Мать Мария Вишневецкая: сахар может упасть настолько низко, что ночью я потеряю сына — это самый большой страх в моей жизни

37 438
485
14 ноября 2019 в 8:00
Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак

Мать Мария Вишневецкая: сахар может упасть настолько низко, что ночью я потеряю сына — это самый большой страх в моей жизни

Мария Вишневецкая — замужем, мать двоих детей. Мальчик Михаил восьми лет и девочка Анна — ей почти два года. 8 мая 2014 года Мише поставили диагноз — сахарный диабет первого типа.
Давайте поговорим об ответственности родителей за своих детей. Героиня нашего сегодняшнего сюжета в буквальном смысле отвечает за каждый прожитый день своего сына. Восьмилетнему Мише пять лет назад поставили тяжелый диагноз — сахарный диабет первого типа, и с этого момента его жизнь стала напрямую зависеть от правильной дозы инсулина, которая должна вовремя поступить в его организм. Если этого не произойдет, последствия могут быть очень тяжелыми. За тем, чтобы беды не случилось, круглые сутки, неотрывно следят его мама и папа.

Благодаря подвигу, который ежедневно совершают родители Миши, их сын не чувствует себя в чем-то ограниченным. Он ходил в обычный детский сад, теперь учится в обычной школе. Миша — счастливый мальчишка, которому очень повезло с родителями. У Миши есть собратья по несчастью: по состоянию на прошлый год в стране зарегистрировано более 2 тысяч детей, больных сахарным диабетом первого типа, у этих детей тоже есть родители, которые ежечасно буквально держат в руках жизни своих сыновей и дочерей. Сегодня — Всемирный день борьбы с диабетом, мы предлагаем вам послушать, как эта болезнь может изменить жизнь человека и всех его близких.

Вот лишь некоторые цитаты из этого видеомонолога:

  • Сахарный диабет первого типа значит, что у человека в организме нет своего инсулина. Из-за этого получается, что в организме сахар есть, а клетки его не получают — и человек просто может медленно умирать.
  • Когда доктор сказала диагноз сына, у меня был шок. Я не понимала, что происходит, как с этим жить. Ребенок был вялым, он ел свою любимую еду, и от этого ему становилось только хуже. Я плакала, плакала, плакала. Мне казалось, что жизнь окончена.
  • Мы не спали ночами, потом спали по очереди, мерили сахар по 25 раз в сутки. Представьте: 25 раз проколоть палец двухлетнему ребенку. Его пальцы были исколоты «в хлам».
  • На несколько месяцев я ушла в глубокий аут, но все же удалось из него выйти. Я заново научилась готовить. Взвешиваю все продукты, мне надо понимать, сколько в них углеводов, и, исходя из этого, рассчитать дозу инсулина.
  • Три года назад мы поставили Мише инсулиновую помпу — специальное устройство, которое автоматически поставляет ему инсулин, но программируется оно человеком. Можно сказать, что я программирую искусственную поджелудочную железу для своего ребенка. Эти коэффициенты я подобрала, исписав множество тетрадок с наблюдениями. Благодаря этому я могу не смотреть на показатели сахара некоторое время… Часик-два.
  • Его жизнь в моих руках каждый день. Сахар может упасть настолько низко, что ночью я потеряю сына — это самый большой страх в моей жизни. Показатели упадут ниже критической отметки, а я вовремя не проснусь. С этим страхом очень тяжело жить.
  • У Миши на ягодицах постоянно стоит катетер, на руке — мониторинг сахара крови, на поясе прикреплена помпа. Спрашиваю его: «Тебе это мешает?» Он отвечает: «Мне, наоборот, классно — я чувствую себя киборгом». У меня очень смелый ребенок.
  • Я сделаю все, чтобы мой ребенок жил. Он будет здоров, у него будет семья, у меня — внуки и правнуки. Миша доживет до глубокой старости абсолютно здоровым человеком. Это моя цель.

Читайте также:

Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook и присылайте свои истории и размышления. Самые яркие из них могут стать темой для следующей колонки!

Наш канал в «Яндекс.Дзен»

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак