Выиграл грин-карту, но пролетел. Открыл свой бизнес в Беларуси и не жалеет

676
22 января 2020 в 8:00
Автор: Дарья Спевак. Фото: Максим Малиновский

Выиграл грин-карту, но пролетел. Открыл свой бизнес в Беларуси и не жалеет

В 2016 году Алексей Жуков второй раз подался на грин-карту. Не то чтобы ожидал выиграть, но испытал удачу. Думал, если уезжать, то в Лос-Анджелес — там живут знакомые белоруса. В мае 2017-го Алексей проверил статус заявки — выяснилось, что победил. Но на деле оказалось, что выиграть не значит эмигрировать. Собранные на переезд деньги минчанин вложил в план Б — открыл свою доставку суши. И не пожалел.

26-летний Алексей вместе со своей женой сейчас владеет кафе с японской кухней. Когда-то он отучился на повара и сменил четыре работы, перед тем как открыть свое дело. К этому шагу его подтолкнул выигрыш грин-карты, а потом — ее неожиданная потеря.

— Розыгрыш самих грин-карт обычно проходит 2 мая. Желающих очень много, все сразу заходят на сайт. Проверить было нереально: сайт висел. Из-за разницы во времени сразу проверить не получилось. Сидел до трех ночи, обновлял, но ничего так и не вышло — пошел спать. Я не верил в удачу, просто был спортивный интерес. Потом проснулся в девять утра — думаю, надо опять попробовать. Ввожу цифры, нажимаю «Проверить» — а там нестандартное письмо. Я играл второй раз. В 2015 году не повезло: тогда на сайте было просто одно предложение: «Has not been selected». А тут смотрю — целый лист со списком, — вспоминает Алексей.

Он начал читать и понял: это победа. Говорит, ощущения были непонятные: около недели не мог поверить, что это вообще возможно, потому что шанс выигрыша слишком мал. Когда осознал, что это действительно победа, каждую свободную минуту проводил на форумах, вникал во все тонкости и нюансы переезда. Потом сходил на бесплатный семинар, стал читать пособие для мигрантов.

— Начал готовиться к переезду. На собеседования в посольстве начинают приглашать с сентября. Туда нужно очень много документов и денег. Только одна попытка пройти интервью стоит $300. Иммиграционная виза — то ли $300, то ли $350, не помню. Еще нужно пройти международную медкомиссию. И так я готовился целый год. На каждый регион дается определенное количество квот — сколько человек могут получить вид на жительство в США. Всего выдается 50 тыс. грин-карт, а выигравших — 120 тыс. Обычно половина отказывается, кто-то вообще не проверяет, выиграл он или нет. А посольству обязательно нужно раздать все визы — поэтому выигравших больше, чем самих карт. В 2017 году на Европу давали вроде 39 тыс. штук. У меня был 32 тыс. какой-то номер. По статистике за прошлые годы, все номера проходили. Только в 2007-м грин-карт на всех не хватило, — говорит Жуков. — По правилам лотереи всю семью перевезти нельзя, только супругу и детей, если они есть. На тот момент с моей будущей женой мы жили в гражданском браке— вскоре после выигрыша мы расписались.

Собеседования проводят весь год — с сентября до сентября. Например, в первый месяц опрашивают людей с номерами от нуля до двух тысяч, в октябре — от двух до восьми тысяч и так далее. В какой-то момент статус собеседований меняют на текущий (current) — тогда уже на интервью зовут всех, независимо от нумерации. Обычно это происходит к апрелю-маю.

— Но в том году было не так: до последнего месяца выдавали квоты. И я все думал: «Вот сейчас будет „текущий“, и я пройду!» Но нет, я не прошел, — рассказывает Алексей. — На тот момент мы с женой работали в крупной сети по доставке суши. Я был шеф-поваром, а она — администратором. Вместе собирали деньги на переезд в США. Но когда осталось три месяца до конца этих интервью и мы поняли, что можем пролететь, начали готовить план Б: хотелось кардинально поменять жизнь. Собрали деньги на переезд и думали, что с ними делать: купить машину или попробовать открыть свое дело? Решили второе. Почему? Просто суши — это все, что мы умеем делать. И делаем хорошо.

