«Если у меня появится ребенок, меня могут посадить в тюрьму!» Почему молодая женщина боится завести детей

311
31 мая 2021 в 8:00
Источник: Татьяна Гендель

«Если у меня появится ребенок, меня могут посадить в тюрьму!» Почему молодая женщина боится завести детей

Светлана и Владимир (имена изменены по просьбе героини) поженились и через некоторое время стали задумываться о детях. Ей 32, ему 34 — возраст уже вполне позволяет заниматься воспитанием детей осознанно. А потом Светлана узнала, что у нее положительный ВИЧ-статус.

Светлана очень любит детей и уже давно представляла себе, что у нее родятся мальчик и девочка. Мальчика она бы отдала в секцию, чтобы он занимался хоккеем или футболом. Девочку наша героиня представляла хрупкой и утонченной — балериной.

Целый год супруги пытались зачать ребенка, но почему-то не получалось. Через некоторое время врачи обнаружили у Светланы полип в матке. Назначили операцию, все прошло успешно, но долгожданные две полоски на тесте не появлялись. Пара решилась на ЭКО. Светлана сдала все необходимые анализы и пришла в кабинет планирования семьи.

Оттуда вернулась домой к мужу вся в слезах: «Давай разведемся. Детей мы больше никогда не сможем иметь. Ты еще молодой, найдешь кого-нибудь еще».

Анализы Светланы показали положительный ВИЧ-статус.

— Я три дня рыдала не переставая. Поставила на себе крест, чувствовала себя заразной, прокаженной и опасной. Боялась находиться с мужем в одном помещении, брать на руки племянниц, даже дышать рядом с кем-то боялась, — вспоминает Светлана свои первые дни после постановки диагноза.

Владимир на новость отреагировал стойко. Сказал, что, разумеется, ни о каком разводе не может идти и речи. Они вместе пойдут к врачу и узнают, что делать и как жить дальше. И будут жить.

«Если мы попытаемся завести ребенка, то вступит в силу 157-я статья» (нет)

С тех пор как Светлана узнала о своем статусе, прошло чуть более полугода. Поэтому женщина все еще остро переживает эту тему и не может смириться с диагнозом. Проверили Владимира — его анализ оказался негативным.

— Вместе с мужем мы обратились к психологу при ВИЧ-центре. Женщина меня успокаивала, говорила, что если я буду принимать АРВ-терапию и у меня будет нулевая вирусная нагрузка, то шанс того, что я заражу мужа, практически нулевой. Но я до ужаса боюсь его заразить, до ужаса боюсь передать болезнь будущему ребенку. А если мы даже попытаемся завести ребенка, то на меня распространится статья 157 («Заражение вирусом иммунодефицита человека». Пункт 1. Заведомое поставление другого лица в опасность заражения вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ) — наказывается штрафом, или арестом, или лишением свободы на срок до трех лет. — Прим. Onliner) УК Беларуси, ведь за угрозу заражения (а муж у меня не болен) на меня начнет распространяться эта статья, — предполагает Светлана.

Первые недели были самыми сложными. Если днем Светлана отвлекалась на работу и домашние дела, то ночью все наваливалось с двойной силой, и она рыдала в подушку.

— Если я готовила и нечаянно резала палец, я убегала подальше из дома — чтобы никто не увидел, чтобы никого не заразить. Мне кажется, что сам факт того, что со мной разговаривают и находятся в одном помещении, уже таит угрозу для людей. С мужем мы спим на разных кроватях.

Плохо еще то, что на самом деле я совершенно ничего не знала о ВИЧ, да и сейчас все еще мало знаю. Для меня это заболевание буквально напрямую ассоциируется со СПИДом и смертью. Поэтому некоторое время я и вовсе думала, что умру. Пока не узнала, что все-таки медицина развивается и теперь существует терапия, которая позволит мне жить не меньше других людей, — признается Светлана.

«Доктор, теперь о детях мне стоит забыть навсегда?»

Пока из близких людей о ВИЧ-положительном статусе Светланы знают только муж и сестра. Родителям она рассказывать не собирается, чтобы не беспокоить.

— Как и многие родители, мои тоже интересуются появлением внуков. Но они знают, как долго и безрезультатно мы пытались завести детей, поэтому сейчас просто тактично молчат. Я не буду им ничего рассказывать, пусть думают, что это просто невозможно, — говорит Светлана.

Врачи отнеслись к ВИЧ-положительному статусу Светланы довольно нейтрально. Сразу предложили терапию, объяснили, что такое нулевая вирусная нагрузка. Сказали, что будут регулярно ее наблюдать и совершенно не отговаривали от идеи завести ребенка.

«Доктор, теперь о детях мне стоит забыть навсегда?» — спросила Светлана врача, когда узнала диагноз. Но, к ее удивлению, та ответила: «Ну почему вы сразу так радикально к этому подходите?»

