О ЧЕМ МЕЧТАЮТ ЖЕНЩИНЫ?Смотрите в большой подборке идей к 8 марта

(Имена некоторых героев материала изменены по их просьбе.)

История №1. Ира: «В телефоне мужа заметила сообщение от коллеги, оно было не по работе»

В браке Ира с Сашей живут 16 лет. Познакомились они во время совместной поездки на море с друзьями.

— Между нами, как говорят, проскочила искра. Встречались два года, затем поженились. На мне был весь быт, на Саше — финансы. Наши отношения были хорошими, и я искренне считала свой брак счастливым.

После рождения второго ребенка, по словам собеседницы, в отношениях возникло обоюдное охлаждение. Причина, как ей казалось, крылась в бытовой рутине: она выматывалась дома, Саша уставал на работе.

— Из нашего общения уходили теплота, нежность, романтика. Саша пытался вывести меня на диалог, но я избегала этих разговоров, когда нужно «доставать кишки изнутри». Хотелось просто спрятаться и побыть одной. Это сейчас я понимаю, что разговаривать необходимо, а тогда отметала любые виды «разгрузки», предложенные Сашей. Считала, что поездка на отдых или поход в кино без детей ничего особо не изменят. Ведь когда это накопленная усталость, то нужно в целом менять образ жизни. Я так и не смогла объяснить мужу, что ему попросту нужно больше времени проводить с детьми. Думала, что должна избавить его от ежедневной рутины, потому что он работает и тоже устает. Но это решение было неверным.

После выхода из декрета Ира долго не могла найти работу. Ощущение ненужности, говорит она, подрывало самооценку. Когда интересное предложение все же появилось, она с головой ушла в эту работу (наконец-то оценили!), отодвинув внутрисемейные отношения на второй план. Они с Сашей стали чаще ссориться, каждый замыкался в себе.

К лету 2024 года Ира поняла, что они с Сашей «ничего друг другу дать уже не могут», и предложила развестись. Для мужа это стало шоком.

— Тогда казалось, что я уже ничего не чувствовала и не понимала. Зачем, думала, нам этот брак? Но когда стала представлять, как мы будем друг без друга, меня накрыло. И я предложила попробовать все исправить.

Ира не подозревала, что в тот сложный период у Саши на работе появилась новая коллега — «молодая беззаботная девушка, которая всегда выслушает, улыбнется, поддержит».

— Впервые о существовании этой коллеги я узнала зимой, когда в нашем компьютере, которым мы оба пользовались дома, нашла сертификаты в загородный комплекс на свое имя и имя той девушки. Стоили они прилично, и я, конечно же, поинтересовалась у Саши, что это значит. Он был неубедителен. Я никогда не поверила бы, что мой Саша, такой благородный человек, способен на предательство. У меня было полное доверие к нему.

Ира наверняка ни в чем не была уверена, но подозрения делали свое дело, подтачивая и без того хрупкие отношения. Через полтора года Саша признался Ире о «влюбленности без интима»: душевные разговоры, поцелуи, прикосновения. Ира, тем не менее, посчитала это предательством.

— Мне до сих пор очень больно, когда я вспоминаю об этом, — говорит девушка и не может сдержать слез. — Признавать, что тебя променяли на кого-то, — это просто ужасно. Я ждала его с детьми, ничего не подозревая. Да, может, я и охладела, но все равно была уверена: он всегда выберет меня.

Саша все же выбрал семью, сказав коллеге, что не хочет отношений. Но резко оборвать связь, по словам Иры, он не смог: боялся обидеть.

Весной Саша предложил обратиться к семейному психологу. Поначалу Ира отнеслась к этому скептически, но согласилась. Постепенно их отношения стали налаживаться. В какой-то момент ей даже показалось, что у них все хорошо.

