«Уехали из города и обратно уже не вернемся!» Народное интервью с участием читателей Onliner
454
22 апреля 2019 в 12:00
Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак . Фото: Максим Тарналицкий
«Уехали из города и обратно уже не вернемся!» Народное интервью с участием читателей Onliner
Второе по счету «Народное интервью» прошло 17 апреля, и сегодня вы сможете узнать, какие вопросы наши читатели задавали приглашенным героям, с которыми мы обсуждали животрепещущую тему «Город или деревня? Стоит ли переезжать?». Получилось очень интересно, познавательно и порой даже эмоционально.

Мы специально выбрали в качестве интервьюеров не экспертов со множеством регалий, а простых горожан, которые при не самых благоприятных обстоятельствах совершили подвиг — решили свой жилищный вопрос, переехав за МКАД. Первый гость — Владимир Мартинович, автор опубликованной у нас недавно колонки. Владимир построил свой автономный дом, продав с женой однокомнатную квартиру в Минске. Вторая гостья — смелая девушка Ева Гилевич, которая купила деревенский дом в семидесяти километрах от столицы и отремонтировала его фактически своими силами (интервью с ней смотрите здесь).

Также мы пригласили в зал архитекторов, специалиста по альтернативным источникам энергии и некоторых других экспертов, комментарии которых вы увидите ниже. Понятное дело, здесь мы опубликуем только выдержки из двухчасового разговора. Полную его версию эксклюзивно могли услышать только те, кто добрался до места встречи лично.

Генеральным партнером нашего проекта выступает компания velcom | A1.

О чем тут речь?

Журналист Onliner Николай Градюшко:

— Если открыть сайты по продаже загородной недвижимости, то мы увидим, что цены на многие объекты завышены, а состояние и внешний вид большинства домов не соответствуют запросам покупателей. Поэтому не удивительно желание многих минчан приобрести земельный участок и построить дом своей мечты самостоятельно. На протяжении семи лет редакция раздела «Недвижимость» нашего сайта следит за аукционами по продаже участков в Минском районе. Сегодня мы подготовили небольшую презентацию по их результатам за 2018 год.

В 2018 году состоялся 21 аукцион. Предлагалось 226 участков. Куплено 162 участка. Еще 35 участков куплено на повторных аукционах. Понятно, что на повторных аукционах продается то, что можно назвать «неликвидом». Как нам представляется, 162 участка для огромного города — это очень мало.

Эта цифра реально не отвечает потребностям города. Почему так происходит? Если посмотреть на карту Минского района, то земли и населенных пунктов рядом с ней хватает. Очевидно, сказывается известный запрет на застройку пахотных земель. Возможно, имеет место и некий искусственный дефицит, который создается.

Основные причины, по которым участки «зависают» на аукционах, — это в первую очередь отсутствие коммуникаций. По нашим наблюдениям только в последний год стало предлагаться достаточно участков, обеспеченных электричеством и газом. Примерно 70% участков, которые продавались в прошлом году, были электрифицированы, примерно 30% из них — обеспечены газом.

Удаленность от МКАД — это тоже одна из причин. Некоторые участки предлагаются в 37—40 км от кольцевой дороги. Причем они не имеют нормальных подъездных дорог, асфальта.

Еще один фактор — высокая начальная цена. Вот топ-5 участков, проданных в прошлом году:

  • Дроздово (4 км от МКАД) — $67 392;
  • Колодищи (10 км от МКАД) — $66 083;
  • Чертяж (12 км от МКАД) — $65 890;
  • Сеница (1 км от МКАД) — $63 644;
  • Городище (13 км от МКАД) — $62 794.

Как правило, во всех перечисленных выше населенных пунктах есть электричество, газ и даже неплохие дороги. Правда, дороги эти нередко построены за счет жителей. Рекорд этого года — участок в Колодищах за $75 000. Он был продан недавно, причем боролся за него на аукционе 21 человек. Площадь этого участка — 15 соток, на нем есть свой лес.

