Не расслабляемся! Изменится ли экологический облик планеты после эпидемии коронавируса?

257
05 мая 2020 в 8:00
Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак

Не расслабляемся! Изменится ли экологический облик планеты после эпидемии коронавируса?

Пандемия COVID-19 отчетливо продемонстрировала: человечеству не стоит забывать, что ощущение всемогущества и контроля над происходящим на планете — не более чем иллюзия, которую могут разрушить микроскопические (в буквальном смысле этого слова) обстоятельства. При этом стало понятно и то, что, несмотря на все трудности, люди не утратили способности кооперироваться, работать с проблемами сплоченно и целенаправленно, проявлять сочувствие и думать не только о личном. А еще бонусом мы получили неожиданные картинки: мировые столицы, не отравленные смогом, пустынные пляжи курортов, пугающе чистую от значков самолетов карту сервиса Flightradar.

Совместно с нашими партнерами из A1 мы продолжаем цикл эколекториев, в подготовке которых нам помогают друзья из Европейского колледжа Liberal Arts, Центра экологических решений и научно-популярного проекта «Массаракш». По очевидным причинам собрать аудиторию в зале, как это происходило во время первой лекции, не представлялось возможным, поэтому мы решили временно перевести наш лекторий в режим онлайн. А тему второй лекции цикла «Голос неравнодушных — 2020», которая прошла недавно в редакции Onliner и транслировалась на нашем YouTube-канале, мы обозначили так: «Как COVID-19 повлиял на экологию планеты».

В качестве эксперта мы пригласили координатора товарищества «Зеленая сеть» Анастасию Бекиш. Анастасия — эксперт в области климатической политики и переговоров ООН по климату с 10-летним опытом работы в некоммерческих организациях в Беларуси и регионе ВЕКЦА, член Совета директоров глобальной сети неправительственных организаций Climate Action Network International, эксперт национальной делегации Беларуси на 21-й конференции ООН по климату в Париже.

Сегодня мы опубликуем самые интересные моменты лекции, но помните, что у вас есть возможность прослушать ее целиком, включая ответы на вопросы, заданные нашими зрителями и читателями.

Анастасия начала свой рассказ, напомнив: решения, которые мы принимали, наши действия и, наоборот, бездействие привели к тому, что мы живем в эпоху глобальных кризисов. Коронавирусная инфекция и пандемия, уже унесшая сотни тысяч жизней по всему земному шару, — это сегодня самый трагический и очевидный вызов человечеству. Но изменения климата, засухи, бедность, загрязнение пластиковыми отходами тоже есть здесь и сейчас. И они никуда не исчезнут после того, как пандемия уйдет.

Что происходит сегодня?

Один из самых знаменитых сейчас мемов на экологическую тематику звучит так: «Планета настолько очистилась, что…» Давайте посмотрим беспристрастно, что происходит на самом деле. В этом, если разобраться, можно найти как положительные, так и отрицательные моменты.

Что случилось хорошего?

  • Весь мир облетели кадры мировых столиц, где воздух, обычно выглядящий как серая дымка, сквозь которую сложно что-то увидеть, стал кристально чистым. Самый очевидный эффект — снижение загрязнения воздуха. Это происходит по всему земному шару. По данным ВОЗ, сейчас загрязнение воздуха становится причиной преждевременной смерти 7 миллионов человек ежегодно. Люди гибнут из-за того, что загрязнение воздуха вызывает рак легких, усугубляет состояние людей, у которых уже есть сердечно-сосудистые заболевания или респираторно-вирусные инфекции. Исследования немецких ученых показали, что жители территорий с сильным загрязнением воздуха больше страдают от коронавирусной инфекции, имеют более высокий шанс раньше умереть.
  • Второй момент — водные ресурсы. Весь мир также облетели кадры из столицы Перу — Лимы, где река, протекавшая по городу еще пару месяцев назад, представляла собой поток темно-коричневой жижи, а сегодня вода там прозрачная. Это происходит повсеместно из-за того, что остановились производства, существенно уменьшилось количество промышленных стоков. По данным ВОЗ, всего через пять лет половина населения земного шара будет находиться в ситуации систематического водного стресса. Вода станет новой нефтью — нефть теперь уже не в моде.
  • Третий эффект, который мы наблюдаем, — снижение выбросов антропогенных парниковых газов. Происходит это благодаря частичной приостановке деятельности промышленности, энергетической системы, транспорта. Например, в Китае на пике пандемии наблюдалось снижение выбросов парниковых газов на 25%, причем длилось это достаточно долго. Согласно некоторым исследованиям, уменьшение выбросов, которое мы наблюдаем сейчас, будет одним из самых масштабных: по итогу 2020 года мы увидим, что этот показатель снизится на 5%. И это больше, чем случалось в периоды Второй мировой войны, рецессии 90-х годов и экономического кризиса 2008—2009 годов.

