БОЛЬШОЙ РОЗЫГРЫШ! Заказывай от 99 р. в приложении Каталог Onlíner до 31.01 и получи шанс выиграть призы от Dreame

«Лошадь кормили холодником и котлетами»

Пока Катя управляется с обедом для лошадей, мы уделяем время Чусе — породистой собаке, у которой в крови желание кого-нибудь пасти. Она то и дело залетает в небольшой сарай, где особенно активно проявляет себя 25-летний пони Лелик. На всплески внимания Чуси лошади реагируют спокойно и даже терпеливо — как бабушки, когда перед ними вертится активный ребенок.

— Она точно рада вашему приезду: будет кому побросать ей палку! — смеется Катя.

Мы берем внимание Чуси на себя, а Катя немного рассказывает о том, как устроена жизнь в деревне. Сюда, под Смолевичи, минчанка переехала несколько лет назад вместе с мужем и сыном от первого брака.

— К лошадям меня тянуло с детства, хотя вся семья — такие эстеты. Я начала проситься на занятия по конному спорту в Ратомку — как шизик вставала в четыре утра и спешила на электричку! У каждого ребенка был свой конь-любимчик, у меня — Павиан. Всегда брала с собой морковку для него — не купишь себе булочку, но захватишь что-нибудь для коня. И тут приезжает машина, и говорят, что животное увозят на мясокомбинат. Туда забирали стариков и больных лошадей, у моего же были проблемы с сердцем. Я собственноручно завела Павиана в машину… В тот момент, видимо, и начала зарождаться идея, что должен быть какой-нибудь человек… Ну в смысле на мясокомбинат? — эмоционально говорит Катя.

В Ратомке девушка познакомилась с будущим мужем — оба любили лошадей и серьезно увлекались конным спортом. Свадьба, быт, а спустя десять лет в семье появился ребенок. Собственно, с декрета и закрутилась история со спасением лошадей.

— Мой сын — особенный ребенок. Еще в роддоме я поняла: что-то не так. У него был маленький вес, недостаток витамина D, смягчение костей… Поэтому он не пошел в садик, а позже был на надомном обучении. Так девять лет я и просидела дома — как иногда шучу, «отмотала срок».

Параллельно с воспитанием ребенка и бытом Катя успевала заниматься волонтерством. Изначально речь шла о помощи собакам и кошкам.

— Но не было никого, кто спасал бы лошадей. И оно понятно: это совсем другая тематика спасения. Есть еще один момент: котики и собачки ближе людям как компаньоны и даже члены семьи. Их любят, оберегают, а после смерти даже приходят на их могилы — настолько хозяева ценят память о своем питомце.

Любовь к лошадям другая: она возникает у человека только в том случае, когда к ним есть тяга.

Впервые Катя спасла лошадь в Минске еще в 2013 году. От других волонтеров она узнала о Жанне — небольшой кобылке, которую содержали в частном секторе. Говорили, что у животного серьезные проблемы с ногой, но владельцу — мужчине в возрасте — до этого вроде как не было особого дела. Поэтому Жанну продолжали использовать «по прямому назначению» — например, чтобы таскать тяжеленные бревна.

— Решили с девочками-волонтерами пообщаться с владельцем. На первое «дело» я пошла с коляской, — улыбается героиня. — Со своей стороны старались говорить культурно: спросили, что случилось с лошадью, и предлагали помощь. Конечно, отреагировали на наши расспросы не очень: мол, «чего вы лезете». По поводу травмы мужчина рассказал, что лошадь провалилась в какую-то яму, содрала кожу на задней ноге и не может на нее вставать.

Тогда мы спросили про лечение — оказалось, что ногу обернули картоном и закрепили тряпками!

И это не все: во рту вместо трензеля (разновидность удила. — Прим. Onlíner) была обычная амбарная цепь! Пока мы говорили, пришла жена этого мужика и принесла лошади ведро с едой. Я заглянула, а там холодник с котлетами! Женщина сказала, что работает в детском саду и приносит остатки. И так Жанну кормили лет 16—18.

Девушки не растерялись и напомнили тогда еще владельцу лошади об административной ответственности за ненадлежащее содержание животного и неоказание ему помощи.

— Мы спросили, планирует он ее усыплять или будет лечить. Дед буркнул, что подумает: лошадь, мол, уже старая. Тогда мы предложили ему не мучиться с выбором и сказали, что выкупим Жанну. Я знала, что наши девчонки держали своих лошадей в соседнем сарае и готовы взять к себе еще одну — подлечить и потом пристроить.

