«Вы знаете, моя Вика ого-го какой была!» — глядя на дочь, улыбается Зоя из Борисова и рассказывает истории про парней, которые терпеливо дожидались свидания, и про любовь ее Вики к модным аутфитам. Но все изменилось в один вечер, когда 22-летняя девушка встала с дивана, вскрикнула от боли и схватилась за голову. Спустя несколько дней окажется, что причиной этого был инсульт. Потом случились еще два, кома и всего 1% вероятности, что Вика хотя бы выживет. Вопреки прогнозам, сейчас девушка активно пользуется соцсетями, помогает племяннице с домашкой, делает макияж и даже научилась кататься на велосипеде. Хоть, надо признать, все и сейчас непросто. Вместе с Microlife рассказываем историю «молодого» инсульта, медицинского чуда и стойкости, помноженной на два.
Читать на OnlínerВ квартире Вики в Борисове, где она живет с мамой, практически в каждой комнате установлены тренажеры самого разного назначения.
На стенах в рамках — фото Вики из «той жизни». Вот, например, красивая девушка в алом купальнике улыбается в камеру и кажется абсолютно счастливой. Других фото из тех времен еще много, но большинство лежат где-то в шкафу — до них все не дойдут руки, признается мама.
— Но моя Вика и теперь красивая, — с улыбкой говорит она.
Вика сидит на диване в компании своей любимицы — йорка Моники. На лице макияж, который девушка сделала сама. Разве что не получилось нарисовать стрелки: закончилась подводка. Прическу сделала мама, а окрашиванием волос занимается старшая сестра.
— Вика всегда была такой «цыпочкой»: очень красивая, высокая, длинные волосы, худенькая, ее даже приглашали в модели. Еще и постоянно носила каблуки — одни туфли я сохранила в шкафу, — улыбается мама Зоя. — Вика — наш третий ребенок, ее все пестовали. Со здоровьем все было хорошо. Так и жили.
Вика окончила школу, поступила в БГПУ: всегда хотела стать сурдопедагогом. На выбор, объясняет мама, повлияли истории двух девочек с особенностями слуха, с которыми Виктория хорошо общалась.
— И вот Вика училась, успевала подрабатывать, водила машину — словом, жила обычной жизнью. А потом случилась беда.
Однажды вечером Зоя вернулась домой с работы. Дочь сидела на диване и сказала маме, что сейчас пойдет в ванную.
— Вика встала, схватилась за голову и закричала: «Мамочка, голова болит!» На следующий день мы поехали в поликлинику, Вика была на ногах, нам сказали, что это остеохондроз в стадии обострения. Я потребовала направление в больницу — там тоже сказали про остеохондроз. Если бы я только знала, что это инсульт…
Уже после интервью Вика письменно ответила на несколько вопросов по ее истории. Мы дополняем материал цитатами без редактирования.
— Тот день я почти не помню. Помню только пронзительную боль в голове.
На следующий день Зоя снова пришла в поликлинику, чтобы попросить направление для дочери на госпитализацию: Вике было плохо. Сперва девушку направили пройти обследование у нескольких специалистов, но, как только Вика вышла из кабинета первого, у нее началась рвота.
— Мы решили поехать в Минск, чтобы платно сделать ребенку МРТ. Нас повез сын, и в машине дочку парализовало. Уже в больнице мне сказали, что «у девочки инсульт», — Зоя делает паузу. — Моя дочь дважды была на том свете. Есть человек, которому я буду благодарна до конца жизни: нейрохирург, доктор медицинских наук, профессор Юрий Георгиевич Шанько. Он дважды вытащил Вику, благодаря ему, я уверена, сейчас она все понимает.
Что конкретно стало причиной первого инсульта, говорит мама, они не знают до сих пор.
Но на этом все не закончилось. Спустя время у девушки случилось еще два инсульта. Что стало причиной второго, родители не знают, но совсем плохо стало, когда у Вики произошел разрыв кавернозной ангиомы головного мозга — врожденного аномального сплетения сосудов. Это привело к третьему инсульту и отеку мозга.
— Скорая приехала за 7 минут! Все еще помню бригаду — эти молодые люди спасали мою дочь. Уколы, адреналин, больница…
Вику перевели в Минск, где маме сказали: шанс на спасение девушки — всего 1%. Снова операция — на этот раз длительностью девять часов.
— Все это время я была в церкви, молилась, плакала. Четыре раза видела Вику в свадебном платье. Когда рассказала об этом доктору, он сказал, что Вика четыре раза «уходила» на столе.
После операции Вика была в коме. Родителям, прямо говорит Зоя, советовали не строить никаких надежд. Но каждый день мама приходила в реанимацию, быстро научилась ухаживать за дочкой, а еще просила ее о самом важном — открыть глаза.
