«Не было информации о грозе». Что говорили сотрудники милиции во время допросов по делу о давке на Немиге
476
27 мая 2019 в 19:34
Автор: Настасья Занько. Фото: Александр Ружечка, Максим Малиновский, Анна Иванова, скриншоты видео из архива НТВ и ТСН
«Не было информации о грозе». Что говорили сотрудники милиции во время допросов по делу о давке на Немиге

В день трагедии, 30 мая 1999 года, прокуратура города Минска возбудила уголовное дело по статье «Халатность». Расследование длилось больше двух лет и закончилось в декабре 2001-го. Обвинения предъявили первому заместителю начальника милиции общественной безопасности ГУВД Виктору Русаку и начальнику отдела по массовым мероприятиям милиции общественной безопасности Михаилу Кондратину.

Изначально мы планировали встретиться с Виктором Русаком и Михаилом Кондратиным. Нам стало известно, что после трагедии на Немиге Русак был главным советником председателя Миноблисполкома, а потом генеральным директором «Миноблавтотранса». Правда, 22 марта 2017 года суд приговорил Виктора Русака к 5 годам колонии усиленного режима за коррупционные преступления. Поэтому поговорить с ним не удалось по объективным причинам.

Фото: mlyn.by

Контакты Михаила Кондратина обрываются. Известно, что после трагедии на Немиге он работал начальником секретариата в Академии МВД. Где он сейчас и что с ним, в академии не знают.

Дальше мы разыскали рядовых сотрудников милиции, которые тогда были на месте, но те, кого удалось найти, от комментариев отказались. Тогда мы обратились в МВД за помощью, а также к заместителю министра внутренних дел Александру Барсукову, который в тот день руководил ротой ОМОНа.

Фото: mlyn.by

Но получили ответ о том, что это «нецелесообразно», так как «указанная тема активно освещалась в средствах массовой информации, в том числе с комментариями сотрудников органов внутренних дел».

Правда, нам повезло. Нина Инькова, мама погибшей Маши Иньковой, сохранила все документы, которые ей присылали суды и прокуратура, а также вместе с адвокатом Олегом Волчеком записала на диктофон и набрала часть протоколов допросов, которые читала, когда знакомилась с уголовным делом. Кроме того, Нина Степановна сохранила и видеокассету с некоторыми записями от журналистов НТВ. На ней есть видео, как тогда еще командир ОМОНа майор Александр Барсуков докладывал о ЧП Александру Лукашенко.



— Это было такое вялотекущее расследование. Сроки постоянно продлевались, нам говорили, что следствие вот-вот подойдет к концу, — рассказывает Нина Степановна. — Сначала над нашим делом работал следователь Комаровский. Потом он умер, за расследование взялся другой, и все как-то стало идти медленнее.

Дело было отдано прокурору для направления в суд только 20 декабря 2001 года. С момента трагедии прошло почти два с половиной года.

Итак, что же говорили обвиненные начальники Виктор Русак и Михаил Кондратин и их коллеги?

Виктор Русак: «Находиться в метро не было необходимости»

В момент трагедии Виктор Русак работал в должности первого замначальника милиции общественной безопасности (МОБ) ГУВД Мингорисполкома. С момента его назначения до ЧП на Немиге прошло ровно 20 дней. Во время допроса он объяснил, что 7 апреля проведение праздника было согласовано с заместителем председателя Мингорисполкома Гуриным. 28-го изучение этого вопроса было поручено Михаилу Кондратину. Его заместитель уже составил план обеспечения охраны общественного порядка. Кондратин подписал этот план, а Русак утвердил.

— В данном плане указаны все подразделения, которые должны принять участие в празднике. Количественный состав определяет каждый из руководителей, которые указаны в плане проведения мероприятий, — говорил он. — Хочу отметить, что в прошедшем 1998 году такой праздник пива «Оливария» нами проводился, проводился в этом же месте, возле Дворца спорта, личного состава участвовало 150 человек.

В прошлом году праздник прошел без всяких ЧП, успешно, поэтому этот праздник для нас не был чем-то необычным.

Русак говорит, что организаторы «Класс-Клуб Джаз Крафт» заключили с ГУВД договор и по смете оплатили услуги по охране общественного порядка. На мероприятии, исходя из сметы, должно было быть 28 правоохранителей.

— По сложившейся практике к охране праздников привлекается намного больше сотрудников, в обязательном порядке создается резерв, достаточный для обеспечения охраны порядка и безопасности граждан, — отмечал он.

Он добавил, что праздник пива должен был начаться в 12:00 и закончиться в 23:00, поэтому сотрудники милиции прибывали на праздник поэтапно.

