Правда о работе судебного исполнителя: «Хотите чего-то добиться — звоните чаще. И никаких паяльников»

410
04 января 2019 в 8:00
Автор: Александр Владыко. Фото: Александр Ружечка

Правда о работе судебного исполнителя: «Хотите чего-то добиться — звоните чаще. И никаких паяльников»

Половина клиентов их ненавидит, другая — смотрит с надеждой. Судебные исполнители стоят на последнем рубеже справедливости (по мнению суда). Наш сегодняшний герой Александр (имя мы изменили) в детстве и думать не мечтал о такой работе, попав в районный отдел по распределению. В настоящее время он уже вышел из рядов судебных приставов, но остался в системе: работает в частной компании специалистом по возврату задолженности.


— Контрагент не заплатил (и не всегда собирается) — приходится приезжать и убеждать. Иногда долги бывают невозвратными (зачастую в сельском хозяйстве). Но обычно все заканчивается хорошо. Лучший аргумент для юрлиц — невозврат долга будет дороже, чем возврат.

— Как вы стали судебным исполнителем?

— У меня юридическое образование, которое закончилось распределением. Я не встречал человека, который в детстве мечтал бы стать судебным исполнителем. Даже в вузе я не представлял, как это работает и что представляет из себя система. Меня распредели в районный отдел — там я всему и научился.

Первая зарплата — $160

— К концу 2013 года в некоторых отделах Минска штат исполнителей был недоукомплектован на треть. Это очень много. Если не хватает даже одного специалиста, и без того высокая нагрузка возрастает непосильно.

Поймите, это госслужба с огромным количеством дополнительных обязанностей. Для нее самое важное — это не реальное исполнение, а хорошая статистика. В неделю вы закрываете 50 производств, а надо 100. 100 в неделю — это канон. Это реально, если сидеть в кабинете, писать бумаги и больше ничего не делать. Окончание дела — это не всегда возврат денег. Это и направления на работу, и констатация того, что у должника ничего нет. Почему возникли проблемы с работниками, понятно. Моя первая зарплата составила около $160 в эквиваленте. В следующем месяце появились первые премии, и она выросла до $200. А в конце 2013 года случилась реформа судебной системы, которая коснулась и нашей работы.

— Стало лучше?

— Стало проще. Нам предоставили доступ к разным базам (ГАИ, недвижимость, номера мобильных телефонов). Раньше, чтобы узнать, есть ли у должника машина, приходилось делать письменный запрос и ждать. За это время ситуация могла измениться.

Плюс зарплата. После реформы она выросла примерно в два раза — прежде всего за счет оклада. Но еще появилась возможность получать вознаграждение в зависимости от того, сколько ты взыскал. Размер вознаграждения был до 40 базовых, но это крайность. Далеко не каждый исполнитель хотя бы раз в год мог написать заявление на такую сумму. Чаще всего вознаграждение ограничивалось несколькими базовыми в месяц. Во-первых, всегда можно было найти кучу мелких нарушений в работе. Во-вторых, в районном отделе мы оперировали небольшими суммами. 70% всех дел — административные штрафы до 5 базовых.

Судебным исполнителям, которые занимались взысканием с юридических лиц, было проще: там вознаграждение повыше. В итоге зарплата в 2014 году доходила до $1000. В среднем меньше, конечно, но заработать можно было.

Арестовать имущество не проблема, было бы что

— Работа очень специфическая, потому что строится на стрессах и конфликтах. Я подходил к этому по-философски и с пониманием. Но начиналось сложно.

По-нормальному должно быть как: ты приходишь, получаешь новые производства — и вперед. Но я не знаю ни одного отдела, где так было. Всегда работа начинается с приемки старых «висяков» от ушедших исполнителей. Вот по такому делу мне и позвонил один из первых взыскателей.

Было совершено ДТП, и наказали как водителя, так и хозяина машины. Это пьяный сын и мама соответственно. Со слов мамы получилась ситуация: сын пришел домой, выпил, незаметно взял ключи и совершил ДТП. Суд решил взыскать ущерб за причинение вреда здоровью солидарно с двух человек. Я понимаю маму, сыну лет 30 было.

