«Так надоело бояться, что уже хочется переболеть». Репортаж из деревни между украинской и польской границами

580
18 апреля 2020 в 8:00
Автор: Настасья Занько. Фото: Максим Малиновский

«Так надоело бояться, что уже хочется переболеть». Репортаж из деревни между украинской и польской границами

Томашовка — уникальное место по многим причинам. В 5 километрах от нее стыкуются границы трех государств, здесь работает единственный в стране музей космонавтики, в местной школе учились первый белорусский космонавт Петр Климук и знаменитый экс-глава Нацбанка Петр Прокопович. До эпидемии через деревню активно курсировали автобусы, здесь работали приграничные магазины, а жители Томашовки и украинской деревни Пулемец ходили друг к другу на свадьбы и юбилеи. Но вот уже больше месяца границы закрыты. Как переживают это местные обитатели?

Аккуратная и с виду очень зажиточная деревня притаилась на самой окраине Брестского района и всей страны. Томашовка — это самый юго-западный населенный пункт Беларуси — дальше только поля, леса и Украина с Польшей.

Буквально в 2 километрах от Томашовки находится польский городок Влодава (на нашей стороне есть одноименная станция). Правда, населенные пункты разделяет река, через которую нет моста. Поэтому, чтобы попасть туда, местным жителям нужно ехать за 25 километров в пункт пропуска «Домачево», а уже оттуда — во Влодаву. Весь путь составляет около 57 километров. Однако сейчас польские магазины только дразнятся.

— Куда поедешь, если все закрыто? Я постоянно мотался в Польшу. Все стройматериалы, все покупал там: цены ниже плюс «ваты» можно вернуть, — вздыхает Леонид. Брестчанин, он приехал в Томашовку самоизолироваться или, как говорит сам мужчина, «в резервацию». В городе у него осталась жена, которая работает медиком и уйти на самоизоляцию не может.

— Ну как сейчас выкручиваюсь — белорусское покупаю по более высокой цене, а что делать? — объясняет Леонид.

Если до польской границы томашовцам далековато, то украинская — вот она, под боком, прямо на краю деревни. Хочешь — иди пешком, хочешь — поезжай на велосипеде или на машине. Правда, и тут незадача: движение в пункте пропуска остановлено совсем.

— Люди постоянно ездили в Украину на рынок, — рассказывает молодая мама Юлия. — Там цены гораздо ниже на одежду, обувь, бытовые товары. Теперь вот никуда не попадешь, приходится закупаться здесь по другим ценам. Сейчас вот праздники, но ни украинские родственники сюда не приедут, ни мы в Украину.

«В интернет зайдешь — паника, страшно, выйдешь из него — вроде как и ничего все»

Украина закрыла свою границу в ночь с 16 на 17 марта, но какое-никакое движение было. С 7 апреля оно прекратилось полностью: украинцы остановили работу пункта пропуска «Пулемец» до особого распоряжения. Когда будет то распоряжение, никто не знает. Но пункт пропуска не работает до сих пор.

— До конца апреля уж точно в Украине жесткий карантин, поэтому все ездят через «Мокраны», — говорит начальник пункта пропуска Максим Веремейко. — Мы продолжаем нести службу. Как только украинская сторона разрешит въезд и выезд, сразу же начнем пропускать людей.

Как раз в эти праздничные дни, на Пасху и Радуницу, в пункте пропуска начинался самый «движ»: жители приграничья ездили друг к другу в гости. Затем на майские праздники первые группы людей выбирались отдыхать на украинские Шацкие озера. А с июня трафик разворачивался на полную — постоянно курсировали автобусы с отдыхающими. В день могли проезжать 600—800 человек. Сейчас, если будет все хорошо, сезон сместится, если нет, продолжится тишина.

Активное пограничное движение давало местным жителям возможность подработать. Так, кто-то оформлял страховки, кто-то торговал в магазине дьюти-фри. Сейчас все здесь закрыто. Когда откроется, неизвестно. Переживают и на заправке «Белоруснефть», ведь после того, как границу закрыли на замок, резко упали продажи, а за ними исчезли и различные премии и бонусы для работников.

— Когда Украина перестала ездить, считай, наполовину продажи топлива упали. И неизвестно, когда все обратно вернется, как минимум до апреля границы будут закрыты, — грустят работники. — А у нас что? У нас тишина и спокойствие. Все работают, жизнь-то идет. В интернет зайдешь — паника, страшно, выйдешь из него — вроде как и ничего все: свежий воздух, солнышко, дистанция есть.