Теперь давайте посмотрим топ-5 самых дешевых участков:

  • Кукелевщина (39 км от МКАД) — $1483;
  • Кукелевщина (39 км от МКАД) — $1925;
  • Бахметовка (37 км от МКАД) — $1949;
  • Кисели (28 км от МКАД) — $2293;
  • Сады (25 км от МКАД) — $2781.

Кто-нибудь знает такую деревню Кукелевщина? Я смотрел на карту, это деревушка из 15 домов в 39 км от города и 7 км от ближайшей трассы. Вероятно, там можно подключиться к электричеству, но в документации для аукциона такой информации не было. Примерно там же находится Бахметовка.  В данном случае не так важно расстояние, проблема скорее в том, что к участкам не проведены дороги и коммуникации…

А вот населенные пункты, в которых в прошлом году продавалось больше всего участков:

  • Колодищи (10 км от МКАД) — 9 участков;
  • Хатежино (9 км от МКАД) — 9 участков;
  • Касынь (14 км от МКАД) — 9 участков;
  • Масловичи (17 км от МКАД) — 7 участков;
  • Мацки (27 км от МКАД) — 5 участков;
  • Крупица (18 км от МКАД) — 5 участков.

Я бы хотел передать слово одному из наших гостей. Владимир — один из тех смельчаков, которые приобрели участок абсолютно без коммуникаций. Земля находилась практически в чистом поле.

Владимир Мартинович:

— У нас была однокомнатная квартира. Понимая, что перспектив в городе особо нет, решили перебраться за его пределы. Поначалу я просто просматривал объявления о продаже земли или участков с домами. Неприятно удивлялся ценам — голый участок с фундаментом 6 на 4 метра мог стоить $20 000 и больше. В какой-то момент мы увидели, что Михановичский сельсовет продает участки, но без коммуникаций. Нам, конечно, сказали, что электричество скоро будет проведено. Отсутствие водопровода меня не пугало: я понимал, что в любой момент можно пробить скважину. В итоге мы выиграли аукцион и занялись стройкой.

Журналист Onliner Дмитрий Корсак:

— Вам не казалось, что это попахивает авантюрой? В комментариях к статье о вас многие люди не верили, что можно построить дом так дешево.

Владимир Мартинович:

— Говоря по правде, я сам до сих пор не до конца верю. До ближайшей деревни от нас метров 300. Да, у нас нет нормальной подъездной дороги, но лично я на своей полноприводной машине подъехать могу. Дорогу уже несколько раз подсыпали. К сожалению, очень быстро все смывается. Мы написали письмо с просьбой помочь нам довести ее до ума.

Дмитрий Корсак:

— Как долго вы строили дом? Как удалось уложиться в такую небольшую сумму? Если можно, приведите конкретные цифры.

Владимир Мартинович:

— Все полностью обошлось где-то в районе $45 000. Поначалу мы заказали дом у одной из строительных компаний, но она обанкротилась — нам успели только возвести стены, накрыть крышу. По сути, за это было заплачено $23 000. С этого момента мы занимались строительством самостоятельно.

Дмитрий Корсак:

— Как вы пришли к мысли, что дом может быть совершенно автономным?

Владимир Мартинович:

— К такой мысли пришли не потому, что я стремился создать энергоэффективный дом. Понимаете, мы купили участок в марте 2017 года. В ноябре уже были готовы заезжать — у нас были черновые стены и черновые полы (некоторые люди перебираются жить в новостройку и в более худшем состоянии), но не было электричества. С апреля по июль 2018-го мы сделали всю отделку в доме. Получается, мы ждали электричества с конца 2017 года. Писали в различные инстанции, нам постоянно говорили: «Стройтесь, будет уже скоро!» И никакой конкретики.

Поэтому мы решили решить вопрос кардинально и самостоятельно. Вначале я задумался о ветрогенераторе, но после все же остановил свой выбор на солнечной батарее. Сегодня солнечная электроэнергия покрывает наши потребности в электричестве практически полностью. Если солнца нет три дня, то можно на три-четыре часа завести бензиновый генератор. Но такие проблемы могут возникнуть только зимой, в ноябре — феврале. Например, в феврале мы сработали в минус. Потребили 100 кВт электричества, выработали только 80.

