«Женщины боялись звонить в милицию среди ночи: вдруг заберут детей?» В Минске говорили о домашнем насилии

 
23 286
28 ноября 2017 в 17:59
Источник: Полина Шумицкая. Фото: Максим Малиновский

«Первые встречи по этой теме проходили, страшно сказать, 20 лет назад. Страшно потому, как медленно все двигается в Беларуси», — сказала сегодня о домашнем насилии председатель международного общественного объединения «Гендерные перспективы» Ирина Альховка. Onliner.by не остался в стороне — читайте наш новый цикл статей под названием «Насилие рядом». А сегодня — подробности встречи дипломатов, представителей МВД, МИДа и Минтруда в гостинице «Пекин». Разговор шел о начале информационной кампании «Не молчи! Останови насилие в семье!».

По словам начальника главного управления охраны правопорядка и профилактики милиции общественной безопасности Министерства внутренних дел Романа Мельника, назвать точное количество жертв насилия в нашей стране очень сложно, ведь есть официальная статистика, а есть сотни случаев, о которых женщины предпочитают молчать.

— В этом году от рук близких в Беларуси погибло 96 человек. Много это или мало? Для меня это запредельная цифра. Еще 155 человек получили тяжкие телесные повреждения. По нашим подсчетам, эту цифру из-за латентности можно умножать на 4—5. Проблема накладывает неизгладимый отпечаток на семейные отношения, ценности, оставляет на всю жизнь шрамы детям, которые становятся свидетелями насилия. Дети начинают воспринимать насилие как обыденность, — заключил Роман Мельник.

Какие способы защиты сегодня есть у женщин? В первую очередь — это защитное предписание. С его помощью, например, можно запретить агрессору в течение 30 суток жить в совместной квартире. Но, как показывает практика, женщины редко пользуются такой мерой. А даже если и пытаются, то в реальности это трудноосуществимо.

Большие надежды представитель МВД возлагает на закон «О противодействии насилию», который должен быть принят в ближайшем будущем. Но точные даты никто по-прежнему не называет. Сейчас в министерстве работают над текстом, над законодательными нормами. Впереди — стадия согласования.

По словам замминистра труда и социальной защиты Александра Румака, важно не только помочь человеку, ставшему жертвой насилия, но и минимизировать риски попадания в эту категорию. Ну а если инцидент все-таки произошел, то можно обратиться в один из 146 центров социального обслуживания населения по всей стране. Кроме того, работают специальные кризисные комнаты для женщин, подвергшихся домашнему насилию. Там можно жить с детьми, получить помощь юристов и психологов. О чем в министерстве не скажут, так это о том, что количество женщин, которым нужна помощь, гораздо больше, чем такие кризисные комнаты реально могут вместить.

Страновой директор ЮНФПА для Беларуси Каспар Пик вспомнил трагичную историю, которая положила начало Международному дню борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин. 25 ноября 1960 года в Доминикане были жестоко убиты три женщины-активистки.

— Насилие в отношении женщин и детей — это в первую очередь нарушение прав человека. Мы должны рассматривать это не только как нечто, что происходит дома, как частный случай, когда муж бьет жену. Нет. Насилие происходит везде — в клубах, ресторанах, всюду, где соприкасаются мужчины и женщины. Насилие — это способ коммуникации. Иногда люди смеются: «Ну что такое экономическое насилие?» А оно существует. Мужчины запрещают женщинам искать работу, чтобы те полностью зависели от них в денежном смысле. Так что насилие — это очень широкое понятие. Какие-то его формы являются криминальными, а другие — нет. Но это тоже насилие, — подчеркнул Каспар Пик.

— Очень часто люди говорят, что я занимаюсь этим, потому что у меня две дочери. На самом деле нет. Это не о том, мужчина ты или женщина, есть у тебя дети или нет. Это о том, что ты человек! Самая важная вещь — верить женщинам, когда они говорят: «Со мной это произошло». Доктора, милиционеры, судьи привыкли не верить женщинам — это серьезная проблема. Люди верят мужчинам, а не женщинам. Если 20 мужчин скажут в отношении женщины «проститутка», то она будет считаться проституткой, а если 20 женщин скажут в отношении мужчины «насильник», то он не насильник. Вот в чем проблема, — прямо сказал Каспар Пик.

Чрезвычайный и Полномочный посол Великобритании Фионна Гибб рассказала журналистам, что проблема домашнего насилия — это не исключительно белорусская проблема. Подобное происходит во всем мире, в том числе в Великобритании.

— Я абсолютно согласна с Каспаром Пиком, когда он говорит, что это в первую очередь вопрос прав человека. Я была в минском приюте для женщин на прошлой неделе. И вижу, что очень большая работа уже проделана. Но многое еще предстоит сделать. Женщины садились рядом со мной и говорили, что боялись звонить в милицию среди ночи, так как волновались, что у них отберут детей. В то же время женщины в приюте, которые говорили со мной, точно видят прогресс в стране в отношении борьбы с домашним насилием. И я рада, что мое правительство может поддержать такую работу, — говорит госпожа Гибб.

Чрезвычайный и Полномочный посол Швеции Кристина Йоханнессон огорчила: даже в этой благополучной скандинавской стране есть 2-процентный рост причинения женщинам телесных повреждений. Сейчас в Швеции действует новая национальная стратегия. Это долгий путь, рассчитанный на десять лет. Если раньше много занимались мерами безопасности, приютами для женщин, то сегодня больше внимания отведено мужчинам и их роли в происходящем.

— Когда правительство Швеции объявило себя феминистическим правительством, многие партнеры нас поначалу не понимали. Речь же идет о том, что вопросы гендерного равноправия — это национальная ответственность, — подчеркнула Кристина Йоханнессон.

Ирина Альховка напомнила, что в Минске есть два общественных приюта, которые работают с женщинами, пострадавшими от домашнего насилия. Кроме того, всегда можно позвонить на горячую линию для пострадавших от домашнего насилия — 8-801-100-88-01 или написать на сайт ostanovinasilie.org.

В разговоре с корреспондентом Onliner.by Ирина Альховка прокомментировала еще один вид насилия над женщинами — sexual harassment. Речь шла о читательской реакции на недавнее большое интервью.

— Любое насилие существует, в том числе потому, что этому способствует общественное мнение. Когда общественное мнение на стороне агрессора, то все говорят: «Да ну, разве это плохо? Разве это насилие — погладить женщину по коленке, обнять? С нее что, корона упадет? У вас что, нет чувства юмора?» До тех пор, пока общественное мнение будет толерантно к проявлениям насилия, процесс изменения культуры будет двигаться очень медленно. Очень часто насилие происходит потому, что культура если это и не поощряет, то молчит. В этом смысле общественное мнение будет очень долго меняться. Оно неповоротливое, негибкое. Культурные нормы повторяются и в сексистской рекламе. Это тоже часть контекста. Или то, что я читала в комментариях: «Дождетесь того, что будете сами сумки из супермаркета носить». А разве женщины сейчас этого не делают? Я вижу, как сильно общественное мнение влияет на ситуацию, потому что жертва насилия будет молчать из страха быть осмеянной.

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Источник: Полина Шумицкая. Фото: Максим Малиновский
Без комментариев