Спецпроект

«Развелся с женой». Истории белорусов, для которых храп стал не просто проблемой

36 467
29 октября 2021 в 8:00
Автор: Снежана Инанец. Фото: Максим Тарналицкий, Максим Малиновский
Спецпроект

«Развелся с женой». Истории белорусов, для которых храп стал не просто проблемой

Храп может не только поставить человека в неловкое положение в поезде, но и разрушить семью или стать предвестником апноэ (серьезный синдром, когда у человека на время останавливается дыхание во сне). А где апноэ, там риски преждевременной смерти или сон в специальной маске, нагнетающей воздух. Вместе с производителем матрасов Ritmo мы выяснили, часто ли бывает, что из-за храпа не до шуток, и задали другие простые вопросы об этой проблеме сомнологу «Центра здорового сна» Татьяне Горбат. А во второй части статьи Onlíner — три истории от людей, которые очень сильно храпят или много лет сражаются с апноэ.

Напоминаем, что в рамках проекта мы завели специальный канал марафона ранних подъемов в Telegram, где ежедневно публикуем полезную информацию. Предлагаем участникам вставать в шесть утра. Марафон уже стартовал, но никогда не поздно присоединиться. Еще есть чат для жаворонков, где мы вместе обсуждаем сложности в приобретении полезной привычки.


Татьяна Горбат — врач-кардиолог высшей квалификационной категории, кандидат медицинских наук, сомнолог

Откуда берется храп: особенности анатомии, лор-проблемы, лишний вес

— Откуда вообще берется храп?

— Многое зависит от анатомии дыхательных путей, которая передается по наследству. На возникновение храпа влияет определенное строение мягкого неба: то, какую форму оно имеет, как прогибается.

Встречаются среди храпящих взрослые пациенты с переломами носа. В их лечении первым этапом идут выравнивание носовой перегородки, открытие носовых ходов, удаление полипов, устранение проблем с пазухами. Когда все восстанавливается и выравнивается, но звук остается, вторым этапом предлагается сомнопластика (операция, устраняющая дефекты мягкого неба. — Прим. Onlíner).

Храп может быть связан с проблемами нижней челюсти. Этим занимаются дентальные сомнологи и стоматологи-ортопеды, работающие с височно-челюстными суставами.

Есть факторы, которые повышают риски появления храпа — например, ожирение. Как эндокринологи при диабете и ожирении измеряют талию, так сомнологи измеряют пациентам окружность шеи.

Если окружность шеи у мужчин больше 42 сантиметров, а у женщин — больше 38, это очень жесткий фактор риска — не только по усугублению храпа, но и в плане появления остановок дыхания.

Что еще влияет? Алкоголь перед сном, который усиливает мышечное расслабление, гипофункция щитовидной железы, что увеличивает отечность и сужает дыхательные пути, какие-то нейромышечные заболевания, о которых пациент знает и до появления храпа.

Бывает, храп усиливается во время сна в конкретной позе. Американцы запатентовали карман в пижаме, куда кладут теннисный шарик, чтобы человек рефлекторно не ложился на спину, а спал на боку.

— Но ведь сам по себе храп не болезнь. Симптомом какой болезни он является? И вы перечислили столько факторов для появления храпа — как вообще найти настоящую причину?

— Храп — это один из симптомов апноэ — синдрома остановок дыхания во сне. Когда человек обращается за помощью, нужно верифицировать храп, уточнить, это просто звуковой феномен или симптом апноэ. Мы должны исключить значимые остановки дыхания во сне, потому что они опасны. Что касается факторов, усугубляющих храп, то каждый из перечисленных вносит свою лепту.

Молодые худые дамы порой очень сильно храпят из-за особенностей анатомии дыхательных путей. У более пожилых причинами могут быть дряблость мускулатуры, сопутствующее ожирение…

— А дети тоже страдают от храпа и апноэ?

— Да, дети тоже страдают от синдрома апноэ, но на 90% это зависит от лор-патологий: избыточной гипертрофии миндалин, аденоидов и так далее. С детьми в основном работают лоры, и это помогает.

— Есть истории, когда пациенты соглашаются на лор-операции, но храп не проходит. Почему так?

— Это может говорить об индивидуальных особенностях пациента. Когда лор-врачи берутся за операцию на мягком небе, они не могут прогнозировать, насколько оно подтянется, как заживет рубец: это индивидуальный ответ мягких тканей конкретного человека.

— Вы говорили, что для сомнолога самое важное — разобраться, является ли храп синдромом остановки дыхания. А социальный аспект — не такая уж и беда?

— Нет, это тоже беда. Храп вызывает дикий дискомфорт у самого человека и влияет на окружение: могут страдать супруги, соседи по транспорту или гостинице. Когда человеку говорят, что он храпел, это вызывает жуткое стеснение и расстройство адаптации. Психологический дискомфорт может влиять на отношения супругов, на исход их брака. Определяя осложненность храпа, мы выделяем стратегии лечения. Если храп не осложнен остановками дыхания, то радикальным способом коррекции является сомнопластика — оперативное лечение мягкого неба, будем так говорить. Если храп осложнен апноэ и остановки дыхания требуется устранять, то это уже совсем другое лечение.