Читатель из зала:

— Какой мощности солнечные батареи?

Владимир Мартинович:

— Шесть модулей по 275 ватт (всего 1650 ватт). Стоит гибридный 3-киловаттный инвертор, который одновременно заряжается и выдает энергию в сеть. Вся схема — 24-вольтовая. Дома стоит 2-киловаттная индукционная плита, кофемашина, холодильник, стиральная машина… Электроэнергии хватает — конечно, если не включать все вместе. Ты можешь включить кофемашину и что-то жарить на плите. Зарядку для телефона или ноутбука я в счет не беру, потому что возникает ощущение, что они вообще ничего не потребляют.

Весь этот комплекс обошелся нам в районе $3000 — это с учетом того, что монтировал систему я сам.

Дмитрий Корсак:

— Мы сегодня пригласили специалиста по альтернативным источникам энергии Андрея Дюсмикеева. Возможно, он расскажет, насколько реально и комфортно жить в Беларуси, используя солнечную и другую «зеленую» электроэнергию.

Андрей Дюсмикеев:

— Володя молодец, он сейчас в тренде средней линии решений в этой области. Мы поставили, наверное, сотню таких проектов, как у него. Есть даже пара монахов, которые несут обет в скиту, в глуши. Им достаточно двух солнечных модулей общей мощностью 500 ватт. Так они живут уже три года. Причем аскеза не касается интернета, поэтому энергию солнца они используют в основном для освещения и зарядки устройств, которые предоставляют доступ в сеть.

Если вы думаете, что Беларусь — это полностью электрифицированная страна, то вы ошибаетесь. У нас очень много домов, к которым по разным причинам не подведено электричество. Благо всегда есть люди, которые сохранили в себе черту хозяина и обустраивают свой быт, самостоятельно добывая себе электроэнергию.

Солнечные станции как средство для автономной жизни достаточно распространены. Чаще их используют в домиках охотника или рыбака, но у меня есть несколько знакомых, которые живут в полноценных домах, использующих солнечную электроэнергию. Конечно, приходится совмещать с выработкой электроэнергии иными способами. Чаще всего — с бензогенераторами. По-другому не получается. Ветряк, конечно, был бы эффективнее, но его надо уметь выбрать и настроить. Помимо этого, важно найти место, где он был бы эффективен. В вашей ложбинке, Володя, ветряк вряд ли пригодится.

Владимир Мартинович:

— А у нас всегда ветер.

Андрей Дюсминкеев:

— Ветер — это такая штука, что он всегда вроде есть, но как только надо вырабатывать электричество, его сразу нет. С ветром в Беларуси связаны большие надежды и одновременно — большое разочарование.

Дмитрий Корсак:

— Андрей, вы бы могли озвучить стоимость проекта, который закроет нужды в электричестве среднестатистической семьи из трех человек?

Андрей Дюсминкеев:

— Главная проблема в Беларуси — это вовсе не проблема света, а проблема тепла. Поэтому решать задачи отопления за счет солнечной энергетики пока вообще нереально. Для этого пока не придумали ничего лучше печи.

На втором месте — солнечный коллектор. Он преобразует солнечную энергию в тепловую с потерями всего в 30%. Если все подсчитать, то базовый комплекс для семьи из трех человек можно собрать за $5000. Я здесь учитываю, конечно, дизельный или бензиновый генератор, который все равно понадобится.

Дмитрий Корсак:

— А как вы прокомментируете вопрос надежности такой системы?

Андрей Дюсминкеев:

— Солнце — самый надежный источник электроэнергии, оно восходит каждое утро без опозданий. Если же говорить о технике, то все панели, которые были проданы первыми в Беларуси, работают до сих пор. Думаю, вы состаритесь и даже не почувствуете, что у них упал КПД.

