---

— Ты посмотрел фильм не сразу после премьеры, а уже на пике хайпа. Как тебе в итоге?

— Не могу сказать, что получил какие-то супервпечатления. Но меня «Обсессия» очень порадовала своей сложной конструкцией — это была какая-то интеллектуальная, что ли, радость. Кино, конечно, не страшное, а именно что противное и давящее на раны, которые и так все время болят.

— Меня он, кстати, порадовал в первую очередь как крутой хоррор: он не заставляет тебя два часа разгадывать загадки, не превращает себя в одну сплошную метафору, а по-настоящему пугает. А думать о том, что это вообще было, начинаешь уже после титров. Еще понравилось то, как фильм до самого конца удерживает ощущение полнейшей безысходности — наверное, так реально чувствуют себя люди, попадающие в петлю созависимости.

— Вот я как раз во время просмотра не пугался, поэтому было интереснее думать над фильмом и разгадывать его. А «Обсессия» классно играет с твоим восприятием, как с котенком (тем самым, который умирает в начале). И в ее ловушку попасть довольно легко. На первом слое это кино про классическую историю созависимости, нездоровую любовь, которая отравляет обоих партнеров. Со стороны девушки мы видим жертвенность, даже самопожертвование, аутоагрессию, самоистязание — все тоже якобы ради любви к парню. Это то, что на поверхности и особенно явно видится именно мужским взглядом.

Но чем дальше, тем сильнее проявляется то, что фильм на самом деле не столько про обсессию любви, сколько про одержимость властью — со стороны главного героя. Это видно даже через прикольные пасхалки: например, парня зовут Беар — это сокращение от Барон (полное имя видно на его бейдже). В то же время фамилия девушки Никки — Фримен, «свободный человек».

— В фильме Никки, понятное дело, попадает во власть Беара под влиянием волшебной палочки. А откуда в реальной жизни берется стремление вести себя похожим образом: жертвовать собой ради партнера?

— Это очень сложный и комплексный вопрос — откуда рождаются созависимость и желание так сильно любить другого человека. Наверное, все начинается с незнания самого себя, своей личности. Есть пустота, которую надо заполнять чем-то или кем-то. Одни выбирают алкоголь и наркотики, другие — людей. Особенно часто второй вариант встречается у обладателей синдрома отличника: мол, пить и курить я не могу, это неправильно, а вот одержимо любить кого-то — всегда пожалуйста. Это мало того что красиво, так еще и социально приемлемо: все мы выросли на сказках про великую любовь, ради которой можно пожертвовать собственной жизнью.

Если еще покопаться, наверняка найдется много экзистенциальной тревоги, когда человек не понимает, как совладать с этой жизнью, и ему проще закрепиться за кем-то. В итоге он даже перестает представлять себя в отдельности от партнера. В фильме есть такой момент, когда Беар уходит на работу, а Никки просто стоит на месте и ждет его. Так и правда бывает, пусть и не в настолько преувеличенной форме. А если случается расставание, то человек и правда какое-то время может жить вот так: не выходить из дома, не пить, не есть, ходить под себя — это я даже без метафор говорю.

— При этом Беару какое-то время вполне нормально с этим живется — получается, это и есть его сбывшаяся фантазия?

— Да, это точно проекция его фантазий. Здесь что интересно: такие пары — суперзависимый и суперконтролирующий — встречаются, на самом деле, часто, и многие из них живут вместе достаточно долго. И если обходится без того, что мы видели в «Обсессии», и даже хватает счастливых моментов, то это прекрасно. Но бывает по-разному. Зависит от того, насколько крепко такие партнеры сцепляются своими травмами.

Какая травма у Беара? Это тревожный, контролирующий человек, который не выдерживает неопределенности. Он не может признаться Никки в своих чувствах, потому что не знает на сто процентов, что чувствует она, поэтому ему проще молчать. Но, когда ему дают возможность полностью захватить контроль над отношениями, он тут же ее использует. Хотя ему хорошо бы научиться сталкиваться лицом к лицу с этой неопределенностью и понять, что она абсолютно нормальна в любого рода отношениях. Никто из нас не сможет до конца понять другого человека, как бы нам того ни хотелось, все окружающие нас люди в какой-то степени всегда будут вызывать неопределенность и тревогу. Это то, что мы все в XXI веке никак не можем принять.

— Мне кажется, что «Обсессия» разрушает вот этот привычный образ «хорошего парня», который считает, что взамен на проявление этих положительных качеств ему по умолчанию положена награда в виде отношений с девушкой мечты. А когда мечта не сходится с реальностью, он не хочет это принимать.

— Да, многие предпочитают такую структуру отношений, когда проще оставаться в своих фантазиях. Мы, когда работаем с парами, часто приходим к выводу, что у них отношения, на самом деле, «на троих»: один из партнеров находится в отношениях одновременно и с реальным человеком, по поводу которого может испытывать злость и разочарование, и с фантазией, которую как раз любит, хотя реальному человеку она не соответствует. Тогда и начинаются все конфликты. Рано или поздно мы все попадаем в похожие ситуации. И такие хорроры, как «Обсессия», шоковым методом как раз таки дают понять, что не все, даже близкие люди такие, какими мы их представляем.