«Апноэ — очень грозная болезнь». О людях, которые не дышат во сне

— А бывает безопасный храп, на который вообще не стоит обращать внимания?

— Любой храп подлежит той самой верификации на предмет остановок дыхания. Если остановки незначимые (до пяти в час), непродолжительные, то они не приведут к ухудшению качества и продолжительности жизни. Но храп нужно наблюдать. Даже если человек не набирает вес, если у него нет других факторов риска, но он храпит, то раз в год нужно контролировать, не появились ли остановки дыхания или не усугубились ли они.

Бывает, в 30 лет у пациента просто храп, а в 40 — уже синдром апноэ, который стоило бы лечить лет пять назад.

— Давайте подробнее поговорим про апноэ. Чем так опасен этот синдром?

— Синдром обструктивного апноэ сна — грозное заболевание. Еще в прошлом веке провели крупное популяционное исследование, которое показало, что риск смертности у пациентов с апноэ в десятки раз выше в сравнении с людьми без этого синдрома. Такие пациенты не задыхаются во сне, а умирают от осложнений сердечно-сосудистой системы, инсультов, инфарктов. Апноэ также вызывает повышенное давление, жизнеугрожающее нарушение ритма.

— Как вообще происходит остановка дыхания во сне?

— Человек ложится спать, мышцы расслабляются. Глотка на определенном участке — перед входом в трахею — слабый полый мышечный орган. Она схлопывается из-за разницы внутригрудного и брюшного давления. Если это происходит больше чем на 10 секунд, это уже остановка дыхания. В этот момент воздух не проходит в верхние дыхательные пути, в легкие — падает концентрация кислорода. Наступает эпизод десатурации. В это время обедненная кровь омывает рецепторы головного мозга, и организм понимает, что концентрация кислорода упала, а значит, нужно увеличить пульс и давление, чтобы быстрее прокачалась кровь и органы и ткани не страдали от гипоксии, кислородного голодания. Таких эпизодов десатурации у апноика может быть около 50—70 в час. Сомнологи определяют индекс остановок дыхания (в час).

До 5 остановок — вариант нормы, от 5 до 15 — легкая степень апноэ, больше 15 — средняя, больше 30 — уже тяжелая, которая требует немедленной СИПАП-терапии.

Во время остановок дыхания человек не просыпается, он просто из глубоких фаз сна переходит в поверхностные — этого достаточно, чтобы дать команду открыть дыхательные пути. Но человек не высыпается, так как лишен глубоких фаз сна и находится в кислородном голодании. Отсюда депрессивное состояние, жуткая дневная сонливость, повышенная вероятность попасть в ДТП. Качество жизни у апноиков крайне низкое.

— Во время СИПАП-терапии используют прибор, который помогает человеку с апноэ дышать. Говорят, аппарат недешевый, а еще предполагается, что ты будешь всю жизнь спать в маске.

— Это специальное оборудование, небольшие компрессоры с контуром и масками, которые пациенты используют во время сна. Оно механически устраняет препятствия для воздуха. В итоге дыхание у человека не останавливается, храпа тоже нет. Да, это постоянное длительное лечение, но, поверьте, здоровье дороже. За 40 лет существования этого метода изменился только интерфейс прибора, но других методик, к сожалению, не появилось.

— Как много к вам приходит пациентов с остановками дыхания, при которых нужна срочная СИПАП-терапия?

— Таких пациентов крайне много. Каждый четвертый, кто проходит полисомнографию по поводу храпа, — тяжелый апноик, которому такая терапия нужна.

Популяционных исследований по храпу и апноэ по Беларуси не было. По европейской популяции от 10 до 12% синдромов обструктивного апноэ включаются после 30 лет.


История первая. «Развелся с женой из-за храпа»

Игорь Микуло живет в Минске. Тот самый социальный аспект, о котором рассказывал сомнолог, мужчина ощутил на себе в полной мере: говорит, сильный храп стал причиной развода.

— У нас была однокомнатная квартира, я сильно храпел, а жена не могла спать рядом со мной. Не высыпалась, на учебу шла никакая, психанула — и решила переехать к маме. Я говорю: «Ну, извините».

Очень громко спать Игорь стал лет 20 назад.

— Занимался спортом — мне нос повредили мячиком, тогда и началось. Мне-то во сне спокойно, ничего не болит, но храпишь себе — и окружающим мешаешь.

Однажды минчанин купил в телемагазине «чудо-прибор».

— Браслет, который надевается на руку или ногу. Ты захрапел, он бьется током — и ты просыпаешься. Помогает ли? Помогает окружающим — спать, а тебе — нет, — смеется Игорь. — Ты просто лежишь без сна. Пользовался им несколько дней, а потом бросил.