Расстановка сотрудников ОМОНа и работников милиции

— К вечеру обычно много людей собирается, а поэтому необходимо обеспечить охрану порядка большим составом сотрудников, — объяснял Виктор Русак. — Я прибыл к месту проведения в 15:00, о том, что я нахожусь в этом месте, было известно дежурному ГУВД. Кроме этого, я постоянно имел с собой рацию, у каждого руководителя имеется свой позывной. По прибытии на праздник я обошел места скопления отдыхающих, проверил несение службы, порядок общественный был обеспечен на должном уровне.

— Скажите, какая была погода во время проведения праздника? — уточнил следователь.

— Погода была великолепная, солнечная, было очень тепло на улице, погода, можно сказать, была ровная, стабильная. В 20:00 начался концерт группы «Манго-Манго», — говорит он. — Во время концерта, примерно в 20:35, резко потемнело, начался сразу резко сплошной ливень и град, размеры града были до 1 сантиметра. В это время я находился возле торгующих палаток, и мне была хорошо видна сцена и зрители. Отдыхающие, в основном молодежь, как с низкого старта сорвались и все побежали в сторону метро. Часть молодежи побежала через дорогу на противоположную сторону проспекта Машерова к жилым домам.

Вечер после трагедии

Я увидел, что к метро бежит большой поток людей, и дал команду Кондратину выставить цепочку из сотрудников вдоль проезжей части и цепочку из сотрудников на верхней площадке входа в метро. Цель цепочки была не задержать бегущих, а помочь им не создавать пробки и чтобы не мешали друг другу. Команда была рассечь толпу и обеспечить безопасный вход в метро. Все это происходило мгновенно. От командира ОМОН Юрия Подобеда я получил по рации сообщение, что цепочка на верхней площадке сметена, требуется помощь. Я дал команду использовать резерв ОМОН и отсечь толпу от входа в метро, туда направил Подобеда и Кондратина.

Прибыв к входу в метро, они мне сообщили, что там большая толпа и давка. Резерв, который был послан, сумел остановить толпу на верхней площадке у входа в метро. В принципе, уже все бегущие остановились. В это же время уже через дежурного были вызваны машины скорой помощи и было известно, что имеются жертвы. Когда я подошел непосредственно к входу в метро, то увидел большое скопление лежащих людей. Люди лежали в разных положениях, как бежали, так и падали, в основном лежали на ступеньках второй площадки. ОМОН проводил эвакуацию потерпевших, дождь к этому времени уже кончился. Он был обильный, но краткосрочный. Охрана общественного порядка и эвакуация людей продолжалась примерно до 24 часов.

Газета «Имя» за 3 июня 1999 года

— Расскажите, как располагалась сцена на месте проведения праздника? Где находились зрители? — задал вопрос следователь.

— Сцена была расположена между Домом физкультурника и строящейся площадкой. Зрители были расположены между строящейся площадкой и сценой, то есть сцена была расположена тылом к Дому физкультурника. Зрители лицом были обращены к сцене в сторону метро «Немига». Когда начался дождь, бо́льшая часть молодежи побежала в сторону метро. Это произошло внезапно, вследствие начавшейся стихии. В этот период времени в метро наших сотрудников милиции, которые непосредственно осуществляли охрану порядка проводимого праздника, не было, кроме наряда сотрудников милиции метрополитена. Находиться в метро не было необходимости. Все отдыхающие находились возле сцены и слушали концерт, никакого движения в сторону метро практически не было. Побежали к метро все после начавшейся стихии. Я считаю, что причиной этой страшной трагедии стала стихия.

— Вы должны были каким-либо способом быть уведомлены о надвигающейся стихии? — спросил следователь.

— Я затрудняюсь назвать документ, но в сложившейся практике Гидрометцентр предупреждает милицию о надвигающейся стихии. Обычно такие сообщения должны поступать дежурному ГУВД. О надвигающейся стихии 30 мая 1999 года я лично ничего не знал.

Михаил Кондратин: «Предупреждение о штормовом ветре и грозе к нам не поступало»

Начальником отдела по массовым мероприятиям МОБ ГУВД Мингорисполкома 40-летний Михаил Кондратин работал с 1 июня 1997 года. Именно его отдел занимался организацией и охраной общественного порядка при проведении массовых мероприятий в Минске, составлял планы по обеспечению охраны общественного порядка и так далее.

Первый венок на месте трагедии

— Какого-либо типового плана, который бы регулировал расчет сил и средств для поддержания общественного порядка при проведении массовых мероприятий, в ГУВД МВД не существует. Расчет сил и средств при обеспечении охраны общественного порядка при проведении массовых мероприятий мы производим из учета сложившейся практики проведения массовых мероприятий, — объяснял он 2 июня 1999 года.

