30 июля 1980 года под ласковым взглядом Олимпийского Мишки на Играх в Москве соревновались прыгуны с шестом. Поляк Владислав Козакевич победил с новым мировым рекордом — 5,78 метра. Советский спортсмен Константин Волков, на которого ставили практически все, тогда прыгнул на 5,65 метра и разделил второе место с другим поляком, Тадеушем Слюсарским. Да, спустя четыре года Волков на соревнованиях «Дружба-84», организованных в Москве для СССР и его сателлитов вместо Игр-1984, с результатом в 5,80 победил мирового рекордсмена Сергея Бубку, но олимпийское золото так и осталось недосягаемой мечтой.

Сын Константина, Матвей Волков, появился на свет почти спустя четверть века (в марте 2004-го) — и сейчас говорит, что страсть к прыжкам с шестом в нем разожгла именно та обида за отца. Юношей он бил мировые рекорды в своих возрастных категориях, а месяц назад установил и белорусский — 6,01 м на чемпионате страны в помещениях.

Наш рекордсмен сразу попал в мировую элиту — в «клуб шести», то есть в число шестовиков, хоть однажды за всю карьеру преодолевших высоту в 6 метров.

Волков в нем стал 30-м по счету, и лишь 16 человек из этого топа когда-либо прыгнули выше него.

На Олимпиаде Волков-младший с таким результатом претендовал бы на медаль, но пока 22-летний спортсмен мечтает совсем не об этом.

«Маленьким думал: у Козакевича будут дети — и я их перепрыгну»

Казалось, сама судьба велела маленькому Матвею пойти тернистой спортивной дорожкой: отец — олимпийский призер, мать — спортивный психолог, дедушка и бабушка по папиной линии — заслуженные тренеры. Но мальчика никто не подталкивал — выбор он сделал сам.

— В детстве моим любимым видео на «Ютубе» была запись Олимпиады-1980 — соревнования по прыжкам с шестом, где выступал мой отец, — объясняет свою страсть к виду спорта Матвей. — Он боролся за медали с поляком Козакевичем, который в итоге победил с новым мировым рекордом — 5,78 метра.

Папа проиграл — и эту сцену сняли так, что для меня, шестилетнего, она вышла душераздирающей. Я сидел и понимал, что хочу всех перепрыгнуть за отца. Своей детской головой я тогда думал: «По-любому у Козакевича будут дети, которые будут заниматься прыжками с шестом, — и я их перепрыгну». Дочки Козакевича пошли другой дорогой.

Но выше отца я уже прыгнул.

До седьмого-восьмого класса Матвей держал в уме врачебную карьеру (родственники мальчика по маминой линии работают в медицине), но в подростковом возрасте понял: нужно сконцентрироваться на прыжках. Вдобавок занимался акробатикой и рукопашным боем, но лишь для общего развития: другие виды спорта помогали улучшать необходимые шестовикам координацию, ловкость, гибкость и скорость — ими отец разбавлял тренировочную программу.

Для Константина Волкова сын стал поздним ребенком: к его появлению на свет олимпийскому призеру уже было 44 года.

— У нас с родителями очень теплые отношения. Думаю, я действительно стал главным проектом в жизни отца после 44 лет. Как в бизнес-плане, так и в философском: он желал воспитать достойного сына. В таком возрасте у человека за плечами накапливается огромный жизненный опыт и желание передать его. Папа всю жизнь в меня вкладывал, вкладывает и, надеюсь, будет вкладывать.

Мать парня начинала карьеру не в спорте. В родном Иркутске Евгения Волкова работала в медицине, сейчас применяет свои наработки в сборной Беларуси по плаванию. Среди ее подопечных — двукратный чемпион Европы Илья Шиманович. Матвей признается: мама хорошо объясняет ему психофизиологию, учит воспринимать себя с научной точки зрения.

— Один из самых важных посылов мамы: мы там, где наше внимание, — рассказывает спортсмен. — Это и о жизни в моменте, и о том, чтобы быть в ресурсе. Мама это повторяла и учила меня разными способами переключаться, направлять внимание. С возрастом у меня все лучше и лучше получается делать это: становиться более сфокусированным, сконцентрированным на том, чем я занимаюсь.

— В недавно вышедшем российском фильме «Первый на Олимпе» о советских гребцах прозвучала фраза: «Мили делают чемпионов». А что делает чемпионов в прыжках с шестом?

— Осознанный подход к делу. Сделать сто или тысячу прыжков для этого мало, нужно еще и пропускать через голову каждую попытку, размышлять, где допущена ошибка.

Необходимо всегда включать голову, а это самое тяжелое.

