$50 за пост в Instagram, $1 за расклейку 50 объявлений. Юные белорусы о любимой и ненавистной работе
405
08 октября 2018 в 8:00
Автор: Евгения Штейн. Фото: Анна Иванова, Владислав Борисевич, архив героев публикации
$50 за пост в Instagram, $1 за расклейку 50 объявлений. Юные белорусы о любимой и ненавистной работе

Герои этой статьи работают с 13—14 лет: расклеивают объявления, продвигают бренды и даже монетизируют собственные аккаунты в соцсетях. Некоторым деньги сами идут в руки, другие прикладывают немало усилий за символическое вознаграждение. Они по-разному воспринимают ценность денег и времени, но не хуже взрослых способны отличить настоящую работу от рекламной «заманухи», где школьник, сидя на водительском кресле дорогого авто, обмахивается веером из денежных купюр. О детях, зрелых не по годам, — наш материал.

Коротко. О чем тут речь?

Настя, 17 лет: «Первые деньги заработала в 13 лет — около 40 рублей за расклейку 1200 объявлений»

Белорусский Трудовой кодекс позволяет детям работать с 16 лет. В 14—15 лет — с письменного согласия родителей. Настя Королевич впервые устроилась на работу, когда ей было 13. Труд был кропотливый, а вознаграждение — скромное. С тех пор у Насти были разные подработки, удачные и не очень. Девушка живет в Барановичах, учится в техникуме легкой промышленности и без иллюзий смотрит на свои карьерные перспективы.

— Впервые я пошла работать в 13 лет, то есть четыре года назад. Хотелось иметь какие-то свои деньги, распоряжаться ими. За расклейку 150 объявлений мне платили 50 тыс. рублей. За несколько дней мы с подругой заработали 400 тыс. на двоих ($38 по актуальному на тот момент курсу. — Прим. Onliner.by).

Да, работа была кропотливая, платили немного, но оно того стоило, потому что денег как таковых не было вообще. Родители «на карман» давали мало: вы ж маленькие, что вам особенно нужно. А хотелось где-то погулять, что-то купить, сходить в кино. Да и просто попробовать, что такое работа.

Сейчас ситуация поменялась: мама выделяет мне определенную сумму с зарплаты, а не каждый день по чуть-чуть. Хватает этой суммы дней на десять, потом зарплату получают дедушка и бабушки с перерывом в десять дней. Кроме того, я получаю повышенную стипендию — 62 рубля — и стараюсь не брать лишних денег у родителей.

Наверное, лучшая работа была в школьном трудовом лагере, куда я записалась в 14 лет. В течение двух или трех недель нужно было полоть сорняки на грядках, обрезать кусты, убирать мусор с территории школы, поливать цветы, отдирать жвачки и отмывать черные следы от пола. Зарплата была около 1,4 млн рублей. Мы приходили в восемь утра, начинали работу в девять и работали до 14:00. Кормили три раза в день, в пятницу давали сухой паек. Правда, 30 рублей нужно было заранее заплатить за обеды. То есть за вычетом денег, потраченных на еду, я заработала 110 рублей. Вообще же, игра стоила свеч: это была нетрудная, хорошо оплачиваемая работа.

Деньги я потратила на поездку в Минск вместе с друзьями. На следующий год хотела снова написать заявление в трудовой лагерь, но опоздала — все места были заняты.

Следующая работа мне жутко не понравилась: нужно было стоять от открытия до закрытия рынка и кричать «Покупайте газету „Работа в Барановичах“». Оплата — около 1,5 рубля в час, независимо от количества проданных газет. Было страшно и стыдно: без друзей, без знакомых, мимо проходят толпы людей, глазеют, кто-то смеется. Я чувствовала себя очень глупо. Да и зарплата ничтожная. Я проработала один день и уволилась.