«Кризис, граница закрыта — вот и решили, что я им больше не нужен»

Казалось бы, уж кто-кто, а предприниматели, которые торгуют в Томашовке, должны радоваться закрытым границам. Местные в Украину не ездят, конкуренция снизилась — торгуй не хочу. Но на такие замечания брестские «ипэшники» только вздыхают.

— Что-то 2020 год не очень начался, как-то совсем, — говорит Ольга; у нее типичная рыночная полосатая палатка — вместе с мужем она торгует куртками, джинсами, кофточками и обувью. — Десять лет назад вообще отлично все было, лет пять назад — еще более-менее, а дальше становилось все хуже и хуже — сейчас уже просто никто ничего не покупает. Люди все в панике, все боятся. Держат копейку на всякий случай, торговля никак не идет.

— Поэтому пока распродаем остатки, а там непонятно. Зубы на полку… Надеемся, что-то стабилизируется, и мы выйдем из этой ситуации. Китай же как-то вышел, значит, и мы выйдем, — рассуждает предпринимательница и добавляет, что ее семья уже пострадала от закрытия границы. Муж Ольги, кроме предпринимательства, работал в магазине дьюти-фри в одном из пунктов пропуска. Контракт у него заканчивается 2 мая, и работодатель решил его не продлевать.

— Кризис, закрыты границы — вот и решили, что я им больше не нужен, — объясняет мужчина. — А сейчас у всех так, никого не сокращают. Либо контракт не продлевают, либо за свой счет: никому не хочется компенсацию работникам платить. Что буду делать? Да вот не знаю. Буду искать работу, но где ее сейчас найти, непонятно.

За палаткой брестчан — длинные столы с обувью, джинсами, шторами и мелочовкой вроде скотча, батареек, веников и пластиковых цветов к Радунице. Торгует здесь пакистанец Анвар вместе со своими зятьями. Все трое из Малориты. Говорят, первое, на что повлияли закрытые границы, — это цены.

— В России закрылись рынки, за товаром теперь в Москву никак не попасть, да и заказать не у кого, — говорит один из зятьев Анвара Сергей. — Так вот приходится на оптовые базы в Минск и Гродно ездить, а там дороже. Поэтому и цены поднять пришлось, а что делать?

— Также из-за закрытых границ многие мои знакомые работу потеряли или были отправлены за свой счет, — продолжает Сергей. — Вот, к примеру, в «Томашовке» таможенников отправили за свой счет, в «Домачево» мужа знакомой — тоже. В «Мокранах» с мая многим не продлевают контракт в магазине дьюти-фри. Строители из Польши вернулись, а назад попасть уже проблематично. Аналогичная ситуация и у водителей.

— Так вот я водитель, а выехать на работу в Евросоюз пока не могу, — вступает в разговор второй зять Анвара, пока пакистанец рассчитывается с покупателями. — В Польше сейчас закрыты администрации. Документы раньше делались две недели, а сейчас — два месяца. Чтобы продлить рабочую визу, нужно раза в три дольше ждать. Понятно, что за свой счет.

— Опять же теперь в Малорите на работу не смогли приехать украинцы. Они в больницах наших местных работали — кто санитарками, кто медсестрами, — так вот все, теперь у них ни там работы нет, ни тут, — рассказывает Сергей.

«Витебск нужно было закрывать, когда там вспышка обнаружилась»

К разговору подключается Анвар. Он рассказывает, что с утра к ним подходил заведующий местной амбулаторией и говорил, чтобы свернули торговлю, правда, на каком основании, Анвар не знает.

— У нас же нет карантина, президент сказал, что нужно работать, — вот мы и работаем. Был бы карантин, сидели бы дома, — пожимает плечами он. — В Пакистане, хоть и считается, что это страна третьего мира, ввели карантин, потому что государство сказало: больше 50 тыс. человек спасти не сможет. Но там настоящий карантин, из района в район попасть нельзя, из деревни в деревню — тоже. Местные сами патрули создали и никого в деревни не пускают. Я так думаю, Витебск тоже нужно было закрывать, когда там вспышка обнаружилась, как Ухань в Китае, а то развезли уже вирус по всей стране.

При этом все предприниматели наперебой говорят, что работать страшно, как и читать новости про коронавирус, который добрался не только до Лунинца и Пинска, но и до Малоритского района.

— В Малорите работницу детского сада положили в больницу, ее дочка, которая приехала из Витебска, заразила, в Лунинце вон вспышка, — рассказывает Сергей. — Да что говорить, у меня родственники живут в Орехово. Так они рассказывали, что одна женщина из деревни была на конференции в Минске, и через 14 дней у нее начались симптомы. Скорая приехала полностью в защите и забрала.