— В начале фильма еще видна образцовая история с френдзоной, которой Беар явно не удовлетворен. Вообще, насколько актуально само понятие «френдзона»? Ведь это тоже часто про невысказанные фантазии и ложные надежды, которые не имеют отношения к реальности.

— То, что один человек испытывает романтические чувства в дружеских отношениях, а другой — нет, это абсолютно нормально. Откуда в принципе берется динамика, когда они оба это даже не обсуждают, уже другой вопрос. В фильме главный герой явно боится, что ему откажут, боится совсем потерять другого человека, поэтому считает, что пусть лучше все остается на стадии дружбы — так он хоть как-то, но будет рядом. Это удобная позиция, которая, кстати, тоже поддерживает его имидж «хорошего парня»: мол, я не лезу со своими намерениями, не давлю, не создаю поводов с собой конфликтовать. В то же время этот «славный парень» таким образом тоже пытается управлять реальностью: не идет ни вперед, ни назад, создавая для себя иллюзию того, что все именно у него под контролем. Другое дело, что это контроль над чем-то, что даже не происходит.

Никакого выхода из такой ситуации нет, кроме как разговаривать, обозначать желание перейти в новый статус. Иначе получается зависшая структура, где человек просто-напросто никуда не движется: он ни в отношения не вступает, ни возможности как-то отгоревать эту ситуацию и строить жизнь дальше не получает.

— При этом, когда он уже вступает в отношения с «привороженной» Никки, с ее стороны начинается более явный контроль, впоследствии доведенный до безумия. Мне кажется, из-за этого многие даже не поняли, что не так делал Беар.

— Да, очень тонкая работа в этом плане. Мы привыкли видеть «контролеров» именно такими. Хотя центральный злодей в этой истории именно Беар, он своими руками создал такую ситуацию. Главный герой здесь — представитель современного общества, который не готов к проживанию негативных сценариев, не готов терпеть отказы: он просто не умеет с ними справляться. Мы все тоже часто хотим, чтобы все было по-нашему, хотим всего и сразу. Беар тоже легко уходит в эту позицию, делая жизненный выбор за другого человека.

Хороший повод задуматься — когда начинаете ловить себя на том, что вы слишком часто делаете выборы за другого человека, навязываете людям свою позицию. Конечно, одно дело — выбрать за партнера фильм на вечер, другое — выбирать, что другой человек должен чувствовать. Здесь, конечно, есть сложность в том, чтобы понять: я, например, развлекаю друга или партнера, чтобы ему было весело, или делаю так, чтобы мне самому было спокойнее (а это уже власть).

— По поводу всего и сразу еще любопытный момент: Беар в какой-то момент это «все и сразу» точно так же расхотел и стремился как можно быстрее избавиться, когда понял, что он не справился со сбывшимся желанием. Кроме того, он сразу же обращает внимание на другую девушку из своей компании — и уже никакая Никки, о которой он так мечтал, ему не нужна.

— Здесь уже возникает момент товарно-денежных отношений между людьми, когда просто важен объект желания, а не личность и все, что стоит за ней. Что-то не понравилось — ну, пойду и «сдам» туда, откуда взял. А когда Беар узнал, что желание повернуть вспять нельзя, — это уже про ответственность за свой выбор, которой он тоже попытался избежать.

— В связи с «Обсессией» снова возникло много обсуждений «одиночества XXI века». Из-за того, что мы постоянно онлайн, создается иллюзия близости с другими людьми, огромного выбора потенциальных партнеров, но при этом в реальной жизни отношения никак не развиваются. В фильме мы тоже видим, как парень постоянно залипает на страницу девушки в соцсетях. Но есть ли вообще такая проблема или это больше что-то надуманное?

— То, что это распространенное явление, — сто процентов. Теряется навык общения вживую, ведь в реальности человек может быть разным, не таким, каким ты представляешь его на расстоянии. Да еще и предсказать чужие мысли, чувства и уж тем более поведение невозможно. Все это вызывает сильную тревогу, поэтому фантазировать проще. Здесь мы снова возвращаемся к рассуждению о том, что людям больше нравится контактировать с идеализированной фантазией. Отсюда вытекают и все эти истории отношений с ИИ-партнерами, которые всегда рядом, всегда поддержат, всегда скажут то, что ты хочешь услышать…

— По сути, в фильме так и произошло: Беар с помощью волшебной палочки превратил живого человека в такую вот «иишку».

— Да, только в реальной жизни, к счастью, обходится без убийств. Вообще, цифровая среда все больше закрывает нас в своих пузырях: алгоритмы соцсетей, поисковая выдача Google подает то, что нам уже нравится. Мы, может быть, заметных последствий этого уже не застанем, но внуки поколения альфа точно будут гораздо более зацикленными на самих себе и, возможно, дойдут до той стадии, когда люди будут общаться только для того, чтобы рожать детей.

Читайте также:

• «Лучшее вложение 20 рублей за билет в кино». Обсуждаем нашумевшую «Горничную»
• Ричард Гир — редфлаг, а Джулия Робертс — притворщица? Обсудим все еще суперактуальную «Красотку»
• Скелеты в шкафу у второй половинки — это нормально? Обсуждаем хитовый фильм «Вот это драма!»

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by