В последний раз я работала в марте. Продавала цветы к празднику. Платили 10% от выручки. За два дня я простояла часов шесть-семь, продала цветов на 150 рублей, из них мне заплатили 15. Да, деньги небольшие, но работа приятная: я сфотографировала цветы, выложила фото в соцсети, попросила у подруг разместить этот пост у себя. Многие клиенты приходили после этого за цветами прямо ко мне домой. Один из них купил цветок мне и моей подруге.

Я учусь на техника-технолога швейных производств и не тешу себя иллюзиями насчет высокого заработка. В объявлениях фигурируют суммы от 500 до 780 рублей в месяц, но знакомая, распределенная на швейное производство, получала 60—80 рублей за полный рабочий день, 20 из которых ей приходилось отдавать за общежитие. Вообще, я думаю о том, чтобы сменить профессию, пойти учиться на воспитателя или на психолога. Вряд ли там платят больше, но по крайней мере я рассчитываю получать удовольствие от работы, а не сидеть в цеху, часами выстрачивая швы. Уже на практике поняла, что это не мое.

Я не верю в сказки о легком заработке. Сейчас многие предлагают работу в интернете: распространять продукцию Oriflame, Faberlic. Сначала зарабатываешь скидку, потом какие-то деньги, потом становишься начальником, директором, «золотым» директором… Иногда встречаю эти баннеры про школьника, который зарабатывает больше своих родителей, — очевидно же, что это «замануха» и обман. Я даже не кликала ни разу, боясь заполучить какой-нибудь компьютерный вирус, а если и нажимала нечаянно, то старалась закрыть окно до того, как страница загрузится.

Аня, 17 лет: «Зарабатываю $30—50 за пост, отнимающий пять минут моего времени»

17-летняя Аня Рачковская никогда не раскручивала свой аккаунт в Instagram и не мечтала о карьере блогера: как и все пользователи, она просто выкладывает туда свои фото. Но в какой-то момент Анин аккаунт начал набирать популярность, а за популярностью подтянулись рекламодатели. Сейчас у Ани около 7 тыс. подписчиков, что по меркам Instagram немного, но достаточно для того, чтобы зарабатывать на рекламных постах. В деньгах Аня не нуждается, но не отказывается от них, когда они вот так просто идут в руки.

— Я зарабатываю с тех пор, как у меня появилось 5 тыс. подписчиков. Это случилось полгода назад. Мой аккаунт без видимых причин стал набирать популярность, и начали поступать предложения от рекламодателей. Как правило, меня просят выкинуть фотку продукта в Instagram с подписью типа «Я этим пользуюсь и всем советую». Но пользуюсь я, конечно же, далеко не всем, что рекламирую, — смеется Аня. — Мне повезло с губами, так что очень часто мне пишут производители помад, причем зачастую я реально ими пользуюсь. Рекламодатель присылает текст, а я его редактирую так, чтобы это было похоже на мою манеру общения с подписчиками. Еще они озвучивают требования к селфи, которым должен сопровождаться рекламный пост, а иногда фотографируют меня сами.

Закидываю рекламу в профиль, и через пару минут начинаются звонки, переходы по ссылкам, мне начинают писать девчонки, спрашивать, покупать… На таком посте можно заработать $30—40 в зависимости от того, сколько людей потом купят продукт. Самый большой куш — $80 за рекламу здоровой еды, уже не вспомню ее название. Очень часто я сама назначаю цену постам после соответствующего вопроса рекламодателей.

Пишут не только рекламодатели, но и фотографы, модельные агентства. Предлагали сниматься в Украине для магазина свадебных платьев, работать в Беларуси в качестве фото- и подиумной модели. Но от такой работы я обычно отказывалась: выпускной год, поступление — не было времени на все это. Я планирую стать юристом-международником, и эта профессия требует полной отдачи.

— Карьеру модели не рассматриваешь в принципе?

— Ну… если бы мне поступило какое-то интересное предложение, возможно, я бы согласилась. Но обычно фотографу нужны снимки для своего портфолио, и он зовет меня. А в этом мало карьерных перспектив. Да и образы, которые мне приходилось на себя примерять во время таких съемок… Они не всегда мне близки, я не всегда себе нравлюсь в них и не могу раскрепоститься так, как это нужно фотографу.