— Нет документов, которые бы определяли, сколько необходимо использовать сотрудников милиции и техники в зависимости от места проведения мероприятия, количества участников. При составлении плана мы исходим только из практического опыта работы. Существует только типовой план предупреждения, пресечения и ликвидации массовых беспорядков. Это совершенно секретный план, и мы им пользуемся только в чрезвычайных ситуациях. Только в этом плане производится расчет сил и средств, необходимых для этих целей.

Кондратин объяснил, что в 20-х числах апреля из Мингорисполкома к ним в отдел пришло письмо с разрешением ООО «Класс-Клуб Джаз Крафт» провести 30 мая 1999 года пивной праздник «Оливария». Кондратин поручил заняться вопросом своему заму Николаю Вилькоту. Именно он занимался подготовкой плана охраны общественного порядка, созванивался с организаторами, уточнял все вопросы и так далее.

Кондратин подписал итоговый план от Вилькота, а Русак утвердил его 26 мая 1999 года. В плане не было ни четкого количества сотрудников милиции, ни возможного числа зрителей. Уже во время инструктажа 27 мая речь шла о том, что погода будет хорошая и людей придет очень много, поэтому «несколькими сотрудниками не обойдешься». О том, что в тот день будет гроза, речь не шла.

Справка, которая была в материалах уголовного дела. Ее Нина Инькова и адвокат Олег Волчек зачитали на диктофон, а позже напечатали

— Предупреждение о штормовом ветре и грозе из Гидрометцентра 30 мая не поступало к нам, и этот вопрос не обсуждался. Я не знал прогноза погоды на 30 мая 1999 года. Каких-либо документов, которые регламентировали бы эти вопросы с учетом погодных условий для проведения массовых мероприятий, я не знаю. Их просто нет, — говорил Кондратин.

Он отмечает, что никаких вопросов площадка у Дворца спорта у него не вызывала, так как там не раз проходили различные массовые мероприятия и каких-то эксцессов не было.

— Пешеходный переход метро через улицу Немигу никогда не доставлял нам хлопот и никогда не перекрывался ранее. Поэтому мы не обращали внимания на него, — говорил Кондратин. — В прошлом году 29 августа 1998 года во время «Невероятного фестиваля», проводимого фирмой Philips, присутствовало около 10 тыс. человек. Люди выходили из метро через этот переход, и никаких вопросов не было. Тогда 29 августа никто из сотрудников милиции не регулировал потоки людей, только сотрудники метрополитена регулировали потоки пассажиров.

Тот самый Дом физкультурников

На место Кондратин прибыл в десять утра. Там уже были 17 сотрудников ОМОНа и 8 сотрудников Центрального РОВД. Зрителей еще не было, рабочие устанавливали сцену, вдоль проспекта Машерова разворачивалась торговля.

— Сцена была установлена в торце, точнее, под углом к проспекту, по направлению Дворца спорта, за Домом физкультурника «Трудовые резервы», — говорит он. — Командиры расставляли наряды по принципу максимального охватывания территории местности, где проводилось мероприятие, чтобы полностью его контролировать. Перед сотрудниками ОМОН и Центрального РОВД мы ставили задачу иметь мегафоны. Сколько их было в тот день, не могу сказать. В связи с тем, что никогда не было вопросов с пешеходным переходом через улицу Немига, станцию метро «Немига», мы не ставили задачу ставить там отдельные посты и регулировать поток зрителей. По сути, эти вопросы должны были решать сотрудники милиции по охране Минского метрополитена.

Михаил Кондратин говорил, что отдел охраны метрополитена был в курсе, что проводится праздник. Их задача была больше регулировать пассажиропоток.

— Наша же основная задача была обеспечить охрану общественного порядка во время проведения праздника, чтобы не было правонарушений, повреждения имущества граждан, а также их личную безопасность, — говорил он.

Примерно в 19:00 прибыл дополнительный взвод ОМОНа. На месте находился командир ОМОНа Юрий Подобед, а также Виктор Русак.

— Возле Дворца спорта находились военнослужащие в/ч 5448, бригады милиции. Их было около 80 человек. Кто им дал указание прибыть на это место — не знаю, во всяком случае в наш план они не входили. Они были использованы как резерв на случай массовых беспорядков, — говорил Кондратин и добавлял, что уже к началу концерта группы «Манго-Манго» на площадке было около 2,5 тыс. человек.

