Почему появление VIP-роддомов в Беларуси — это не выход. Разговор об акушерской агрессии
1176
06 июля 2018 в 8:00
Источник: Полина Шумицкая . Фото: Алексей Матюшков. Иллюстрация: Олег Гирель
Почему появление VIP-роддомов в Беларуси — это не выход. Разговор об акушерской агрессии
Продолжаем развеивать стереотипы о том, что беременность и роды — это только «абсолютная радость» и «безмерное счастье». В сегодняшнем «Неформате» мы поговорили с руководительницей социального проекта «Радзiны» Вероникой Завьяловой о сложной для Беларуси проблеме — насилии в родах и акушерской агрессии. Это интервью — попытка честно и на равных обсудить происходящее.

Кто это?

Вероника Завьялова — создательница социального проекта «Радзiны», индивидуальная предпринимательница, юристка, жена, мама двоих детей. Во время первых родов оказалась в больнице одна и на собственном травматичном опыте убедилась: чего не стоит делать в минских роддомах, так это оставаться одной. Второго сына рожала вместе с доулой — специально обученной помощницей. Отправила письма в роддома с рассказом о пережитом эмоциональном насилии, но не получила ответа. Считает акушерство потенциально одной из самых гуманных профессий. Но при этом добавляет, что белорусским женщинам нужно увереннее говорить о своих потребностях, чтобы отстоять право на уважительное отношение в роддоме.


«Женщину в родах окружают люди, которых она видит зачастую впервые в жизни»

— Как вы думаете, существует ли в Беларуси стереотип о том, что беременность и рождение ребенка — это абсолютная радость? Или, наоборот, в общественном сознании процесс родов в государственных больницах «демонизируется»?

— Я родила первого ребенка в достаточно позднем по белорусским меркам возрасте — в 31 год, второго — в 35 лет, и на своем опыте переживала влияние очень многих стереотипов и ожиданий, связанных с материнством. Они есть и очень живучи. Считается, что замужество и материнство — это главное предназначение женщины, остальное вторично, не так важно. Наличие выбора, репродуктивных прав женщины в нашем обществе постоянно оспаривается. Есть ожидания относительно возраста брака и рождения детей — до 25 или уж во всяком случае до 30 лет: «Часики-то тикают». Для вопросов о выборе («да» — «нет», когда, сколько) или чувствах, эмоциональной и фактической готовности к материнству здесь мало места. Как говорил незабвенный Гоша из советской классики «Москва слезам не верит»: «Ты же не станешь хвалить женщину за то, что она стирает или готовит обед». Многие женщины в нашем обществе до сих пор считают, что эта история про любовь со счастливым концом (улыбается. — Прим. Onliner.by).

Вопросы о чувствах, эмоциональных потребностях, необходимости поддержки в связи с рождением детей только начинают обсуждаться. «Конечно, женщина должна быть рада и счастлива!» Эта опция «по умолчанию». Но в системе долженствований мало пространства для искренних чувств. Должны совпасть потребности и реальность, чтобы пережить подлинную радость в рождении ребенка, не перекрытую другим эмоциональным опытом.

Я не вижу, чтобы процесс родов в государственных роддомах «демонизировался». Скорее, система не умеет работать с обратной связью — ее нужно приветствовать и анализировать, а не игнорировать.

— Группа экспертов из социального проекта «Радзiны» провела исследование условий беременности и родов в Беларуси за последние пять лет. Опросили более тысячи женщин. Большинство из них совершенно не удовлетворены своими родами. Почему?

— Вообще, мировые ученые пришли к тому, что существует четыре главных фактора, которые определяют удовлетворенность женщин опытом родов, — это личные ожидания, количество поддержки от персонала, качество отношений с персоналом и вовлеченность в принятие решений. Эти же факторы оказались значимы и для белорусок.

По мнению авторитетной организации Cochrane Collaboration, «все женщины должны получать постоянную поддержку во время родов от немедицинского персонала» — в первую очередь эмоциональную поддержку, комфорт, информированность о происходящем, защиту. А что у нас? Проведя исследование, мы выяснили, что всего лишь 16,3% родов в больницах — партнерские. А 77,5% респонденток рожали в роддоме без поддержки и присутствия близких, без партнера — в общих предродовых палатах и родзалах. Там, мягко говоря, мало условий для соблюдения конфиденциальности. Какая конфиденциальность, если в одной палате рожают сразу несколько женщин? Во время схваток никто не накроет одеялом, не даст попить, не сделает массаж, не принесет твои вещи. Нет у наших женщин и возможности выбрать акушерку и врача, познакомиться с ними заранее. То есть женщину в родах окружают люди, которых она видит зачастую впервые в жизни.

