Спецпроект

Психолог: если мужчина сгрузит на женщину весь быт, в паре может исчезнуть секс

30 сентября 2022 в 9:00
Источник: Полина Лесовец. Фото: Анна Иванова
Спецпроект

Психолог: если мужчина сгрузит на женщину весь быт, в паре может исчезнуть секс

Разыгрываем Playstation и Dyson в приложении Каталог Onlíner каждую пятницу

Ссоры из-за разбросанных носков и немытых полов кажутся смешными только до тех пор, пока не заканчиваются разводом. Бо́льшая часть домашних обязанностей традиционно лежит на женщинах — и это не приводит ни к чему хорошему, в том числе и для самих мужчин. Журналист Onlíner Полина Лесовец поговорила с психологом, кандидатом психологических наук, доцентом, автором книг по семейной терапии Натальей Олифирович о том, как правильно делить бытовые обязанности, существует ли вообще некое «правильно», почему на нас влияют родительские сценарии, в каких случаях претензии в духе «помой посуду немедленно!» — это, на самом деле, острая нужда в любви и заботе, и отчего в сложившихся искривленных моделях белорусского матриархата и патриархата никто не виноват. Этим текстом мы открываем спецпроект с Dreame, посвященный извечной борьбе «м» и «ж» за право свалить уборку на ближнего своего.

— Пока готовилась к интервью, я составила список всех домашних дел. Получилось больше 200 пунктов, от «застелить чистый пакет для мусора в ведро» до «стереть пыль с магнитиков на холодильнике». Как думаете, каждой паре имеет смысл составить подобный список и честно разделить пополам? Или это путь в никуда, путь вечной дележки и взвешивания, кто сделал больше?

— Я думаю, это хорошая идея. Ведь когда мы женимся или начинаем жить вместе, то, по сути, образуем новое государство. В одну систему пытаются объединиться, например, высокотехнологичная Япония и Монголия с первобытно-общинным строем. Люди приходят в семью с совершенно разным опытом и взглядами, поэтому в начале отношений важно составить «контракт». Забегая вперед, скажу — невозможно договориться заранее по всем двумстам пунктам, ведь иногда появляется дело, которого прежде не было: снимать закаканные памперсы с младенца или делать уроки с третьеклашкой.

В любом случае разумно такую «конституцию семьи» прописать. Потому что, если нет правил, то нет и границ. И тогда конфликты неизбежны. Есть редкие пары, которые понимают друг друга с полуслова и феноменально умеют договариваться, но это скорее исключения. Большинству же нужно в самом начале отношений обсудить, кто за что отвечает. Чего категорически не хочет делать мужчина и женщина. Если они в этом совпадут, появляется шанс прожить довольно хорошую жизнь.

Потому что картинка в кино — это лишь часть правды. Может быть, секс занимает час в неделю, а романтические ужины — два часа в месяц, но все остальное время поглощает быт: как поесть, поработать из дома, купить корм кошке…

Задача — сделать жизнь удобной двоим людям. Если из двухсот пунктов сто девяносто восемь лежат только на одном человеке, а на втором — один или два, возникнут проблемы.

— Если пара не подумала о «бытовой конституции» заранее, как правильно разделить домашние обязанности? И вообще, существует ли то самое «правильно»? Может, для каких-то семей пропорция 2 на 198 — это нормально?

— Есть столько пар и столько семейных укладов, сколько песчинок в пустыне и звезд на небе (улыбается. — Прим. Onlíner). В каждых отношениях все очень по-разному. Обычно проблемы возникают, когда кто-то не хочет выполнять определенную обязанность, она провисает, а второй партнер требует: «Сделай, сделай!»

Например, парень считает, что жена должна класть в стиральную машину его носки и трусы. Он дерзко и беспринципно разбрасывает их возле корзины с бельем. А жена уже не раз говорила: «Это ведь такая мелочь — положить вещи в корзину. Ну почему ты не можешь?!» А муж отвечает: «Но у меня дома это всегда делала мама!»

