«Существовал ли вообще в белорусской истории момент спокойствия?» Психолог о панике из-за коронавируса

29 616
406
22 марта 2020 в 8:00
Источник: Полина Шумицкая. Фото: Мария Амелина

«Существовал ли вообще в белорусской истории момент спокойствия?» Психолог о панике из-за коронавируса

Сюрреалистичные картинки пустых площадей Милана и Парижа не могут не вызывать чувство тревоги. И если COVID-19 еще не успел причинить Беларуси никаких серьезных физических бед (экономика — отдельный вопрос), то ощущение грядущей невидимой опасности уже причиняет вред нашей психике прямо сейчас. Где найти точки опоры? Как сохранять спокойствие и не бежать за туалетной бумагой? Как работать из дома и жить в самоизоляции? Как связаны секс и тревога? Почему ситуация с новым коронавирусом — это возможность ощутить единство, объединить семьи, наладить теплые отношения? Обо всем этом и не только Onliner поговорил с психологом Дарьей Король.

— Итак, что мы имеем сегодня: заболевшие в стерильных боксах, невиданный прежде мировой карантин, фотографии с пустыми полками в магазинах, скупка туалетной бумаги, падение рынков, границы на замке… Как не сойти с ума от тревоги в эти дни? Как справиться с происходящим?

— Для начала давайте вспомним, как жили белорусы в последние годы. Можно ли найти момент спокойствия? Я отмотала пленку назад и поняла, что с того момента, как я услышала слово «перестройка», а мне тогда было года четыре-пять, стабильности вообще никакой не было. Перестройка, Чернобыль, потом развал Союза, потом талонная система, потом кризис 1996—1998-го, в 2000-м все боялись конца света, в 2002—2003-х была атипичная пневмония, потом сразу птичий грипп, в 2008—2009-х был мировой экономический кризис и доллар стал 3,9. 2014 год — мировой финансовый кризис, лет пять ушло, чтобы преодолеть его… В общем, я пыталась найти точку опоры, от которой мы можем оттолкнуться, чтобы понять, когда белорусы не боялись. Этой точки не существует! Можно, конечно, назвать меня паникером, но на самом деле у меня просто хорошая память (смеется. — Прим. Onliner). И все, что я помню на протяжении жизни, — это постоянные вспышки паники.

Почему же паника никогда прежде не достигала таких масштабов? Вирус 17-летней давности, например, не передавался от человека к человеку и был локализован в Китае. Та же Эбола была ограничена Африкой. Это нас не очень касалось. Сейчас скорость распространения вируса действительно большая. Мы не знаем, чем это закончится. Незнание очень сильно подогревает тревогу.

Но когда в 1999 году была паника, что в 2000-м случится конец света и закончится жизнь на Земле, соцсетей еще не существовало. И если сегодня посчитать количество «политологов», «экономистов», «вирусологов» и «медиков» в вашей ленте — в любой соцсети! — оно превысит количество живых людей. Каждый, кто пишет: «Я не хочу сеять панику, но давайте поговорим о коронавирусе…» — подогревает тревогу. Потому что есть определенная критическая масса, которую мы способны переварить. И то количество информации, которое сейчас на нас падает, — запредельно. Последние года три как минимум психологи говорят о большом информационном перегрузе. Так что паника — это в том числе следствие существующего информационного перегруза.

Одно дело, когда у людей есть много тем для постов и обсуждений… Но сейчас — только одна тема. Мы и так сильно подвержены информационной зависимости. Как мы проводим жизнь? Скролим ленты соцсетей, скролим и скролим. И обычно, делая так, видим много информации. Сейчас же — только одну-единственную. При том что есть, вообще-то, и падение мирового финансового рынка, и падение рубля, происходит много других событий. Но мы ничего этого не видим!

Второй момент. Есть внешние ограничения, которые уже сейчас нарушили очень большое количество планов. Далеко не каждый из нас лично знает человека, который заболел коронавирусом, но все мы знаем людей, которые не полетели в Египет на прошлой неделе, или не полетят в Испанию в мае, или не проведут мероприятия… Критическая масса нарушившихся планов огромная. Она превышает возможности людей переваривать. И очень весело звучит из уст блогеров фраза «Не выходите из дома, это социальная, б***ь, ответственность». Но как, интересно, сказать об этом работодателю, если я стою в торговом центре на кассе, если я санитарка в поликлинике, если работаю на заводе в отделе АСУП или маркетологом? Если я обычный человек. Конечно, отдельные категории, например айтишники, действительно имеют возможность перейти на удаленный режим, работать из дома. И это клево. Но у абсолютного большинства людей такой возможности нет. И что человек должен делать? Написать заявление за свой счет, и пускай 300 долларов превратятся в 150? За что тогда жить и кормить семью?