— Перед Новым годом мы с Сашей пошли на парный массаж. Я взяла его телефон, чтобы зайти в «Родительский контроль», и заметила, что ему от коллеги пришло очень личное сообщение. Впервые за 16 лет брака я позволила себе влезть в его телефон и почитать переписку. Это просто разорвало мне сердце. Было очень больно читать, как они общались, обсуждали повседневные вопросы, ее фотографии. В общем, там мало было дружеского.

Вечером того же дня последовал очень тяжелый разговор. Ира решила съехать с детьми, но не успела: из-за стечения обстоятельств ее квартира временно оказалась занята. Они остались.

— Саша все мне рассказал. После этого было очень много разговоров, мне важны были все детали и подробности. Некоторые вещи было особенно неприятно слышать. Да, было больно, но при этом многое вставало на свои места. Саша дал понять, что ему нужна только я, что он выбрал меня, — вспоминает Ира. — Мне же было так плохо и непонятно, почему она полезла в семью, зная, что там есть маленькие дети, что даже в какой-то момент желала ей смерти. Думала: как ты, такая-сякая, не можешь найти себе парня, ведь вокруг полно твоего же возраста? По той переписке видно было, как она на него давит, подкатывает. Просто ужас какой-то.

Ира и Саша помирились. По словам собеседницы, она поняла, что конфликт — обоюдная ответственность.

— Раньше я воспринимала все как должное, мне казалось, что Саша будет любить меня вечно. Теперь понимаю: это все можно потерять, если не прилагать никаких усилий в браке. Я простила ему измену. В той ситуации, уверена, виноваты были мы оба: с моей стороны — холодность, с его — слабость.

Саша, например, признавался, что коллега делала ему комплименты, говорила, как классно он выглядит.

— Для меня же это было нормой, и я не считала нужным говорить ему об этом ежедневно. Теперь понимаю, что и комплименты говорить надо, и нежность проявлять. Мы оба сейчас учимся этому, живем дальше, ходим на терапию. Конечно, я все еще проживаю эту боль, но надеюсь, что когда-нибудь меня отпустит.

Прошло всего пару месяцев после тяжелого разговора. Ира говорит, что у них определенно новый этап в отношениях, но делать выводы о том, что это не было ошибкой, пока рано.

— Я иногда подкалываю мужа по поводу измены, а он отвечает, что уже устал от этих шуточек. Объясняю, что так я проживаю это, поэтому он терпит. Теперь он часто говорит, что любит меня, а мне пока сложно сказать эти слова, поэтому я говорю: «Кажется, я тоже». Полностью доверять ему я пока не могу, но и в телефон больше не залезаю. Если меня что-то тревожит, я прямо говорю или спрашиваю. С той коллегой он старается больше не пересекаться и в принципе с той молодой компанией общается меньше. Теперь мы больше времени проводим внутри семьи.

Спустя два месяца я могу точно сказать, что мне стало легче. Я понимаю, что сломать все и уйти всегда можно успеть, а вот починить и заново все настроить сложнее. Конечно, все зависит от людей. Конкретно нам обоим это было нужно, и мы оба работаем над улучшением отношений: стали внимательнее друг к другу, стараемся меньше требовать и делаем приятное безвозмездно.

История №2. Катя: «Изменял даже до свадьбы, а я прощала»

Катя прощала измены Павла все десять лет, пока они были вместе. Их точное количество она назвать не может. Впрочем, точность здесь и не важна. О том, почему страх остаться одной сильнее здравого смысла и как найти в себе силы уйти с двумя детьми «в никуда», — в ее истории.

— Я из неблагополучной семьи, с 13 лет воспитывалась в интернате. Мы с Пашей стали встречаться, когда мне было 16, а ему — 19. После интерната мы стали жить вместе у наших знакомых.

Однажды Паша просто не пришел домой ночевать.

— Для меня это был жуткий стресс, я думала, что случилась беда. А оказалось, что он просто «загулял» с какой-то девчонкой. Когда вернулся, даже не извинялся — сделал вид, что ничего особенного не произошло. И я проглотила это. Через время ситуация повторилась, но я снова простила его. Мы даже поженились.

