«А в Турции меня вообще посадили в тюрьму!» Певицы и танцовщица рассказывают, как и зачем улетели работать в жаркие страны

Автор: Александр Чернухо. Фото: Максим Тарналицкий; из личного архива
16 февраля 2017 в 8:00

Жаркие страны манят затосковавшего по солнцу белоруса не только климатом, морем и роскошью, но и рабочими предложениями. Молодые, амбициозные люди, которые еще вчера грызли неподатливый гранит науки, сегодня уже поют и танцуют перед важными гостями и по кирпичику складывают фундамент своего персонального счастья. Onliner.by поговорил с тремя девушками, которые работали или работают по контракту за тысячи километров от дома, о карьере и деньгах, отношениях и обмане, трудностях и удовольствии.

Читать на Onlíner

Анжелика — тертый калач. В том смысле, что она успела поработать во многих странах и теперь только загибает пальцы: ОАЭ, Тунис, Турция. В Турции не понравилось вообще. Наверное, потому, что попала там в изолятор. Но это долгая история.

— Родилась я в Сибири, но паспорт у меня белорусский, семья сейчас живет в Гомеле. По специальности я дизайнер, окончила Гомельский колледж искусств. А на работу по контракту попала через знакомых. Правда, в первый раз поехала не по официальному контракту, никаких бумаг перед вылетом не подписывала. Просто нашла вариант и уехала работать танцовщицей go-go.

Впечатления от первой поездки были ужасные. Я это осознала еще там и даже пила успокоительные. Их давал мне босс: он сам бизнесмен, и лекарства прописали ему врачи. Он таблетки не принимал и давал их мне, а я даже не представляла, насколько они сильные.

Оказалось, что их отпускают только по рецепту психически больным людям. Когда я в очередной раз разнервничалась, хотела их купить, а в аптеке на меня так посмотрели: ты серьезно? В общем, я попала в другую страну, с другим менталитетом, и у меня случился нервный срыв. Меня бесили молитвы, бесили люди — все вокруг. А потом я пришла в себя и начала потихонечку кайфовать.

Потом были другие контракты, и выяснилось, что с первым мне очень повезло. И по зарплате, и по занятости — все было классно. Когда вернулась домой из Эмиратов, знакомые спрашивали у мамы, на что дочка деньги потратила. А мама им говорила: «Целый чемодан трусов привезла!» Конечно, там были и другие вещи, но нижнего белья я действительно привезла очень много.

Обычно свободного времени хватает. Только однажды были очень жесткие условия с одним выходным в месяц. Другие контракты были более лояльными, и можно было тратить время на себя или какие-то подработки. Они бывают разные: могут позвать на выставку поулыбаться или на фотошутинг. Однажды даже снимались в клипе Мота. Правда, за это нам не платили: просто сказали, что будет сниматься клип и есть возможность засветиться, если хочется. На съемки арендовали яхту, и мы там дурачились, а съемочная бригада все это снимала. Еще девочек зовут просто потусоваться в клуб. Иногда даже платят по $500 за ночь — нормальные деньги!

Историй было очень много, причем не самых приятных. Практически каждый раз я опаздываю на самолет, а в Турции меня вообще посадили в тюрьму. Я поехала туда без рабочей визы, но по официальному контракту. Попали мы в какое-то казино, где вообще непонятно было, как танцевать. Обычно я работаю под сет диджея, а тут сцена и вокруг нее столики — люди отдыхают, как в ресторане. Выглядело очень нелепо.

Как я потом поняла, нас сдал босс, хотя все было преподнесено как случайный рейд полиции. Арестовали девушек, и вместе с ними попались я, моя сестра и подруга. После этого мне поставили в паспорте «Deport» на пять лет.