— Я не то что первые дни после инсульта не помню, я первые годы после них помню только отрывками, — вспоминает Вика.
Позже, улыбается Зоя, Вика ей расскажет: даже находясь в коме, она понимала, какое сейчас время суток. Если слышен голос мамы, значит, день.
Вика всему училась заново: вначале чайной ложечкой пить воду, затем йогурт. А еще стала отвечать на вопросы мамы — письменно, насколько получалось. Те записки до сих пор хранятся дома.
— Вика была кожа да кости, весила 35 килограммов и не могла удерживать голову. Мне говорили, что нужно потихоньку ее поднимать, сажать в коляску — вот однажды я и решилась, чтобы заодно перестелить постель. Подняла, посадила, не успела отвернуться — шлеп! Была уверена, что Вика упала, а нет: ее голова лежала на кровати, совсем не держалась. Мы учились фиксировать голову, сидеть, ели специальное питание, чтобы росли мышцы.
Позже практически случайно выяснится, что у Вики есть проблемы со зрением. На вопросы мамы, как же дочь видела ее, девушка отвечала: маму она не видит, но хорошо знает.
— В одной из комнат висят ваши фотографии с отдыха. Пересматриваете старые снимки?
— Целенаправленно не пересматриваю, но периодически натыкаюсь на свои старые фото, так как у меня их очень много — в одном только VK около 600.
В процессе восстановления, рассказывает Зоя, медики предложили попробовать терапию стволовыми клетками. Как это работает, зачем нужно и что это даст? Мама честно говорит, не разбиралась, вопросов не задавала, полностью доверяла врачу, уже дважды спасшему ее ребенка.
— Спустя полгода Вика встала на эллипсоид — тренажер нам, кстати, подарил добрый человек из Ирландии. Нам говорили, что такого не может быть — чтобы после всего дочка осталась жива, да еще и двигалась.
Это, конечно, и чудо — но и качественная реабилитация. После инсульта девушка провела три месяца в санатории в Бобруйске, где дважды в день занималась в бассейне с инструктором. Физически Вика тогда окрепла настолько, что даже смогла ходить с тростью.
— Все лицо было перекошено, мышцы не держали — пока мы не сделали операцию. Брови сразу «встали на место», рот тоже — и Вика стала собой. Почти.
— Что было самым сложным в плане восстановления?
— Сложно было принять тот факт, что я что-то не могу и у меня что-то не получается.
Для восстановления семья использовала все возможности: Вика с мамой даже летали в Грузию и Китай, где общались со специалистами и проходили реабилитацию. Дома тем временем появлялись новые тренажеры.
Разобраться с некоторыми из них и научиться заниматься, а еще тренироваться в зале помог реабилитолог. С разрешения семьи Юрий снимал и выкладывал их с Викой занятия в TikTok — ролики залетали на миллионы просмотров.
— Не жалеете о таком внимании со стороны незнакомых людей?
— Я даже не думала, что видео со мной вызовут такой интерес у людей. Конечно, я не жалею о таком внимании, скорее наоборот, приятно.
Восстановление парализованной ноги, первые шаги, исправление походки, тренировка на ступеньках — все это только часть длительного процесса восстановления. Зоя с улыбкой говорит, что Вика оказалась настоящим бойцом.
— Когда Вика училась ходить, мы много раз с ней падали прямо здесь, в квартире, сын даже купил Вике шлем. Дальше ходили по лестнице до пятого этажа и назад, потом пробовали по улице — тоже падали, но постепенно отказывались от коляски.
Но два года назад состояние уже заметно окрепшей Вики резко откатилось назад. Причиной тому, рассказывает мама, стала инфекция после удаления зуба. Девушка почувствовала себя плохо, становилось все хуже — закончилось больницей и отеком мозга.
— Нам сказали, что нужно начинать все заново. Только с чего опять начинать? Тогда у нас были деньги, помощь — легко сказать «начните». Но когда мне говорят, что «нужно смириться», я таких людей сразу записываю во враги. Вику я никогда не брошу. Мы с ней ездим и на иглотерапию, и в барокамеру — словом, не останавливаемся.
Старшие сын и дочь нас тоже не бросают, они очень любят Вику. Я пыталась обсудить с ними, что будет, когда меня не станет, — знаю, что Вику они не оставят. В то же время это надо будет положить свою жизнь, ведь нужно постоянно быть рядом.
Себя с младшей дочерью Зоя с улыбкой называет «палочками Twix». После отката в состоянии девушки после инфекции она снова не может встать и пройти по комнате самостоятельно — только с поддержкой мамы. Выглядит это так. Ловким движением женщина приобнимает дочь и помогает ей встать, а затем мягко, но настойчиво подсказывает: одна нога, вторая, ровнее, увереннее. Вика говорит, что попытки ходить боли не причиняют, и старательно переставляет немного непослушные ноги.
