«Ипэшник» из глубинки: «Государство так обидело, что иной раз и слеза выкатится»

Автор: Александр Владыко. Фото: Влад Борисевич
02 мая 2016 в 7:15

Эта история — про регионального «ипэшника», но она не имеет никакого отношения к рынкам, сертификатам и одежде. Владимиру Гапаненку уже 55 лет, а его нехитрому бизнесу — всего несколько. На своих грузовых машинах простой мужик из Глубокого возит по стране местную гордость — сгущенку. Возит сгущенку, платит налоги, социальные взносы, пытался даже дать стране рабочее место. А потом оказалось, что обычная перевозка с упрощенной системой налогообложения — дело не такое простое. И теперь предприниматель должен стране больше миллиарда рублей.

Читать на Onlíner

Владимир встретил нас у дверей кабинета нотариуса. В Глубоком под громкий поп-хит «Она вернется» репетировали майские торжества, а в кабинете нам пришлось говорить о делах менее пафосных. Местный юрист Наталия Дулевич говорит, что по-человечески хочет помочь давнему знакомому Гапаненку. Юридическая помощь Владимиру на самом деле необходима, потому что он может быть тысячу раз прав с человеческой точки зрения, но к юридической казуистике относится с пренебрежением и рассуждает как хороший мужик из народных сказок — по справедливости.


История бизнеса Владимира Гапаненка началась около 6 лет назад. О том, чем он занимался прежде, особо не рассказывает, «лет 12 перебивался разными заработками». А еще раньше работал «заготовителем в конторе». В 2010 году зарегистрировался как индивидуальный предприниматель, купил машину и стал перевозчиком продуктов местного молочноконсервного комбината. Были и другие клиенты, но МКК — валообразующий.

А потом на пути простого бизнеса появились две новости. Первая — личная: друг детства Владимира собрался открыть филиал-склад на базе местного райпо, для перевозки ему нужно было три-четыре машины. Вторая — публичная: вышел президентский декрет №6, позволяющий купить машины для бизнеса без уплаты растаможки. Совпадение этих новостей во времени не могло не привести Владимира к выводу: это шанс.


Для закупки машин нужны были деньги и новая юридическая форма — частное предприятие. Владимир продал машину (как физлицо), квартиру в доме, добавил сбережений и купил с размахом — пять грузовых машин. Подсчитав на пальцах стоимость покупки, нам он оценил все в $15 тыс. Звучит невероятно, но это старые автомобили девяностых годов и без растаможки.


С юрлицом тоже проблем не возникло: все бумаги подготовил, открыл ЧТУП «Власер», ввез на него машины, зарегистрировал в уставном фонде. Ну и ИП оставил. Принял на работу в ЧТУП водителя и стал ждать от товарища открытия новой базы и большого объема работы. На дворе стоял 2013 год.

По каким-то причинам объем на новое предприятие не упал. Той работы, которая была, с лихвой хватало на самого Владимира (он и не думал бросать руль) и одного водителя. Потом предприниматель и того перевел на полставки.

— Чем ЧТУП отличается от ИП? Да ничем. Налог 5% по упрощенной системе плати — и все. Бухгалтерию сам вел — что тут сложного? Но я еще со времен ИП сразу говорил: налоги платить буду, все накладные, путевочки у меня аккуратно сложены, а вот эти книги ИП [речь о книге доходов и расходов — прим. Onliner.by] вести не буду, и не придирайтесь. Лучше штраф сразу заплачу.


Руководствуясь такими же принципами справедливого распределения обязанностей и выгод, Владимир начал вести деятельность то от ИП, то от ЧТУП: какая разница, если налоги одинаковые? Гапаненок подписал договор безвозмездного пользования между ИП и ЧТУП (сам с собой) и гонял на купленной по правилам декрета машине.



Даже если сомнения и были, то они давно стерлись, потому что за месяцы работы после этого ни у ГАИ, ни у транспортной инспекции вопросов не возникло: работал и работал. Чуть позже появились вопросы у таможни.

