11 154
40
19 февраля 2019 в 16:30
Источник: Вероника Молокова

Уехать на вечер в Нью-Йорк, сходить на «слепой» спектакль и посмотреть «Картонку». Рассказываем про необычные варианты для первых свиданий, путешествий и семейных прогулок

Очередь в гардероб, поиск своих мест, начало спектакля, антракт, буфет, второй акт, овации стоя, занавес — современный театр все чаще выходит за рамки таких представлений да и вообще за пределы зрительного зала. Onliner предлагает слетать на один вечер за границу, необычно провести время в другом городе Беларуси или запланировать семейный культпоход. И стать зрителем классного спектакля там, где этого совсем не ожидаешь.

Театр в наушниках

Ни в один экран или сцену не поместится то, на что способно наше воображение. Его как главный инструмент используют создатели постановок, в которых зритель движется по улице, следуя за голосом в наушниках. Кто-то называет это променад-спектаклями, кто-то аудиопроменадами, кто-то спектаклями-путешествиями. Суть одна: все разыгрывается у вас в голове, пока вы идете по заданному маршруту через реальные места и слушаете какую-то информацию. Тут и театр, и экскурсия, и квест — всего понемногу.

И где такое искать?

Первым и пока единственным в Беларуси, кому удалось успешно использовать этот формат, стал брестский театр «Крылы Халопа». Интернет-показы, уличные представления, документальные спектакли — КХ давно и постоянно пробует разные формы, поднимая в то же время важные для своего города темы. Полтора года назад там запустили аудиоспектакль Brest Stories Guide, посвященный жизни еврейской общины в Бресте перед началом и во время Второй мировой войны. Побывать на нем можно бесплатно и в любое время суток. Для этого необходим только телефон (планшет), наушники и желательно удобная обувь — приготовьтесь много ходить.

Как это работает?

Вы оказываетесь в Бресте. Качаете бесплатное приложение Brest Stories Guide (пока доступно только для Android, но будет и для iOS). Открываете его — вам предлагают пять маршрутов: «1937—1939», «Лето 1941», «Жизнь в гетто (1941—1942)», «Уничтожение гетто», «Те, кто выжил». И карту Бреста, чтобы сориентироваться на местности. Она ведет вас по современному городу, голос в наушниках — по Бресту 80-летней давности. Вы просто гуляете, переключаете записи, слушаете, смотрите фотографии. Сколько идти, когда сделать паузу или вообще остановить спектакль — решаете сами. На все пять маршрутов нужно часа три-четыре. Если времени нет, можно выбрать что-то одно.

Никакого художественного вымысла в тексте, что звучит в аудиодорожках приложения, нет. Всю информацию подбирала и обрабатывала большая команда — театру помогали историки, архивисты, дизайнеры, звукорежиссеры, программисты. Данные собирались из разных источников — архивов, газетных публикаций, копий реальных документов, книг, интервью людей, которые жили в то время. Брестские актеры записали эти «голоса из прошлого».

Разве это не обычный аудиогид?

Похоже, но нет. Brest Stories Guide — все же немного другая история. Тут главное не просто донести информацию — для вас ее уже отобрали по всем законам драматургии и подают в определенной форме. Чтобы вы что-то почувствовали, когда идете по заданному маршруту, видите рынок или дворики со стрит-артом, а слышите личные истории, что рассказывают вам жившие когда-то здесь люди. Сравнивая их «тогда» и свое «сейчас», поняли что-то. Если прослушать все то же самое дома — эффект как от аудиокниги. А именно спектакль может состояться только в Бресте.

Например, мы с друзьями идем по пешеходной улице Советской, вокруг гуляют компании, звучит музыка, пахнет попкорном — рядом кинотеатр «Беларусь». Голос в наушниках подсказывает, что, если зайти внутрь и спуститься в полуподвал, где теперь находятся туалеты, увидим старый фундамент синагоги. Больше от нее ничего не осталось. Спускаемся, трогаем старые камни, которые без подсказки вряд ли заметили бы, узнаем, как разрушался храм, выбрасывались книги из его библиотеки. Выходим обратно, слушаем дальше. Вокруг все так же гуляют люди, играет музыка и пахнет попкорном. Но все словно становится черно-белым, и кажется, будто в воздухе летают страницы старых книг. Вот как флешбек в кино, только круче — так происходит не с экранным героем, а с вами. Погружение в другую реальность, связанную с нашей, драматургия, эмоциональное подключение — все как в театре. Так что это спектакль. Разве что впечатление от него больше обычного зависит от самих зрителей.

А другие такие есть?

Пока нет. Но Brest Stories Guide заявлен как первый в целой серии документальных аудиопостановок о городе. Работа над новыми все еще идет.


Театр на подушках

Так часто называют спектакли для самых маленьких зрителей. На подушках — потому что именно на них сидят малыши с папами и мамами, так как постановки бэби-театров обычно проходят в небольших помещениях, где нет длинных рядов с креслами и огромной сцены.

Для самых маленьких — это для каких?

Можно пойти на спектакль с ребенком, которому шесть месяцев, год-полтора, два, три. Потому что есть профессиональные режиссеры и актеры, которые делают постановки именно под такой возраст. Так что если на афише написано — 0,6+, этому можно верить.

— Направлению бэби-театра больше 20 лет. Он появился в Европе и сейчас широко распространен в Италии, Бельгии и Франции, постепенно развивается в других странах, — поясняет артист бэби-театра «Бусы» Злата Глотова. — Для малышей 6—8 месяцев это театр атмосфер, в котором нет историй и сюжета. Он может знакомить с каким-то моноявлением — например, дождем, который представлен музыкой, декорациями, тактильными приемами. Или мономатериалом — все будет сделано из бумаги. В Японии есть спектакли, когда в белоснежной комнате три-четыре артиста очень бережно перекладывают красные фигуры с места на место, а детки ползают, ходят, трогают. При этом идет работа только с цветом. Все действия в таких спектаклях направлены именно на создание атмосферы.

Если детки уже постарше, то важны другие особенности. От трех лет — это чаще всего театр кукольный или театр действия с артистами, но с очень-очень простым сюжетом, который считывается без вторых планов: вот герои идут, прыгают, прячутся. От трех до шести лет — над сюжетом главенствует эстетическое восприятие, поэтому очень важно первое впечатление. Если ребенок старше шести лет, он обращает внимание и на историю, и на отношения героев, уже следит за смыслами. Поэтому советую родителям придерживаться установленных режиссером возрастных цензов, чтобы дети в полной мере и с комфортом восприняли всю информацию, заложенную в спектакль.

А у нас есть такие театры?

Да, просто они не так известны. Стационарные государственные театры ограничены уставами и правилами техники безопасности, так что просто не могут пустить малышей с родителями на сцену. В репертуаре некоторых иногда встречаются кое-какие названия с пометкой 3+, но пока это редкие явления. Поэтому роль бэби-театров взяли на себя камерные независимые коллективы. Они арендуют небольшие помещения и со временем набирают свою публику.

— Мы начали работать конкретно с малышами пять лет назад после обучения в лаборатории в Москве именно на курсе режиссеров бэби-спектаклей, — рассказывает Злата, как появился театр «Бусы». — Сейчас у нас есть спектакли на 1+, 2,5+, 3+. Они поставлены точно под возраст, заявленный на афише. Это и кукольные постановки, и актерские, и музыкальные. Кроме наших, в Минске сейчас представлено очень много других спектаклей на такой же возраст. Есть театр «Дом солнца», который строит все на световых приемах. «Лямцавая батлейка» делает спектакли для малышей по шведским книгам — на белорусском языке с очень красивыми куклами из войлока. В постановках студии «Варгин» очень много интерактива, национального колорита — можно и поиграть, и пошуметь. Театр «Картонка» Светы Бень ставит спектакли, которые смешат, завораживают и показывают всю красоту кукольного искусства.

Есть такие театры в других городах Беларуси. Надо только поискать в соцсетях или детских разделах интернет-афиш.

Что дети там вообще понимают?

Все. Просто, глядя на то же, что и взрослые, они видят совсем другое.

— Не зря же детям читают книги или ставят классическую музыку, когда они еще у мамы в животике, — говорит Злата. — И это не удивляет — зачем мы читаем ребенку, который еще ничего не слышит? После рождения мы продолжаем знакомить его с искусством всеми доступными способами.

Чем младше зрители, тем меньше их на спектакле. Да и представления редко длятся больше часа. Люди, которые делают бэби-спектакли, прекрасно представляют, что малыши не смогут сидеть на месте и захотят ползать, могут пересесть, заплакать или захотеть в туалет. Они даже продумывают заранее, что сделать на 22-й минуте спектакля.

— Это тот предел, который ребенок усваивает, — уточняет актриса. — Потом обязательно будет пауза — дети переключают свое внимание, так что в этот момент на сцене происходит что-то либо не очень значительное, либо яркое, чтобы этот момент проскочить быстрее. Его можно засечь на часах — перенастройка произойдет точно в это время.

Но это же все не для взрослых?

Как раз для них, но обязательно вместе с детьми. Прийти на такой спектакль, оставить ребенка на подушке и сесть в сторонке с телефоном не получится.

— Очень важно поведение родителей, — говорит Злата Глотова. — Ребенок все замечает и повторяет за взрослыми. Он точно так же не подключится к спектаклю, если не подключаются взрослые. Некоторые считают, что спектакль детский и в это время можно заняться своими делами. Но взрослый человек такой же зритель, как и ребенок. Они могут вместе сидеть в обнимку, лежать, ходить, переворачиваться, разговаривать. В начале спектакля актеры объясняют правила поведения, за которыми следит взрослый: не все провода и декорации предназначены для игр. На спектакле и мы, и дети видим, человек сам может быть устроителем целого мира. Игра, сопричастие и сопереживание — опыт как для взрослого, так и для малыша. Мы почему вообще выходим из дома? Да просто все там не можем делать. На работу, в гости, в другие места мы идем не просто для развлечения — получаем там какое-то развитие, эмоции, расширяем горизонты.


Театр в кинозале

Показы спектаклей на большом экране уже стали обычной мировой практикой. В Беларусь они пришли около трех лет назад, когда наша страна присоединилась к международному проекту TheatreHD: в городах Азербайджана, Грузии, Казахстана, Кыргызстана, России, Украины и у нас ведутся трансляции из лучших театров мира — Metropolitan Opera в Нью-Йорке, «Комеди Франсез» в Париже,  Большого театра в Москве, Королевского Национального и Шекспировского театра «Глобус» в Лондоне, Королевской шекспировской компании в Стратфорде-на-Эйвоне.

И что это значит?

Не выезжая из своего города, можно ходить на зарубежную оперу, балет, драму и документальные фильмы-выставки. По цене двух-трех билетов в кино смотреть в 3D не только блокбастеры, но и «Лебединое озеро». Или всего через полчаса-час после работы любоваться прима-балериной Светланой Захаровой, в то время как она танцует в Москве. Все показывают на языке оригинала с субтитрами на русском, так что, например, голоса Джуди Денч, Иэна МакКеллена, Тома Хиддлстона, Рэйфа Файнса и других мировых звезд звучат с экрана без дубляжа.

То есть театр выпускает спектакль и при желании показывать его большему количеству людей, чем вмещает зрительный зал, продает права на видеопоказы. Пока одна постановочная группа работает над самим спектаклем, другая команда готовит трансляцию — со своим режиссером, группой операторов и техподдержки. Ее задача — создать у людей в кинозале максимально возможную иллюзию того, что они тоже находятся рядом со сценой.

Что-то одинаковое и в одно время смотрят в разных городах мира?

Почти. Для проведения трансляции есть свои условия: оборудование, которое должно быть установлено в кинотеатре, спутниковые тарелки и другие передающие сигнал устройства. Плюс различные ограничения авторскими правами. Так что какие-то спектакли идут в режиме реального времени в нескольких городах одновременно, а какие-то записываются и потом просто повторяются.

— Разница часовых поясов, рабочий график театров — все согласовывается заранее, — объясняет представитель проекта в Беларуси Анжелика Крашевская. — Одна компания все это контролирует и формирует общее расписание на длительный период. Мы предоставляем его кинопрокату, а он уже формирует репертуар на нашей территории.

В основном такие сеансы проводятся в Минске, но периодически TheatreHD появляется и на афишах Бреста, Витебска, Гомеля или Гродно. В этом месяце, например, покажут и зрительские хиты вроде «Гамлета» и «Франкенштейна» с Бенедиктом Камбербэтчем, и фильмы-выставки для ценителей живописи про Дали и Пикассо, и «Лукрецию Борджиа» по пьесе Виктора Гюго — спектакль из «Комеди Франсез».

— Перед каждой прямой трансляцией обязательно проводится техническая репетиция, пускается пробный сигнал, проверяются субтитры, — поясняет Анжелика. — Но у нас были и отмены, когда вроде все проверили, но спектакль не запустился по каким-то причинам.

Как это вообще выглядит?

Вы приходите в кинозал. На экране видите, как рассаживается публика в каком-то из театров. Затем выводится картинка из-за кулис или заранее заготовленный ролик о создании постановки. Сам спектакль с экрана зритель смотрит с таких ракурсов, будто он сам в театре. Эффект присутствия достигается и передачей звука — микрофоны расставлены по периметру зала, поэтому, когда люди смеются или переговариваются в тысячах километров от тебя, кажется, что это в соседнем ряду. Во время антракта зрители в кинозале могут оставаться на своих местах и следить, как проведут 10—15 минут люди на экране. А могут и отлучиться — на это время специально включают приглушенный свет. Затем продолжается спектакль. Поклон, аплодисменты, занавес.



— Хоть мы и смотрим это в кино, показ может быть и в любом другом месте. Так у нас есть прекрасная возможность увидеть, как живет театр где-то еще, с чем работает, что для него важно сегодня. Это же новый вид искусства, возникший благодаря развитию технологий, — считает Анжелика Крашевская.


А что есть еще?

Позапрошлым летом мини-гастроли Речного театра стали событием как для жителей прибрежных деревень вдоль Березины, так и для постановочной команды, собранной силами Свободного театра, — спектакль «Царь царь» играли прямо на плоту. Коллектив дал несколько показов на воде и пока остановил свою деятельность, но, возможно, она возобновится. Все чаще театры ищут способы дать голос людям из зала. Буквально месяц назад в Минске завершились показы Anti[gone] — когда в Музее Заира Азгура в окружении бронзовых вождей из прошлого о своем настоящем рассказывали маркетологи, юристы, политологи, издатели и представители других профессий. В Гомеле недавно возник новый коллектив — Team Theatre. Там зрителям выдают повязки перед спектаклями, чтобы смотреть их с закрытыми глазами. Гомельчане первыми решились на такой эксперимент, поэтому пока изучают реакцию зрячей и незрячей публики. Так что для тех, кто готов удивляться, в театр есть не только билетики в конкретном ряду.

Подписывайтесь на наш канал в «Яндекс. Дзен», чтобы не пропустить интересные статьи и репортажи

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Источник: Вероника Молокова