Спецпроект

«До ковида занимался бодибилдингом, а теперь теряю сознание». Сюрпризы «короны» не заканчиваются

01 ноября 2022 в 8:00
Источник: Полина Лесовец. Фото: Александр Ружечка, из личного архива героев. Обложка: Максим Тарналицкий
Спецпроект

«До ковида занимался бодибилдингом, а теперь теряю сознание». Сюрпризы «короны» не заканчиваются

Разыгрываем Playstation и Dyson в приложении Каталог Onlíner каждую пятницу

Внимательный читатель наверняка помнит, что на Onlíner вышло уже несколько текстов, исследующих отдаленные последствия ковида. Собирая истории белорусов и белорусок, журналист Полина Лесовец в очередной раз убедилась, что у SARS-CoV-2 нет правил и моральных ценностей, а если и есть, то человеческой логике они явно не доступны. Сегодняшним выпуском, в котором о неожиданных проблемах с сердцем расскажут и 34-летний бодибилдер, и женщина на пенсии, мы завершаем совместный спецпроект со Stada.


Иван Полочанин, 34 года, спортивный тренер, Минск: «А я ведь уже думал, что все закончилось»

— Я заболел ковидом в 2020 году. Думал, что это просто грипп, и с высокой температурой пару дней провел дома. В одну из ночей мне стало плохо, я начал терять сознание. Девушка вызвала скорую. Приехала бригада и предложила забрать меня в больницу, но я отказался, я упорный (улыбается. — Прим. Onlíner). Следующей ночью — та же история. Я теряю сознание, скорая, больница… Сделали экспресс-тест на коронавирус — он подтвердился — и отправили домой. Через день я опять потерял сознание, уже в третий раз. Давление скакало до 170, хотя прежде такого никогда не было. В итоге две недели я пролежал в больнице с температурой 38,5.

Через день после выписки опять случился приступ, снова больница, КТ… Нашли пневмонию. Хотя сатурация была в норме, ни одышки, ни проблем с дыханием. Ковид ударил именно по сердцу. Да, были небольшие проблемы еще в детстве, но в жизни это решительно никак не проявлялось, только на кардиограмме — незначительная аритмия.

После больницы полгода по ночам меня мучила бессонница. Мог просыпаться от того, что кружится голова, подташнивает… С 2020 по 2022 год было еще три приступа, когда я терял сознание. Последний раз — три недели назад. А я ведь уже думал, что все закончилось. Чувствовал себя отлично, начал активно заниматься спортом, полгода вообще никаких проблем, и тут… Проснулся среди ночи, не знаю почему. Наверное, выброс гормонов — адреналин и так далее. Проснулся и чувствую, как темнеет в глазах, нарастает головокружение, тошнота, звон в ушах. Мышцы не слушаются, начинаешь просто падать, стоять уже не можешь. Ничего не видишь и не слышишь. Девушка принесла нашатырь, и через пару минут я пришел в себя. Когда уже смог замерить давление, оно было 47 на 27 — совсем низкое. Я знал, что нужно приподнять ноги, полежать в такой позиции, и все придет в норму. Так и случилось.

Я прошел кардиологические обследования, и мне поставили диагноз «синоаурикулярная блокада сердца». Суть в том, что в сердце, помимо мышцы, с которой у меня все хорошо, есть нервные окончания, они отвечают за передачу сократимости. И вот этот нервный передатчик иногда не проводит сигнал. Сигнал не проходит — сердце не сокращается. Если паузы в пульсе становятся слишком длительными, то к мозгу не поступает кислород, и человек теряет сознание. Если сердце запускается, значит, продолжаешь жить и все классно. Ну а если нет… Первое время было много тревоги, а сейчас уже научился психологически отстраняться. Понял, что это навсегда, и просто живу.

Я был у нескольких кардиологов, все рекомендации сводятся к одному: здоровый образ жизни, правильное питание, пить больше воды, витамины, регулярные обследования. Ну и метаболические препараты, которые улучшают мышечную и нервную проводимость, поддерживают сердце.

Вообще, я активно занимаюсь спортом, работаю в зале. До ковида даже выступал на соревнованиях по бодибилдингу — занял третье место в республике. Но после больницы пришлось скинуть 9 килограммов. Врачи говорят, что лишний вес, пусть даже и мышечная масса, — это тяжело для сердца. Поэтому я целенаправленно похудел, чтобы сердцу было легче работать.

Елена Сухина, 59 лет, директор туристической компании, Минск: «Человек не может жить с такой температурой, говорили врачи»

— В начале января 2020 года моя клиентка — индивидуальная туристка — вернулась из Италии. И пришла поблагодарить, обнять. Пообнимались мы с ней — и вот… Это сейчас все известно о SARS-CoV-2, а тогда в Минске не было ни одного подтвержденного случая, люди относились несерьезно. Зато в Италии уже началась пандемия, страна сильно пострадала. Клиентка подхватила вирус сама и привезла в благодарность мне (улыбается. — Прим. Onlíner).

Симптомы ковида были как под копирочку: ломота в мышцах, боль, высокая температура первые пять дней. А у меня такая привычка: если болею, то остаюсь дома, сворачиваюсь в клубочек, никуда не хожу и никого не вижу. Три недели отлеживалась и, думаю, никого не заразила. Болела сама по себе — с отитами и прочими «прелестями».

После началось странное. Температура упала до 35,3—35,6, стало тяжело дышать. Помните, был такой тест-самопроверка — выйти на улицу, сделать глубокий вдох и задержать дыхание, досчитав до десяти? Я считала до двух и падала. Буквально теряла сознание.

Через три месяца обратилась в поликлинику, но повсюду уже бушевал ковид, приемные были забиты, врачи смотрели на меня широко распахнутыми глазами, им было не до тех, кто переболел. Они не знали, как лечить все новых и новых прибывающих пациентов. Поэтому мне сказали: «Все хорошо, что хорошо кончается».

Но если все хорошо, почему же мне так плохо, недоумевала я. Днями лежу дома без сил, еле ползу в офис. Помню, как пришла на интервью на радио. На входе стоял доктор и измерял всем температуру. Он испугался: «Ой, присядьте, пожалуйста, у вас температура ненормальная — 35,3».«Я уже месяц с ней хожу».«Но человек не может жить с такой температурой! Организм не функционирует».«А я и не двигаюсь. Точнее, один день двигаюсь — три дня лежу».

В конце концов сделала КТ в частном медцентре, и стало ясно, что я переболела ковидом, в легких появились рубцы. Доктор «обрадовал»: «Что я могу сделать? Это теперь на всю жизнь».

С января до лета 2020 года я тихо умирала. Не знала, что происходит. Как выяснилось потом, за это время просело сердце. До ковида у меня никогда не было таких проблем. А теперь я кардиологический пациент. Появилась гипоксия, не усваивается кислород в должном количестве. Спустя два года я попала к хорошему кардиологу, он назначил курс таблеток, и стало легче.

А вообще, у меня свой рецепт, как встать на ноги. Я собрала последние копейки и вместе с немногочисленными туристами полетела в групповой тур в Египет, в Хургаду. Установила режим питания и движения, прокачала легкие. Что же я сделала? Первое — в питании выбирала овощи, фрукты, яйца, сыр, говядину, рыбу и морепродукты. Второе — структура дня и движение. Шла на ранний завтрак в 07:00, до 10:00 плавала в море, потом час зарядки с аниматорами, затем час аквааэробики, оттуда, как под дудочку, идем на беллиданс — еще час на сцене, на свежем морском воздухе, затем обед, короткий отдых, еще час бачаты… Я собрала вокруг себя большую молодежную компанию, и вечером после раннего ужина мы ходили пешком в Хургаду, много гуляли, старались фокусироваться на позитивных эмоциях. А потом — дискотека, и танцуешь так, что одежду можно выжимать. Ровно в 23:00 — спать, чтобы не нарушать режим. В таком темпе я провела 12 дней. Даже в аэропорт убегала с бачаты, а меня не хотели отпускать (улыбается. — Прим. Onlíner).

