Без конфедерации и единой валюты, но с общим налоговым кодексом. Макей рассказал об интеграции с Россией

 
UPD
24 041
1627
01 октября 2019 в 8:25
Источник: Настасся Занько, Никита Мелкозеров. Фото: Михаил Терещенко, ТАСС

Министр иностранных дел Владимир Макей дал интервью российскому информационному агентству РБК. Чиновник рассказал некоторые подробности программы углубленной интеграции с Россией. В частности, ответил на вопросы журналиста про возможную конфедерацию, единый эмиссионный центр и так далее. Стенограмма интервью сегодня появилась на сайте МИДа. Публикуем самое интересное.

Про единый эмиссионный центр

Макей заявил, что в данный момент речи про создание единого эмиссионного центра не идет.

— Это и не содержится в этой программе, и об этом речи не идет, — подчеркнул он. — Прежде чем говорить о введении какой-то единой валюты, создании единого эмиссионного центра — это надо сначала наладить нормальное торгово-экономическое взаимодействие и устранить все барьеры и препятствия, которые сегодня присутствуют.

Про возможную конфедерацию с Россией

— Сразу хочу сказать, что, на наш взгляд, никакой опасности сама по себе программа не несет. Почему? Во-первых, мы четко исходим из того, что для нас самое главное и незыблемое — это сохранение суверенитета наших государств. В данном случае мы говорим о суверенитете Республики Беларусь.

Знаете, сегодня даже если бы кто-то хотел построить федерацию или конфедерацию с другим государством, я думаю, что вряд ли это удастся, потому что общество уже совершенно другое по сравнению с тем обществом, которое было в девяностых годах, когда только-только распался Советский Союз. Сегодня уже несколько поколений выросло в независимом государстве, и никто не готов положить на алтарь судьбы эту независимость.

Ну и потом, я в принципе не понимаю, как мог бы, если даже теоретически представить, первый президент страны, создавший независимое государство, пожертвовать этой независимостью и как он вошел бы в историю? Даже если исходить чисто из таких посылов…

Что касается самой программы, то она основывается строго на положениях Договора о создании Союзного государства 1999 года. Никакого отхода от этого договора нет.

Про неприемлемые предложения со стороны России

— Первоначальные предложения, если говорить откровенно, предусматривали включение каких-то положений, которые были абсолютно неприемлемыми, в частности, для белорусской стороны. Например, создание каких-то наднациональных структур, что не соответствует, опять-таки, положениям Союзного договора, — отметил Макей. — Президенты, когда встречались в Санкт-Петербурге, обсудив эти вопросы, однозначно сказали, что эти предложения не соответствуют положениям Договора, и нет смысла даже обсуждать их. Надо сконцентрироваться на экономической проблематике, на углублении торгово-экономического взаимодействия, согласовании правил, связанных с таможенным законодательством, сертификацией, стандартизацией и прочим. Мы должны уделить больше внимания проведению согласованной сельскохозяйственной, промышленной политики. Вот это самое главное.

Никаких политических моментов, связанных с созданием федерации или конфедерации, там нет, не просматривается и не будет. Я еще раз повторю, что суверенитет для обоих государств — это святое. Беларусь не намерена жертвовать своим суверенитетом в угоду каким-то конъюнктурным соображениям.

Про общий налоговый кодекс

— Предусмотрена работа над единым налоговым кодексом. Но, понимаете, это в большей мере сегодня выглядит, как я бы сказал, как такая политическая цель, — отметил Макей. — Потому что я лично вообще не понимаю, как можно за пару месяцев создать единый налоговый кодекс, работа над которым должна вестись на протяжении как минимум нескольких месяцев, а то и лет. Но тем не менее цель эта обозначена, работа будет вестись, но я не вижу в этом ничего проблемного. Я думаю, что наши специалисты отработают все вопросы, связанные с подготовкой этого документа.

Но при этом хочу заверить, что, принимая тот или иной документ о создании каких-то гармонизированных правил или единых правил, мы будем исходить из того, что эти правила должны быть взаимовыгодные, это должна быть дискуссия, а не просто, скажем, ситуация, когда переговорщики садятся за стол переговоров, и одна сторона говорит: «Вот вам документ. Давайте внедряйте его в свое законодательство и работайте в этом духе!» Нет. Это должен быть компромиссный, наверное, документ, компромиссные договоренности, основанные на учете балансов и интересов обеих сторон.

О программе углубленной интеграции

— Знаете, что самое главное для нас в этой программе? Понятно, что там надо разрабатывать 31 дорожную карту в различных сферах торгово-экономического взаимодействия. Но для нас самое главное — это решение тех вопросов, которые лежат сегодня на поверхности. Мы можем говорить о каких-то стратегических целях, но, если мы не решим сегодняшние проблемы, то говорить об углубленной интеграции не приходится, — заметил он. — Какие это проблемы? Это налоговый маневр, устранение препятствий в поставках сельскохозяйственной, промышленной продукции, переговоры об урегулировании спорных моментов, связанных с ценами на газ и нефть, и так далее и тому подобное.