Сошлись на $500 в эквиваленте. Собрать деньги получилось благодаря объявлению на форуме.

Уже через день мы забрали лошадь. Приклеенный картон с больной ноги пытались отмочить и отодрать, но животному было настолько больно, что пришлось дать ей немножко снотворного.

У истории случился настоящий хеппи-энд: ногу удалось вылечить, а позже Жанну забрали в частное хозяйство под Копылем. Там постоялица прожила еще около пяти лет.

— После этой истории я поняла, что у нас много отзывчивых людей. Это дало толчок — и понеслось! Мне позвонили девочки: они забрали у мясника хорошую спортивную кобылу. Но от нее остался нагулянный жеребенок — ему было 4 месяца, а значит, молочный и как минимум еще два месяца нуждался в маме. Я позвонила мужчине и спросила, сколько он хочет за жеребенка, и в итоге мы забрали и Мышонка. А позже его взяла к себе та же девушка, что и Жанну. Сейчас конь в расцвете сил, вырос очень красивым.

«Меня уговорили забрать лошадей с собой»

Долгое время спасать лошадей у Кати получалось дистанционно и даже онлайн: все же в минскую квартиру даже при большом желании уместить хотя бы пони не получится. Но пристраивать животных, с улыбкой говорит героиня, получалось всегда.

— Наши лошадки жили на конюшнях с полным обеспечением — это называется постой. Там их кормили и поили, выводили гулять, нам же нужно было за это платить. Все изменилось, когда началась пандемия. Мир буквально замер. Потом все политические события… Люди перестали активно жертвовать деньги — впервые на наших расчетных счетах появились минусы, мы начали уходить в долги. А ведь раньше нам хватало не только на содержание, но и на корма, ветеринара, лекарства и даже покупку пальто (специальные накидки для лошадей, которые можно рассмотреть на фото. — Прим. Onlíner) — одно хорошее стоило от $100! И вот что делать в такой ситуации?

И тут вселенная, улыбается Катя, пустила в ход свой план. На тот момент сыну героини исполнилось 9 лет — сидеть дома без постоянной работы и какого-то движения становилось невозможно.

— Все это время нас полностью обеспечивал муж. При этом мы практически не общались, он толком и не жил дома, постоянно находился в командировках на соревнованиях. В один день я резко приняла решение все поменять: развестись и уехать из квартиры с ребенком на руках.

— Ого! Вот это утро выдалось у вас в тот день.

— Да меня будто по голове ударило! — смеется Катя. — Но никогда нельзя мириться с обстоятельствами, нужно искать выход. Конечно, было страшно, но, видимо, что-то внутри меня оказалось даже сильнее страха.

А дальше Катя — тренер и кандидат в мастера конного спорта — нашла работу на конюшне, в условиях значилось и проживание. Удалось также договориться с учителями из местной школы — сына согласились обучать по индивидуальной программе.

— Мои друзья шутят, что по моей жизни можно писать книгу! Там же, на конюшне, я познакомилась с Игорем — моим нынешним мужем. Начали встречаться и почувствовали, что находимся на одной волне, хотя он и младше меня на семь лет (мне тогда было 36). Решили, что жить будем в деревне: я со своими конями и муж-тракторист — куда нам в город? Примерно полгода этот дом мы снимали, а потом купили, — на ходу рассказывает Катя.

После переезда в деревню территорию своего участка белоруска планировала использовать для лошадей, которых спасает зоозащитная организация.

— Но были и «частники», за которыми я отдельно присматривала на конюшне. Вот этот — астматик, ему нужны ингаляции, кто-то слепой — словом, это лошади, требующие специализированного ухода. Кто будет все это делать? Поэтому, когда я уходила с конюшни, меня уговорили забрать их с собой.

«Лелик у нас такой красотун!»

В сарае Катя проводит для нас быстрый ликбез по уходу за лошадьми. Самое важное — питание. Под крышкой одной из бочек лежат зеленоватые гранулы, которые по запаху напоминают траву. Оказывается, это витаминно-травяная мука. Почему бы не дать коню сено? По той же причине, почему пожилые люди часто не могут прожевать что-нибудь твердое: для этого банально не остается зубов.

— Килограмм такой муки стоит 1 рубль 25 копеек. В день у нас уходит мешок, а это где-то 25—30 килограммов. Но без грубых кормов лошади никак, поэтому это основа. Остальное — добавки, например зерновые.