Конечно, сначала я могла сделать любое упражнение только два-три раза, больше не хватало ни сил, ни дыхания. Но на следующий день становилось чуть легче, потом еще легче, и к концу отдыха я легко выдавала по 10—15 повторений. Постепенно восстанавливала свой организм, без насилия. Движение, воздух, купание, умение радоваться тому, что есть, подмечать хорошее — это мой рецепт.

В мае 2021-го я снова переболела ковидом. Тогда впервые потеряла обоняние, обнаружив это на 12-й день болезни. И еще рецепторы были перевозбуждены. Льешь едва теплую воду на пальцы, а кажется, будто подушечки выедает кислота. Ступнями наступаешь на пол — и ощущение щекотки, прямо до боли. Настолько чувствительными, оголенными стали рецепторы.

Тогда я снова воспользовалась проверенным рецептом: ушла в леса. Все говорили: «Как, только переболела — и уже в поход?» А я никого не слушала. Рюкзак, палатка, купание в озерах, свежий воздух, простое, но здоровое питание, байдарки, лес — и я восстановилась.

Прямо сейчас занимаюсь сердечной мышцей. Уже сделала ЭКГ и холтер, жду направление на УЗИ брахиоцефальных артерий. Работаю, естественно. Хотя в нашей отрасли, в туризме, сейчас очень сложно, стрессы и так далее. Работа с людьми — это раз, обстоятельства, в которых мы оказались, — это два. Поэтому за сердцем нужно следить особенно.

Тамара Дежнева, 62 года, пенсионерка, Могилев: «Псориаз после ковида не остановить»

— Все началось в августе 2021-го. Помню, была пятница, и дети привезли внуков. Мы отлично провели время. А потом навалилась какая-то странная усталость. Я позвонила куме и сказала: «Еле ноги дотянула до кровати». А она ответила: «Не переживай, это накопительный эффект за лето». После выходных позвонили дети: «Мама, мы в больнице, у нас ковид!» Я подумала-подумала и решила: «Дай-ка вызову врача». Ко мне приехала бригада, взяла мазки, а через пару дней позвонили и сообщили: «Это ковид».

Как человек в возрасте, да к тому же еще курильщик, я подстраховалась и поехала в больницу. Мне сделали двусторонний панорамный снимок легких и сказали, мол, это классическое ковидное поражение, но несильное. Положили в больницу, хотя температуры не было, вкусов и запахов я не теряла. Врачи удивлялись: «Как же вы узнали, что у вас ковид?»«Дети заболели». В моем случае дополнительным фактором риска был тромбофлебит на ногах. Потому я пила и продолжаю пить антикоагулянты — это важно. И еще регулярно делаю МНО — анализ, который показывает, превышает ли норму время свертывания крови. После 10 дней в больнице меня выписали домой.

Вроде бы сначала все было нормально. А потом вдруг обострился псориаз, приобретенный после операции в 2015-м. Все эти годы он был незначительным: маленькие пятна на локтях, стопах и ладонях, которые во время ремиссий пропадали на год. Но после ковида псориаз обострился до такой степени, что захватил почти все тело: руки, ноги, задние поверхности ягодиц, паховую область и даже подмышки… В итоге в мае 2022-го я попала с псориазом в больницу, стало лучше, но облегчение было недолгим. Этот псориаз не остановить. Уже пропила все возможные таблетки, прошла курс уколов, но болезнь захватывает все новые участки.

Доктора сказали, что псориаз — аутоиммунное заболевание, поражающее кожу, — связан именно с ковидом. И поэтому его сложно остановить. Если раньше ремиссии хватало на полгода-год, то сейчас — максимум на неделю. Буду надеяться, что со временем пройдет, ведь я человек позитивный. За жизнь у меня было много операций, но я никогда не унывала. Шла в операционную со смехом и шуточками, как на праздник. Помню, завотделением даже приводил ко мне других пациентов: «Тамара, поговорите с ними, а то боятся!»

Есть такая ненаучная гипотеза, мол, псориаз связан с количеством стресса в жизни. Некоторые считают, что у пенсионеров стресс повышен, потому что им приходится сидеть с внуками (смеется. — Прим. Onlíner). Так вот, я с этим совершенно не согласна. Для меня внуки, наоборот, радость.


Комментарий врача

Как именно ковид влияет на организм человека? Все ли долгосрочные последствия нам известны? Отвечает врач-терапевт, пульмонолог высшей категории медицинского центра «Элар» Ирина Синкевич.

— Есть несколько механизмов того, как SARS-CoV-2 влияет на организм человека. Первый — иммунные повреждения. Второй — гипоксия, то есть клеточная дыхательная недостаточность. Третий — нарушения вязкости крови. Эти три самые важные причины и лежат в основе «постковидного синдрома».

Нарушения и осложнения носят мозаичный характер — каждый мелкий пазлик складывается в одну большую картину.

Самые частые последствия, которые я наблюдаю в отдаленном периоде, — это астеновегетативные: повышенная утомляемость, снижение памяти, внимания и концентрации, невозможность запомнить какие-то события, более медленная скорость мыслительных процессов, чем до инфекции. Сюда же — нарушения сна, раздражительность. В более тяжелом варианте — психотические реакции, которые требуют наблюдения у психиатра.

У пациентов, которые сложно перенесли ковид, с пневмониями и большим поражением легких, начинается фиброз, то есть паренхима легких замещается рубцовой тканью. Нарушается передача кислорода, и организм страдает от его недостатка.

Кроме того, видны изменения со стороны сердечно-сосудистой системы, миокардиты. Человек может жаловаться на одышку, нарушения ритма, перебои в работе сердца… Все эти вещи фиксируются на эхокардиографии и кардиограмме. Иногда они требуют медикаментозного лечения.

Наконец, у людей, перенесших ковид, обострились суставные проблемы. Чаще жалуются на приступы артрозов, боли в суставах, в позвоночнике. Могут дебютировать ревматоидные артриты и другие болезни, связанные с перенапряжением иммунной системы, с поломкой на этом уровне. Но это случается реже.

Какой процент людей, переболевших ковидом, столкнется с отдаленными последствиями, сказать невозможно. Но такие пациенты есть, и они обращаются за медицинской помощью. Говорить о будущем трудно. На прием приходят люди, которые прямо сейчас болеют ковидом, но он поменял свое лицо. Вирус изменился — и клиническая картина тоже. Какой след оставит нынешняя модификация вируса, нам только предстоит узнать. Возможно, через год-полтора.


Партнер проекта — Stada
Приказ Министерства здравоохранения Республики Беларусь №841 от 22.06.2022 об организации медицинской помощи пациентам с COVID-19 предусматривает назначение ацетилсалициловой кислоты (АСК) в качестве базового препарата для разжижения крови в амбулаторных условиях:
  • пациентам со среднетяжелой формой инфекции без факторов риска ее тяжелого течения — 75 мг 1 раз в день (при массе тела >100 кг — 150 мг 1 раз в день) при отсутствии противопоказаний;
  • пациентам со среднетяжелой формой инфекции и как минимум одним фактором риска ее тяжелого течения дополнительно к АСК — антикоагулянты в профилактической дозе;
  • для продленной профилактики тромбозов пациентам со среднетяжелой или тяжелой формой заболевания — прием АСК в течение 6 месяцев.
Спецпроект подготовлен при поддержке представительства АО «Нижфарм» (группа компаний Stada) в Республике Беларусь, УНП 102386304.

Читайте также:

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ng@onliner.by

Источник: Полина Лесовец. Фото: Александр Ружечка, из личного архива героев. Обложка: Максим Тарналицкий