Часа два я провел там. Хотя кажется, чего там: зашел, описал имущество, составил акт. В итоге люди поняли. Вскоре заняли деньги у знакомых.

Если должник — человек адекватный, то работать проще.

— Ничего не арестовали?

— Арестовал, но не забирал. Вообще, арест — это целая процедура. Объемное имущество вывозит реализатор. Но часто бывает, что стоит оставить имущество до следующего визита, как попасть в квартиру становится совсем сложно.

— Или имущества уже не будет…

— Нет, это уже уголовная ответственность за растрату. Об этом мы предупреждаем под подпись.

— С какого имущества вы начинаете в первую очередь?

— Ты смотришь, с чего можешь взыскать: недвижимость, имущество, зарплата или пенсия. Ко всем на квартиры ходить и нельзя, да это и не нужно. 5 базовых штрафа за превышение скорости можно отправить извещением на работу, и все. Это простые дела.

Наложить арест легко — попробуй все это продай. Всегда лучше договориться. Кто-то из коллег хитростью берет, кто-то испугом, кто-то убеждает.

— Приходилось драться?

— Однажды, но это не было дракой — так, потолкались. Должник выпивал с другом. Я пришел, а друг решил поставить меня на место. Эти ребята не были алкашами — с теми как раз проще всего: взять нечего.

Я никогда не стремился ругаться. Поэтому сначала градус спора снижаешь, а потом работаешь.

«Если не успеваешь за 8 часов, работай 18»

— Рабочий график у меня был с девяти до шести, но норма эта условная. Вечером приходилось ходить по квартирам (прийти из-за этого на работу позже на следующий день никто не разрешит). Наше управление даже настаивало, чтобы мы ходили на участки с шести утра, пока люди не ушли на работу. В общем, «если вы не успеваете сделать работу за 8 часов, делайте все за 18».

— Возьмите для примера 100 дел. Сколько из них заканчиваются спокойно и эффективно?

— Сложно сказать. Такую статистику я мог бы получить, иди все налажено и спокойно. У нас другая работа. Всегда поступает больше дел, чем есть возможность закрыть.

Я смотрел статистику по 2016 году. Поступление исполнительных документов выросло в два раза, а исполнение — на 20%. Не хватает людей и времени. Человек не может быстро исполнить все производства из-за непосильной нагрузки.

— Мы получаем очень много писем с жалобами на то, как зависают старые долги. Если объективно, всегда можно уйти от взыскания?

— Если объективно, то можно, конечно.

— Законодательство неэффективное?

— Каким бы современным оно ни было, его всегда можно обмануть. Можно поменять гражданство и уехать в другую страну, в конце концов. Мошенники часто так делают. А если человека нет в Беларуси, то единственное, что мы можем сделать, — это передать исполнение в другую страну. У меня было несколько таких случаев. Если со страной нет договора о правовой помощи, забудьте о должнике. Проще всего работать с Россией — иногда они даже там исполняются. Надо понимать, насколько сложное дело и суммы взыскания.

Многие считают, что недоступны, но часто это не так

— Вы слышали что-нибудь про коррупцию?

— В райотделе мелкие цифры. Какая коррупция… Но да, нам часто говорили о коррупционной составляющей. Но это больше слова. В одном из райотделов проводили проверку по конфискации. Пристав не увидела гараж в собственности должника. Проверка это зафиксировала, и, чтобы не быть привлеченной к уголовной ответственности, приставу пришлось возместить ущерб за гараж. Должны были сделать, но не сделали — значит, причинили ущерб государству — вот как это трактуется.

— Нужны ли нам коллекторские компании?

— Это спорный вопрос, у меня самого нет четкого мнения. С одной стороны, наша система принудительного взыскания работает плохо. Частные компании взыскивали бы за свои 10% намного эффективнее.

С другой стороны, у частных компаний нет инструментов принуждения. В лес и так периодически вывозят, для этого не нужны новые нормы закона. А если им дадут полномочия арестовывать имущество, может пострадать порядок. Контролировать судебных исполнителей намного проще.

— У вас был спортивный интерес, как у агента из фильма «Поймай меня, если сможешь»?

— Нет, в таких масштабах не было, конечно. У меня всегда позиция договориться и выйти на график погашения. Но некоторые настолько неадекватны, что к ним ходил с особой настойчивостью.

Были люди с выражением на лице «вы мне ничего не сделаете». А как бы часто это не так. Если искать, то часто что-то находится. Однажды должник приехал к нам на машине жены. Пока он сидел в кабинете, мы проверили номера, право собственности и наложили арест на машину. У него просто челюсть отвисла. Он просто не догадался, что машина супруги может быть совместно нажитым имуществом. Потом поехал на такси за деньгами — и быстро нашел сумму долга.

— Насколько взыскатели могут влиять на исполнителя?

— Это как раз хороший вопрос. Если чего-то хочешь добиться и вернуть, то с исполнителем нужно работать плотно. Человек, который считает, что ничего делать не нужно, мол, дело запущено и все будет исполнено, ошибается. Там очередь из таких. А человек с активной позицией всегда получит быстрее. Иногда исполнитель откликается на просьбу о помощи, иногда хочет просто избавиться от навязчивого человека, и ему оказывается максимальное содействие.

— Какие дела самые сложные в исполнении?

— Есть такая категория, как взыскание неимущественного характера. Например, человек по решению суда должен извиниться. Или предоставить доступ. Или перегородку вернуть на место. Здесь характер работы иной: ничего не арестуешь, остается только убеждать. Разве что привлечь к административной ответственности… Но исполнители сами не могут этого сделать, как гаишники. Мы могли только составить акт и направить в суд. А суды очень неохотно идут на это, находя тысячи отговорок.

— Вас не обязаны пускать в квартиру?

— По закону обязаны. Можно составить акт с понятыми: мол, не открывают. Но есть за дверью кто или нет, недоказуемо.

Обычно из-за двери ничего не кричат, тихарятся. Суд может вынести определение о вскрытии двери. В таком случае ты вызываешь специалиста с понятыми. Это тоже очень редко. У нас был случай с выселением. Суд решил, что квартира была приобретена незаконно. Хозяева квартиры поменяли двери на новые, с самыми крутыми замками. Специалист подтвердил: хорошая дверь и хорошие замки. И открыл ее за пять минут. С другой дверью было бы две минуты.


Видеодомофоны — всегда знаешь, кто пришел

комплект видеодомофона, до 4 вызывных панелей, экран 10", 1024х600, громкая связь, сенсорное управление, запись фото, запись видео, угол обзора панели 120°, ИК-подсветка
монитор, до 2 вызывных панелей, экран 7", 800x480, громкая связь, сенсорное управление, запись фото
Нет в наличии
монитор, до 2 вызывных панелей, экран 4.3", громкая связь, кнопочное управление

— Постоянно работая с негативом, вы стали жестче?

— Нет, я абстрагировался. Но всегда понимаю, что есть люди, которые живут не лучшим образом. И никто не застрахован от неприятностей.

— Когда-нибудь испытывали человеческую жалость к должникам?

— Почти всегда. В большинстве ситуаций такие люди живут бедно. Приходи — не приходи, материального в деле не прибавится.


— Я проработал пару лет. Вроде был неплохим специалистом, но уйти с хорошим резюме почти невозможно. Проверок достаточно, и найти что-то можно всегда. Это не в обиду, это ради тех, кто остается работать. Вешают все на уходящего. И проверка довольна.

Зарплата относительно хорошая, но качество всегда оставляет желать лучшего. Нормальный человек добровольно работать туда не пойдет. Скорее, идут те, у кого не получилось в другом месте.


В жизни еще много других профессий. Расскажите правду о своей. Мы не ищем жалобщиков и нытиков — просто хотим рассказать правду, чтобы больше узнать друг о друге и стать мудрее. Если вы готовы, мы гарантируем анонимность. Пишите на va@onliner.by.

Читайте также:

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Александр Владыко. Фото: Александр Ружечка