Дмитрий Корсак:

— Ева, давайте представим вас. Могли бы вы озвучить в двух словах свою историю: когда, куда и зачем?

Ева Гилевич:

— Хорошо. Когда? В 2016 году. Куда? Под Налибокскую пущу, в район Воложина. Зачем? Потому что мне осточертела жизнь в городе и тупиковая ситуация с квартирным вопросом — ты постоянно зарабатываешь, чтобы отдавать эти деньги только за возможность где-то переночевать.

Дмитрий Корсак:

— Многие в Европе всю жизнь живут на съемных квартирах. Почему вас этот вариант не устраивал?

Ева Гилевич:

— Во-первых, у нас по факту нет такого понятия, как долгосрочная аренда. Мои друзья в Германии, где действительно заоблачные цены на собственное жилье, сняли на долгий срок квартиру и, заключив договор, знают, что им в течение пяти лет не надо будет собирать чемоданы только потому, что пришла хозяйка и сказала «собирайтесь и уезжайте». Получается, что там у людей есть свое место жительства, хоть стены и чужие.

Во-вторых, снимать жилье у нас в стране очень накладно. Недавно была в гостях у знакомых, они платят за однокомнатную квартиру $350 в месяц, считая, что это неплохой вариант.

Каждый человек, наверное, проходит этот этап в своей жизни. Могу сказать, что мне он уже надоел. При этом я понимаю: каждому свое. Есть абсолютно городские люди, которым надо, чтобы рядом всегда была аптека, кафе, через дорогу — магазин. В этом для них и заключается комфорт, даже если жилье съемное. У меня так расставить приоритеты не получилось.

Дмитрий Корсак:

— Как вы выбирали землю? Какие были первые впечатления о доме?

Ева Гилевич:

— Я выбирала не по принципу «20 км от Минска», а по принципу «как уложиться в ограниченный бюджет преподавателя». У меня было всего $6000 на покупку. Рассчитывала только на эти деньги, не хотела залезать ни в какие долги и кредиты. Про участок мне рассказали друзья, которые уже купили себе дома неподалеку. Получается, сработал принцип сарафанного радио. Объявление о продаже этого дома даже не появилось в широком доступе.

Дмитрий Корсак:

— Первые впечатления от переезда за город?

Ева Гилевич:

— У меня была эйфория. При этом все, кто добирался в гости, говорили: «Боже, какой ужас!» Я отвечала: «Все нормально!» — и просто делала то, что хотела. На самом деле дом был в хорошем состоянии, он простоял нежилым только два года. Печки работали, санузел традиционно находился на улице, нигде ничего не протекало, не гнило, окна были целые. Неприхотливому человеку, в принципе, можно было в него сразу въезжать и жить.

Дмитрий Корсак:

— Сколько времени потребовалось на то, чтобы довести дом до уровня комфорта человека, привыкшего жить в городе?

Ева Гилевич:

— Колодец, санузел в доме, ремонт печки, косметический ремонт — на все это потребовалось около трех месяцев. Очень много работы делала сама, как это бывает, когда у тебя ограниченный бюджет. Учитывайте при этом, что четыре раза в неделю я езжу в Минск на работу, достаточно активно участвую в общественной жизни. Плюс с недавнего времени у меня еще зарегистрирована агроусадьба. Все это нелегко, но очень увлекательно.

Читатель из зала:

— Как считаете, есть ли смысл устраивать обмен опытом между людьми, которые собираются переехать за город, и теми, кто уже переехал?

Ева Гилевич:

— Да, конечно. После публикаций о моем переезде мне много кто писал, просили поделиться опытом. Я отвечала по возможности. Но какой-то универсальной инструкции не существует.

Читатель из зала:

— Планируете ли в будущем построить свой график таким образом, чтобы вообще не уезжать из деревни?

Ева Гилевич:

— Сокращать до минимума поездки в город я не хочу. В варианте, который описываете вы, работа рассматривается только как ресурс к существованию. Я же работаю не только для этого, мне очень нравится то, что я делаю. Для меня самый интересный вопрос как раз в этой золотой середине: общение и уединение, работа и отдых, обустройство дома ради комфорта, а не ради самого процесса… Думаю, что, достигнув гармонии, ты почувствуешь себя на своем месте в жизни.