Так что, с одной стороны, заявления о самоизоляции звучат как «я очень социально ответственный человек и призываю вас к тому же», но с другой стороны, это вызывает чувство вины у людей, которые не могут этого сделать по совершенно объективным причинам. Большинство белорусов не могут этого сделать, ведь у нас в стране не объявлен всеобщий карантин.

Итак, инфоповод плюс то, что разрушилось очень много планов — обычных, простых, — рождают тревогу. Мы ждем отпуска как манны небесной. Сейчас его у многих не будет. Плюс наши зарплаты превратились совершенно не в то, чем они были месяц назад. Это в целом создает такую картинку, в которой и правда хочется бежать за туалетной бумагой, за дезинфектором, за масками… За хоть чем-нибудь, что может утешить и успокоить!

— То есть мы имеем дело с адекватной тревогой? Или это уже коллективная истерика?

— Здесь есть часть адекватной тревоги. Это правда. Но сейчас это уже похоже на превращение в коллективную истерику, на такую панику, когда сработал эффект толпы, — плохо контролируемую, возрастающую в геометрической прогрессии. Я сегодня выходила гулять с собакой, и даже обычные пацаны, которые пьют у меня в беседке под домом, говорили про коронавирус (улыбается. — Прим. Onliner). Уже сейчас создается впечатление массовой истерики, потому что ни в очередях, ни в банках, ни в магазинах — нигде не осталось никаких разговоров, кроме коронавируса.

Но, повторюсь, есть и здравое зерно. Потому что тревога не возникает на пустом месте. А здесь и страх неизвестности, и страх смерти. Все эти вещи связаны с нашей безопасностью. Человек так заточен, чтобы в эти моменты очень сильно пугаться. Страх — это нормальный механизм сохранения жизни. Как все приматы, спустившиеся на землю, мы должны оглядываться вокруг, чтобы нас не скушали. Другой вопрос в том количестве страха, которое есть сейчас.

— Что именно так сильно выбивает почву из-под ног? Потеря иллюзии контроля и всемогущества, безопасности мира?

— В том числе. Потеря иллюзии справедливости устройства мира. Это ведь три наших кита — иллюзия безопасности, справедливости мира и собственного всемогущества.

Последние лет пять был такой крен в «успешный успех». Мол, ты все можешь, подними одно место с дивана, думай своей головой, добивайся. В этом посыле, который несся из всех чайников и утюгов, было нарциссическое раскачивание качелей, когда якобы ты можешь вообще все, что хочешь. И как будто нет различий между тем, сидишь ты в Москве недалеко от Красной площади или же в Усть-Урюпинске. Как будто все тебе доступно, только надо захотеть.

Мне кажется, что одна из вещей, которая сейчас происходит, — качели поехали в другую сторону. Когда нарциссическое всемогущество превращается в нарциссическую беспомощность. Что, в общем-то, нормально. Ожидаемо. Просто было непонятно, в связи с чем это произойдет. Ну вот, пожалуйста — вирус. И тогда у человека возникает ощущение, что он сейчас ничего не может сделать, он ничтожен. Неважно, что купил билеты на самолет, или хочешь к родственникам, или, не дай бог, запланировал открытие бизнеса на апрель, — все. Хотение и тонны мотивации текут сквозь пальцы. Ничего нельзя поделать. Ощущение ничтожности. Плюс экзистенциальный ужас перед смертью, который мы испытываем всегда, сейчас особенно подсвечен прожекторами новостей и разговоров. Да, мы смертны, и знаем это всегда. Просто сейчас это невозможно игнорировать.

— Может быть, в этом смысле паника из-за вируса — это просто способ выпустить пар, избавиться от давно копившегося напряжения?

— Я сторонник более комфортных методов налаживания дружбы с реальностью. Я бы не хотела, чтобы это так происходило. Я думаю, что все еще хуже: это просто совершенно случайные вещи. Маятник рандомно полетел сначала в одну сторону, потом — в другую. Нам остается только приспосабливаться. Другой вопрос в том, как мы будем это делать.

