«Сразу после начала похода думали: „А, это, оказывается, вот так будет 20 дней подряд?“»

Всего в тот самый поход в июле отправились пятеро участников. Мы будем общаться с двумя из них: руководителем группы Валерием и одним из походников Вадимом.

Идея появилась у Валерия почти 10 лет назад, когда он познакомился с минскими туристами, которые ходили по Шпицбергену на лыжах.

— Я не специализируюсь на лыжном туризме, мои направления — горный и пешеходный. Поэтому захотелось совершить что-то подобное, но уже летом. Команда собиралась несколько лет. Были попытки поехать, но по разным обстоятельствам не получалось. Основная причина — визы: не всем удавалось их быстро открыть.

Валерий — мастер спорта по спортивному туризму: походы для него не только увлечение, но и работа. За плечами — больше сотни категорийных походов (когда сложность официально классифицирована). Однако этот, по его словам, оказался самым продолжительным и сложным.

Другие участники — любители. Так, Вадим пришел в серьезный туризм гораздо позже. Сначала были походы по Беларуси, потом на Эльбрус, Килиманджаро, а сейчас — Шпицберген.

Пятерка окончательно собралась примерно за год до поездки. Самому молодому участнику было около 20 лет, Валерию — за 60.

— Команда подбиралась по уровню технической, спортивной и физической подготовки. Но, наверное, 50% — это психологическая совместимость. В такой большой экспедиции на 20 дней малейший конфликт мог оборвать все задуманное. Мы проверяли друг друга: насколько подходим, не будет ли споров. И в этом плане все прошло как нужно.

Подготовка состояла не только из тренировок на выносливость. Вместе отрабатывали практические навыки.

— Нужно уметь быстро поставить палатку. У нас однажды налетела пурга: снег с дождем, сильный ветер. Все должны понимать, что делать в таких обстоятельствах, без лишних слов и объяснений. То же самое, если человек провалился в трещину: важно, чтобы и он знал, как действовать, и остальные сумели его вытащить. Тем более в реальных условиях это происходит далеко не так комфортно, как на тренировке, — объясняет Валерий.

На Шпицберген добирались через Осло. Вадим вместе с еще одним участником группы прилетели раньше остальных. Остановились в кемпинге возле аэропорта, а до Лонгйира — столицы архипелага — прогулялись пешком, вышло около 6 километров. Выяснили, где купить газ для горелок, и успели удивиться: вместо безлюдного края света их встретил оживленный туристический городок.

— Там много построек, отелей. Это и неудивительно: туристов действительно огромное количество. По сути, это самая доступная Арктика. Перелеты относительно недорогие. Все билеты туда-обратно из Беларуси обошлись мне в $550 (около 1640 рублей). В самом городе цены, конечно, норвежские. Зато в кемпинге можно расположиться со своей палаткой и платить просто за ночевку.

Стоимость такой услуги — около 150 норвежских крон (48 рублей). Нашелся и необычный способ сэкономить: в кемпинге им предложили искупаться в арктической воде — парни согласились. Наградой стал жетон на бесплатный горячий душ.

Купание в океане было всего лишь легкой разминкой. «Цветочки» начались, когда команда собралась вместе и впервые подняла полностью укомплектованные рюкзаки.

— Они получились неожиданно большими. Вес каждого — больше 40 килограммов. Надевали их, затаив дыхание. Было непонятно, как наш план вообще возможно реализовать, — говорит Вадим.

Валерий рассказывает о трудностях спокойно, почти буднично, но Вадим в какой-то момент вмешивается: пусть не складывается впечатление, будто все далось легко.

— Можно, я передам впечатления остальных участников? Нам было очень тяжело. Валерий — человек опытный, он по-своему, очень стойко это прошел. А мы в первые дни думали: «А, это, оказывается, вот так будет 20 дней подряд? Вот оно как, да?»

«В +5 больше километра шли по ручьям и рекам в одном белье»

План выглядел так: около 300 километров, 18 ходовых дней и два дня для отдыха. Всего наши герои преодолели 32 перевала. В 27 точках они были первопроходцами. Обычно собирались проходить по 10—15 километров — на деле погода могла сократить переход до 7—8, так что потом приходилось компенсировать 25 за раз. Сразу забежим вперед: первоначальный план удалось выполнить примерно на 70%.

Температура во время похода держалась примерно между +5 и +15 — для Шпицбергена это очень тепло. Но сильный ветер регулярно менял эти ощущения. Зато преимущества давал полярный день: не нужно было успевать обосноваться на ночевку обязательно до заката.

— Однажды мы поднялись на перевал и решили переночевать, чтобы спуститься уже утром. Просыпаемся — а под нами облака. Вообще не видно, куда идти, где обрыв. До 15 часов ждали, потом час собирались, в итоге только в полночь пришли на место следующей стоянки. Светло круглые сутки — это шикарные возможности для планирования переходов, — объясняет Валерий.