Да и вообще, контракт был не очень приятный — хорошо, что мы все подписали заранее. Никакой консумации, когда девочки подсаживаются к гостю, заказывают напитки и имеют с этого дополнительный процент, у нас изначально в контракте стоял отказ от этого. Но, видимо, босса это все равно сильно выбесило, поэтому нас и сдали. Когда приехала полиция, стресс был очень сильный. Я девочек успокаивала, мол, босс сейчас все уладит. Он в кабинете сидит, я ему рукой машу, как дуреха, а он делает вид, что нас не знает. А в тюрьме так страшно, жуть просто! Забрали телефоны, разговаривали очень жестко, подсунули какие-то бумаги и говорят: «Подписывайте!»

В Тунисе нас обманули с оплатой, в Дубае тоже однажды не хотели платить. Босс, индус по национальности, придрался к тому, что мы якобы недобросовестно исполняли контракт. Решил не дать денег за последний месяц работы и отправить за свой счет домой. Благо это был не первый мой контракт в ОАЭ, законы я выучить успела. Мы написали заявление, и в итоге босс нам все заплатил. Звучит все это страшно, но положительных моментов и ситуаций хватает, чтобы не принимать подобные вещи всерьез. Я человек позитивный.

Как-то я работала по профессии, да и сейчас иногда рисую. Но желания работать в Беларуси у меня не осталось, хотя я всегда находила высокооплачиваемые варианты. Это в любом случае не сравнится с деньгами, которые я зарабатываю за границей. То, что я работаю танцовщицей, меня никогда не смущало. Меня вообще редко что-то смущает. Единственная неприятность заключается в том, что я много времени провожу вдали от дома и родных и очень сильно скучаю. Сейчас приехала на четыре месяца — мама и папа выгнать не могут. Скоро улечу снова, но теперь уже не по контракту, а на фриланс. Мечта? Как у нормальной девушки — семья. Для меня это пик всего. А еще хочу свою галерею открыть. Не знаю, буду ли этим заниматься, но какие-то наметки и договоренности есть.


Ирина улетела работать в Дубай из любопытства. Диплом был написан, учеба закончилась — пора было открывать новые горизонты. Горизонты оказались манящими. Сейчас девушка живет в ОАЭ и думает по поводу серьезного занятия: с работой в ресторанах и ночных клубах пора завязывать.

— Я родилась в Бресте и училась в музыкальном колледже по специальности «Академический вокал». Потом переехала в Минск и поступила в университет культуры на менеджера-культуролога. Постоянно участвовала в показах и конкурсах, работала промомоделью. И на одном из конкурсов познакомилась с девочкой. Она рассказывала, что поработала по контракту, а я обмолвилась, что тоже не против. Обменялись с ней контактами, и я благополучно забыла об этом разговоре. Пришла пора писать диплом. Я сидела с другом в кафе, он спросил, какие у меня планы, кем я собираюсь работать. А я развожу руками. В этот момент мне звонит та самая знакомая, и я понимаю, что, наверное, полечу в Дубай.

Нас было несколько человек: поехали туда коллективом. Нам предоставили жилье, оплатили питание, перелет в обе стороны. Единственное, нужно всегда смотреть за тем, чтобы в контракте было прописано удобное расписание, нормальное количество выходных. По первому контракту у меня был один выходной в месяц, да и его не всегда можно было получить. Соглашение было рассчитано на три месяца, но в итоге я осталась там на семь. Мне понравилось, что я не нахожусь в какой-то тюрьме и каждый день могу поехать на море.

Я ведь поехала туда даже не ради заработка, а за опытом: только окончила университет, и захотелось вырваться, узнать новых людей, новую культуру — полностью поменять свое окружение.

С тех пор я несколько раз работала по контракту. Оставалась в Эмиратах на полтора года, потом возвращалась на пару месяцев домой, потом снова летела туда. Только недавно решила отдохнуть, потому что немного устала от ночной работы. В любом случае, это классный опыт, но от клубов очень сильно устаешь. Сейчас я в стадии поиска серьезной работы: хочу выступать на ивентах и в дорогих местах, выбирать то, что мне понравится. Если ты высокая симпатичная девушка славянской внешности, то можешь работать и моделью, и хостес — подработки есть всегда, особенно когда уже завела связи и знакомства.

