Археолог Олег Иов: когда для меня будет закрыт вопрос с Куропатами?
2437
08 апреля 2019 в 8:00
Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак . Фото: Александр Ружечка
Археолог Олег Иов: когда для меня будет закрыт вопрос с Куропатами?
Олег Иов — кандидат исторических наук, старший научный сотрудник отдела археологии Средних веков и Нового времени Института истории НАН Беларуси. Работает археологом более 30 лет. Принимал участие в первых раскопках, проводившихся на территории Куропат, а также руководил археологическими раскопками во время проведения 4-го расследования по делу о Куропатах.
В июне 1988 года, когда я был аспирантом Института истории, в газете появилась статья Зенона Позняка и Евгения Шмыгалева, в которой впервые было рассказано о расстрелах в Куропатах. После этой публикации была сформирована следственная группа, в которую вошли в том числе археологи. Одним из этих археологов, в помощь Зенону Позняку, направили меня. Надо напомнить вам, что итоги первого расследования были однозначными: в Куропатах находятся места массовых захоронений людей, расстрелянных НКВД в 1937—1940 годах. Все они — жертвы сталинских репрессий.

После было еще два следствия, потому как однозначные результаты о том, что люди, расстрелянные в Куропатах, жертвы именно сталинских, довоенных репрессий, были очень неприятны для некоторых. Несмотря на многочисленные доводы, факты и доказательства, оставались люди, которые отказывались верить, что Куропаты — памятник геноциду собственного народа.

Подверглись сомнениям результаты расследования и в третий раз. Тогда, в 1997 году, было принято решение возобновить расследование уже в четвертый раз — вопросом занялась военная прокуратура. В расследовании участвовали группы следователей КГБ, криминалистов, судмедэкспертов. В качестве руководителя экспертной группы археологов назначили меня, тогда уже кандидата наук, старшего научного сотрудника Института истории.

Наверное, надо признаться, что я не горел желанием заниматься этим делом, но на тот момент в институте решили, что моя кандидатура — как человека, который уже принимал участие в первых раскопках почти десять лет назад, — будет наиболее логичной. Буду честен — у меня и у моих коллег были опасения, что на нас будет оказываться давление, то есть нас будут подталкивать к выводам, что расстрелами в Куропатах занимались немцы во время Великой Отечественной войны.

Я решил, что терять мне нечего и что правду буду отстаивать до последнего. Скажу откровенно — был даже удивлен тому, насколько профессионально и беспристрастно провела это расследование военная прокуратура. Вот вам только один факт: после раскопок каждой могилы все эксперты и члены следственной группы расписывались в протоколе, подтверждая, что согласны со всеми изложенными в нем фактами и не имеют никаких дополнений. Расписывались в этом протоколе в том числе и члены общественной комиссии, которая, собственно, и инициировала неоднократное возобновление расследования.

Результаты оказались теми же самыми, что и ранее. Никаких сомнений — расстрелы в Куропатах проводились в 1937—1940 годах сотрудниками НКВД. Эти выводы были сделаны в который раз, на основании многочисленных показаний свидетелей, собранных документов. Лично для меня, как для археолога, неоспоримым фактом стало то, что в захоронении весь комплекс из сотен предметов указывал на конкретный временной промежуток — с 1937 по 1940 год. Не было ни одного артефакта, который можно было бы считать изготовленным позже 1940 года.

Были найдены две гильзы от немецких пистолетов — «Вальтера» и «Браунинга». Но и эти гильзы были датированы довоенными годами. При этом в деле имелись документы, подтверждающие, что сотрудники НКВД в своей «работе» использовали различное, в том числе немецкое оружие.

Мало того, некоторые могилы из 15 раскопанных нами по предметам можно датировать конкретно 1937, 1938, 1939 и 1940 годами. То есть их «заполняли» именно в этот временной срок, что видно по монетам, обуви, расческам, посуде и т. д.

Пока нам известны имена всего двух людей, расстрелянных в Куропатах. Их смогли идентифицировать по справкам, сохранившимся в портмоне, — это были бланки об изъятии ценностей в тюрьме. Справки напечатаны типографским шрифтом и заполнены карандашом от руки. Датируются они летом 1940 года — именно в это время их владельцы, Мойша Иосеевич Крамер и Мардыхай Шулькес, были привезены в Куропаты из гродненской тюрьмы и расстреляны.

До сих пор идут жаркие дебаты о количестве людей, захороненных в Куропатах. Лично я уверен, что цифра эта составляет примерно 30 тысяч. На такие мысли меня наводят простые арифметические расчеты: полагаю, что мы правильно очертили границы захоронений. Внутри этих границ около 400—450 углублений, каждое из которых, скорее всего, захоронение. В 15 могилах, вскрытых нами, были обнаружены останки 971 человека. Думаю, что нехитрая математика приведет вас к определенным выводам.

Что такое Куропаты для Беларуси? Это в первую очередь памятник сталинского террора, массового уничтожения собственных граждан в 1930-е годы. В этих могилах оказались самые разные белорусы. Достоверно известно, что там были католики, православные, иудеи и мусульмане. Мы находили десятки пенсне и очков (то есть в могилах много интеллигенции), а также крестьянские лапти и резиновые бахилы, сшитые из автомобильных покрышек. Есть могилы с многочисленными польскими вещами (1939—1940 годы), есть исключительно с советскими (1937—1938 годы). В Куропатах похоронены представители каждого уголка Беларуси, люди из всех социальных слоев.

Я считаю, что с каждым годом Куропаты приобретают для всех нас все более особенное значение. Они стали нервным узлом нашего общества, на который постоянно давят, который болит, не дает успокоиться, напоминает о важных нерешенных вопросах день ото дня. Мы понимаем, что эта проблема требует кардинальных и решительных мер. Надо констатировать, что только полная ясность относительно происходившего там даст возможность примириться тем, кто еще готов спорить до хрипоты в голосе, до истерических ноток и действий.

Надо ли навести в Куропатах порядок? Однозначно это необходимо сделать. Но любые действия в отношении Куропат со стороны власти, на мой взгляд, должны быть предельно корректными и осторожными.

Я считаю, что вопрос с Куропатами можно будет считать закрытым, когда там наконец установят памятник, на котором будет черным по белому написано: «в этом месте находятся массовые захоронения граждан, расстрелянных во время сталинских репрессий 1937—1940-х годов», а не дипломатичное: «жертвы политических репрессий 1930—1940-х годов».

Уверен, что вопрос с Куропатами будет закрыт, когда будут обнародованы материалы последнего нашего расследования, проведенного в 1997 году, а также архивы КГБ, которые в том числе позволят определить имена еще кого-то из расстрелянных.

Сказать, когда это произойдет, не берусь. Но очень надеюсь, что доживу до этого момента. Лично для меня эта история тянется уже 30 лет.

Читайте также:

Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook и присылайте свои истории и размышления.
Самые яркие из них могут стать темой для следующей колонки!

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак . Фото: Александр Ружечка