Вот это ожидание — оно страшнее, чем сама болезнь, боишься куда-то пойти, боишься с кем-то общаться. Вот я люблю ходить в бассейн — сейчас ходить туда можно, пожалуйста, бассейн работает, но как-то страшновато. И в бассейне никого нет. Знаете, я думаю, мы так устали бояться, что лучший способ сейчас — это пойти в очаг заражения, заразиться, переболеть, а потом спокойно ходить.

Анвар только качает головой, слушая крамольные мысли зятя, и добавляет, что никто не знает, как вирус повлияет на конкретный организм.

— Вот эта неизвестность и пугает, — строго говорит он. — Непонятно, сколько вообще все будет продолжаться. Год? Два? Месяц? Никто не скажет. Я думаю, как минимум до сентября-октября будет. Украина может и до нового года не открыться.

Предприниматели вздыхают, грустнеют и замолкают, но через минуту Анвар снова улыбается.

— Мы скорее выживем, чем вы там в Минске, — подчеркивает он выгоду сельской жизни. — У нас тут больше простора, меньше людей. Поэтому всем вам нужно уезжать в деревню, тут вируса поменьше.

«Мы надеемся, что мы очень далеко от всех и нас эта зараза минует»

Томашовка известна не только своим космическим музеем. Здесь есть спорткомплекс «Звездный» с бассейном, теннисными кортами, футбольным полем и другими спортивными площадками. Сюда часто приезжают тренироваться спортсмены. Живут они в гостинице «Славянка», а питаются, как правило, в ресторане «Космос». Вот такая удивительная топонимика.

— Зачем вы вообще сюда приехали из Минска? — с порога возмущается заведующая гостиницей. И она, и администратор в масках. Говорят, санитарно-эпидемиологические мероприятия стараются соблюдать всем коллективом.

— Продезинфицируйте руки и держите дистанцию. Я не понимаю, как можно нарушать режим самоизоляции и ездить по стране. Для меня это ненормально, — эмоционально говорит заведующая.

По ее словам, сейчас в гостинице живут спортсмены из Минска, в целом же все белорусские заявки пока подтверждены. А вот россияне все отменили.

— С 30 апреля должна была из Санкт-Петербурга команда спортсменов заселиться, так вот они не приехали, да и все остальные российские заявки отклонены, — объясняет заведующая. — А так работаем как обычно. Тревожно от этой ситуации. Мы надеемся, что мы очень далеко от всех и нас эта зараза минует. Но вы же понимаете, стоит одного человека с вирусом привезти в Томашовку — его будет достаточно, чтобы заразить нас всех.

Но на улицах Томашовки очень много местных жителей, которые гуляют, как и прежде, масок никто не носит, а дистанция соблюдается далеко не всегда. Хотя «дыхание» коронавируса уже чувствуется. Отделение «Беларусбанка» теперь работает два раза в неделю: по понедельникам и четвергам.

Кассир банка на карантине вместе со всей семьей, потому что ее муж вернулся из Польши, и ее заменяет коллега из другого отделения. В ресторане «Космос» резко просели все заказы: свадьбы, юбилеи, даже поминки — все это отменилось.

В томашовскую амбулаторию без масок не пускают, а для температурящих сделан отдельный вход. По словам заведующего Юрия Мурашко, амбулатория уже давно вошла в режим «боевой готовности».

— К нам ежедневно поступает информация о прибывших к нам из-за границы. Мы обходим их, следим за состоянием здоровья, опрашиваем по поводу симптомов вирусных инфекций и так далее, — объясняет Юрий Федорович и добавляет, что сейчас на территории, которую обслуживает амбулатория, под контролем находится четыре семьи.

— Слава богу, некоторые уже снимаются с контроля, у них никаких симптомов не было. Тесты на коронавирус у них отрицательные, — говорит заведующий. — Ограничительные мероприятия работают даже для сельского населения, где-то даже на подсознательном уровне. Люди в деревне — они как в семье: кто-то приехал из Польши — ага, нужно пока его сторониться.

Без маски не зайдешь теперь и в Томашовский сельисполком, также на входе обязательно нужно обработать руки антисептиком. Глава сельисполкома Елена Бурак одной из первых в деревне стала носить маску и пользоваться антисептиком. Говорит, хочет показать местным жителям пример, но вздыхает, что пока этому примеру последовали единицы.

— Население наше не надевает маски, ему ничего не страшно, — говорит Елена Ивановна, и похоже, что ее этот факт очень расстраивает. — Хорошо, если все у нас будет хорошо, но правила гигиены всегда же нужно соблюдать, и маски носить, и руки обрабатывать, и минимизировать свое хождение в массовые места.