Что случилось плохого?

  • Происходит рост количества отходов. Во многих странах до недавнего времени наблюдалась тенденция к уменьшению отходов пластика, одноразовой упаковки. Это происходило в том числе и у нас. Но сейчас, когда ситуация располагает к тому, чтобы во главу угла поставить личную безопасность и сокращение контактов с окружающим миром, мы снова начинаем использовать больше пластика.
  • Помимо этого, регистрируется значительный рост медицинских отходов. Только в Китае в период пика пандемии количество такого рода отходов выросло в шесть раз. Нечто подобное происходит и по всему миру.
  • Еще одним неочевидным вызовом для нас стал рост угроз для дикой природы. В большей степени это касается развивающихся стран, заповедников и национальных парков в Африке, Юго-Восточной Азии, Латинской Америке. Охраняемые территории там зависят от доходов, получаемых от туризма. Так как туризма сегодня во многих странах нет как такового, некоторые нацпарки уже не могут себе позволить охранять свою территорию так же качественно, как это было раньше. При этом местное население обеднело и вынуждено зарабатывать на жизнь нелегальными, опасными для природы методами — браконьерством. В Беларуси схожая проблема. У нас есть зоопарки, центры диких животных, и Министерство природных ресурсов недавно обращалось к гражданам страны, общественным организациям с просьбой о помощи, потому что такие центры также зависят от доходов, которые приносят посетители. Поток посетителей заметно поредел, и содержать диких животных становится гораздо сложнее.

Какие долгосрочные эффекты мы можем ожидать? 

Теперь давайте обсудим долгосрочные эффекты, потому что краткосрочные могут быть неустойчивыми и, скорее всего, завершатся с уходом пандемии. Что же будет происходить в следующие месяцы или даже годы?

Когда мы говорим о том, что уже наблюдаем снижение влияния человека на окружающую среду, стоит задать вопрос: сколько эта тенденция сохранит устойчивость? К сожалению, из опыта, который мы можем почерпнуть из предыдущих глобальных кризисов, видно: шансы того, что положительные эффекты продлятся недолго, очень велики.

Например, в период кризиса 2008—2009 годов наблюдалось значительное снижение уровня выбросов парниковых газов, но вместе с восстановлением экономики он также восстановился и даже стал значительно выше.

Почему так произошло? В то время правительства были вынуждены, спасая экономику, стимулируя ее развитие, принимать решения по поддержке «грязных» с экологической точки зрения проектов, компаний, связанных с индустрией ископаемого топлива, и экологически недружественных производств.

Сегодня мы можем наблюдать во многих странах, в том числе и в Беларуси, попытки «откатить» экологические нормы, которые уже существовали в наших государствах. Например, в России Союз промышленников и предпринимателей сейчас обратился к государству с просьбой приостановить действие некоторых экологических норм и за счет этого дать возможность бизнесу восстанавливаться. Схожее происходит и в Беларуси: у нас идет обсуждение мер о временном освобождении от ответственности предприятий, причиняющих ущерб окружающей среде. Завершается разработка указа президента на эту тематику.

Еще один общемировой тренд — снижение доходов населения. Часто говорят: люди мало думают о том, что надо жить экологично, когда у них низкие доходы. К сожалению, это отчасти правда, мы можем прекратить искать жилье в экологически дружественных районах, лишить себя экологически чистых товаров, делая выбор в пользу товаров массового производства, продуктов, выращенных с помощью пестицидов, антибиотиков и т. д. Хочется, чтобы отката не произошло, чтобы мы понимали: экологически чистые товары — это инвестиция в наше здоровье.

Также мы наблюдаем смещение фокуса политического внимания и задержку в международных процессах зеленой трансформации. Еще в начале этого года Грета Тунберг была одним из любимых героев комментаторов под новостями. Можно по-разному относиться к Грете, но факт остается фактом — она вдохновила сотни тысяч людей по всему миру выйти на улицу и сказать: для нас важно, чтобы наши правительства что-то делали с проблемой изменения климата. 

