850
16 апреля 2021 в 8:00
Автор: Татьяна Ошуркевич

«Есть вероятность, что все, что ты создавал, придется разрушить». Предприниматели оставили Беларусь из-за политики и рассказывают о ведении бизнеса

Это очередная порция историй о людях, уехавших из Беларуси по политическим причинам. Сегодня мы расскажем о предпринимателях, которые были уверены, что покидают Беларусь на несколько месяцев — «пока все не наладится». Как вскоре окажется, ждать такого момента придется еще достаточно долго. Мы поговорили с четырьмя «ипэшниками», которые продолжают вести свой бизнес в Беларуси, находясь за рубежом. О том, насколько это возможно, главных трудностях и угрозе закрытия они рассказали Onliner в этом материале.

Кристина: продолжает вести бизнес с надеждой, что вернется в Беларусь

Кристина уехала из Беларуси в конце февраля — тогда у нее дома прошел обыск в рамках дела по статье 342 Уголовного кодекса. По словам девушки, никакого обвинения ей не предъявили, но жить стало немного неспокойно. Решение уехать из страны Кристина называет «более чем внезапным». В Беларуси у девушки был вполне себе успешный маленький бизнес, закрывать который она совсем не планировала, как и устраивать ему стресс-тест на выдержку. Кристина занималась оказанием юридических услуг для бизнеса и консультированием в сфере трудоустройства. В итоге из-за внезапного жизненного поворота ей пришлось думать, как продолжать свою деятельность уже за границей.

— Итак, через несколько дней после обыска мы собрались, полностью закрыли белорусский офис и уехали. Я предполагала, что это может случиться, но подготовиться к такому заранее никогда нельзя. Это очень тяжелая ситуация: ты не знаешь, куда тебе ехать и на какой срок. Вообще не представляешь, чем будешь заниматься в другой стране и что случится с твоим бизнесом. В общем, есть вероятность, что все, что ты создавал, придется разрушить. Переезд по силе стресса может быть сравним с потерей близкого человека. Но когда ты делаешь это принудительно и абсолютно не хочешь уезжать из своей страны, это воспринимается намного более болезненно, — рассказывает Кристина.

Первое, с чем пришлось разбираться девушке после принятия решения о переезде, был физический офис. Из-за коронавируса коллеги Кристины работали по домам, так что необходимости в рабочем пространстве больше не было.

— Из-за пандемии общение с большинством клиентов происходило онлайн. Мы жили в таких условиях уже год, и это помогло мне достаточно быстро перестроиться на работу в новом формате, — добавляет Кристина. — Было ли мне страшно решиться на переезд? Наверное, я понимала, что оказаться с разрушенным бизнесом и начинать все заново легче, чем попасть в тюрьму.

Кристина признается, что о рисках она в принципе старалась не думать. По ее словам, самое плохое, чего можно ожидать в отношении бизнеса, — это проверки и блокировка денежных счетов.

— Предприниматель всегда готов к тому, что к нему придут, — таково основное правило ведения бизнеса в Беларуси. Мне не было страшно, потому что с начала пандемии все процессы были выстроены таким образом, что необходимость моего физического присутствия в стране отсутствовала. А вот с точки зрения вопросов со стороны государства… Ну, они могут возникнуть в любом случае. И неважно, находишься ты в Беларуси или за рубежом, — говорит девушка.

Кристина добавляет, что со времени ее отъезда из страны прошло только два месяца, и что будет дальше с бизнесом, она не знает. Пока же говорит, что на первых порах ей было тяжело не провалиться «в страдание и уныние».

— У меня каждый день стояли консультации и рабочие задачи с клиентами. Я поняла: если позволю себе страдать, мое дело может развалиться. Приходилось делать вид, что в жизни лишь немного изменились внешние условия, а все остальное осталось как было, — улыбается Кристина. — Впрочем, в этом есть доля правды. Даже с расходами ситуация не поменялась — разве что я перестала тратить деньги на аренду офиса. Назвать это плюсом я не могу. Все-таки очень сложно не контролировать свою работу непосредственно в офисе. И конечно, моральное состояние из-за этого сильно подкашивается. К тому же у меня пошатнулась вера, что в Беларуси сейчас в принципе можно нормально заниматься предпринимательством.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

По мнению девушки, предложения, которые власти могут внести в законодательство по ведению бизнеса, вызывают у нее серьезные сомнения.

— Я, как и многие белорусы, пока не вижу, каким будет будущее страны. Мне сложно представить, как консультировать тех, кто хочет заниматься в Беларуси предпринимательской деятельностью. Я не могу дать картину развития бизнеса, потому что понимаю, что сегодня человек может быть в стране, а завтра он уедет — и все из-за того, что условия для бизнеса здесь окажутся невыгодными. Я помню, как за несколько дней до обыска услышала в новостях, что для предпринимателей, которые ведут консультационную и юридическую деятельность, вместо 5% налога хотят сделать 16%. Меня это заявление глубоко поразило. Так и получается, что люди не представляют, что будет с их бизнесом и жизнью.

В такой ситуации в голову приходит очевидный вариант: можно закрыть бизнес в Беларуси и открыть что-то новое за границей. Впрочем, Кристина сразу добавляет, что вся эта схема выглядит простой только на словах.

— Чтобы иностранцу начинать свое дело в чужой стране, ему нужно легализовать статус либо зарегистрировать организацию. Это небыстрый процесс, и он не делается по щелчку пальцев. У меня до сих пор нет представления, где я буду жить спустя полгода. Бизнес — это все-таки большая ответственность, его не получится сегодня открыть, а завтра закрыть. Приходится мыслить категориями долгосрочного планирования. Я не считаю себя человеком, который переехал жить за границу «на постоянку». В данный момент я работаю так, как и раньше, и надеюсь вернуться домой. Правда, когда это произойдет, ни у кого, кто уехал из страны, ответа нет.

Андрей: восемь месяцев держал бизнес, но все идет к ликвидации

Про Андрея Воронина мы уже писали. Он столяр из Бреста, создающий дизайнерскую мебель. Еще весной прошлого года мастер был полон планов и оптимизма: «Я хочу собрать достойную команду людей, которым, как и мне, интересно устроить революцию 4.0 в отдельно взятой столярной мастерской». В августе Андрей вошел в список членов Координационного совета по Брестчине. А затем он написал в Facebook, что в его мастерскую наведались с обыском: «За мной пришли». По словам Андрея, ему вменяли неуплату налогов и сокрытие доходов в особо крупном размере. Так получилось, что вскоре Андрей уже пересекал государственную границу.

Впрочем, еще в декабре предприниматель уверенно рассказывал нам, что 90% работы он выполняет удаленно, а часть дел контролирует через своих сотрудников. Столяр добавлял, что проблем с бизнесом у него не было, пугала лишь неизвестность, что будет с бизнесом в Беларуси. Итак, прошло четыре с половиной месяца — и вот о чем Андрей рассказывает в апреле.

— Мой белорусский бизнес сейчас в стадии ликвидации и сворачивания. К сожалению, удаленная работа не принесла тех результатов, которые должна была принести. Что к этому привело? Наверное, основным фактором стало наше закрытие на полтора месяца — за это время у нас накопилось огромное количество долгов и обязанностей перед заказчиками. Их мы выполняем до сих пор, — начинает рассказывать мужчина. — Во-вторых, к нам появилось повышенное внимание со стороны контролирующих органов. Это психологически надавило на моих сотрудников. Некоторые из них ушли, кто-то остался на полставки.

А вот третья причина ликвидации бизнеса оказывается вполне удивительной. Андрей рассказывает, что, когда его коллеги открыли опечатанную студию, оказалось, что из нее исчезли некоторые инструменты.

— Когда все было подсчитано, выяснилось, что не хватает примерно 20 единиц техники — каждая стоит от $300 до $1000. Знаете, этот факт я отпустил как-то легко: может быть, украденные станки кому-то будут нужнее. Впрочем, отрицать, что это сильно ударило по нашей финансовой базе, я не могу, — рассказывает Андрей.

К тому же, по словам предпринимателя, многие сотрудники опасались за свою безопасность и ушли из команды Андрея. Кому-то мужчина помог найти новую работу, а кто-то из его коллег даже переехал в другую страну. С теми же, кто рискнул идти с Андреем до конца, предприниматель пытался поддерживать бизнес на плаву в течение восьми месяцев.

— Мы и сейчас как-то протягиваем жизнь нашего общего дела. К сожалению, я понимаю, что за восемь месяцев из нас вытрясли все, что можно было. И еще у нас до сих пор остается много нерешенных финансовых вопросов — мы понимаем, что в Беларуси нам не удастся «поднять голову». Я не вижу в этом трагедии и верю, что после завершения белорусского проекта рискну открыть что-то новое. Правда, вряд ли в ближайшее время мне удастся сделать это в Беларуси.

Пока же Андрей занимается другим проектом, который касается автоматизации строительства. Предприниматель говорит, это «передышка» перед тем моментом, когда он снова сможет вернуться в Беларусь.