«За шесть лет Минск стал родным. Как и белорусы»

В коронавирусный 2020-й Волковы сменили родной Иркутск на Беларусь. Их родной регион знаменит белорусской диаспорой: во времена столыпинской реформы в Сибирь в поисках лучшей жизни переехало около 1,5 млн выходцев с нашей земли. У Матвея далекие белорусские корни в семье есть, но ключевым фактором в выборе стали не они, а отношение к спорту в Беларуси. Шестовик подсчитывает: в одном только Минске три легкоатлетических манежа, а на всей территории России за Уралом их максимум шесть.

Когда семья решилась на переезд, мальчику только исполнилось 16.

— Очень благодарен родителям: переезд в другую страну ради ребенка — жесткий, серьезный шаг. Отцу тогда уже было 60 лет — хоть он и молодой по духу, но все равно подобное решение в таком возрасте достойно восхищения. Мать вообще считаю женой декабриста. Они совершили колоссальный подвиг: показали огромную, безусловную любовь ко мне, моему труду и моему выбору.

Даже то, что сейчас белорусские легкоатлеты отстранены от международных турниров, не заставило Волкова-младшего пожалеть о своем выборе. В конце концов, в похожей ситуации когда-то был и его папа: в 1984-м СССР бойкотировал Игры в Лос-Анджелесе — и это лишило Константина Волкова возможности второй раз побороться за олимпийское золото.

К тому же в Беларуси парень встретил любимую девушку — нашу известную синхронистку Василину Хондошко.

— Наверное, в какой-то другой стране я бы тоже мог раскрыться как профессионал, показать какой-то результат. Но там мне бы не удалось там глубоко вникнуть в местные процессы в жизни и спорте. И, конечно, я бы не встретил тех людей, с которыми познакомился здесь. Именно с человеческой точки зрения не жалею о своем решении.

— Рассуждая о Беларуси, ты сказал: «У нас». Со страной уже полностью срослись?

— Приехав в Иркутск два года назад, я гулял по городу и понимал, что это было по-другому. Я уже не ассоциировал себя с этим местом. Гуляя по Минску, напротив, ощущаю, что он действительно стал родным. Город для меня удобный, привычный. Я живу в самом центре, за эти 6 лет город действительно стал родным. Как и белорусы.

«Главная мечта — совсем не выиграть Олимпиаду»

Национальный рекорд стал важной промежуточной точкой для Волкова, но он уверен: допрыгнуть до своего потолка еще предстоит.

— Как только прыгнул 6,01, сразу же понял, что это не потолок. И я сейчас не кокетничаю — как специалист, это понимаю. Моя задача — планомерно, спокойно развивать то, что я уже умею, сделать хотя бы на процент лучше — и этого будет достаточно. Поэтому не думаю, что это мой максимум.

Эта планка — важный рубеж для каждого профессионального спортсмена. После него отметаешь былые заслуги, спускаешься с пьедестала и начинаешь работу заново. Спустя месяц, когда эмоции уже улеглись окончательно, появляется желание сделать упор на базовой подготовке: внести что-то новое в силовые и беговые тренировки. Хочется заново работать! И радует, что тенденция, которую мы наметили в зимнем сезоне, понятна для меня в техническом плане. Оттого и в будущее смотрю с позитивом: с точки зрения прыжка все складывается неплохо.

Нужно не растерять это и не стремиться сильно улучшить, поскольку лучшее — враг хорошего. Главное — соблюдать спокойствие, оставаться хладнокровным и со знанием дела продолжать тренировки. А как сложится дальше, будем смотреть по результатам.

Говоря о своих мечтах, Волков удивляет: это отнюдь не олимпийское золото.

— Я хочу быть крутым профессионалом именно в прыжках с шестом, чтобы мое имя, мой труд в первую очередь ассоциировали именно с этим видом спорта. Если мне когда-то удастся прыгнуть на Олимпиаде, буду очень рад. Но отсутствие подобных достижений никак не помешает мне исполнить свои мечты.

Наша главная задача — прыгать высоко, где бы это ни было. Главная мечта любого шестовика — побить мировой рекорд, а не выиграть Олимпиаду. А установить мировой рекорд ты можешь и в чемпионате Беларуси, что, кстати говоря, добавляет престижа национальным соревнованиям.

Горящие глаза, с которыми молодой спортсмен рассказывает о подготовке и научных подходах, не оставляют сомнений: по завершении карьеры его ждет тренерский путь.

— Тренерская профессия мне действительно очень интересна. Хочется быть и практиком, и теоретиком, и крутым спортсменом — проще говоря, очень-очень крепко связанным с прыжками. Это моя большая мечта, и я над этим работаю, стараюсь постоянно улучшаться. Но в первую очередь сейчас моя задача — быть спортсменом. Не думаю, что миллион долларов принес бы мне столько счастья, сколько прыжок на 6,01. А мировой рекорд будет стоить и миллиарда, не кривя душой.

Спецпроект подготовлен при поддержке ООО «Статускво», УНП 101011505.

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by