К дождям и штормовым ветрам готовились заранее. По оценке руководителя, действительно сильный ветер был примерно пять дней — и он считает это настоящим подарком.

Вадим тоже ожидал худшего:

— Валерий всегда без прикрас и утаиваний говорил, с чем мы встретимся. Мы готовились к большему количеству дождей. Такой обильный моросящий дождь был только один день, а дальше погода позволила просохнуть. Первая моя мысль, когда прилетели: «Как же здесь холодно. Наверное, зря не взял еще пару кофт». Но потом выглянуло солнце, и мы поняли, что все не так страшно.

Как мы упоминали, на Шпицбергене живет около 3 тыс. человек. Населенных пунктов всего несколько, так что значительную часть пути туристы были в тотальной изоляции. На десятки километров вокруг не было больше ни одной живой души.

Примерно такая же численность, как людей (а по некоторым подсчетам даже больше), на Шпицбергене белых медведей. Так что без защиты отправиться в поход нельзя. Наша группа, к примеру, несла с собой выданный карабин 1940-х годов. Воспользоваться им, к счастью, не пришлось. Валерий говорит: признаки, что медведь где-то поблизости, один раз заметил, но постарался не привлекать к этому внимание. В целом маршрут прокладывал так, чтобы как можно реже выходить к побережью — именно там белые медведи добывают себе пропитание.

Гораздо больше хлопот доставили реки.

— Приходишь туда, где планировал переправу, и понимаешь: пересекать очень опасно, слишком высокий риск, что снесет течением. Потом всем сушиться, не дай бог кто-то заболеет…

Некоторые реки оказались совсем не такими, к каким все привыкли дома: вместо твердых берегов — лед. По словам Валерия, одна из них была около 50 метров шириной. Зацепиться в случае падения практически не за что.

— Я подошел, ткнул палкой — и уже возле берега не достал до дна. Опасно, конечно, но и интересно. Реки меняют все твои планы: как ни построй маршрут, приходится искать броды или обходы. Лодку через десяток перевалов никто с собой не тащит.

Там, где переправа была возможна, заходили прямо в воду.

— На одном из участков больше километра шли просто в белье при температуре +5. Сколько там ручьев преодолели, не знаю. Только переправ, где ширина больше 10 метров, было три.

На 14-й день дорогу перекрыло новое препятствие — разорванный трещинами ледник. С перевала было хорошо видно точку, куда нужно попасть. Расстояние — примерно 7 километров. Только пройти его напрямую оказалось невозможно.

— Выглядело это буквально как лабиринт: 500 метров влево, 2 километра вправо и так далее. Мы все же попробовали пройти там, нужно было постоянно страховать друг друга. За несколько часов преодолели меньше километра. Так что эти 7 километров могли бы идти дня три. Поэтому от начального плана пришлось отказаться.

Для Валерия именно этот поворот стал самым трудным моментом. Не физически — психологически: маршрут готовил заранее, намечал цели, а на месте пришлось отказаться от части задуманного и искать другой путь.

— Мы посовещались, взвесили все за и против: либо пройти весь маршрут, подвергнув команду риску, — либо переориентироваться. Разорванный ледник движется. Мы могли поставить палатку на ночь, а утром прямо под нами оказалась бы трещина. Мне было неприятно принимать такое решение. Но ребята согласились, и мы его обошли.

Сам руководитель за поход успел один раз провалиться в трещину — по пояс. Рассказывает об этом как о несущественной мелочи. Но увеличивать риски ради линии на карте не стал.

История с ледником не отпускала его и после возвращения. Валерий снова открыл спутниковые снимки: почему при подготовке не заметил разрывов? По его объяснению, использованные изображения были зимними, снег скрывал трещины. Общие фотографии с вертолета тоже не давали нужных деталей.

Вадим смотрит на случившееся иначе:

— А мне как раз понравилось. Когда попадаешь в обстановку временной неопределенности… Понятно, что общие решения принимал Валерий. Но мне кажется, было круто, что мы столкнулись с большой трудностью и преодолели ее.

«Мы жили от дневки до дневки»

Уточняем: а как вообще выглядел распорядок дня? Ходовой день мог растянуться на 10 часов, но безостановочного марша не было: 40—50 минут движения, потом 10—15 минут отдыха. В середине дня — часовой привал на обед. Держались в пределах видимости друг от друга: помощь могла понадобиться не только на леднике, но и в тундре, где участники вязли в грязи.

— У всех усталость накапливалась по-разному. У нас было две дневки: стояли на месте, отдыхали, могли что-то постирать, подшить — и физически отдохнуть, и психологически. Мы жили от дневки до дневки. Очень ждали этих дней, — говорит Вадим. — Конечно, общая усталость появлялась, уже хотелось домой. Но не было такой пиковой точки, когда думаешь: ну все, до свидания.