И это дало свой эффект. В 2019 году прошли выборы во многих странах Европы — в итоге, как оказалось, именно вопросы изменения климата и заботы об окружающей среде стали одними из главных в повестке дня политиков. В Швеции 67% избирателей отметили, что экологическая тематика для них — номер один, когда они принимают решение о том, за кого голосовать. Схожая ситуация возникла во многих других странах Европы. В итоге в конце 2019 года Европейская комиссия предложила внедрять Европейский зеленый курс — новую стратегию Евросоюза. Европейский зеленый курс, если его удастся реализовать полностью, станет наиболее существенной корректировкой экономического курса за всю историю Евросоюза. Сейчас в ЕС идет борьба за то, чтобы не откладывать реализацию этой амбициозной стратегии.

Последний очевидный долгосрочный риск представляет собой сочетание риска коронакризиса и рисков, уже существовавших из-за глобальных вызовов, о которых мы говорили ранее. Для меня самое очевидное — это последствия пандемии коронавируса и климатические риски. Сейчас, конечно, мы больше обращаем внимание на вопросы здоровья и пока не говорим много о засухе, которая уже начинается в Европе, Южной и Северной Америке. Прямо сейчас из-за теплой и влажной зимы на Ближнем Востоке, в странах Африки и Азии (всего в 23 государствах) происходит нашествие саранчи. И подобных катаклизмов будет становиться все больше. В итоге мы станем наблюдать один из самых существенных продовольственных кризисов, вызванных проблемами изменения климата. Все это накладывается на непростую ситуацию с пандемией: закрытые границы, нарушение цепочек поставок, сложности в международной торговле.

Как мы можем использовать этот момент?

Первое и самое очевидное: необходимо проводить зеленое восстановление. Это не процесс, который завершится на следующей неделе. Он займет время — мы говорим о долгосрочном периоде. Сейчас нам, конечно, нужно в первую очередь позаботиться о своих родных, близких, решить проблемы со здоровьем, обеспечить безопасность людей. После того как пандемия отойдет, настанет период стабилизации, который для Беларуси займет около полугода. Затем начнется период восстановления экономики, и мы говорим именно о нем. Важно, как мы будем формулировать планы на восстановление, будем ли при этом стремиться сделать нашу страну и весь мир более зелеными.

К сожалению, не все понимают, почему вообще проблему изменения климата необходимо решать, какими соображениями руководствуются политики. На самом деле, в зеленом курсе очень много прагматики. На Всемирном экономическом форуме был представлен доклад о глобальных рисках. Риски, связанные с изменением климата, с экологической обстановкой, оказались на первых позициях по степени вероятности и мере воздействия на наши с вами жизни.

Вот о каких климатических рисках идет речь.

Физические риски — возникают в результате экстремальных климатических явлений — как однократных (например, памятный многим циклон Хавьер), так и длительных. Это приводит, скажем, к снижению доходов отраслей экономики, зависимых от метеоусловий (сельского хозяйства, туризма и т. д.).

Транзитные риски — их еще называют переходными. Тема новая, она только приобретает популярность, и экономисты начинают ее оценивать. Такие риски связаны с зеленой трансформацией — декарбонизацией экономики и изменением в политике государств. Для того чтобы осуществлять зеленые трансформации, требуется вводить новые нормы, которые, например, исключат возможность производить выбросы парниковых газов и не платить за это (как это происходит сейчас в Беларуси). Появляются новые требования к производству товаров и услуг, новые ограничения и стимулы в землепользовании, транспорте, энергетике. Все это влияет на стоимость активов, на то, насколько эффективны могут быть инвестиции в них.

Риски ответственности — важно помнить, что любой клиент или компания могут захотеть получить компенсацию ущерба, понесенного из-за физических или транзитных рисков. Например, когда они вложились в бизнес, однако им не рассказали в достаточной степени о существующих климатических рисках. Риски ответственности касаются Беларуси в меньшей степени, потому что условия у нас и в странах Запада несколько различаются, но тем не менее это тоже наше с вами будущее.

Кому-то покажется, все это очень далеко от нас, тем не менее немногие знают, что, по оценкам Всемирного банка, уже сейчас Беларусь теряет до 1% ВВП ежегодно из-за проблем, связанных с изменением климата. Помимо этого, около 40% экономики нашей страны — метеозависимые отрасли.