На мой взгляд, главная причина неудовлетворенности родами — это несовпадение ожиданий и реальности. Или когда обещанные условия не выполняются. Бывает так, что у женщины складывается впечатление, что ей пойдут навстречу, но этого не происходит. Иногда это касается запроса на вертикальные роды. Бытует мнение, что второй роддом в Минске или областной — это те места, где можно получить вертикальные роды. Женщины заранее приезжают туда, встречаются с врачами, спрашивают, а в ответ слышат, например: «А зачем это вам?» или «Это неудобно». Или, наоборот: «Конечно, вообще не проблема, если вы хотите». А потом оказывается, что проблема все-таки есть. Врачам и акушеркам привычнее принимать роды, уложив женщину на кресло. В крайнем случае немного приподнять спинку кресла, если новая конструкция позволяет. Ни о какой свободе выбора позы не идет речь. И если женщина оказывается в родах одна, без партнера, не составляет труда заставить ее рожать лежа. Хотя изначально была совершенно иная договоренность. Такие случаи были и в минской «двойке», и в областном роддоме, и в первом. Результаты нашего исследования далеко не утешительные: вертикальные роды в роддоме были доступны менее чем 2% женщин, хотя 42,2% респонденток предпочли бы именно такой вариант.

Очень часто можно столкнуться с отношением врача к пациентке как к ребенку: «Да, да, да, все сделаем, не проблема, возьми конфетку». Это позиция не на равных, а сверху. «Все будет хорошо, милочка». Это похоже на забалтывание ребенка — «я тебе пообещаю, а сама сделаю так, как мне надо».

В процессе родов женщина переживает болезненные процедуры, не до конца понимает, что происходит, а потому очень легко получить над ней власть, не слушать ее. Например, часто мама после родов не хочет отдавать ребенка, а его все равно забирают. Или говорят, что «все будет хорошо», а в итоге делают ей эпизиотомию (разрезание промежности) без согласия, зашивают без обезболивания, не слушают просьбы о введении анестезии, укладывают на спину для КТГ или самих родов. Когда тебя не спрашивают, а ты уже в процессе, то чувствуешь себя человеком, с которым не считаются, маленьким, недостойным — одним словом, объектом.

«Где же здесь отношение к человеку, сострадание?»

— Что вы относите к насилию в родах? Почему важно говорить об этом?

— С насилием часто ассоциируется словесная или физическая грубость. Но акушерское насилие — это гораздо более широкое понятие. Излишние медицинские вмешательства; то, на что не спросили согласия; ситуация, когда твои возражения никто не слушает, в вену уже вставили катетер и что-то там капают для «твоего же блага», — это насилие. Или когда манипулируют, говоря, что «ты можешь навредить своему ребенку», при этом не объясняя, что за препарат предлагают, зачем, какие есть альтернативы, каковы последствия и противопоказания.

Женщина из Могилева рассказывала мне, как она приехала в роддом уже на полном раскрытии шейки матки. Ее уложили на спину, и никто не слушал ее, когда она говорила, что не хочет рожать лежа. Буквально физическую силу к ней применили, держали на кресле. Хотя какое сопротивление со стороны роженицы возможно в такой момент, в таком физическом состоянии?.. Уже находясь в потугах, рожая ребенка, она сказала врачу: «Я отказываюсь от эпизиотомии, не нужно мне ее делать», — поскольку знала, что эту операцию делают часто без необходимости и без спроса. Врачи переглянулись между собой с усмешкой, когда она произнесла «эпизиотомия», мол, какая умная, такие слова знает! А после родов, когда ее начали зашивать, выяснилось, что рассечение промежности все-таки было. «Так мы сделали не эпизиотомию, а перинеотомию», — насмехались врачи. (Существует два вида рассечения в зависимости от направления разреза. — Прим. Onliner.by). Из этого можно сделать вывод, что пациентку наказали за то, что она «знает такие умные слова». Где же здесь отношение к человеку, сострадание? Увы, в роддоме ты не застрахована от подобного.

Бывают и более тонкие ситуации, которые вообще не берутся в расчет. Я имею в виду неуважительное отношение. Например, санитарка приходит поменять белье и обращается к роженице: «Подними свою *опу». Вместо уважительного «Разрешите, я перестелю вам кровать». Обращение на «ты» с пренебрежительной интонацией. Это причиняет большой моральный ущерб и имеет прямое отношение к психологическому насилию.

Или такой реальный случай. Женщина, переживая схватки, встала на колени, чтобы справиться с приступом боли. В это время акушерке нужно было осмотреть пациентку. Женщина просит: «Может быть, вы так меня посмотрите?» «Я что, себя не уважаю?! Вы ко мне задом повернулись!» — возмущенно отвечает акушерка. И это тоже насилие. Такие вопросы, как принятие телесности, акушерки должны решить еще до прихода в профессию. Если голая женщина в родах повернулась к тебе задом — это не от того, что она тебя не уважает. Это ее единственный способ справиться с болью. Человеческое обнаженное тело, выделения, громкие крики — это естественно для родов и должно быть встречено медиками с принятием и пониманием, если они профессионалы.