Дмитрий Корсак:

— На каком километре для вас заканчивается комфортное расстояние от Минска при нынешнем образе жизни?

Ева Гилевич:

— Думаю, что вполне спокойно могла бы жить еще на 20 км дальше, то есть практически в 100 км от города. Чтобы вы понимали: живя сегодня в 70 км от столицы, я добираюсь до порога работы, расположенной возле площади Победы, ровно за час. Я думаю, что это совершенно нормальная ситуация для многих минчан, едущих на работу.

Читатель из зала:

— Ева, а вы могли бы рассказать о своей бухгалтерии при жизни за городом?

Ева Гилевич:

— Расходы на топливо — примерно $80 в месяц, зимой, возможно, чуть больше. Если говорить про обслуживание дома… Единственное, за что я плачу, — это электричество. В зимний период максимум — 50 рублей. Если считать дрова, получается примерно так: поделите 600 рублей на 7 месяцев (отопительный сезон — с октября по апрель), выходит 85 рублей. Грубо говоря, не намного дороже, чем в городе. Но у меня 25 соток земли, лошадь и пуща рядом.

Читатель из зала:

— Случалось ли обращаться в сельсовет за помощью и помогали ли вам?

Ева Гилевич:

— О каких вопросах вы говорите и почему сельсовет должен помогать? Ничего личного, но вы, простите, спрашиваете как абсолютно городской человек, которому все должны.

В деревне службы «Одно окно» нет, нет ЖЭСа, в который можно пожаловаться. Большинство вопросов приходится решать самостоятельно, проявляя инициативу. У сельсовета нет услуги «гуманитарная помощь населению».

Николай Градюшко:

— Владимир и Ева, что изменится тогда, когда появятся дети? Как быть с детским садом и школой, кружками?

Владимир Мартинович:

— На эту тему было очень много комментариев под статьей. Рядом есть школа, детский сад. Не знаю, насколько они хорошие, но сомневаюсь, что чем-то отличаются от городских.

Читатель из зала:

Одно дело — отвезти ребенка в школу. Но когда ему исполнится 14—15 лет и он захочет пойти в клуб или на дискотеку, кто и как его будет встречать в час ночи? Второй вопрос — когда вы станете постарше, возникнет ли сожаление, что вы обслуживаетесь в районной поликлинике, а не в минской?

Владимир Мартинович:

Предполагаю, что мои дети, когда вырастут, не будут жить со мной. Скорее всего, они захотят уехать в Минск это их право. Я, конечно, говорю уже о совершеннолетии. Мой дедушка и прадедушка ездили в Минск на дискотеку за 30—40 км. Сейчас это вообще не считаю проблемой. У всех есть телефоны, постоянно ходят маршрутки. Родив ребенка, вы берете на себя ответственность. Если у вас есть машина, вы его отвезете на дискотеку и встретите с нее, и не в час ночи, а как положено.

Ева Гилевич:

Я живу недалеко от Воложина. Там есть поликлиника, больница, гимназия, музыкальная школа, бассейн. Есть даже гипермаркет. Надо побывать в театре — сел в машину и через 50 минут на месте. Скорая у нас в деревню приезжала через 10 минут. Не знаю, много это по минским меркам или мало, но думаю, что не катастрофично. К слову, я, после того как переехала в деревню, вообще ни разу не заболела.

Читатель из зала:

— По поводу детей есть небольшой комментарий. Возможно, об этом мало кто знает: если ребенок в сельской местности учится на расстоянии больше километра от дома, то государство берет на себя ответственность забирать его в школу и привозить из нее. Я говорю об автобусе. Также есть норма, что ребенка должны сопровождать учителя (которых, понятное дело, тоже на всех не наберешься). Как бывший транспортник, который занимался подобными вопросами, могу добавить, что не во всех населенных пунктах Минского района готовы обеспечить это, в первую очередь из-за низких зарплат водителей. Но чем дальше от Минска, тем лучше эта система работает. В Воложине, я думаю, даже на 200 рублей зарплаты будет лес рук.

