Рождение предпринимательства: как в региональном колледже поженили рабочий класс и капитализм

36 218
18 мая 2017 в 8:00
Автор: Александр Владыко. Фото: Александр Ружечка

Рождение предпринимательства: как в региональном колледже поженили рабочий класс и капитализм

«Хабзай? Никто уже не знает, что это такое», — мужчина в солнцезащитных очках широко шагает по территории колледжа. Идущие навстречу учащиеся Вилейского государственного колледжа тихо здороваются. Не армия, конечно, но подростковым бунтарством и не пахнет. Директор Игорь Китиков, в прошлом охранник в казино и бизнесмен, ладит здесь свои законы «полезной демократии».

— Я по образованию географ, поэтому вызвал солнце, — громко шутит Игорь Китиков при знакомстве. Совпадение, конечно, но на самом деле погода прояснилась.

Китиков — личность медийная не только в границах Вилейки. Журналистов принимает с удовольствием и регулярно. Говорит, что для общей пользы.

— Дети — наше богатство в буквальном смысле. Больше учащихся — больше нагрузки. Больше нагрузки — больше оплачиваемой работы. Конкуренция среди учебных заведений большая, поэтому мы ищем оригинальные «фишки».

Система профтехобразования не вчера строилась. Поэтому мы слышим и пишем о том, как болезненно она порой ломается (по-государственному — «оптимизируется»). Вилейке повезло чуть больше. Здесь тоже почти 10 лет назад прошла оптимизация, но объединили все рядом стоящее. Единственным исключением стал мядельский филиал. После присоединения всех детей оттуда забрали, но оставили сельскохозяйственную учебную базу и крупный рогатый скот.

— Когда-то нужно было 100 трактористов, теперь достаточно и 20 для управления новой техникой. Завод «Зенит» когда-то работал на весь СССР — 5 тысяч человек там трудилось, огромное количество для нашего города. Выпуски в ПТУ для завода были по 300—500 человек. Сегодня по «металлической» специальности раз в 10 меньше.

— ПТУ в Комарово Мядельского района, где готовили специалистов сельского хозяйства, оказался не в том месте и не в то время. Количество учащихся сократилось в разы. Стало понятно, что развивать это обучение — тупик. Там — край туризма.

В Европе тоже нигде не откроют школы для одного учащегося. А вспомните знаменитый американский желтый автобус. Почему его придумали? Мало того что иначе слишком дорого. Это к тому же повышает конкуренцию. На кого ориентироваться, когда вас двое в классе?

В результате всех преобразований у нас получился один компактный колледж для 700 учащихся и более 20 специальностей.

В прошлом году мы заработали 500 тысяч рублей

«Мы инвестируем, но и вы зарабатывайте», — звучит из утюгов при любом разговоре власти с любой отраслью. В этом разрезе Китиков (справедливости ради, он сам говорит, что такой не один, — многие колледжи зарабатывают деньги, но не все расположены в таких небольших городах, как Вилейка) идет верной дорогой. В прошлом году колледж заработал около 500 тысяч рублей. Эти деньги составляют лишь 20% от необходимого для поддержания работы объема. Зато тратить «внебюджетку» (после выплаты налогов, расходов на энергию и премий сотрудникам) колледж может на свои нужды. Остальное, как обычно, придет из областной казны.

— До 2000 года я работал в бизнесе, помогал своему партнеру производить и продавать макароны. Потом государственная макаронная отрасль модернизировалась, компания закрылась, а я достал диплом педуниверситета. Но совместил все полученные знания.

Так Игорь Китиков сформулировал миссию профессионально-технического образования: обучая, производить полезную продукцию и услуги, которые можно реализовать.

— С одной стороны, мы детей учим, как нужно работать. С другой — прививаем им дух предпринимательства. Или хотя бы понимание.

Кому-то может показаться, что речь идет о бесплатной рабочей силе — но только сперва.

— Это не так, — ответил Игорь Китиков. — Во-первых, мы им платим учебой. Во-вторых, это не квалифицированные работники. Поэтому назовем это взаимовыгодным сотрудничеством.

В качестве поддержки у нас есть материальная помощь, поощрения — автобус с экскурсиями или билеты на какой-нибудь концерт.

По словам руководства колледжа, последние 10 лет здесь 100%-е выполнение плана набора, «несмотря на то, что в некоторые университеты проще поступить, чем к нам», и 100%-е распределение выпускников, «несмотря на возрастающую безработицу».

— Были в Париже? — директор переходит к экскурсии. — Когда в 1812 году французская армия отступала, то проходила через Вилейку. Вот у нас металлический Наполеон стоит, велосипеды сторожит.

Огромная подкова, аллея скамеек и множество разного уличного декора.

— В выходные здесь много людей. Это благоустройство, создание красоты и наша реклама. Мы должны себя рекламировать. Нормальный родитель посмотрит, что здесь учащиеся делают, и отправит своего к нам. Это и есть профориентация!

Нам надо 300 рублей — для начала

Несколько второкурсников по трем специальностям — сварщик, автослесарь, водитель — на СТО колледжа — результат профориентации. Приходили сюда на экскурсию, будучи школьниками.

— Еще год остался поучиться. Потом пойдем на отработку (распределение). Надо самим что-то найти, а то отправят куда-то.

— В колхоз хотите?

— Не особо, честно говоря. На СТО какую-нибудь. Рублей 500—600 вначале хватило бы. А потом раза в два больше. Частный бизнес? Можно было бы. Или в Минск, чтобы сразу на работу устроиться.

В Минск ребят вряд ли распределят. По правилам сначала удовлетворяются заявки родной области, а слесари всегда нужны.

— Учатся у нас все бесплатно, — объясняет Игорь Китиков. — Но в высшем образовании распределяют туда, куда скажут. А здесь родители или сами учащиеся могут найти место, но только в своем регионе.

Если не хотят отработать год распределения, а такое случается регулярно, то получают счет за обучение. Он космический — около 18 тысяч рублей. Случаев, чтобы кто-то платил, — не вспомнили.

— Всегда найдутся такие, кто работать не хочет в принципе. Платить тоже не могут. Таких ставят на учет. Как только появится официальный источник дохода — будут вычитать из зарплаты.

— Вот это знаете, что такое? Сканер для компьютерной диагностики. На этом учат в Европе, а небольшие фирмы и работают на таких. Покупали за «внебюджет», — гордится директор. — А вот это решение я привез из Германии: помещение разделено стеклопакетом на аудиторию для теоретических занятий и гараж для практических. Друг другу дети не мешают, а мастер всех контролирует.

На СТО может приехать любой автовладелец. Ремонтироваться или просто поменять резину за 25—30 рублей. Это один из коммерческих проектов.

По соседству учатся сварщики. Один из них — первокурсник Вадим.

— У нас в классе было примерно 25 человек. Пятеро пришли сюда, несколько человек поехали в Минск, остальные продолжили учиться до 11-го класса. Потом, скорее всего, разъедутся по вузами Беларуси и за границу.

— А вы почему сюда метнулись?

— Я местный, знаю здесь все, не хотел пока никуда уезжать, но хотел получить специальность. Потом, может, пойду в институт какой-нибудь. Вообще, есть желание переехать в Минск. Там город побольше. Есть что посмотреть.

В это время в парикмахерской колледжа «Лада» Лиза делает плетение «Нежность» Карине. Это будущие парикмахеры, швеи и мастера маникюра.

/>

— Я приехала из Чисти. Когда закончу учиться, открою ИП, буду делать прически. Хочу уехать в Молодечно или здесь останусь. Главное, чтобы были клиенты и доход. Сколько надо? Тысячи рублей мне пока хватило бы. Парикмахеры в салонах больших городов, уверена, зарабатывают.

Скромная Полина из Сморгони, которая делала подруге маникюр, готова работать за 400 рублей.

Вообще разговор о зарплате с такого возраста носит легкомысленный характер. Еще почти дети ориентируются, скорее, на доход своих родителей, часто небольшой. Поэтому в основном мы услышали «300 рублей» с обязательным аккуратным уточнением «для начала».

— Низкая зарплата? Ну а как вы думали. Если их отец в деревне получает 250 рублей. Дети и не видели пока возможностей. А когда увидят, как можно работать и зарабатывать, — тогда и начнут развиваться. Пока они — пластилин, — призывает не торопиться директор.

Взгляд останавливается. В роли горничных — тоже парикмахеры. Просто в этом году курс не набирали, а показать хотелось.

— У нас рядом — туристический Нарочанский край, — объясняет Игорь Китиков. — Года 4 назад на встрече предпринимателей с районной властью нас попросили помочь с горничными. Все же жалуются на сервис. Поэтому теперь даже я знаю пару десятков способов заправить постель. Наши дети работают в Раубичах, на Нарочи, в аэропорту.

Все как у современных взрослых — сделали даже спелеокомнату для тренировки навыков ее уборки.

— Чай? Кофе? — старательно выговаривают будущие повара или продавцы Татьяна и Анастасия. После учебы они готовы пойти работать в торговлю, поднимая уровень локального сервиса. — Обслуживание часто никакое, грубят. Мы так не будем.

Девочки согласны работать за 300 рублей (для начала, не забываем). На вопрос об уровне амбиций уклончиво отвечают, что всех денег не заработаешь, так что пока одна и без аренды квартиры — этого будет достаточно. Дальше загадывать рано.

За спиной будущих продавцов — будущие повара Андрей из Нарочи и Карина из Пинска. Зарплата? 300 рублей. Андрей хочет работать в каком-нибудь минском ресторане испанской кухни. Карина пока настроена очень аккуратно:

— Наверное, надо дальше учиться. Как в фильмах (речь о работе повара. — Прим. Onliner.by) все равно не будет.


— Вопрос престижа рабочей специальности все еще актуален?

— Было так: все в вузы, а оставшиеся — в профтехи. Но менталитет меняется, — отвечает Игорь Китиков. — Теперь дети сами все чаще хотят работать руками и на себя. Парикмахер и слесарь могут зарабатывать отличные деньги.

Дети стали более приспособлены к жизни. Мы факультативно им даем основы предпринимательства. Чтобы подготовить. И я все чаще вижу, как наши выпускники становятся владельцами собственного дела. Это правильно.

Маски для настоящих сварщиков в каталоге Onliner.by

Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Александр Владыко. Фото: Александр Ружечка