И тут мы впервые сталкиваемся с тем, что каждый из нас принес целый груз ожиданий и представлений из своей семьи. У одних родители делили пополам тяжелые бытовые обязанности; у других все шло по «традиционному» сценарию — внутреннее обустройство дома было за женщиной; а у третьих господствовал матриархат, и варил супы и поливал цветы именно мужчина.

Молодая пара сталкивается с тем, что им нужно создавать свою «конституцию», собственные правила. Пока они не начали жить вместе, то могли и не догадываться о существовании других норм. Например, женщина могла даже не предполагать, что мужчина будет бросать трусы и носки в ванной, выползая из них, как змея из старой кожи, и ожидать, что «рабынюшка» придет и, улыбаясь, соберет их и положит в стиральную машину. Или, например, девушка жила в семье, где мама была очень строгих правил и всегда требовала, чтобы чашка на столе стояла на подставочке. Потом эта девушка выходит замуж, дома чудесный дубовый стол, но муж не использует никаких подставок, и она начинает ругаться. А он вообще не может понять, в чем дело, ведь проблема не стоит выеденного яйца. Этим столом пользовались пять поколений без всяких подставок, и в его семье считалось, что любые потертости и отпечатки придают столу еще большую ценность.


Партнер проекта - Dreame
Dreame D10 Plus — эффективный робот-пылесос 2 в 1. Он может не только тщательно убирать мусор и шерсть домашних животных, выполнять мытье полов, но и самоочищаться — вместе с устройством идет станция автоматической очистки пылесборника, благодаря которой обслуживание девайса сведено к минимуму. Сразу после уборки девайс отправляется на базу, чтобы очистить пылесборник от мусора. Одного мешка в станции хватает на 45 дней при условии, что пылесос будет работать четыре раза в неделю.

Здесь важно разговаривать: «Милый, откуда у тебя вообще взялась идея, что я обязана это делать?», «Дорогая, почему ты решила, что это должно быть так?» С подобными вопросами столкнется любая пара.

— Получается, мы несем с собой родительские сценарии, которые даже не пересматриваем, не проводим ревизию?

— Именно. Чаще всего мы живем либо по сценарию, делая так, «как мама», или так, «как папа», либо по контрсценарию, делая наоборот. Например, мама стирала-готовила, а я самостоятельная женщина, эмансипе, и ничего этого делать не буду.

Получая от родителей сценарии, мы, естественно, их не осознаем. Выбор появляется в точке, когда человек начинает думать: почему я это делаю? «Почему требую от мужа, чтобы он зарабатывал деньги?», «Почему требую от жены, чтобы она брала декретный отпуск, если у нее карьера идет вверх и она получает в три раза больше меня?»

В парах сейчас есть два варианта отношений в том, что касается власти и иерархии. Первый вариант — это когда власть принадлежит кому-то одному (если мужчине — патриархат, если женщине — матриархат). Второй — супруги делят власть друг с другом. Это называется «эгалитарная система», фактически демократия. При демократии мужу и жене нужно договариваться, и это, конечно, сложнее. Потому что патриархат или матриархат предполагают, что в семье есть один главный человек, который расскажет остальным, как нужно жить. Обязанности распределены раз и навсегда, меняются крайне редко. Проблемы возникают, только когда один человек начинает протестовать — сын-подросток или жена, которая пошла учиться и поняла, что можно было по-другому.

В демократической модели семьи больше гибкости, роли взаимозаменяемы. Обычно и муж, и жена могут забрать детей из сада, сделать уроки, приготовить ужин… Чаще всего оба зарабатывают деньги. Но, к сожалению, у нас нет хорошей родительской модели такого взаимодействия, а лишь та, где жена прислуживает мужу. Поэтому каждой паре приходится изобретать собственную «демократию» и находить компромиссы.