— Мне хотелось бы, чтобы вся напряженка в нашей стране закончилась несколько месяцев назад. К сожалению, этого все еще не происходит. Терзать себя чувством вины или стыда я не хочу. Думаю, гораздо больше пользы я принесу сознательным трудом. В общем, пока мне приходится заниматься проектом, который не направлен на Беларусь. Думаю, со временем ситуация в стране изменится, и мы сможем работать на родине — просто пока такой возможности для старта своего бизнеса там я не вижу, — считает Андрей.

А еще он добавляет: несмотря на грустный итог своего белорусского дела, мужчина не верит, что для предпринимателя переезд за границу — это приговор.

— Все зависит от вида бизнеса. К сожалению, в моем случае он был мало оцифрован, поэтому наше дело было достаточно легко закрыть. Все-таки производство мебели — это материальный вопрос. В такую точку можно легко прийти и закрыть ее. Теперь же я уверен: компания должна быть такой, чтобы ее нельзя было «потрогать». В общем, защищена нематериально, — говорит предприниматель. — В любом случае я считаю, что даже в тяжелых условиях нужно бороться до конца и ничего не закрывать. Ломать всегда проще, чем строить. Я рад, что ничего не бросил и продолжил работать над своим делом, пока мог.

Мария: переехала в Стамбул и успешно продолжает свой бизнес

В Украину Мария и ее парень переехали чуть больше месяца назад. Девушка рассказывает, что такое решение пара приняла из-за политики: «Устали шарахаться от каждого проезжающего мимо бусика и звонка в дверь».

— Когда мы в очередной раз проснулись среди ночи из-за того, что нам кто-то звонит, а на следующее утро увидели возле своей квартиры людей в штатском, поняли, что это не самый комфортный формат жизни. Сначала в Украину переехал мой парень, а за ним и я. А через некоторое время мы оба решили полететь в Турцию. Сейчас мы находимся в Стамбуле, — рассказывает Мария.

В Беларуси у парня девушки было свое маркетинговое агентство, сама она руководила школой английского языка. Когда начался коронавирус, все ее коллеги перешли в онлайн-режим и перестали проводить занятия в офлайн-формате. Сама Мария считает, что этот опыт помог ей приспособиться к ведению бизнеса за рубежом.

— Когда мы переехали из Минска в Украину, я открыла онлайн-курс. Сейчас я работаю над его продолжением и развитием. На самом деле решение о переезде далось мне довольно легко, несмотря на то что оно было вынужденным. Еще месяц я находилась в Беларуси, у меня было время довести до конца все свои дела. Мне было просто, потому что мой бизнес позволяет мне работать онлайн: главное — иметь стабильный интернет. К тому же люди, с которыми мы встречались в офлайне, практически все согласились перейти на новый формат работы с нами, — добавляет Мария.

Главной причиной, почему с переездом все получилось просто, Мария называет отсутствие необходимости быть привязанной к месту. В общем, повторяет слова наших героев выше.

— Мне кажется, у нас с клиентами довольно близкие дружеские отношения. Когда люди ищут, с кем им подтягивать знание языка, они проходят семь кругов ада и нарабатывают себе очень болезненный опыт. Если они находят компанию или место, где им хорошо, то привыкают и не хотят это менять. Думаю, здесь сработал личный контакт: если бы его не было, люди поставили бы в приоритет комфорт занятий в офлайне. В этом случае ситуация с моим бизнесом могла бы быть другой, — улыбается девушка.

Из сложностей такой работы Мария вспоминает одну: хорошо потрудиться ей пришлось только над разработкой онлайн-программы. И сразу добавляет: с этим вызовом во время пандемии столкнулись все языковые школы.

— Здесь мы особенными не были. Такая практика была в новинку для студентов, но к идее они отнеслись с большим пониманием. В принципе, я адаптировалась к системе работы офлайн еще в Беларуси, мне нужно было лишь привыкнуть к другому формату, — говорит девушка.

Мария рассказывает, что из ситуации вынужденного переезда она извлекла урок: нужно оставлять на родине доверенного человека, который будет помогать решать срочные вопросы. А еще перед отъездом важно разобраться с налоговой и «хвостами».

— Многие мои друзья все еще живут в Минске. Бывает, что кого-то из этих людей я прошу мне помочь, — добавляет девушка. — В принципе, я и сама планирую вернуться в Беларусь летом. Одно дело, когда ты уезжаешь путешествовать, и совсем другое — когда ты делаешь это вынужденно и хочешь домой. У меня есть серьезные планы приехать назад, и я надеюсь, что это скоро случится.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Татьяна Ошуркевич