Освоилась я достаточно быстро — наверное, за неделю. Изначально прилетела работать в русский ресторан, и там никакого языкового барьера не было. Даже многие иностранцы говорили на понятном языке. Не чувствовалось, что ты за несколько тысяч километров от дома. Здесь очень много людей со всего мира, и мне это нравится. А когда тебе все надоело, ты в любой момент можешь пойти на пляж — а море значит для меня очень много. На несколько лет моя мечта сбылась. Посмотрим, что будет дальше. Беларусь я тоже очень люблю: здесь просто шикарный воздух, а в Эмиратах после песчаной бури я еще пару дней чувствую песок на зубах.

В Беларуси по моей специальности не так много работы. Я всегда хотела быть певицей, училась этому, но поняла, что нужно много вложить, чтобы что-то получить. А откуда у студента на это деньги? Так что, когда появилась возможность уехать, я решила, что это будет ценный опыт и возможность заработать. Думала: появятся деньги, а там, может, и раскручусь. Конечно, я не мечтала петь в ресторане, но сам факт того, что выступаю там, меня не смущает и по эго особенно не бьет. К тому же я взрослею, меняются приоритеты.

Сейчас я думаю о серьезной работе: о том, чтобы заниматься пением в интересных творческих проектах, а не просто петь каждый день в ресторане. Посмотрим. Жизнь слишком непредсказуемая.

Дубай — дорогой город, и отложить какие-то деньги здесь достаточно сложно. Сначала ты можешь экономить, а потом привыкаешь к другому уровню. По сути, поднимается планка: ты тратишь деньги, потому что раньше тебя устраивали Zara и Mango, а теперь хочется Gucci. Так устроен город: ты тратишь все, что получаешь — это самый дорогой шопинг в мире!

Знакомятся здесь часто, но, вообще, этот город не создан для отношений. Наверное, потому, что люди приезжают сюда, чтобы заработать, а не жить. А еще выбор большой, и сделать его тяжело и парням, и девушкам. Мое сердце пока свободно, и я планирую жить там, где будет моя семья.


У Кати с работой в Эмиратах сложилось не особо. Контракт был рассчитан на три месяца, но поработать удалось только треть срока. Да и условия были так себе. Зато опыт.

— В 18 лет я попала в ресторанную сферу: когда училась в гуманитарном колледже, мои друзья пошли работать барменами в ресторан и позвали меня. Я поработала официантом и за пять лет дошла до заместителя директора. Но все это время понимала, что мне нужно петь. Я с пяти лет занимаюсь вокалом и однажды решила, что хватит мучать себя, каждое утро просыпаться и думать, что идешь не на свою работу. В общем, я ушла в никуда и начала петь. Зарабатываю этим уже полтора года: выступаю в разных заведениях в Минске.

Есть одна особенность: в Беларуси перестали снимать телевизионные проекты. А как руководство какого-то заведения обычно решает вопрос с трудоустройством? Кроме промороликов, смотрит на заслуги. Вот, например, вокалистка участвовала в «Академии талантов», а вот эта — в «Поющих городах». Сейчас этих проектов нет, и я понимала, что прихожу к потенциальному работодателю без этих пунктов в резюме.

Дважды я приезжала на кастинги в украинские телешоу, но не проходила в финальную часть. После таких фиаско подружка предложила поехать поработать по контракту в Дубай, и я решила попробовать.

Готовилась долго, так как ни разу не работала по контракту и поэтому боялась. Поехала, потому что у меня там были друзья. Они успокоили: мол, ты едешь с проверенным агентом.

Работа там отличается от минской колоссально. Ресторан, команда артистов, ты выступаешь каждый день, у тебя один выходной в месяц. Четыре выхода на сцену по 45 минут — за рабочий день получается по 8—9 песен на каждого артиста. Сложность работы в том, что все это время нужно простоять в платье, на каблуках, двигаться и улыбаться. Петь не сложно: девять песен для профессионального вокалиста — это ерунда.