Пока Катя устраивает импровизированную ревизию, откуда-то появляется рыжий кот. Зовут его Камыш, а нашли его пять лет назад во время отдыха на местном водохранилище.

Но главные постояльцы — это, конечно же, лошади. Сейчас их в созданном Катей центре восемь.

— Они делятся на общественных и личных. В первом случае речь о животных, которые находятся на балансе зоозащитной организации, они живут за счет пожертвований, — объясняет Катя. — Есть такое понятие, как выбраковка — отбор лошадей, которые уже не подходят для эксплуатации. Размещают объявление о продаже, и купить коня может кто угодно. Что делают с такой лошадью, отдают на мясо или нет, никто не отслеживает.

Так было с полностью слепым Элмером — его сдавали на колбасу. Мы разместили информацию, и объявился мужчина из Могилева, написал, что готов выкупить и содержать, но ничего не понимает в лошадях. Спросил, готовы ли мы забрать его к себе. А ведь это тоже вариант спасения!

Элмера тот самый мужчина «опекает» до сих пор. Каждый месяц Катя присылает владельцу всю информацию по расходам: сколько нужно на корм, сено или услуги ветеринара. Кстати, хозяевам животных разрешают приезжать и навещать «подопечных».

— У некоторых животных есть владельцы. Например, лошадь состарилась или получила травмы — и хорошие хозяева готовы содержать ее на пенсии.

— А может быть такое, что владелец пропадет и перестанет оплачивать содержание животного?

— Естественно, и такое уже было — с Ураном и Хроноскопом. Люди их выкупили, спасли и планировали содержать, но не сложилось. Со своей стороны я пообещала помощь (например, каждый месяц одна компания из России присылает нам подкормку). К сожалению, в итоге лошади оказались «ничьими», но я не могла их бросить: они из Ратомки, я их хорошо знаю с детства.

Пони Лелика целенаправленно выкупила зоозащитная организация. Причем просили за коня сравнительно немного.

— А он ведь такой красотун! Подумала, что его могут быстро выкупить и забрать в город — например, чтобы катать детей. Но дело в том, что у Лелика врожденная деформация суставов: задние ножки Х-образные, он ходит как морж. Поэтому эксплуатировать его верхом, да еще по твердой поверхности ни в коем случае нельзя.

«Нам постоянно звонят с просьбой найти место»

С 2013 года усилиями HeaRT были спасены больше 300 лошадей. Среди них спортсмены, жеребята, травмированные, взрослые — словом, самые разные.

Сейчас новых постояльцев в центр помощи не принимают. Собеседница объясняет просто: они уже давно перешагнули возможный предел, ведь справляться с ежедневным уходом и лечением по-прежнему приходится именно Кате.

— Нам постоянно звонят и просят найти место. В идеале животных должно быть шесть, а их уже восемь. Но, честно сказать, я не думала о том, что будет после гибели кого-нибудь из лошадей.

Недавно, рассказывает Катя, умерла Энергия — душа команды, в прошлом спортсменка, которая даже ездила на Олимпиаду в Пекине. Три недели назад не стало и Урана. Какое-то время он жил на ферме в соседней деревне, куда Катя часто ездила для оказания помощи коню.

— Эти лошади умирают, прожив долгую жизнь. Бывает, что это происходит в таком состоянии, когда думаешь: отмучился.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от ЛОШАДИ | ПОМОЩЬ ЛОШАДЯМ | лошади на пенсии| помощь животным (@savehorse.rb)

HeaRT — это все еще единственная команда помощи лошадям в Беларуси. При этом зарплату за свою работу Катя не получает. Зачем все это нужно женщине, да еще и во втором декрете с 2-летней дочкой? Героиня отвечает четко: конечно же для души.

— Я и коней смотрю, и Instagram веду, и с журналистами общаюсь, — смеется Катя. — При этом я не могу уехать в отпуск или даже заболеть — хорошо, если подстрахуют муж и сын.

Стройка, ремонты, обустройство и финансовые вопросы — все это вотчина мужа Кати. Время от времени ухаживать за «постояльцами» помогает старший сын (сейчас парню уже 14 лет).

Но, несмотря на практически круглосуточную работу, обеспечить тихую пенсию лошадям становится сложнее. У центра, честно говорит хозяйка, появились долги. А часто необходимые суммы и вовсе закладываются из личных денег.

— Не думали в таком случае закрыться?

— Думали конечно. Но как же их бросить?

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by