На подготовку ушло примерно два месяца — в декабре 2018 года минчане открыли свое дело. На тот момент они вместе с женой успели много поработать в разных суши-заведениях — видели спрос, слабые места, качество продукции. Алексей вспоминает, что его как обычного работника нигде не слушали: он говорил, как правильно, а ему — как подешевле.

— Я работал шефом, все готовили качественно и хорошо. Потом пришел какой-то левый человек, он не разбирался, как нужно готовить суши. Он по статусу выше меня, поэтому делал все по-своему: менял принципы заготовок или еще что-то. В итоге все скатилось — борьба шла не за качество продукта, а за прибыль. Мое мнение особо не учитывалось. Я считаю, что человек должен видеть, за что платит деньги, и не жалел их на качественный продукт. Мне хочется делать свою работу так, чтобы за нее не было стыдно.

Первое время они с супругой работали только вдвоем — за год у них не было ни одного выходного. Алексей уволился с работы, открыл ИП, изучил налогообложение. После этого снял кафе на 10 кв. м, дозакупил оборудование: рисоварку, холодильник и морозилку. Взял в рассрочку телефон, чтобы принимать заказы через кол-центр.

— В Беларуси в принципе непросто открыть что-то свое: неслабые налоги, постоянные проверки и мощная конкуренция — именно в сегменте суши. Чтобы сделать что-то хорошее, нужно очень сильно напрячься.

Супруга Жукова принимала и оформляла заказы: записывала все вручную, набирала курьеров и отправляла их на заказы. Алексей готовил, отправлял заявки и закупал продукты у поставщиков. Меню составляли сообща — садились и прописывали все до мелочей.

— Постепенно мы стали наращивать штат: нанимали поваров и курьеров. Начиналось все с трех заказов в день, а через год было уже сто. Почти все работники — это наши знакомые. По объявлению нанимаем редко, потому что общепит — очень маленькая сфера, все обо всех знают.

Почти год они пиарились через скидочные сайты — в рекламу не вложили ни копейки. Своего сайта все это время у минчан не было: позже, когда решили его создать, нужное доменное имя было занято. На этом фоне провели ребрендинг.

— В старом помещении нам уже стало тесно, и мы поняли, что грядут праздники: Новый год, 14 февраля, 8 Марта — нужно срочно расширяться. Все помещения в ужасном состоянии, без ремонта. Новую локацию мы нашли с трудом, параллельно с работой делали тут ремонт, закупали оборудование. Сняли офис для кол-центра, и вообще, в ИП уже стало тесно, перешли в ООО. Попутно нанимал еще персонал. Там у нас было человек пять поваров, а сюда нужно пятнадцать, — говорит Жуков. — Зарплату мы себе не платили, все уходило на продукты, оборудование, а сегодня я уже получаю около тысячи долларов. Первые полгода работали в ноль, выживали на сбережения, а потом уже начали ощущать прибыль и откладывать на развитие.

Переезд у супругов в новое место занял один день — единственный выходной в компании. Сегодня в кафе работает уже сорок человек, Алексей собирается открывать вторую точку. В прошлом году, кстати, минчанин не подавал заявку на грин-карту. Говорит, что пока не планирует: «второй раз не выстрелит».

— Если бы я сейчас был в США, то я бы не сидел здесь, а стоял за прилавком, как и моя жена. И получали бы мы минимум, который там есть, — каких-нибудь $300. У нас не было бы ничего — максимум съемные машина и квартира… Что ни делается, все к лучшему, — считает он.

Библиотека Onliner: лучшие материалы и циклы статей

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Дарья Спевак. Фото: Максим Малиновский
Без комментариев