— Нам по большей части досталась в наследство модель «папа — работает, мама — красивая», которая переводится как «мама — домашняя рабыня», а еще как «папа инфантилен в быту, мама — в зарабатывании денег»?

— «Домашняя рабыня» — абсолютно точно. В этом мы очень отличаемся от западных женщин. Фактически с 1917 года женщина у нас получила равные права с мужчиной, но прежние «патриархальные» обязанности с нее никто не снял. Пойдя на работу, женщина никому не спихнула быт. А у мужчины домашних обязанностей не стало, потому что огромное количество крестьян переехало в города, в том числе в Минск — благодаря Машерову, который создавал город-миллионник, чтобы запустить метро. О крестьянском прошлом сегодня напоминают только балконы, уставленные всяким хламом и цветущими помидорами (улыбается. — Прим. Onlíner). При этом мужчину освободили от его хозяйства, лошадей и непаханой борозды в поле, а женщину — нет, потому что кушать хочется всегда. И женщины в Советском Союзе были жутко перегружены. Это были, как писала Екатерина Михайлова, «страшные бабы». Они тащили на себе всю семью, зачастую потеряв мужа, и в их сердцах оставались только боль, холод и страх. Своих дочерей эти женщины растили точно так же: «Будь покорной, молчи, слушайся, делай».

Понятно, что после сценария всегда возникает контрсценарий. Именно поэтому, когда я спрашиваю у женщин на психологических группах: «Кто у вас в семье главный?» — большинство отвечает: «Мама». Папа может быть в иллюзии, что он главный, но все вопросы решает мама.

У нас в Беларуси скрытая или явная форма матриархата. Это не хорошо и не плохо, так есть. Но, к сожалению, на матриархате далеко не уедешь. Теневая сторона матриархата — это символическая кастрация мужчины.

Чем больше ответственности берет на себя женщина, тем меньше ее остается у мужчины. Закон семейной терапии: гиперфункционал всегда существует в паре с гипофункционалом.

Как думает женщина? «Он ничего не делает, и поэтому я беру на себя больше». А как оно работает на самом деле: чем больше женщина берет на себя, тем меньше нужно делать мужчине. Это порочный круг. И тут никто не виноват. Если разберем историю любой семьи, выяснится, сколько утрат и потерь она пережила, сколько выпало на долю мужчин, как женщины берегли сыновей, как придирчиво относились к невесткам… Нужны десятилетия, а может, и больше, чтобы ситуация изменилась.

Нынешняя молодежь много ездит по миру и много читает. Сегодня людей не загонишь в брак одним лишь долженствованием. Уже не работает стыжение: «Ай-яй-яй, тебе 27, а еще нет мужа и детей». Многие женщины выбирают быть собой и развиваться. А когда встречают партнеров, обсуждают «семейную конституцию». Кто-то ведь должен выносить мусор, готовить еду, убирать, поливать цветочки, снимать постиранные вещи с сушилки, покупать продукты, зарабатывать деньги, чинить одежду, счищать снег с машины и даже водить котов на стрижку… Если какая-то обязанность провисает, например никто не хочет зарабатывать деньги, потому что «все красивые» и у всех лапки, то семья обязательно будет дисфункциональной.

Самые большие проблемы возникают в семьях с маленькими детьми, хотя до этого люди могут жить душа в душу. Младенец настолько подчиняет себе пространство, требует такого количества времени и ресурсов, что часто взрослые, умные, образованные люди просто не выдерживают. Внутренний контейнер переполняется. Все, на что раньше смотрели снисходительно: разбросанные носки, не поставленные в посудомойку тарелки, забытое для покупки молоко — вызывает очень острую реакцию. Один говорит: «Я работаю с утра до вечера, очень устаю, прихожу домой, а ты суешь мне ребенка!» Второй говорит: «Это такой же твой ребенок, как и мой! Ты должен спать с ним по выходным, иначе я сойду с ума». Начинаются конфликты и скандалы. Задача — уметь «передоговариваться», меняться ролями. Либо каждый в чем-то уступит, пойдет на компромисс, представит, каково это — быть в шкуре другого, либо пару ждет развод.

Еще раз повторю: модели, которые достались нам в наследство, бывают очень разными. Например, девочка выросла в семье, где папа и мама работали, и не мыслит ничего другого. Для нее женщина как личность существует, только если она успешна финансово и наравне с мужем впрягается в семейный воз. А бывают семьи, где популярны идеи ведического, антифеминистического толка: женщине предписывается прислуживать мужчине, выглядеть определенным образом, носить юбки, рожать детей. В подобных моделях мужчины представлены некими «недоумками», потому что, если женщина не «подзаряжает» их своей «энергией», они не добиваются успеха. А виновата все равно жена: плохо вдохновляла, плохо носила юбки, плохо дышала в мать-землю разными своими органами (смеется. — Прим. Onlíner). Возможно, это и была неплохая модель тысячелетия назад, когда мужчина мог обеспечить семью в одиночку — до изобретения контрацептивов, до того, как мы смогли иметь одного-двух детей или вообще не иметь. Сейчас такая модель не очень рабочая. Потому что редкий мужчина, не больше 5% от популяции, может в одиночку обеспечить семью. И на мой взгляд, здорово, когда женщина не только вдохновляет и распространяет энергетические эманации, не только служит подзарядным устройством, но может свою энергию конвертировать в собственное дело и деньги.

Сразу подчеркну: я не говорю о том периоде, когда женщина воспитывает детей. Если женщина заботится о ребенке, выполняя все функции, которые раньше делали несколько человек — бабушки, мамушки, нянечки, старшие дети, — честь ей и хвала. В эти годы она, естественно, не работает. Но бывает ведь так, что молодая мама не хочет сидеть в декрете. И тогда паре нужно договариваться, кто будет ухаживать за ребенком.

Иногда я вижу: в семье проблемы именно из-за того, что оба супруга истощены. Как бы вы ни делили обязанности, в случае с маленьким ребенком — дел на троих, а вас всего двое.

Здесь важно обращаться за помощью, чтобы кто-то убрал дома, или приготовил еду, или погулял с ребенком. И это должна быть отнюдь не бабушка, которая, сидя на диване и покуривая трубку, станет рассказывать, как раньше и стиральных машин не было, и в борозде рожали, и с пятью детьми справлялись. Нет. Хочешь помочь — помоги материально. Или погуляй с правнуком, выслушай внучку, пожалей, поддержи. Да, может быть, мы более нежные, чем поколение 50 лет назад. Но если не вывозите, не справляетесь — это нормально, и для этого не обязательно рожать пятерых в борозде. Пока у вас маленькие дети, нужна дополнительная помощь — ищите ее, не стесняйтесь. Нанимайте клинеров, просите того, кто поможет. И помните, не все годы у вас будет такой бардак (улыбается. — Прим. Onlíner).

— Если в семье все бытовые обязанности сгружены на женщину, к каким последствиям это приведет?

— Если это обычная женщина, а не женщина с атомной батарейкой, то она начнет истощаться. Не будет ресурсов, чтобы восстанавливаться и чувствовать себя хорошо. Тогда чаще всего наступает зацикленность на уборке, еде и порядке. Потому что она вкладывает такое огромное количество сил, что это становится сверхценностью. Женщина начинает дергать домашних: «Куда стал на помытый пол!», «Ты что, снова испачкал плиту?!» Большая власть над бытовой сферой и одновременно ощущение, что усилия не ценятся. Поэтому женщина то в плюсе грандиозности («если бы не я, вы бы заросли грязью и умерли от голода»), то в полюсе ничтожности («Маша вызывает домой клинеров, а мне самой все драить»).

Когда женщина чувствует, что баланс нарушен, что вложила больше, а получила меньше, она начинает отыгрываться в другой сфере. Например, в коммуникации. Обижается на мужа, что он не включен в быт, лежит на диване, «дрейфует на льдине», и начинает злиться, упрекать, нападать. Не зря существуют все эти анекдоты, где жена представлена как пилящая, злобная, агрессивная, хронически недовольная.

Пара вовлекается в деструктивный цикл, где жена становится эмоциональным преследователем, который бесконечно бегает за мужем с поварешкой и упреками, а тот убегает, прячется в свою «нору»: «Ах, это такая сложная женщина, я не хочу с ней жить, хочу другую!»

Подобные отношения часто хронифицируются. Пара привыкает так жить и проворачивает цикл жертва — преследователь по кругу, пока кто-нибудь из двоих не поймет, что можно иначе — без криков и наездов. Возможно, с меньшим порядком в доме, но зато с бо́льшим эмоциональным согласием.

Еще один вариант — женщина все сливает на детей. Например, муж хорошо зарабатывает, ничего не делает по дому, а злобища-то накапливается, и тогда дети становятся объектом агрессии. Она может их упрекать, заставлять делать то, что им не по возрасту, жестко контролировать. Хроническая агрессия приводит к стрессу сыновей и дочерей.

Либо, как вариант, дети становятся символическими партнерами своей мамы. Субботние уборки она делает с детьми, вылазки за продуктами — с детьми. Таким мальчикам и девочкам потом очень тяжело сепарироваться от мамы, потому что она держит их очень крепко, делает смыслом своей жизни.

Иногда страдает сексуальная сфера. Обиженная женщина говорит, что устала, что болит голова, и тем самым роет себе яму. Во всем мире с появлением секс-игрушек и видеохабов сексуальная жизнь стала не такой частой и интенсивной, как раньше. Есть другие источники возбуждения коры головного мозга. Поэтому мужчина, получив один-два-три отказа, прекрасно занимается одинокой любовью. А соло-секс сейчас даже Всемирной организацией здравоохранения признан нормой. И тогда то единственное, что отличает пару от просто друзей, уходит. И живут вместе уборщица-кухарка-прачка-контролер (вечно недовольная женщина, которая устает в офисе, а потом приходит домой и работает во вторую смену) и мужчина, который каждый раз получает обратную связь, что он сделал что-то не так, и включается все меньше и меньше…

Чтобы до этого не дошло, стоит сесть и искренне поговорить: «Дорогой, если так продолжится, я просто истощусь. Сгорю. У меня нет времени на себя, нет даже часа перед сном, чтобы почитать… Думаю, готовка ужина и мытье посуды вполне может стать твоей обязанностью».

Здесь важно понимать разницу между вежливой просьбой и агрессивным требованием. Иногда послание очень адекватное: «Мне нужна помощь». Но тон, которым это произносится, отбивает всякое желание участвовать.

— Правда ли, что отношения заканчиваются, если баланс «брать — давать» — и денежный, и бытовой — в паре нарушен?

— Не всегда. Есть люди, которые всю жизнь дают намного больше, чем получают, для них это нормально. Например, девочка, которую мама воспитывала с двумя братьями, сообщая, что «мужчина — это круто, а женщина — так, незначительный элемент декора». Или девушка, которая очень в себе не уверена. Она будет делать все, лишь бы рядом оставался мужчина. Будет вкладываться сильно, лишь бы не пережить боль отвержения и развода.

Есть два полюса. Один — это очень эгоистичные женщины, которые ничего не хотят делать. Свежее поколение с насиликоненными губами. У них главные ценности — внешность и возможность тусить, быть инста-звездой, блогером, кем угодно, только не заниматься бытовой работой.

Второй полюс — это такая серенькая курочка, которая с утра до вечера по зернышку, по зернышку, целый день работает и боится, как бы ее петушок не засмотрелся на другую.