В давке на Немиге погибли двое сотрудников милиции, один из которых служил в ОМОНе

— Внезапно начался проливной дождь, град, причем концерт только начался, до конца мероприятия оставалось еще два часа. Я находился в это время за сценой, возле Дома физкультурников, — объяснял он. — По рации в этот момент я получил команду от Русака выставить цепочку сотрудников ОМОН вдоль проспекта Машерова и направить сотрудников к станции метро «Немига». Как я понял, что необходимо было регулировать движение зрителей. Мне не было видно из-за Дома физкультурника движения зрителей, и я не знал, в связи с чем Русак дает такую команду.

Я в свою очередь поставил задачу перед Подобедом. Очень быстро, почти сразу, в пределах двух минут поступила команда Русака по рации направить резерв к станции метро «Немига», на помощь. Дословно Русак по рации сказал так: «Дополнительно послать на помощь, отсечь толпу». Он приказал и мне следовать туда с командиром ОМОН, при этом не сказал, что там происходит. Все это я передал командиру ОМОН и пошел к станции метро «Немига». Шел я с тыльной стороны Дома физкультурника.

Не подходя ко входу, остановился и посмотрел в сторону перехода. Увидел, что оттуда несут на руках людей, и понял, что случилось чрезвычайное происшествие. По радиостанции я попросил ускорить вызов машин скорой помощи. В том месте в это время было около 20 сотрудников ОМОН. Они оказывали помощь пострадавшим. Я принимал меры к обеспечению прибытия техники к месту происшествия.

Что говорили другие сотрудники милиции?

Юрий Подобед: «Град, скользко, кто-то упал первый, а за ним и другие — получилось скопление»

Заместителем командира ОМОНа Мингорисполкома Юрий Подобед стал в апреле 1999 года, до этого служил во внутренних войсках МВД. По его словам, организаторы праздника оплатили всего лишь нахождение на месте 14 сотрудников. Но так как этого для охраны общественного порядка было недостаточно, решили задействовать три взвода ОМОНа общей численностью 65 человек. Они должны были работать посменно с 12:00 до 23:00.

— В районе 19 часов, когда стал прибывать народ, по распоряжению полковника Русака был вызван резерв, который расположился там же, где и первый взвод — за зданием Дома физкультурника, — говорил Подобед. — Прибыл майор Александр Барсуков, с ним 22 сотрудника. Расстановку отряда я проводил лично на местности. Четыре сотрудника ОМОН находились непосредственно перед сценой, на которой должен был проходить концерт группы «Манго-Манго». Два сотрудника — за сценой. Остальные парными патрулями были рассредоточены по периметру проведения праздника. За Домом физкультурника стоял автобус ОМОН с резервом. Праздник проходил без особых происшествий.

Во время концерта группы «Манго-Манго» Подобед находился за сценой. По его словам, все происходило в обычном режиме.

— Спустя минут 15—20 после начала концерта пошел сильный дождь, град с размером в вишню, — говорил он. — По рации от полковника Русака я получил команду выставить цепочку возле перехода на проспекте Машерова, так как через дорогу, прячась от дождя, бежало много людей. Он также дал команду выставить наряд на верхней площадке у входа в метро, чтобы рассекать людей, чтобы не толпились. Эта команда для нас является штатная, она применяется, чтобы не допустить паники и травматизма вследствие скопления большого количества людей. Я дал команду майору Гайдуку, чтобы он прибыл к входу в метро, а наряду, который нес службу возле пивных павильонов со второй площадки, перекрыть проспект Машерова возле пешеходного перехода, чтобы не мешать проезжающему транспорту.

Примерно через минуту, все происходило очень быстро, Гайдук мне по рации сообщил, что наряд смели вниз, есть потерпевшие. Дословно помню его слова: «Нет, нет. Возможно, 10. Нужна скорая помощь». По радиостанции я доложил об этом Русаку, он сказал, что все слышал, приказал отправить к метро резерв и срочно выбыть мне к Кондратину сюда же. Я дал команду Барсукову немедленно выдвинуться к метро.

Когда я бежал к метро, то видел, что сотрудники ОМОН успели вытеснить людей от входа и начали выносить пострадавших. В это время я дал команду четырем сотрудникам наверху у входа в метро сдерживать толпу. Двоим сотрудникам — обеспечить проход проезжей части, чтобы выносить потерпевших и грузить в автобус ОМОН, который к тому времени до прихода машин скорой помощи уже подъехал к метро. Пострадавших извлекли из метро примерно за 15 минут.

Причинами случившегося Юрий Подобед назвал град, мокрое гранитное покрытие в метро и каблуки у девушек.

— В этом отношении я бы сделал вывод в связи с тем, что после этого происшествия было очень много обуви именно на каблуках внизу перехода, то есть она не держалась на ноге, если при этом учесть, что град и скользко, кто-то упал первый, а за ним и другие — получилось скопление… — заключил он.

Дмитрий Гайдук: «В считаные секунды мы были толпой отодвинуты к стенам пешеходного перехода»

Заместитель оперативной роты ОМОНа Дмитрий Гайдук как раз и был среди тех омоновцев, которые должны были регулировать толпу на входе в переход. Во время допроса он рассказал, что возле сцены стояли четыре сотрудника, от Дома физкультурника до Дворца спорта — два сотрудника, у ларьков с пивом — еще четыре сотрудника. Двое сотрудников дежурили в Троицком предместье.

— Поскольку сотрудников нашего взвода не хватало, дополнял резерв майор милиции Барсуков. Его сотрудники в количестве 25 человек находились в автобусе с тыльной стороны Дома физкультурника, — говорил он. — Из их числа было выделено около половины и было расставлено вдоль реки, со зрителями возле сцены. Были еще сотрудники милиции, но сколько, из каких подразделений, не знаю.

Он, как и остальные, говорил, что до начала грозы никаких особенных происшествий не было. Когда начался дождь, ему и еще шести сотрудникам Юрий Подобед скомандовал пойти в район подземного перехода станции «Немига».

— Я взял с собой сотрудников ОМОН: Врублевского, Виноградова, Бакиновского, Аксюту, Голосова и бегом отправился к станции метро «Немига». По пути ставил задачу: «Все за мной к станции метро». Бежали со стороны проспекта Машерова, ближе к зданию Дома физкультурника, — говорил он. — Прибыв к входу в подземный переход, я дал команду сотрудникам выстроить цепочку на расстоянии двух шагов друг от друга, перекрыв вход в метро. Это штатная ситуация, дал команду упорядочить движение.

По словам Гайдука, они не использовали турникеты, других же сотрудников милиции, кроме них, у входа в метро не было.

— Переход был заполнен людьми. Люди в этот момент не выходили, а продолжали входить в метро большим наплывом, — говорил он. — Точнее, вбегали в метро, прикрывшись сумочками и другими предметами, целлофановыми пакетами. За руки брались, не препятствуя людям проходить в метро, а только лишь старались упорядочить движение толпы. Через мегафон предупреждал, что скользко, мокро и нужно спокойно без паники заходить в метро. Пошел град крупнее гороха, проливной дождь. Было скользко на ступеньках.

— В считаные секунды мы были толпой отодвинуты к стенам пешеходного перехода. Люди не слушались команды, напирали, проламывались в переход. Цепочка наша была разбита и снесена к стенкам перехода. Сразу по радиостанции я связался с Подобедом: «Оказать помощь всех нарядов, обстановка выходит из-под контроля. Необходима скорая медицинская помощь, так как видел падающих людей», — рассказывал он. — Падающих людей заметил, нас оттеснили к стенкам перехода, и я посмотрел вниз по ступенькам. Причину падения людей я не знаю. Начала их падения я не видел. Всех своих сотрудников я не видел. С Врублевским я оказался рядом с одной стороны. Тогда я дал команду отсечь толпу.

Я кричал: «Отсечь толпу!» По мегафону предупреждал людей о том, что метро забито, просил отойти назад. Когда стал кричать, люди приостановились, в это время увидел, что с правой стороны подошел резерв ОМОН во главе с майором Барсуковым. Когда я дал команду оттеснить толпу, мои пять сотрудников обеспечили приостановление толпы, разделили находившихся и подходивших к переходу. В это время появился майор Барсуков, он со своим личным составом полностью отделил толпу. Мне не было видно, сколько находилось людей в переходе, во всяком случае подход был забит людьми. Перед собой видел лежащих людей от стены до стены и почти до потолка. Я оценил ситуацию и дал команду по мегафону вытаскивать и спасать людей. Проход уже был свободен наверх ко Дворцу спорта.

Люди пытались выползать обратно к выходу через лежащих. Я просил прекратить панику, начали эвакуировать лежащих. В переходе было душно, люди в панике. Нам помогали гражданские, сотрудники милиции в гражданской одежде, оказавшиеся там.

Что говорили на допросах сотрудники метро, чиновники исполкома и организаторы праздника, а также чем закончился суд, читайте в наших следующих материалах.

Читайте также:

Подписывайтесь на наш канал в «Яндекс.Дзен»

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. ng@onliner.by

Автор: Настасья Занько. Фото: Александр Ружечка, Максим Малиновский, Анна Иванова, скриншоты видео из архива НТВ и ТСН