— Когда я ходила на консультации, пыталась как-то понять: как же так получилось, что до операции у меня не было ВИЧ, а потом появился? Половых партнеров я не меняла. Мне посоветовали найти анализы, что до операции статус был отрицательный, но они внезапно исчезли из карточки. Откровенно говоря, у меня нет ни сил, ни желания ездить и выяснять этот вопрос. Я прекрасно понимаю, что врачам будет куда проще сказать, что я изменила мужу и держу это в секрете, чем что такое могло произойти во время операции, — говорит Светлана.

Особенно тяжело сейчас девушке видеть детей на улице, молодых мам с колясками, проходить мимо детских садов или детских площадок.

Светлана работает продавщицей в небольшом продуктовом магазине, поэтому своих постоянных покупателей уже знает в лицо.

— Обидно смотреть на одну женщину. Она явно употребляет алкоголь, постоянно приходит или пьяная, или побитая, или с похмелья. Я видела, как у нее рос животик, потом родился ребеночек. Такой славный мальчик, сейчас ему около 2 лет, здоровенький. Я понимаю, что так думать нехорошо, но иногда закрадываются мысли: «Господи, почему я? Почему у такой женщины могут быть дети, а у меня нет?» — говорит Светлана.

Может, тогда взять ребенка из детского дома? У пары были такие мысли, но они думают, что законом это запрещено.

— Поэтому, получается, единственный законный способ иметь здорового ребенка — родить его до того, как у тебя нашли ВИЧ, — считает Светлана.

На консультацию приходят разные люди

Когда девушка в первый раз пришла за терапией и на консультацию, в коридоре сидели только люди с наркозависимостью. Светлана была в шоке и почувствовала себя очень неуютно, разрыдалась прямо в кабинете. Потом приехала к психологу, и та сказала, что так вышло случайно, что ВИЧ может быть у совершенно разных людей, не только употребляющих наркотики.

Когда девушка пришла на консультацию во второй раз, в коридоре уже действительно сидели самые разные люди, в том числе юные девушки, хорошо выглядящие и прилично одетые. Светлане стало легче.

Сейчас девушка перестала ходить к психологу, потому что каждая консультация возвращает ее к факту того, что у нее ВИЧ, а она пытается немного забыться. Поэтому, как только выйдет из кабинета, она рыдает. Единственное, на что она сейчас надеется, — это время, которое должно примирить ее с диагнозом и научить с ним жить.

Ольга, равная консультантка «Люди плюс», психолог:

— На самом деле, хоть мы и работаем со Светланой, она еще в слишком сильном шоке, чтобы трезво смотреть на ситуацию. В 2019 году добились поправки в статью 157 УК Беларуси. Теперь, если партнер или партнерша в письменном виде подпишут бумагу о том, что они знают о статусе и уведомлены о последствиях, то какого-либо наказания не будет.

То есть детей заводить можно.

К сожалению, далеко не всем об этом известно, и мы работаем над тем, чтобы убрать негативные ярлыки с ВИЧ-положительных людей и информировать население о реальной текущей ситуации с этим заболеванием.

Поэтому если Светлана с мужем подпишут такой документ, то уголовная ответственность ей угрожать не будет. Я уже объясняла Светлане про эту поправку, но она все еще сильно напугана.

Более того, сейчас медицина находится на таком уровне, что человек, живущий с ВИЧ и регулярно принимающий АРВ-терапию, имеет практически нулевые шансы заразить партнера или ребенка. Поэтому Светлана совершенно беспрепятственно может иметь интимные отношения с мужем и заводить детей с помощью ЭКО или естественным путем.

Еще они могут усыновлять или удочерять детей. При участии «Люди плюс» добились поправки в закон, и теперь ограничение касается только людей, у которых 3-я или 4-я группа по заболеванию. Такую группу обычно ставят сразу после выявления заболевания, но если человек ответственно принимает терапию, то иммунитет приходит в норму уже через полгода-год. Загвоздка в том, что пересмотр стадии никак не регламентирован правовыми актами, и за свое желание иметь ребенка иногда надо побороться. Но, в отличие от того, что было несколько лет назад, теперь это реально.

Главная проблема Светланы — страх из-за стереотипов.

Наше общество все еще живет представлениями о ВИЧ из восьмидесятых и девяностых годов, когда терапия действительно была слабой и ВИЧ представлял из себя смертельную угрозу. Но сейчас все поменялось кардинальным образом и продолжает меняться постоянно.

Равная консультантка означает, что я тоже прошла через подобную ситуацию и могу консультировать человека, исходя из своего собственного опыта. Я сама родила здорового ребенка после того, как узнала, что я ВИЧ-положительная персона. Также мы с мужем успешно собрали весь необходимый пакет документов для усыновления ребенка. Поэтому я надеюсь, что вместе мы сможем преодолеть страхи Светланы и она осуществит свою мечту о материнстве.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Источник: Татьяна Гендель