Что же мы можем предложить, чтобы исправить ситуацию?

  • Проводить проверку на «зеленость» тех мер, которые будут предложены для восстановления экономики. Необходимо систематически оценивать, насколько возможно непреднамеренное воздействие на окружающую среду мер по стимулированию экономики. Если мы будем поддерживать «грязный» бизнес — предприятия, которые пыхтят в Минске, Новополоцке или Гродно, то только вернемся к старым нормам, но не создадим никакого задела для улучшения в будущем.
  • Нельзя сворачивать экологические стандарты, нужно не позволять бизнесу, предприятиям и государству снижать наши требования к охране окружающей среды. Потому что в итоге такие меры аукнутся нам как с экономической, так и с экологической точки зрения.
  • Важно поддерживать отрасли в зеленой экономике. По такому пути после кризиса в 2008—2009 годах пошла Южная Корея, инвестировав около 80% финансов, направленных на восстановление экономики, именно в зеленые отрасли. В итоге мы могли наблюдать, что эта страна восстанавливалась после кризиса гораздо быстрее, чем другие государства. Сейчас благодаря таким вложениям Южная Корея — один из мировых лидеров по производству аккумуляторов и чистой энергии.
  • Нам необходимо внедрять условия для поддержки бизнеса, стимулирующие модернизацию производств, — говоря простым языком, давать деньги с условием, что, восстанавливаясь, бизнес будет становиться более дружественным к экологии.
  • И, наконец, важно не забывать, что можно привлекать международные инвестиции в зеленые проекты. Уже сегодня многие банки и фонды готовы инвестировать миллиарды долларов в зеленую экономику по всей планете, необходимо только заинтересовать их перспективными начинаниями. К сожалению, пока в нашей стране не столь много условий для привлечения таких денег, хотя по сравнению с 2008—2009 годами ситуация стала существенно лучше. Однако требуется изменить некоторые практики и подходы, которые мы все еще используем у себя в стране. Например, у нас пока нет законодательства, разграничивающего зеленые и не зеленые проекты.

Подводя итоги лекции, Анастасия отметила, что лично ей ситуация с коронавирусной инфекцией позволила сделать несколько выводов. Важно понимать, что все глобальные проблемы — это проблемы для экономики. Очень часто мы слышим: сначала — экономика, потом — экология. Но ведь именно ухудшение экологической ситуации приводит к проблемам в экономике.

Пандемия продемонстрировала, насколько неустойчивы существующие сегодня базовые системы. Наш привычный образ жизни очень уязвим, точно так же неустойчивы международные отношения, торговля… Все рухнуло буквально за несколько месяцев. Из этого надо делать очень серьезные выводы.

Также очень важно своевременно реагировать на возникающие проблемы и проявлять доверие к научным данным. Специалисты в разных областях говорят о том, как лучше решать проблемы, возникающие в их поле компетенций, строят прогнозы и определяют возможные угрозы. Им не всегда доверяют, что порой ведет к тяжелым последствиям. Это касается как ситуации с коронавирусом, так и многих экологических проблем.

Стало понятно, насколько важно международное сотрудничество. На ярком примере мы убедились, что ни одна страна не может справиться с бедой подобного масштаба. В начале этой глобальной угрозы Беларусь помогала другим государствам, теперь мы сами выступаем в роли страны, которой требуется помощь. А это значит, что эффективно преодолевать подобные проблемы можно только в тесном сотрудничестве на глобальном уровне.

Последний и самый важный для Анастасии вывод: сегодня мы на примере нашей страны видим, что потенциал солидарных действий и волонтерского движения у нас огромен. Белорусы по всей республике помогают врачам, шьют костюмы, собирают маски и респираторы, готовят бесплатную еду. Все, что происходит, действительно потрясает. Этот опыт очень важен для нас, потому что, поступая именно таким образом, мы с вами можем сделать нашу страну лучше, устойчивее, в том числе и перед лицом глобальных экологических кризисов, которые обязательно придут и очень сильно на нас повлияют.

Читайте также:

Хроника коронавируса в Беларуси и мире. Все главные новости и статьи здесь

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Самые оперативные новости о пандемии и не только в новом сообществе Onliner в Viber. Подключайтесь

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак