны постоянно бегать с автоматом, делают больно иначе. Убивают интеллектом. Хочется верить, что настоящие рексы в других войсках стреляют почаще.

Как забавно изменились наши повадки. Недавно искали очередного бойца, ушедшего в самоход. Драма, напряжение нервов, комментарии целого Минобороны, тревожные новости по всем каналам (нашелся). На этом фоне необходима минутка нежных воспоминаний. У нас (если самоходчики спалились, конечно) поступали иначе. В 2 ночи комбат строил батальон вдоль арыка и неподдельно дрожащим от страдания голосом произносил речь (это почти дословно):

— Воины ислама! Дорогие мои чудо-богатыри! — неловким движением майор пытался достать соринку из глаза. — Ваши товарищи ушли в горы и не могут спуститься. («Ага, с баб своих в Учкургане они не могут спуститься», — сонно бормотали задние ряды.) Нельзя оставить их в беде. Поэтому получаем личное и коллективное оружие, касочки, жилетики — и бегом, бегом вверх... Ах да, чуть не забыл — газы же, родные мои!

Разумеется, когда самовольщики возвращались (к ним обычно посылали секретного «коня»), то тут же присоединялись к остальным и обшаривали горы в поисках себя.

Требую возродить эту практику.

Кстати, я упоминал там про вещмешки. Не подумайте, я ничего не имею против политзаключенных МАССР. Они шьют прелестные мешки, которые нас всех переживут. Но с тем, что принес наш воин, придя на побывку, еще Берлин брали. Ну правда, технологии шагнули вперед, отдайте эти реликвии музею.

Изготовителей формы, в которой расхаживал наш боец, я намерен вечно попрекать тем, что сейчас XXI век. Напомните им кто-нибудь. Покажите картинки. Расскажите хотя бы про стандарт BDU. А, мы же сравниваем. Даже в заскорузлом Советском Союзе мы одевались лучше (от галифе и шинелей Бог миловал).

Кстати, что там с дембельской одеждой? Вот это очень важно было мне узнать. Важнейшая традиция, нематериальное наследие, непонятно, куда смотрит ЮНЕСКО. Наш-то уволился в чем попало — ни аксельбантов, ни кивера. Но, может, хоть кто-то.

Вообще, если нахлынула печаль, лучший способ взбодриться — это набрать в поиске: «Дембель». И некоторое время с сопением смотреть картинки (в основном российские). Я требую отменить на городских праздниках все эти ростовые куклы, председателей в пиджаках, трансформеров и даже «маковку» с «ромашкой» — просто на очередные гуляния необходимо вводить в город швейные войска. Смотрите, какая красота!

Но! Градус праздника резко падает, если в поисковом запросе уточнить: «Дембель Беларусь». Тут уже ни блесток, ни бахромы. В общем, утратили эти корни. И слава богу.

Что бережно сохранилось из традиций — так это страсть к хозяйственным работам. Значительную часть срока наш специалист с ценными умениями вместо того, чтобы собирать (криво), разбирать и снова собирать на время свой агрегат, таскал ящики на складах. Надеюсь, в них хотя бы были атомные бомбы. Конечно, такая работа под силу даже гражданскому — но традиции важны. (Кроме того, гражданскому надо платить.) Зато бойцы довольны: сачковать на складе всяко лучше, чем корячиться по прямой специальности в поле.

Вот мы и нашли ресурс для сокращения службы. Месяца два из боевой учебы можно вычитать.

Напоследок еще о традициях. Последние месяцы этот воин ходил с моей латунной бляхой, на которой много лет назад оставил царапинку каждый камешек Ферганской долины. Так-то им теперь выдают крашенные зеленой краской. Но если слишком борзый — можно советскую. Преемственность поколений и все вот это.

Моя настрадавшаяся обложка от военника тоже второй раз сходила в армию — ни у кого больше такой не было. Не слишком переутомилась на этот раз. Все же это скорее пионерский лагерь. Может, и хорошо.

Читайте также

Хроника коронавируса в Беларуси и мире. Все главные новости и статьи здесь

Самые оперативные новости о пандемии и не только в новом сообществе Onliner в Viber. Подключайтесь

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner. by

Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак . Фото: Мария Амелина
Без комментариев