Николай Градюшко:

— У нас в зале присутствует один из разработчиков генплана Минска, у которого есть немало интересной информации. Давайте его послушаем.

Исак Хасдан:

— Для начала немного статистики: 170 000 дачных садовых участков принадлежат минчанам, только на территории Минска расположено 80 000 так называемых родительских домов тех людей, что живут в столице. На сегодняшний момент 47% жителей Минска являются минчанами в первом поколении (в 70-е годы прошлого века эта цифра была еще больше — 62—64%).

Исходя из этого стоит учитывать, что половина минчан имеет возможность проводить время в сельской местности, они не понаслышке знают, что такое дом, дача. Многие понимают весь комплекс проблем, которые возникают при появлении частного дома. Поэтому Ева и Владимир — представители нетипичного класса минчан: стремление жить за городом сегодня — это скорее мечта среднестатистического американца, а не минчанина, который недавно приехал в город.

Хочу напомнить вам, что на уровне правительства сейчас декларируется программа одноэтажной Беларуси. В этих стратегических документах есть красивая цифра — 40% нового жилья должно быть усадебного типа или малоэтажным. Пока сложно понять, где мы будем строить это жилье. Ведь программа должна реализовываться в границах населенных пунктов, где свободной земли немного.

Мало говорится и о том, что исходя из нынешних реалий достаточно сложно уплотнить одноэтажную застройку также в сельских населенных пунктах, где у каждого жителя есть 20—30 соток земли, а у работающих в колхозе еще и право на гектар земли под сельхозугодья.

Когда мы делали генплан, только в Минском районе нашли 10 000 участков под усадебное строительство. Из них на расстоянии 4 км от кольцевой дороги — 8%, на расстоянии 4—8 км — 40%. У меня есть ощущение, что городские власти ведут себя как прожженные капиталисты: выдавая участки земли дозировано, они поддерживают на них высокие цены. Однако не думаю, что это происходит специально. Скорее всего, просто так получается.

Сегодня пригород Минска растет быстрее, чем город. Подобный процесс происходил в развитом мире в 50—60-е годы прошлого века.

С 2005 года белорусская столица «потеряла» более 30 000 горожан — все они «прописались» за кольцевой. Двухмиллионный минчанин, таким образом, уже давно живет в Минском районе.

Читатель из зала:

— Давайте разберемся, почему человек уезжает из города, что его здесь не устраивает. Начинать надо с понимания мотивации.

Владимир Мартинович:

— Лично для меня Минск и близлежащая территория перенаселены. Я работаю в Лошице и вижу, как в пятницу вечером стоит 6-полосный Игуменский тракт. Да, прокладываются новые дороги, строятся новые дома, но я вижу, как микрорайоны, которые еще 15 лет назад казались очень удобными и тихими, сегодня выглядят совершенно непригодными для жизни.

Читательница Наталья:

— Наша агроусадьба «Чудесные холмы» — поселение из 25 семей, которые переехали в сельскую местность из города. Гости, которые к нам приезжают, изначально всегда уверены, что жизнь в сельской местности — это в первую очередь труд, а не удовольствие. Мы показываем, что главное в жизни за городом — свобода, в той форме, в какой ее совершенно невозможно получить в городе.

Ева Гилевич:

— В городе абсолютно нет личного пространства. Вы постоянно находитесь в узких границах квартиры, кабинета, коридора, улицы…

Читатель из зала:

— Я для себя недавно нашел отличное определение городу: это место, где люди готовы терпеть себе подобных ради предоставляемых возможностей.

Ева Гилевич:

— Но дело в том, что терпеть я не хочу, при этом отчетливо понимаю, что каждому свое.