— В начале прошлого года получаю письмо с таможни с просьбой предоставить ряд документов для проверки, — рассказывает Владимир. — Съездил. Сказали, что все нормально. Документы о том, что передавал машины себе же в ИП, тоже им показал. Они посмотрели — все окей, будут вопросы — позвонят. Нет звонков — нет вопросов.


В начале этого года Владимиру опять пришло письмо с приглашением. Скоро он получил то, во что сразу не поверил, — акт с невероятной суммой за растаможку (почти 600 млн рублей) и НДС. Оказалось, что по правилам, установленным в декрете, ввезенные автомобили нельзя было предавать во временное пользование. Груз МКК перевозил ИП Гапаненок, а не директор ЧТУП Гапаненок.

А следом поступил еще один акт — уточненный, с пеней более 400 млн рублей.




— Индивидуальный предприниматель работает под свою личную ответственность. В частном предприятии единственный учредитель несет ответственность собственностью предприятия, а не личной, — объясняет разницу Наталия. — ЧТУП позволяет себе свободно нанимать людей, у него может быть сложнее бухгалтерия. Но в случае с Владимиром это была та же упрощенная система. То есть никаких налоговых потерь от деятельности Гапаненка бюджет страны не понес.


Претензии таможня предъявляет к двум машинам из пяти. Но в данном случае это не имеет значения. Во-первых, их могло быть и пять, но работают только две, потому что рынок перевозок сильно просел (покупка такого большого автопарка — единственная ошибка Владимира, которую он готов признать). Во-вторых, все машины прописаны в уставном фонде ЧТУП, поэтому с большой долей вероятности будут изыматься в счет санкций.

С помощью юриста Гапаненок готовит возражение в экономический суд. По их мнению, ситуация не так однозначна, как следует из письма таможенников.

— Согласно Гражданскому кодексу, сделка, совершенная самим с собой, ничтожна. Поэтому ее можно было вообще не рассматривать. Понятие временного пользования размыто. Он сам себе передал, не кому-то на стороне. Это тоже временное пользование? Ну и пеня огромная за несколько лет. Ведь еще в 2014 году все «схемы» были видны — почему таможня сразу не смогла пресечь «преступление»?

Владимир настроен как на войну.

— Может, это у меня редкий случай и его рассмотрят индивидуально? Ведь передача есть только на бумаге: фактически я как был за рулем машины, так и остался, налоги те же.




Если я проиграю суд, то таких денег у меня, конечно же, нет. Вместо того чтобы работать, я буду ходить с лопатой, а машины будут стоять у забора, или их заберут, и они сгниют на складе. Вы же представляете их цену с растаможкой.

— А оставшиеся деньги? — продолжаем развивать плохой сценарий.

— Что оставшиеся? — Владимир повышает голос, его глаза начинают блестеть. — Что я буду им должен? Мне 55 лет! Пахал всю жизнь — так меня отблагодарили, и еще должен остался. Ну и сценарий же у вас. Поеду в Минск тогда, буду сидеть в каске какой. А что мне терять? Если заберут все — а я без машины, денег, жилья, с кредитами в банках.

Нашли преступника. Кто-то в обход декрета несколько раз на Россию съездил и с чистой совестью отдал машины сразу.


Я продолжаю работать как ИП, мне терять нечего. Это моя машина. У налоговой претензий нет.

Владимир категорически не признает своей вины. И уверен, что, несмотря на невнимательность к деталям, в свое время правильно прочитал главное: декрет был подписан для стимулирования предпринимательской деятельности в сельской местности.

— Ну так это же и есть я — работаю в сельской местности! Или не меня стимулировали, получается? Я все понял просто: получил 10 млн, отдал 500 тыс. государству [речь об упрощенной системе налогообложения — прим. Onliner.by], заполнил накладные, заплатил социальные сборы — все! У меня никогда не было проблем с признанием ошибок, но здесь я впервые решил защищаться. Никогда никого не обижал, а сейчас государство так обидело, что иной раз и слеза выкатится.




Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by