Суд по делу «Экомедсервиса»: в операционной был еще один аппарат искусственной вентиляции легких, но им не воспользовались

Во время операции Юлии Кубаревой в операционной находился еще один аппарат искусственной вентиляции легких. Об этом стало известно сегодня во время опроса в суде врача-анестезиолога Александра Шурова, передает из зала суда БЕЛТА. Аппарат был предназначен для проведения кратковременных операций. Однако после сбоя основной аппаратуры им не воспользовались.

Вместо этого Александр Шуров осуществлял ручную вентиляцию легких пациентки при помощи мешка Амбу вплоть до наладки основного оборудования. По его словам, настраивать и подключать другой аппарат в момент сбоя не было времени. А поскольку на устранение сбоя аппарата ушло сравнительно немного времени — необходимость в использовании другого аппарата отпала.

Врач-анестезиолог отметил, что ни разу не говорил генеральному директору центра Галине Волжанкиной о неисправностях аппаратуры, о том, что она нуждается в ремонте или замене. При этом стеклянная колба аппарата искусственного дыхания, который работал и дал сбой во время операции Юлии Кубаревой, была повреждена и заклеена скотчем. Это было известно и врачу-анестезиологу, и ассистировавшей ему медсестре. После повреждения колбу не заменили, в таком состоянии аппарат работал на протяжении достаточно большого числа операций с ноября 2012 года по март 2013 года. «Это мое упущение. Я посчитал, что герметичность аппарата не нарушена и его можно использовать», — признал подсудимый. По его словам, о поврежденной колбе должна была сообщить техническому персоналу медсестра, однако и она этого не сделала.

Александр Шуров после операции Юлии Кубаревой просил коллег не говорить ни с кем о случившемся. Сам он доложил гендиректору Галине Волжанкиной о том, что во время операции произошел сбой аппаратуры, только после того, как в медцентре началось внутреннее расследование причин произошедшего. Александр Шуров рассказал, что уже на второй день расследования руководству центра было известно о том, что за несколько дней до проведения операции был перекрыт кислород в системе подачи медицинского центра. Однако, как утверждает врач-анестезиолог, перед проведением операции Юлии Кубаревой он проверил наличие кислорода в системе подачи, и он был.

После операции врач-анестезиолог трижды заходил к пациентке. Он утверждает, что девушка реагировала на его просьбы: открывала глаза, поворачивала голову. При этом Александр Шуров затруднился вспомнить, во время какого своего посещения он увидел, что пациентка спит.

Дежурным врачом после операции в медицинском центре, по словам Александра Шурова, был хирург, проводивший операцию Юлии Кубаревой. Однако после операции он уехал из медцентра. Хирург же должен был быть лечащим врачом Кубаревой. Уезжая, хирург осведомился у врача-анестезиолога о состоянии пациентки: «Что-то она не просыпается, может, что не так?» На это Александр Шуров ответил: «Пациентка проснется через час, я с ней остаюсь и прослежу за всем».

Напомним, в суде Октябрьского района города Минска продолжилось рассмотрение уголовного дела по факту смерти пациентки «Экомедсервиса» Юлии Кубаревой. На скамье подсудимых — бывший генеральный директор центра Галина Волжанкина, анестезиолог-реаниматолог Александр Шуров и главный инженер инженерно-эксплуатационного отдела Вадим Лихута. Родители умершей девушки подали иск о возмещении материального и морального вреда. Размер иска — 5 млрд рублей за причинение морального вреда и 10 млн рублей за причинение материального вреда от каждого истца. При этом суд постановил наложить арест на имущество «Экомедсервиса» на сумму более 10 млрд рублей.