— Часто по ночам Вика кричит — и каждый раз у меня останавливается сердце: вдруг ей плохо? Поверьте, жить с этим очень страшно. Спасает то, что я знаю: есть врач, который уже возвращал мне мою дочь.
— Люди часто не понимают, как инсульт влияет на когнитивные способности человека. Как это было у вас?
— У меня он не повлиял. Но у всех инсульты разные.
Скоро Вику ждет еще одна операция — их уже было больше 16, в этот раз будет замена шунта в головном мозге. Мама надеется, что после нее дочке станет лучше. Еще одна важная задача — найти реабилитолога, который сможет приходить к девушке домой, в квартиру в Борисове. Ездить на реабилитацию в Минск или вовсе переехать ради этого в столицу сложно в первую очередь финансово. Хотя мама признается, что ради успеха была бы готова и квартиру продать: им с Викой, мол, хватит и однокомнатной.
В конце этой недели Вике исполнится 35 лет. Девушка активно ведет соцсети, особенно TikTok, где рассказывает о своей жизни, уделяя много внимания процессу восстановления.
— Как решили вести свой TikTok? Пишут ли в личку хейт или, наоборот, слова поддержки?
— Свой TikTok завела как-то спонтанно. Наверное, чтобы такие же больные люди на моем примере понимали, что невозможное возможно. Да, иногда хейтят, но очень редко, в основном пишут слова поддержки.
Так, в конце августа было опубликовано видео, где Вика едет на велосипеде. В комментариях — десятки слов поддержки и восхищения.
— Когда Вика училась ездить, рядом с ней был ее папа. У меня-то нервишки никуда не годятся — они пробовали сами, а я стояла и ждала, когда будут крики. А сейчас она уже даже умеет разворачиваться! — с гордостью в голосе рассказывает Зоя. — Вика, давай покажем видео, как ты катаешься.
Когда-то, честно говорит мама, она не очень поддерживала идею публичности процесса восстановления дочери. Да, девушке писали очень много слов поддержки, но было и другое.
— Один человек написал: «Сделайте ей эвтаназию». В то же время именно через соцсети нас находили люди, которые помогали, в том числе финансово.
— Чувствовали на себе «лишние» взгляды, когда впервые вышли на улицу?
— Чувствовала, и не раз. И взгляды любопытства, и взгляды сострадания.
При этом слышать слова, от которых больно, приходилось и от близкого окружения. Как-то, вспоминает Зоя, собеседник в телефонном разговоре обронил: мол, если бы Вика умерла, она бы уже отплакала. Зоя вычеркнула его из жизни.
Контакты оборвались и со знакомыми и друзьями из прошлой жизни Вики.
— Есть ли сейчас какой-нибудь большой страх?
— Конечно есть! Самый большой мой страх — это остаться инвалидом.
Зато долгое время рядом оставался Николас — предыдущий Викин питомец, тоже породы йоркширский терьер. Когда Вика вернулась домой после нескольких месяцев в больнице, пес не отходил от хозяйки и защищал от каждого, кто стремился к ней подойти. Когда Николаса не стало, в семье появилась Моника. Контент с ней в аккаунте Вики часто «разбавляет» видео с реабилитацией.
Стремление работать с детьми, которое когда-то привело девушку в педагогический, тоже не исчезло. Сейчас Вика каждый день помогает с домашней работой племяннице — девочку Зоя с улыбкой называет копией младшей дочки. Специально ко дню рождения племяшки Вика даже приготовила торт — весь процесс также показала в видео.
— Сейчас в бытовом плане Вика максимально самостоятельная. Она сама моется (мне нужно только довести ее до ванны и помочь выйти), одевается, ест. Я благодарна за то, что Вика жива, и даже за то, что она может со мной поспорить. Я мечтаю поставить дочку на ноги — она тот человек, который очень хочет жить.
Главное, на что сейчас нацелено восстановление, — это сделать так, чтобы Вика снова могла ходить. Пусть даже с тростью.
— Какая у вас сейчас самая большая мечта?
— Моя мечта — это вернуться к обычной жизни. И жить как все.
Microlife — швейцарский бренд, один из мировых лидеров в производстве медицинской техники, известный высоким качеством и запатентованными технологиями. Тонометры Microlife заслужили доверие благодаря надежности и точности измерений, что делает их незаменимыми приборами для домашнего контроля за здоровьем.
Тонометр B3 AFIB с функцией AFIBsens позволяет выявить одну из частых причин инсульта — фибрилляцию предсердий. Ранняя диагностика фибрилляции предсердий и лечение могут снизить риск возникновения инсульта на 68%.
Нравится читать Onlíner? Добавьте наши новости в «Основные источники» Google
Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро
Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by