Настоящие люди. Репортаж о хирургах, которые спасают детские жизни в операционной

 
26 февраля 2015 в 8:00
Автор: Полина Шумицкая. Фото: Максим Малиновский

«Печально об этом думать, но в глазах большинства людей мы сейчас превратились в „сферу обслуживания“», — констатирует талантливый гродненский хирург Александр Хмеленко. Обладатель самого высокого балла на курсе, президентский стипендиат, к 33 годам он успел пройти стажировки в Австрии, Германии, Чехии, Италии, Польше и стать заведующим отделением. За год Александр делает около двухсот операций детям с аппендицитом. Еще шестьдесят новорожденных с пороками развития нуждаются в его помощи в первые часы жизни. Пятьдесят детей он спасает от ожогового шока. Столько же маленьких пациентов — от кишечной непроходимости. 360 человеческих жизней в год — и это только у одного врача! 360 людей, которые живут, дышат, любят и радуются жизни! Разве возможно вписать эту миссию в контекст «сферы обслуживания», где «клиент всегда прав»? Ответ очевиден. Репортаж Onliner.by из хирургического отделения Гродненской областной детской клинической больницы читайте в рубрике «Изнутри».

«Мы должны помогать людям вне зависимости от того, какие у них болезни и какова вероятность выздоровления. Это даже не работа, а призвание врача. Никому никогда не откажем в помощи, не скажем: „Операция бесполезна, через неделю ваш ребенок умрет“», — объясняет свою позицию заведующий отделением экстренной хирургии Александр Хмеленко. Такие жизненные принципы даются непросто: за словами врача стоят дни и ночи в операционной, где лечение одного пациента длится от получаса до бесконечности.

«Работа в экстренном отделении никогда не прекращается. Если зашел в операционную — все, оттуда уже не уйдешь, детей не оставишь. Кровотечение или возраст в несколько месяцев — это очень опасные факторы. В таких случаях нельзя терять ни минуты», — хирург с 40-летним стажем Казимир Бык знает, о чем говорит.

Казимир Станиславович начинал практику в «провинции» в далеком 1976 году, когда в помощь хирургу был разве что рентген. Теперь, конечно, времена изменились. Новый хирургический корпус в Гродненской областной детской больнице открылся меньше года назад и уже позволил врачам сделать сотни лапароскопических операций. Суть этого метода в том, что делать на теле пациента разрезы, как раньше, не нужно. Достаточно ввести инструмент через небольшие проколы. Все свои манипуляции хирург видит с помощью камеры с большим — десятикратным — увеличением. Этот метод позволяет обойтись без рубцов и шрамов. А еще его можно применять к младенцам, которым всего 10—12 часов от роду. Другой важный момент — пациентов можно выписывать из больницы гораздо раньше, поскольку операции не такие травматичные.

Александр Хмеленко с гордостью показывает новую современную операционную, одну из четырех: «Лучше, чем в Регенсбурге, Милане, Зальцбурге и Граце! Например, система фильтров подает чистый воздух, уменьшая количество бактерий в сто раз!» Честно говоря, журналисты Onliner.by с некоторой долей волнения приблизились к операционному столу. Все стерильно, гладко, начищено до блеска, высокотехнологично. Мониторы встроены в стены — по последнему слову телемедицины. И все же место на грани жизни и смерти пугает человека, далекого от врачебных реалий. Хочется поскорее покинуть эту комнату с ярким светом и острыми лезвиями.

«Ваше желание абсолютно закономерно. На прощание мы желаем нашим пациентам не болеть и к нам никогда больше не попадать», — говорит хирург экстренного отделения.

Еще одна гордость гродненской больницы — специальная кровать с «эффектом невесомости». Это очень дорогое (стоит около $100 тыс.) и нужное оборудование. Только оно спасает от боли и последующих рубцов пациентов с тяжелыми ожогами, когда пламя калечит бо́льшую часть тела.

«Лежишь себе такой, паришь», — улыбается 14-летний Никита из города Ивье. Парень больше месяца провел в реанимации, пережил десять операций и только сейчас идет на поправку. Всему виной детская шалость: вместе с друзьями школьник поджег бутылку растворителя. Жидкость взорвалась прямо в руках у мальчугана — больше 80% тела было обожжено.

«Никита — один из наиболее тяжелых ожоговых пациентов. Но, будем надеяться, все самое тяжелое уже позади. Сейчас парня ждет реабилитация, заживление рубцов», — с оптимизмом смотрит на лечение своего пациента Александр Хмеленко.

Жизнь постоянно подбрасывает хирургам неожиданные испытания. Ну как, например, можно было представить, что мальчик, который отправился с папой в лес собирать ветки для костра, упадет прямо на нож?

«Мы верим в закон „парных случаев“. Поступает ребенок с аппендицитом — знай, что в тот же день будет еще один такой пациент, — объясняет Казимир Бык. — Так было и с редкими ранениями в сердце, которые произошли буквально с разницей в сутки. Первым пациентом стал трехлетний Саша, которому из сердца достали маникюрные ножницы. Вторым — 14-летний парень, который неудачно упал на нож в лесу. Оба мальчика выписаны с выздоровлением».

В отделении плановой хирургии, возможно, ритм работы не так сильно давит на врачей. И все же 1540 больных за год не могли бы жить полноценно без помощи умелых медиков. Врожденные пороки развития, грыжи, варикозные расширения вен — от всего этого страдают даже самые маленькие дети.

«Я делаю около трехсот операций в год, — подсчитывает заведующий отделением Ян Салкевич. — Благодаря новому оборудованию качество лечения значительно улучшилось. Весь смысл в том, что теперь мы можем выписывать пациентов без косметических дефектов».

Для хирурга самое лучшее вознаграждение за нелегкий труд — это искренняя благодарность пациента. Потому что с зарплатами медиков в Беларуси все обстоит печально. Последняя статистика, которая говорит об увеличении окладов, обманчива: инфляция съела все те рубли, которые министерство старательно прибавило к жалованию врачей. Соотношение количества «зайчиков» к количеству спасенных жизней никак не сходится.

— Александр, вы отлично говорите по-английски, со стажировками объехали пол-Европы, стали членом Европейской ассоциации детских хирургов и Европейской ассоциации урологов. Не хуже меня знаете, что в той же Германии, например, получали бы за свою работу не меньше €6 тыс. Почему вы остались в Беларуси?

— Прозвучит банально, но деньги — это не главное. Я люблю свою профессию, иду в больницу с удовольствием. Операции — это самая интересная часть моей работы, совсем не то что административная часть, которую приходится выполнять. К тому же я родился и вырос в Гродно — почему должен отсюда уезжать? И если вы говорите о зарплатах, то в Беларуси все работают в одинаковых условиях. Разве это причина не помогать людям? — убежден Александр Хмеленко.

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Полина Шумицкая. Фото: Максим Малиновский
Без комментариев