С годами он храпел все сильнее, а усугублял ситуацию лишний вес: мужчина весил под 120 кило.

— Уже апноэ начиналось: сначала дышишь-дышишь, потом с минуту — нет, а потом начинаешь, как паровоз, воздух в себя всасывать. Ну тоже такие себе ощущения.

Пойти лечиться уговорила девушка (теперь уже жена). Сначала Игорю сделали операцию по исправлению носовой перегородки. Храпеть он стал меньше, но потом проблема вернулась. Гипотеза врача, что все от аллергии, тоже не подтвердилась.

— Храпим до сих пор, но уже меньше. Думаю, помогло, что вес сбросил — килограммов 20 из своих 120. Если раньше я в любом положении храпел, то сейчас — только на спине. Жена толкнет — перевернусь на бок, и все хорошо. Ей этот звук, кстати, абсолютно не мешает. Говорит: «Храпи-храпи, отгоняй от меня злых бабаек».

История вторая. «Когда близкий постоянно спит в „кислородной маске“, приятного мало»

Павел тоже из Минска. Сейчас ему 34, храпеть начал лет в 14.

— Тогда еще родители отправили меня к лору. Проблема на короткое время исчезла после удаления аденоидов, потом проявлялась нерегулярно. Когда мне было года 22, уже супруга заметила, что ночью я постоянно храплю. И это было только начало — появились задержки дыхания во сне. Пошел обследоваться в центр сна, и мне поставили диагноз апноэ. С тех пор лоры советовали исправить носовую перегородку, но в том, что причина именно в ней, уверены не были. А я не решился просто так ложиться под нож.

Однако ситуация была серьезная.

— Обследования показали, что за ночь у меня было несколько сотен эпизодов остановки дыхания продолжительностью до нескольких десятков секунд. И я был вынужден купить аппарат, который заставляет меня дышать. Этот гаджет — удовольствие ни разу не дешевое: восемь лет назад мой стоил около €2 тыс. Близкие, конечно, не в восторге от прибора: звук компрессора, который постоянно дует, слышен. Ну и когда близкий человек постоянно спит в «кислородной маске» — ничего приятного в этом нет.

Если вдруг я ночью без аппарата, дыхание снова останавливается — на следующий день я разбитый, ни работоспособности, ни концентрации.

Теперь Павел хочет похудеть (сейчас он весит 140 килограммов), но пока попытки не увенчались успехом.

— Сомнологи связывают сложности с похудением с апноэ, а само апноэ — с лишним весом. Такой вот замкнутый круг. Так что по-прежнему вожу с собой СИПАП-аппарат — и в отпуск, и в командировку. По размерам сумка как для ноутбука, только толще раза в два. Раньше она вызывала много вопросов в аэропортах, а сейчас уже реже: в мире много таких, как я.

История третья: «В роддоме храпела так, что соседки выгнали из палаты»

Анжела Макагонова живет в Жлобине. Когда мы искали людей, которые страдают от храпа, она отходила от операции по исправлению перегородки. А началась ее проблема в 2000 году, как у многих, с травмы носа.

— Когда сломала нос, врачи не сразу увидели перелом, а когда обнаружили его, все было немного запущенно. Мне заново ломали нос, чтобы помочь. Была операция, что-то починили, но сказали: «Все остальное — пластика, не наши вопросы». Остались искривленными перегородка и кости носа. Я начала сильно храпеть.

Громкий симптом мешал.

— Я стеснялась спать в поездах, потому что понимала: сейчас буду на весь дизель храпеть. И ты постоянно в полудреме, контролируешь себя, чтобы не перепугать людей.

На восьмом месяце беременности попала на сохранение в больницу. Нас в палате было шесть, другим вот-вот рожать. Я храпела так, что соседки меня выгнали из палаты. Утром меня перевели в двухместную — там уже была лояльная соседка.

Были проблемы с носом и посерьезнее: простуды после травмы легко переходили в гаймориты, синуситы. Лор сказал, что очень нужна операция по исправлению костей носа и перегородки.

— Первые три дня после операции я думала: если бы знала, что будет так болеть, не согласилась бы. Теперь уже не жалею!

Собеседница показывает свои фото до и после последнего вмешательства хирургов: нос сильно выровнялся.

— Стало проще дышать, сильного храпа нет. Надеюсь, поможет.


Повышенный уровень комфорта, элегантный дизайн каждой модели, отражающий ее функциональность, инновационные решения и натуральные материалы — пожалуй, это главное, что вам стоит помнить о матрасах бренда Ritmo.

А еще то, что идеального матраса для всех не существует. Именно поэтому мы разработали широкий ассортимент моделей, среди которых вы найдете свою, и она точно будет соответствовать вашим предпочтениям и потребностям.

Спецпроект подготовлен при поддержке закрытого акционерного общества «Холдинговая компания „Пинскдрев“», УНП 200250960.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ng@onliner.by

Автор: Снежана Инанец. Фото: Максим Тарналицкий, Максим Малиновский
Без комментариев