Мы такая же единица страны, мы не закрыты от всех, родственники есть, люди пересекаются. У нас одна семья дальнобойщика на карантине, а вернулись еще не все. Еще где-то 20 человек должны приехать. Да что дальнобойщики, я знаю, что из Минска на праздники очень много родственников приедут к нам, будет наплыв.

Мы стараемся максимально применять меры профилактики, я лично проверила магазины и все наши учреждения, там везде есть антисептики. К сожалению, многим нужно напоминать, чтобы они на входе обработали руки. Я вот вчера разговаривала с людьми, убеждала: ну что сложного, наденьте маску, соблюдайте дистанцию. Постоянно приходится об этом напоминать. В ответ люди говорят: «А что тут уже поможет?» Но ведь это элементарные правила, благодаря которым можно минимизировать распространение вируса. Я начала ходить в маске, думала, покажу пример и люди тоже начнут так делать. Но на меня смотрят удивленно и непонимающе.

Вот у нас рынок сегодня работает. Заведующий амбулаторией говорил с продавцами, чтобы не торговали, так как сейчас небезопасная эпидемиологическая ситуация, но они не послушали. А заставить административно мы их не можем — и что тут сделаешь? Опять же многих отпустили за свой счет, так они вместо того, чтобы сидеть дома, пришли к нам оформлять документы и решать свои вопросы. Я им делаю замечание: ведь вам дали время, чтобы вы дома посидели, а не ходили в государственные учреждения.

Конечно, мы переживаем, конечно, тревожно. Дай бог, чтобы это нас обошло стороной. Никакой гарантии нет, поэтому нужно соблюдать меры, которые рекомендует Минздрав. Главное, чтобы каждый чувствовал свою личную ответственность за происходящее.

«После всей этой эпидемии закатим большой концерт и праздник»

Настроения у самих томашовцев разные — от тревожного ожидания до оптимизма и веры в лучшее. В местном Доме культуры, где отменились все массовые мероприятия и кружки, придерживаются оптимистичной позиции. Говорят, есть чем заняться и в такое время.

— У нас благоустройство территории, панно, горшки сейчас для цветов делаем — в общем, идей у нас много, не унываем. После всей этой эпидемии закатим большой концерт и праздник, — хохочут работницы.

Их поддерживают и пенсионерки, которые приехали на рынок на велосипедах, но без масок.

— Пенсию вон платят — только бы хуже не было, страна бедная. Но, бог даст, переживем! — говорят они. — На улицу мы и так выходим по крайней надобности. Чуть что, дети из Бреста продукты привозят. На Радуницу на кладбище не пойдем, Пасху невестка в Бресте посвятит. Так что соблюдаем рекомендации Минздрава.

— Есть у людей паника, потому что слышишь новости: вирус уже в Бресте есть, и он может к нам прийти, — объясняет Марина. — После работы хочется дома больше побыть и никуда особенно не выходить, но вынуждены: доставки же, как в городах, нет, поэтому в магазин ходить нужно. Да и свежим воздухом подышать нужно. Хорошо, что продлили каникулы, потому что дети у нас сильно болели, и ветрянка была в этом году у нас. Вроде говорят, что в дальних странах эпидемия уменьшается, а у нас только начало. Ни службы на Пасху, ни 9 Мая у нас не отменены. Да, просят меньше в церковь ходить, но бабушкам не объяснишь, конечно.

Пенсионерка Татьяна Ивановна, пожалуй, одна из немногих, кто, выходя в магазин или на рынок, надевает маску. Говорит, что у нее «букет хронических заболеваний», поэтому нужно поберечься.

— Людей в перчатках и масках немного, потому что не клюнул жареный петух. Нужно придерживаться, а люди машут рукой: мол, ай, зачем, — рассуждает она.

У меня сын в Бресте, я очень переживаю за него. Прошу надеть маску — он говорит, что маски есть, но они до одного места. Вот и весь ответ молодежи. Ко мне, конечно, я прошу не ехать, как-нибудь сама справлюсь: огород, грядки. Пока приходят помогать местные, соцработник ко мне приходит, а своих родных пока звать боюсь. Кто знает, как и что. В общем, береженого бог бережет.

сет, 40 шт, 1214 г, икра летучей рыбы, креветка, кунжут, лосось, лосось копченый, морские водоросли (чука), творожный сыр

Без паники! Важная информация о COVID-19. Памятки Onliner

Хроника коронавируса в Беларуси и мире. Все главные новости и статьи здесь

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Самые оперативные новости о пандемии и не только в новом сообществе Onliner в Viber. Подключайтесь

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Настасья Занько. Фото: Максим Малиновский