В общественном представлении женщину должны ударить или сказать ей что-то очень грубое — тогда это будет считаться насилием. Нет. В родах достаточно сделать какие-то тонкие вещи, которые ранят.

В медицинском сообществе об акушерской агрессии авторитетно говорит профессор Виктор Радзинский. По его словам, акушерская агрессия — это ятрогенные, научно необоснованные действия, направленные якобы на пользу беременной и плоду, но на самом деле наносящие им вред. Это прямая причина 10% материнской и 50—70% перинатальной смертности.

Акушерское насилие, имеющее прямое влияние на здоровье матери и ребенка, очень мало обсуждается в нашем обществе, с какого ракурса на проблему ни посмотри. Для полноценного диалога нужно начать более последовательно и уверенно признавать женщину как субъект прав и заказчика услуг в сфере родовспоможения. А женщинам заявлять о себе в этом качестве. Иначе придется удовлетворяться тем, что дают.

«Я считаю, что партнерские роды не должны быть платными»

— Отсутствия смертельного исхода в родах сегодня недостаточно, чтобы считать их успешными? Обязательный пункт — эмоциональный комфорт матери, не так ли?

— Ожидания женщин и общества о качестве услуг государственного родовспоможения, а другого у нас нет, часто ограничиваются следующим: мать и ребенок выживут, а также будут обеспечены высокотехнологичные медуслуги на случай патологий и осложнений. Это нам обещают и под эти критерии пишут отчеты.

Но мы живем в открытом мире, что позволяет уже более критично относиться к нашему опыту. И даже у государственной системы появляется необходимость эволюционировать: в связи с необходимостью и возможностью зарабатывать, например. Где деньги, там и конкуренция, спрос и потребности. В недалеком будущем в Беларуси начнут появляться частные родильные дома и центры. Это отлично, но стоит помнить, что «достойные роды — не привилегия». Я считаю, что партнерские роды не должны быть платными. В нашей же системе какие-то естественные вещи, которые давно считаются нормой за рубежом, например индивидуальный подход в родах или свободный выбор позы, преподносятся как привилегия.

Какое решение нам предлагают? Увеличение платных услуг, возможность купить отдельную палату, оплатить партнерские роды, услуги индивидуального специалиста. И тогда становится возможным более уважительное отношение, учет твоего мнения. В VIP-отделении шестого роддома (единственном, правда) можно заранее познакомиться с акушеркой. Хорошо, что такие альтернативы появляются. Но ведь при этом идет постоянная риторика: «У нас бесплатная медицина!» Но что меняется для остальных женщин? Происходят ли достаточные изменения, чтобы можно было сказать, что в общих родовых палатах обеспечиваются достойные условия? Кто-то должен заботиться о том, чтобы у всех женщин был минимальный стандарт.

Акушерство потенциально одна из самых гуманных профессий. Я надеюсь, что мы все больше будем говорить не только о потребностях женщины и ребенка в выживании, но и об их здоровье, которое включает заботу об эмоциональном состоянии. Сейчас, к сожалению, мы редко говорим о психологическом комфорте как о чем-то значимом или том, в чем мы достаточно компетентны.

— В нашем интервью мы, пожалуй, не очень лестно отзываемся о врачах. Тем не менее упрекнуть вас в предвзятом негативном отношении к медикам не получится. В этом году «Радзiны» провели конкурс «Белы бусел» и выбрали лучший роддом и лучшую акушерку Минска. По итогам народного голосования выиграл 6-й роддом и врач Ирина Борис. Вот один из реальных отзывов проголосовавших женщин: «VIP-отделение шестого роддома и дом — два места для родов, которые я рассматривала. Первое — дорого, для второго нет подготовленных акушерок… Это не выбор. Искала деньги, конечно. Хотелось бы такой же подход в родах, как в „шестерке”, и дешевле». Что вы об этом думаете? Есть ли у белорусок выбор?

— Я считаю, что в Беларуси хорошо обеспечена базовая потребность в безопасности и медицинских услугах в родах. А качество жизни, альтернативы — это то, что развивается во времени и по запросу участников отношений: женщин и медицинских работников. Уже есть много активностей от самого Минздрава —  дни открытых дверей роддома, увеличение количества платных услуг, заявления об изменении медицинских протоколов, обеспечивающих физиологичные роды. Посмотрим, как это будет развиваться. Женщинам, родителям и медикам нужно становиться активными инициаторами изменений, а Минздраву — признавать их роль как участников системы. В этом — настоящие перемены. Так что слово за женщинами, и хорошо, что подвижки есть.

Философски можно сказать, что выбор у человека есть всегда (улыбается. — Прим. Onliner.by).

Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. sk@onliner.by

Источник: Полина Шумицкая . Фото: Алексей Матюшков. Иллюстрация: Олег Гирель