А посредине — обычная женщина, которая иногда впадает в полюс «я могу сама — и мне будет лучше», а иногда в полюс «как же я без него». Эти колебания с нами на всю жизнь. Мы так устроены, что в каждый момент делаем новый выбор. Иногда важно быть одинокими, самостоятельными, независимыми, развивать свое дело. А в другие моменты нужна поддержка, опора, и мы готовы платить за это очень высокую цену.

Человечество состоит из таких разнообразных и удивительных особей, что всегда найдутся те, кто не попадает под какие-либо критерии и «среднестатистические выборки». Поэтому я не буду давать расхожих советов и говорить, мол, правильно только так, а не иначе.

Бывает очень по-разному. Как говорят буддисты: «Если встретишь Будду — убей его». А я скажу: если встретите человека, который уверяет, что знает, как правильно в паре или в семье, — проходите мимо.

— Какую высокую цену мы порой готовы платить, чтобы сохранять связь… Это горькая мысль.

— Да, высокую, ведь иногда одиночество — огромная боль для человека. Мы часто реагируем на разрыв связи так, как маленькие дети — на уход матери. Испытываем настоящий витальный ужас. Забываем, что нам уже по двадцать-тридцать-сорок лет и, если партнер уйдет, мы останемся с руками, ногами, профессией и налаженной жизнью. Мир не рухнет. Но в момент разрыва регрессируем до состояния маленького ребенка, которого мама забросила в сад, а он цепляется, ползет по ногам, рыдает. Мама уходит, и вселенная раскалывается на части… Поэтому в ситуации разрыва мы порой принимаем неадекватные решения. Людям нужно учиться, как выходить из созависимых, абьюзивных, деструктивных отношений. Все, что мы сегодня видим в мире, говорит: да, люди становятся умнее, летают в космос, изобретают лекарства от ковида, но психологически остаются такими же незрелыми. И в ситуации сверхнапряжения склонны регрессировать до самых первых детских травм.

Часто люди конфликтуют в паре не только из-за денег или перегруженности, а потому что не чувствуют себя уважаемыми, признанными, замеченными. Иногда достаточно простых вещей. Например, прийти домой и поблагодарить того, кто приготовил ужин. Если бы мы могли встать на место другого человека и посмотреть на мир из его окна, 90% проблем исчезли бы. Если бы муж мог прочувствовать, как живется жене, которая вынуждена зарабатывать, конкурировать в женском коллективе, а потом нестись домой готовить ужин и при этом оставаться веселой и довольной.

Если бы жена могла «побыть в чужой обуви», посмотреть, каково приходится мужу — постоянно думать, где заработать в кризис, куда вложить накопления, чтобы их не съела инфляция, как выучить детей, на какие деньги поехать в отпуск… Если бы каждый мог залезть в шкуру другого, было бы гораздо меньше конфликтов.

Поэтому у меня только один совет — разговаривайте. А еще устраивайте себе хотя бы два дня в неделю, когда вы отдаете детей, закрываете все двери и делаете то, что вам нравится: смотрите сериалы, пьете шампанское, гуляете вокруг дома с собакой. Это должно быть время только для вас как для пары.

— Выходит, быт — это не просто быт? За банальными претензиями в духе «он сам не может погладить рубашку» или «она не хочет готовить» стоят более глубокие вещи?

— Конечно. За бытовыми претензиями стоят неудовлетворенные потребности — в признании, любви, уважении, заботе. Не всегда это банальная перегрузка. Иногда — ощущение себя не ценным, не важным, не нужным. Когда мы понимаем, что ценны для своих партнеров, то с гораздо большим рвением занимаемся тем, обо что частенько разбивается любовная лодка (улыбается. — Прим. Onlíner).

Спецпроект подготовлен совместно ООО «АйТи Дистрибуция», УНП 192275365.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. dm@onliner.by

Источник: Полина Лесовец. Фото: Анна Иванова