У меня нет цели раскрутить Instagram-аккаунт. И нет цели его монетизировать. Я делаю это, потому что это приносит заработок и отнимает пять минут времени. Деньги, заработанные от рекламы в Instagram, трачу на всякую девичью штучку: косметика, вещи, сумочки.

Я поступила на юрфак, собираюсь его окончить и поехать учиться в Австрию на юриста-международника. Страна находится всего в двух часах лету, и там отличное образование. Это удобно и мне, и моим родителям.

Учителя постоянно мониторили мой аккаунт и обожали его комментировать на уроках. Ну такое, дружеское «Куда ты там вчера намылилась, дорогая, я все видела». Они были у меня в подписчиках, но не в друзьях, и некоторые посты я, конечно, от них скрывала.

Не думаю, что мой образ в сети отличается от образа в жизни. Я много катаюсь по миру, в основном это и выкладываю. Делаю селфи, когда мне нравится, как я выгляжу. Но, наверное, в реальности я немножко живее, без покерфейса.

Полина, 17 лет: «Предпочитаю не афишировать свой возраст перед работодателем»

Сложно поверить, что Полине всего 17: высокий рост, глубокий взгляд, речь и рассуждения взрослого человека. С 14 лет она работала промоутером и продвигала товары крупных брендов, помогая родителям содержать себя. А пару месяцев назад окончила школу и устроилась работать на серьезный проект, потому не хочет лишний раз афишировать свой возраст перед работодателем — в статье не будет ее лица.

— Я с детства стремилась к самостоятельности. Ведь у детей всегда очень много потребностей, а родители удовлетворяют только самые базовые и на любую просьбу отвечают под копирку: «Дома поешь, если голодная», «У тебя уже есть лак для ногтей».

Еще с 12 лет мы с подругой пытались заработать, продавая дачные яблоки и огурцы. Но моей первой официальной работой стала акция кошачьих кормов. Она как раз выпала на два летних месяца после окончания восьмого класса. Вопросов при трудоустройстве не возникло. Мне было 14 лет, а выглядела я старше: этому способствовали рост, волосы, макияж, — никто не воспринимал меня как ребенка. Еще я занималась в театральной студии, и для меня никогда не было проблемы в том, чтобы говорить публично, работать с людьми во время промоакций, отвечать на их вопросы в режиме реального времени. Я работала три-четыре дня в неделю по четыре часа, оплата была почасовая. Отработав два месяца, купила себе смартфон.

Все началось с 3,5 рубля в час, но постепенно мне начали предлагать более серьезные проекты. Когда я стала опытнее, меньше чем за 4,5 рубля в час работать не соглашалась и зачастую пропускала этап кастинга и тренинга, мне просто высылали информацию со словами «Мы знаем, у тебя все получится».

Поначалу родители очень беспокоились, как бы меня не обманул работодатель. Теперь переживают, чтобы работа не мешала учебе. И гордятся, конечно.

Я никогда не раздавала флаеры на улицах. Меня нанимали крупные компании для продвижения своей продукции. Например, на акции «День рождения Барби» я собирала деньги на лечение больных детей. Этому предшествовал самый жесткий кастинг, зато мы неплохо справились и за несколько часов собрали существенную сумму денег.

Однажды, работая на акции, я встретила свою учительницу. Разговорились. Она спросила, сколько я зарабатываю. Я назвала сумму, и по ее реакции было видно, что она получает меньше. Но тут, конечно, следует учитывать характер работы, ее нерегулярность, то, что деньги выплачивают зачастую только через месяц-два после окончания проекта, а бывает, что проектов нет вообще.

Я никогда не робела перед взрослыми. Когда у тебя гладкая речь, когда видно, что ты разбираешься в продукте, взрослые не поставят тебя в тупик. Всему этому учат на тренингах. Я и сама предпочитаю общаться с людьми постарше себя, общий интерес нахожу далеко не со всеми сверстниками.