В большинстве ресторанов публика не местная: ливийцы, сирийцы, казахи, армяне. По иерархии затем идут пакистанцы, после них китайцы, а уже потом славяне. Мне сложно сказать, почему все именно так, но славяне очень ценятся в сфере красоты: парикмахеры, визажисты. А вот артисты — это средний класс, поэтому попасть на хороший контракт очень сложно.

Я знаю примеры, когда после славян в тот же ресторан приезжали работать британцы или даже болгары и получали в два-три раза больше.

Еще есть такой нюанс: после событий в Украине оттуда в ОАЭ приехало очень много работников. Они начали демпинговать, и если раньше средняя заработная плата в ресторане за вечер составляла $50, то сейчас это $28—30.

Выбирают даже не по вокальным данным: в первую очередь ценятся внешность и раскрепощенность. Ты можешь попадать в ноты, не обладая техникой и диапазоном, но если хорошо улыбаешься и с харизмой все в порядке, то работа твоя. А если ты супервокалистка, но не готова надевать короткое платье или не очень симпатичная, скорее всего, тебя попросят уехать.

Есть такие варианты, когда после рабочей смены кто-то из гостей просит менеджера, чтобы девочка-вокалистка спустилась к нему за столик. Они сидят за столом, гость оплачивает все, что ты закажешь, а твоя задача — заказать как можно больше дорогой еды и алкоголя: с этого тебе капает процент. И ты же не можешь не притронуться к еде и алкоголю, ты должна делать вид, что голодна. А если не смогла раскрутить гостя, менеджер задает тебе много вопросов. Я человек честный, и мне было бы сложно делать эти вещи, если бы я попала на такой контракт.

Для меня и так это было испытанием. Я ведь никогда не пела русскоязычные песни, а тут приехала в Дубай и поняла, что из них состоит 90% репертуара. Те же сирийцы и ливийцы наизусть поют «Маму Любу» и «О, боже, какой мужчина» — это самые ходовые песни. В Минске я в основном пела лаунж и джаз, хотя для любого вокалиста выучить репертуар из 50 песен не так сложно.

Я проработала там месяц, хотя контракт был на три. Причины неопределенные — просто троих девушек уволили. Через неделю работы владелец ресторана пришел посмотреть выступление, и спустя какое-то время нам сказали, что управляющий принял решение: работать приедут другие девочки. Сейчас я понимаю, что, скорее всего, дело было не в нас. Просто ресторан десять лет не менялся — в него перестали ходить гости. Владелец пошел по пути наименьшего сопротивления и нашел причину в нас, хотя любое приличное заведение должно хотя бы раз в три года обновляться. После нас он уволил еще и менеджмент, и тогда все стало понятно окончательно. Но все равно удар по самооценке был неслабый.

Мне удалось заработать там, но только благодаря тому, что мы почти ничего не тратили. Сколько? Скажем так, чуть больше среднестатистической белорусской зарплаты. Я понимаю, что это не много: $30 за четыре часа на сцене — это даже мало. Я за те же деньги в Минске работаю 15—20 минут. Да, там круто: приятная атмосфера, солнце, море, когда-никогда у тебя есть возможность искупаться. Но сейчас я вернулась и понимаю, что работа сложная и чуть ли не рабская за такие деньги. Когда ты там работаешь не впервые и у тебя есть база контактов и связей, можно получить более высокооплачиваемый контракт. Но все это не сразу. Знаю, что бывают очень хорошие заказы: за два выхода по 45 минут можно заработать $500 или даже $1000. Но такие деньги зарабатывают ребята, которые едут самостоятельно и сами оплачивают жилье и питание.

Дубай — это хорошая практика, потому что там есть возможность работать каждый день. Раскрепоститься, научиться двигаться, наработать постоянный материал. С другой стороны, это затягивает, и возможности писать свою музыку практически нет. У меня все же другие цели и амбиции. Поеду ли я еще раз? Возможно. Но только для того, чтобы получить опыт. Я хочу выступать и собирать залы. Правда, для этого нужно еще много работать.

Микрофоны в каталоге Onliner.by

Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by