— Повышенная агрессия, заедание, алкоголь, отрицание реальности — не лучшие способы справляться с тревогой, не так ли? А какие способы адекватные? Дайте несколько простых практических советов.

— Все верно, это нерабочие способы. Кроме них еще будет вспышка тревожно-фобических расстройств, депрессий, панических атак и психосоматических заболеваний. Следующие полгода нужно быть очень внимательными к себе, особенно к осени. Если вы сейчас хорошо держитесь, в тонусе, сильно мобилизованы, бегаете и помогаете всем в округе, то обращайте внимание на ресурсы, которые у вас есть. Это важно, потому что в какой-то момент они закончатся. Основа психического здоровья — это внимательное отношение к себе.

Итак, что важно? Первое — сохранять и преумножать все, что касается тела и телесного комфорта. Психологи сейчас наперебой кричат о спорте, хотя бы о минимальных физических нагрузках. Почему? Потому что это очень сильно приводит в реальность, заземляет. Важно находиться здесь и сейчас, потому что, по сути, ничего нет — ни прошлого, ни будущего. А наши фантазии всегда страшнее реальности, какой бы неприятной она ни была.

Телесные штуки — это в первую очередь дыхание, физическая нагрузка, сон. Не обязательно делать это 24 часа в сутки. Можно уделить телу 15 минут в день. Прогуляться вечером. Принять теплый душ или ванну перед сном.

Второе — отключать телефон. Не скролить все время ленту в соцсетях. Понятно, что от этого невозможно избавиться совсем. Ну выделяйте себе понятное время, например полчаса в день. Ставьте будильник, когда залезаете в соцсети, чтобы он через 15 минут звонил, — и выходите из них. Больше читайте. Особенно это касается расстройств сна, которые могут быть при тревоге. За два часа до предполагаемого отбоя убирайте все предметы, которые светятся, — телефоны, планшеты, мониторы… Если произойдет глобальный коллапс в мире — вы про это узнаете. Родительский видеомагнитофон расскажет, если что (улыбается. — Прим. Onliner).

Так что мой совет — беречь себя. Контроль над тем, как вы обходитесь с соцсетями, внимание своему дыханию — это не только физические практики, это еще и дисциплина ума. Тревожный ум, который скачет, скачет, скачет, скачет… В нем много картинок: а как события разовьются в одну сторону? А как они разовьются в другую сторону? А в третью? Постоянные разговоры с коллегами, друзьями, родными — это не есть дисциплинированный ум. Это переливание из пустого в порожнее, и оно не помогает решить задачи.

Если чувствуете, что прямо совсем накрывает ужасом, то очень хорошо помогают простые вещи: какого цвета обои, в какой я одежде, что сегодня со мной было, с кем я сегодня разговаривал/а, какой сейчас месяц… Это то, что называется техникой заземления, или десенсибилизацией. Это же делают с людьми, которые находятся в панике после катастроф. То есть возвращают человека в реальность. Потому что реальность белорусов сейчас нормальная: мы не болеем, ходим на работу. Да, у нас не очень понятен посыл и отношение государства к тому, что происходит. Не очень понятно, где мы будем лечиться, как, где будут выдавать продукты. У нас нет «скриптов» — понятных инструкций, что делать в случае А, В или С. Этого немножко не хватает, конечно. Но, возвращаясь в здесь и сейчас, пока что все в порядке. Статистика по заболевшим в Беларуси не огромная. Думать про это, вспоминать, возвращаться — это и есть дисциплина ума.

— В условиях вируса неожиданная статистика: просмотры сайтов с видео для взрослых резко пошли вверх, просто валом. Пир во время чумы. Секс, точнее. Эксперты говорят, что в этом нет противоречия: страх смерти повышает либидо. Объясните, как устроен этот феномен.

— Это очень простая штука: Эрос и Танатос ходят рядом. Когда человек боится смерти, секс очень успокаивает. Это отличный, быстрый способ снять тревогу, получить удовольствие и большую дозу хороших гормонов, а кроме того, установить близость. Близость — одна из вещей, которые помогают нам переживать жуткие события. Она утешает, успокаивает.