Читатель из зала:

— Пользуясь случаем, хочу выразить благодарность Еве и Владимиру за то, что они решили свой жилищный вопрос именно таким образом, а не очередной многодетной семьей и очередью в Каменной Горке. Ну а если серьезно — повлияло бы на ваше решение перебраться за город наличие финансовых ресурсов, позволяющих купить себе дом в Дроздах или, скажем, на Цне?

Ева Гилевич:

— Учитывайте, что даже если бы была такая возможность, всегда существует вероятность, что ваш частный дом в городе снесут. За кольцевой же у тебя есть огромный плюс: ни твой дом, ни твоя земля, скорее всего, никому не понадобятся. Я считаю, что, живя в городе, мы постоянно сталкиваемся с угрозой, что тебя где-то в чем-то ущемят, и соглашаться на это морально очень тяжело. Сейчас, когда я просыпаюсь у себя дома, могу увидеть на поле стадо зубров. Я никогда не променяю это на Дрозды или Цну, как бы пафосно это ни звучало.

Читатель из зала:

— Что должно измениться в городе, чтобы вы туда вернулись?

Ева Гилевич:

— Город может становиться лучше, развиваться, благоустраиваться, но это никак не повлияет на мое решение — я уехала из него навсегда. Пару недель назад мне пришлось переночевать в Минске у знакомых. С удивлением для себя поняла, насколько сильно я отвыкла от городского шума. Не спала всю ночь — кто-то кричал в квартире наверху, кто-то кашлял в квартире снизу, проходили какие-то учения, и над городом летали вертолеты, в окна постоянно светили фонари с улицы и фары машин…

Николай Градюшко:

— Нашу встречу посетил один из учредителей студии Zrobym Architects Алексей Кораблев. В завершение разговора мы хотели бы попросить его обозначить самые традиционные ошибки, которые допускают люди, которые планируют строительство собственного дома.

Алексей Кораблев:

— Я бы выделил всего две глобальные ошибки. Первая из них — планируя строительство загородного дома, а порой уже и занимаясь им, люди абсолютно не представляют, во сколько это выльется с финансовой точки зрения. Больше половины проектов, которые создаем мы, не идут в реализацию, потому что заказчики не представляли, во сколько им обойдется жилье по факту. Некоторые стройки из-за этого растягиваются на 10—20 лет. За это время дом меняет свой статус, и функциональное зонирование, заложенное в него изначально, полностью теряет свою актуальность. Предположу, что среди наших заказчиков уже больше половины понимают, сколько могут и хотят потратить, но оставшаяся немалая часть все равно сталкивается в этом плане с большими проблемами.

Тут надо понимать масштаб проблемы — даже на сайтах производителей домов редко можно увидеть реальную стоимость постройки. По сути, там пишут «делаем дома под ключ, заселяйтесь хоть завтра» и ставят рядом абсолютно рандомную цену. Объективно же строительство дома обойдется в среднем в $800 за «квадрат», если мы говорим о чистовой отделке снаружи и черновой изнутри. Также надо понимать, что еще около $400 за «квадрат» придется потратить на интерьер. Итого $1200—1500 за «квадрат» — реальная цена при строительстве «под ключ», если человек не сильно заморачивается, погружаясь в процессы и стараясь сэкономить.

Вторая ошибка — непонимание своих потребностей. Переезжая за город, человек автоматически старается мыслить совсем иными масштабами. Он хочет, чтобы у него была отдельная комната под любое занятие: библиотека, бильярдная, кабинет, комната для гостей… Помещения растут как снежный ком, вместе с ними растет и стоимость. До сих пор далеко не все люди воспринимают дом не как родовое гнездо, а как уютное и комфортное пространство для проживания. Владимир Мартинович — один из тех, кто это понял: 70—100 «квадратов» — вполне себе разумный вариант для семьи из нескольких человек. Памятники неразумного планирования своего жилья — недостроенные дома-дворцы, которые можно увидеть по всей стране.

Читайте также:

Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook и присылайте свои истории и размышления.
Самые яркие из них могут стать темой для следующей колонки!

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак . Фото: Максим Тарналицкий