Когда девушке был 21 год, у пары родилась дочка, и тогда Кате казалось, что это может как-то остепенить Павла. Но увы: однажды он опять не пришел домой ночевать.

— Паша был из той категории людей, которые отрицают очевидное до последнего. Свои исчезновения он либо вообще не объяснял, либо говорил, что «завис у друзей», либо убеждал меня, что я все себе придумала. А я, как человек от него зависимый, до последнего надеялась: он вот-вот изменится.

Но Паша не изменился и после рождения второго ребенка. Он прятал телефон, допоздна «зависал» на работе в женском коллективе, а Катя все терпела.

— Мне просто было до ужаса страшно уходить в никуда с двумя маленькими детьми на руках. К тому же я все еще надеялась, что семья как-то остепенит его. Но время шло, а ничего не менялось.

Когда старшей дочке пары было 6 лет, а младшему сыну — 3, Катя все же решилась на разрыв: ресурса прощать очередную измену уже не было.

— И вот представьте: декрет закончился, работы нет, и тут я узнаю, что Паша опять мне изменяет. Предложила ему пожить отдельно, а он такой: «А давай!» Он как будто даже обрадовался, что я взяла ответственность за расставание на себя. Уже позже выяснилось, что у него давно были длительные отношения с другой девушкой.

Катя признается, что в тот момент она пришла к точке невозврата: даже простив очередную измену, она уже не смогла бы жить в постоянном стрессе и недоверии.

— Я просто убивала себя в этих отношениях. Павел был неисправим, и мне понадобились годы, чтобы принять это. И лишь пережив это все, я поняла, что нужно выбирать себя и не бояться уходить. И я со всем справилась: нашла работу, дети пошли в сад и школу, жизнь потихоньку наладилась. Тогда казалось, что это конец света, а на деле после расставания стало легче морально. Исчезло это вечное терзание: где он и с кем спит? Пожалела только об одном: что не ушла раньше.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Катя | Материнство ♡ • Продвижение • Блогинг • REELS (@ydali.katt)

Катя завела блог в Instagram и стала рассказывать там о пережитом ею опыте — не идеальной, а настоящей жизни. Сейчас у нее новая семья. Вместе с новым супругом они уже шесть лет. Собеседница признается, что самым сложным в новых отношениях было «заново научиться доверять мужчине».

— Для меня было нормой терпеть, прощать, забивать на себя. Но сейчас это совсем другие отношения.

История №3. Инга: «Узнала об измене, будучи на пятом месяце беременности»

Инга и Максим познакомились еще студентами. Поженились, когда ей было 24, а ему — 27. Спустя пять месяцев после свадьбы пара узнала, что ждет ребенка. Именно в этот период Инга впервые столкнулась с изменой мужа.

— Работа Максима была связана с командировками, он мог по три недели быть в разъездах. И вот как-то в соцсетях мне написала женщина, мол, Максим мне изменяет, и даже скинула какие-то скрины их переписки. Помню, было жутко обидно. Пока муж был в отъезде, я собрала вещи и, несмотря на беременность, ушла. На обеденном столе оставила «подарок» — распечатку той самой переписки, — вспоминает героиня.

Инга из тех людей, кто не умеет замалчивать проблемы. Когда муж вернулся, состоялся тяжелый разговор. Максим просил второй шанс, обещал уволиться с разъездной работы и посвятить себя семье.

— И я его простила: не хотелось растить ребенка одной.

После этой истории Максим предложил обвенчаться. Для Инги это было своего рода гарантией, что он одумался и все серьезно. На какое-то время в семье действительно наступил штиль. Все изменилось, когда пара ввязалась в стройку собственного дома. Чтобы сэкономить, им пришлось съехать со съемной квартиры к маме Инги.

— И вот там все началось: Максим стал задерживаться на работе, а любые мои претензии называл «выносом мозга». Он не понимал, что двое маленьких детей с разницей в три года — это тяжелейшая нагрузка, как физическая, так и моральная. Пока я пыталась разобраться, что происходит с нашими отношениями, Максим нашел утешение на стороне — у девушки на девять лет моложе.

Спустя три года дом был почти готов. Инга вложила в него все силы и мечтала поскорее переехать. День новоселья она запомнила навсегда — но совсем не так, как планировала.

— Максим приехал с водителем, высадил меня с детьми у порога и… просто уехал. Я осталась одна в пустом доме, вдали от города и родных. Как назло, начался ураган: валились деревья, выл ветер. В тот момент чувство одиночества стало просто невыносимым.

Прошло три месяца, но все было по-прежнему. Моя бабушка, услышав по телефону мой грустный голос, сказала: «Если тебе будет плохо, ты всегда можешь приехать ко мне и остаться». Я же не хотела, чтобы меня жалели и никому ничего не говорила.

Последней каплей, по словам Инги, стали сообщения от любовницы мужа.

— Это был уже край: писать мне, что я якобы над ним издеваюсь, отчитывать, что «плохо отношусь» к нему. На следующий день я подала на развод. Муж, кажется, до последнего думал, что я блефую.

Через пару дней Инга собрала детей и уехала к бабушке. В январе 2016 года их развели официально. После развода Инга осталась в одной комнате с двумя маленькими детьми. Работы не было, зато был кредит за тот самый дом, который она продолжала выплачивать.

— Дети были маленькие, я ничего им не объясняла. Родственники Максима были в ярости. Помню, как свекор не пускал меня даже во двор, когда летом приезжала повидаться с детьми. Но я не подавала на алименты и не запрещала отцу видеться с сыном и дочерью, — вспоминает героиня.

Все это время Максим жил с той самой девушкой. Но со временем Инга поняла, что их отношения подошли к завершению.

— Это стало понятно из ее гневных сообщений. Было видно, что у них что-то не заладилось и они расстались. Вскоре Максим уехал на заработки. Оттуда он начал писать мне: просил прощения, хотел вернуться.

В то время Инга заболела.

— Видимо, это и повлияло на мое решение [простить измену]. При этом я сказала Максиму: «Я не буду делать ровным счетом ничего». И это подействовало. Он взял все в свои руки: сам организовал переезд, перевез наши вещи в тот самый дом.

Несмотря на то что Инга вернулась в старые отношения, она замечает, что многое в ней изменилось. Раньше ей было страшно остаться одной и столкнуться с осуждением родных — теперь этот страх исчез. Она больше не пытается быть «хорошей для всех».

— Мне стало легче. Максим знает, что я больше не буду замалчивать проблемы. Мы с ним договорились: если история повторится, у него не будет ни семьи, ни дома. Я уеду навсегда. Теперь у меня есть бабушкина квартира — место, куда я могу вернуться в любой момент.

Что изменилось в жизни пары после измены? По крайней мере сейчас отношения стали теплее.

— Мы пришли к тому, что нужно разговаривать. У нас есть ритуал: разжечь камин и поговорить по душам. Если вы спросите, доверяю ли я ему на сто процентов, отвечу: нет. Но я научилась жить трезво, без иллюзий. Я доверяю себе и больше не чувствую себя жертвой.

У нас уже совершенно взрослая дочь, ей 18. Она как-то спросила: «Почему мы тогда уехали?» И я рассказала ей истинную причину. Ей было тяжело это слышать. Потом она сказала: «Мама, я очень люблю папу, но такого мужа себе бы точно не хотела».

Знаете, мы выросли в такое время, когда в семье не принято было проявлять свои чувства. Это в нас осталось. И сейчас мы стараемся исправить это, потому что обниматься, говорить друг другу приятные вещи важно и нужно.

— Повторно замуж не звал?

— Снова выходить замуж я не хочу. Мы обвенчаны — для нас этого достаточно.

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by