Другой вопрос, что, кроме секса, близость — это еще глубокие разговоры, контакты, присутствие, внимательность к себе и другому. Секс проще, быстрее, понятнее. Почему количество разводов увеличивается? Потому что сидят люди в одной квартире на карантине, и, когда назанимались сексом, нужно же о чем-то разговаривать. Это момент, когда можно обнаружить, что уже давно не разговаривал с партнером, или разговаривать не о чем, или есть непримиримые противоречия. Отношения хорошо подсвечиваются. А они могут быть так себе. Если стопятьсот дел позволяют игнорировать это, то люди остаются в отношениях. А если не позволяют, то все — развод.

А в целом, то, что люди занимаются сексом, — это прекрасно. Пусть занимаются. Только не стоит забывать о презервативах: половых инфекций при коронавирусе никто не отменял!

— Как работать из дома и не паниковать? Как выжить в самоизоляции?

— Выбрать один-два источника информации, которым вы доверяете. Люди постарше очень любят доктора Комаровского. Я, например, смотрю YouTube-канал человека, который занимается матстатистикой в сфере медицины, а еще — лекции Алексея Водовозова. Ведь сейчас очень много фейковых графиков, людей, которые неправильно интерпретируют данные, пишут, что смертность огромная, хотя это не так. Мало иметь цифры, нужно уметь их описывать. Можно смотреть данные ВОЗ, если они вдруг вас успокаивают. И на этом постараться ограничить соцсети.

Кроме того, следует сократить пустые бесконечные разговоры о коронавирусе. Вспоминать о том, какая у вас есть сегодняшняя, нормальная, обычная жизнь.

И еще очень важная штука для тех, кто работает дома. Можно очень легко перепутать отдых с работой. Вы же тратите время, чтобы добраться до офиса, трудиться там, потом приехать обратно, а здесь можно растянуть этот процесс до бесконечности. Можно работать с восьми утра до двенадцати ночи и таким образом быстро выгореть, начав намного больше уставать. Потому что работа все время под рукой. В то же время под рукой оказываются домашние обязанности, дети — никто этого не отменял. Поэтому нужно заботиться о том, чтобы сохранять режим работы и нормальный режим сна и отдыха.

— Может быть, ситуация с новым коронавирусом дает нам не только поводы для страхов, но и чувство единства, сопричастности? Как все мы связаны! Как похожи друг на друга в переживаниях за близких и волнении, что же будет дальше!

— Да. Во-первых, мы все одинаковые. Очень сильно друг на друга похожи. Во-вторых, сейчас появилась возможность научиться каким-то полезным вещам. На самом деле, среди белорусов принято заболеть, закинуться парацетамолом и идти на работу. И я даже не могу сказать, что сама так не делаю. Делаю. Я думаю, настал хороший момент пересмотреть свое поведение. Потому что мы не сейчас стали опасными друг для друга, для пенсионеров или людей с ослабленным иммунитетом. Мы для них были опасными всегда. Да, наше государство урезает наши доходы, когда мы берем больничный. Да, нам не пересчитывают аренду и налоги. Хотя отчисления в ФСЗН сейчас начали пересчитывать.

Взять на себя социальную ответственность и в какой-то момент остановиться — мне кажется, сейчас наилучший момент для этого. Да, 37,2 — это не ужасная температура, я могу с ней работать, но лучше все-таки полежать дома. Оградить родителей от посещения поликлиник и магазинов. Это вполне может сплотить. Объединить семьи. Надо постараться опираться на тех, кто рядом, поддерживать теплые отношения. Это «ваши люди» — те, кто в случае чего принесет рецепт, продукты, заберет детей из садика. Мы кажемся себе очень сложно устроенными, а в итоге мы все одинаковые…

Я видела такой флешмоб. Письмо на подъезде: «Дорогие пенсионеры подъезда, меня зовут так-то и так-то. Я из такой-то квартиры. В нашем городе коронавирус. Опаснее всего он для пожилых людей. Просим не ходить в людные места. Мы, ваши соседи, можем позаботиться о вас: купить продукты, лекарства без рецепта. Что вам нужно? Напишите записку со своим номером квартиры, принесите, и мы доставим пакет со всем необходимым». Мне кажется, что, если есть силы заботиться о других людях, — вот это очень хороший вариант.

Если подытожить, универсальные советы будут одинаковыми — заботиться о себе, посильно помогать другим. И главное, обращать внимание на ту часть жизни, которая не касается коронавируса, уделять ей много внимания. Прямо очень много!

Хроника коронавируса в Беларуси и мире. Все главные новости и статьи здесь

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Источник: Полина Шумицкая. Фото: Мария Амелина