Потому что для нас абсолютно неприемлемы некоторые вещи, когда мы договариваемся двигаться в том или ином направлении и заключаем соответствующее соглашение, юридически обязывающие документы по тем или иным вопросам, а потом нам говорят, что изменилась ситуация и надо сейчас уже пересмотреть эти соглашения. Как это было, например, с налоговым маневром. Мы заключаем Договор о создании Евразийского экономического союза. Обе стороны — Беларусь и Россия — подписывают соответствующий протокол, который является неотъемлемой частью или приложением к этому договору, в котором мы постарались урегулировать все спорные вопросы, связанные с будущими ценами на газ и нефть для Беларуси. Проходит буквально несколько месяцев, наши российские друзья принимают решение по налоговому маневру, которое нивелирует, сводит до нуля все предыдущие договоренности. Как рассматривать такой подход? Наверняка это уже было заранее известно… Тогда зачем подписывать такие документы, которые через некоторое время станут ничтожными?

Мы заинтересованы в том, чтобы мы решили все эти вопиющие, кричащие вопросы, которые лежат сегодня на поверхности. Я думаю, что если они не будут решены, то говорить о подписании программы дальнейших действий будет трудно. Потому что мы не поймем логики наших партнеров.

Макей не исключил возможности, что 8 декабря программа по углубленной интеграции будет подписана.

Про российскую военную базу

Беларусь отказалась размещать российскую военную базу. Министр иностранных дел России Сергей Лавров назвал этот отказ неприятным эпизодом. Владимир Макей не стал комментировать слова коллеги и лишь объяснил ситуацию:

— Что касается принятия самого решения по размещению или неразмещению базы, того или иного военного объекта в Беларуси и возможного влияния внешних сил на принятие этого решения, хочу сказать однозначно: никогда Беларусь не будет принимать какое-то принципиальное решение под влиянием каких-то внешних сил. Если руководство Беларуси принимает решение, то только лишь исходя из анализа соответствия этого нашим национальным интересам. Это основной принцип. Что касается самого предложения — размещать или не размещать базу на территории Беларуси — то, вы знаете, с учетом развития современных технологий нет смысла в таком решении. Если бы Беларусь разместила на своей территории какие-то дополнительные военные объекты, я не думаю, что это способствовало бы укреплению стабильности, безопасности в нашем регионе.

— И потом, зачем размещать на территории Беларуси дополнительные военные объекты — военно-воздушную базу, о которой шла речь, — если сегодня те же самые ракеты могут буквально за считаные минуты достичь другого континента, обратной стороны нашей планеты, — пояснил министр. — Поэтому нет ни практического, ни политического, ни военного смысла в реализации этого предложения. Могу констатировать, что сегодня этот вопрос на повестке дня наших отношений с Россией не стоит.

Про отношения с США

Как мы уже писали, Беларусь вернула послов США. Более того, в этом же интервью Владимир Макей заявил, что США построят посольство в Беларуси.

— Почему сейчас принято решение о взаимном возвращении послов США и Беларуси? Вы знаете, это ненормальное состояние, когда существуют неполноценные отношения между двумя государствами в нашем современном взаимосвязанном мире. Тем более, будем говорить откровенно, если нет нормальных отношений с государством, которое сегодня считается державой номер один в мире и, по крайней мере по моим личным оценкам, будет оставаться такой в ближайшие десятилетия, — отметил Макей. — Мы заинтересованы в развитии нормальных отношений с США. Мы хотели бы уйти от той конфронтационной риторики, которая была присуща нашим отношениям, скажем, лет десять назад, когда по нашему настоянию послы были вынуждены уехать из обеих стран. Мы заинтересованы в США в первую очередь с точки зрения налаживания торгово-экономического сотрудничества. Даже с учетом этих нескольких последних лет, связанных с оживлением позитивной атмосферы в наших отношениях, товарооборот в прошлом году составил более $700 миллионов. Рост приблизительно на 18 процентов.

США для нас является емким, хорошим рынком. Мы еще в старое доброе советское время продавали туда целую линейку нашей продукции, в том числе наши тракторы. Поэтому нам интересно иметь нормальные отношения с США как со страной, которая представляет собой емкий рынок для нашей продукции — промышленной, сельскохозяйственной и иной.

При этом Макей на вопрос о возможной встрече Лукашенко и Трампа заявил, что «в мире все возможно».

Библиотека Onliner: лучшие материалы и циклы статей в одном месте

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Источник: Настасся Занько, Никита Мелкозеров. Фото: Михаил Терещенко, ТАСС