С учебой получалось совмещать без проблем. На летних каникулах я всегда оставалась в городе, поэтому работа была самым оптимальным вариантом: она давала и деньги, и опыт. А в старших классах я научилась работать и во время учебного года.

Некоторые одноклассники пытались пойти по моему пути, но получилось далеко не у каждого. Все воодушевляются возможностью заработать, но мало кто готов реально вкалывать. Кому-то лень ездить на собеседования, кастинги, да и на работу в другой конец города. Кто-то просто очень застенчивый. Не все могут запоминать информацию о продукте и грамотно говорить. А еще нужно, чтобы было чистое лицо, ухоженные руки, умение себя вести и разговаривать.

В этом году я почти не работала. Все-таки поступление на носу, нужен был безупречный аттестат, я готовилась к олимпиаде, на курсы ходила. А за 2017 год было пять проектов. Некоторые длились около месяца, некоторые — всего пару дней.

Я поступила в московский университет, но после окончания школы меня пригласили поработать на серьезном проекте, и я осталась в Минске. Я не скрываю свой возраст на работе — менеджеры прекрасно знают, сколько мне лет. Но есть некоторые стереотипы, с которыми приходится считаться. В обществе принято думать, что, когда человеку исполняется 18, он за один день становится взрослым. Я уже сталкивалась с тем, что когда работодатель узнает мой возраст по паспорту, то начинает относиться немного по-другому, и в этот раз я не хочу его афишировать.

Саша, 18 лет: «Без проблем совмещал учебу с работой на полную ставку»

Саша Савостеев учится в Международном гуманитарно-экономическом институте на переводчика, специалиста по международным отношениям. В августе ему исполнилось 18 лет, а в прошлом учебном году он работал официантом в ресторане на полную ставку и без проблем совмещал это с учебой. Клиенты были вежливыми, чаевые — сытыми: вместе с окладом получалось порядка 700 рублей в месяц. Из-за несовершеннолетия Саша был оформлен на полставки, но работал и денег получал, как за полную.

— На первом курсе я понял, что у меня есть свободное время, и решил поискать работу. Почти сразу нашел вакансию промоутера, но это совсем не мое. Пробовал расклеивать листовки, но понял, что не смогу: за два дня работы я расклеил 70 листовок, а нужно было 8000 за фиксированную сумму — 300 рублей (меньше $1 за 50 объявлений. — Прим. Onliner.by). Это очень сложно: весь день на ногах, ни поесть, ни отдохнуть не успеваешь.

Когда искал работу, то сразу выкладывал перед работодателем все карты: да, студент, да, нет 18 лет, — и вакансии на полный день сразу пролетали. Но в итоге мне все же удалось устроиться официантом. Я не могу назвать кафе, в котором работал: руководство не хочет афишировать, что нанимает студентов. Но это кафе первого класса, там подают совсем не дешевую еду и уровень сервиса соответствующий.

Стажировка длилась неделю и не оплачивалась. Сначала я наблюдал, потом меня посвятили в рабочий процесс. График работы был «два через два» с 17:00 до 23:00, плюс каждую неделю приходилось работать в один из выходных дней. Я зарабатывал 350 рублей без чаевых, столько же выходило чаевыми. Легко совмещал это с учебой на дневном: старался делать домашнюю работу на больших перерывах в институте, если знал, что мне предстоит вечером выйти на смену.

С клиентами находил общий язык без проблем. Они никогда не хамили, оставляли хорошие чаевые и были довольны сервисом. Я коммуникабельный, так что посетители не скупились на чай: оставляли больше 10%, иногда под 30%, а бывало и 100%. В общем, мне все нравилось, но летом пришлось уволиться для того, чтобы съездить к родителям в Барановичи, а осенью вакансий уже не было.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Евгения Штейн. Фото: Анна Иванова, Владислав Борисевич, архив героев публикации