Еду несли на себе. Основная раскладка — около 600 граммов на человека в сутки. Продукты выбирали легкие: крупы, сушеное мясо вместо тушенки. Были сыр, колбаса, а любимые перекусы каждый добавлял сам.

— Иногда Валерий радовал нас шоколадом. Мы чувствовали себя как школьники — такими счастливыми, — улыбается Вадим.

Бо́льшую часть пути обычной связи не было. Близким через определенные промежутки отправляли сообщения со спутникового телефона. Так что вечерами в соцсетях никто не зависал. После перехода нужно было обустроить лагерь, приготовить еду, вымыть посуду, привести в порядок вещи. Даже на разговоры времени оставалось не так много.

— По вечерам мы романтично лежали в палатках, разговаривали, делились сокровенным. Кто-то писал дневник, — рассказывает Вадим.

Поговорим немного о бытовом. А что насчет гигиенических процедур? Мылись, когда позволяли условия: помогали влажные салфетки, а в солнечную погоду можно было быстро привести себя в порядок у водоема. С бытовым комфортом все было понятно заранее. С красотой получилось наоборот: Вадим ожидал от Шпицбергена меньшего.

— Когда летел на самолете, сверху все казалось довольно однообразным. Я боялся, что будет серо, невзрачно и абсолютно одинаково. Но когда мы стали перемещаться пешком, ландшафт регулярно менялся: где-то груды камней, где-то болотистая красивая зелень, где-то ледниковая река. Все выглядело потрясающе. Даже у северных оленей глаза были какими-то невероятными.

Особенно запомнился огромный куполообразный ледник. Вадиму он напомнил поверхность планеты, увиденную со стороны.

— Было ощущение, что смотришь на Землю, только всю белую. И огромное впечатление произвел ледник, который сломал наши планы: искореженный, огромный, величественный. Приятно наблюдать за такой природой с высоты — еще и с ощущением, что вживую это видели всего несколько человек, а может, вообще никто.

Для Валерия, уже бывавшего в Заполярье, главным впечатлением стали контрасты.

— Я бывал на Полярном Урале, в Хибинах. Но Шпицберген — это сочетание тундры и ледников. Высоты вроде совсем небольшие: мы даже на тысячу метров не поднялись. Но какие виды! Только что был в зеленой тундре — и тут же поднимаешься на ледник. Эта контрастность и относительная доступность очень впечатляют.

У похода была вполне конкретная исследовательская цель: описать путь, собрать координаты и фотографии, чтобы следующим группам было легче готовиться. По словам Валерия, последний официальный летний поход по Шпицбергену, занявший больше двух недель, был проведен в 1969 году. Так что на многих локациях буквально не ступала нога человека.

Воспользовавшись ситуацией, некоторым перевалам участники решили дать белорусские названия. Один назвали Минским: именно на нем они провели две ночи и построили мощную стенку от ветра. Еще посвятили названия белорусским деятелям культуры — например, Янке Купале, Якубу Коласу, Франциску Скорине, Василю Быкову, Владимиру Короткевичу и Максиму Богдановичу. Всего было названо 32 перевала. Эти названия включат в туристический отчет, а потом будут использовать и другие туристы.

— Цель была разведать местность. Возможно, я и сам в следующем году пойду, только сделаю поход покороче. Там, конечно, страшно, но не настолько, чтобы не ходить. Все возможно, — считает руководитель.

К финишу рюкзаки полегчали примерно до 25—27 килограммов. Последние дни, несмотря на усталость, всем показались проще: расстояния, на которые вначале уходил целый день, теперь давались заметно быстрее.

К слову, в весе потеряли не только рюкзаки, но и сами участники похода. Например, и Вадим, и Валерий среди ледников оставили по 7 кило каждый.

— Даже когда было тяжело, мы старались шутить. Это очень сильно разряжало обстановку. Все люди неконфликтные, это чувствовалось. Если где-то возникало напряжение, оно быстро сходило на нет, причем не благодаря отдельным участникам, а благодаря всем, — объясняет Вадим.

При этом за демократичными разговорами стояло вполне определенное правило: последнее слово — за руководителем.

— За время похода возникает много идей: хочется подняться туда, попробовать это, отойти куда-нибудь. Но решение Валерия — закон, мы всегда это понимали. Могли предлагать, но конечное решение было за ним.

После похода все начали мечтать не о новых походах, а о самом простом отдыхе. Один из участников практически сразу же отправился с детьми на море и впервые в жизни согласился на расслабляющий all inclusive.

— Он потом искренне радовался этому в чате. Возможно, мы больше не увидим его в походах, — шутит Вадим. — Я тоже думал о теплом местечке и недавно туда съездил. Но походы и не стоит воспринимать как отдых. У них другая цель: мы все поверили в себя. Не в следующем месяце, конечно, но чуть позже мы обязательно сделаем еще что-нибудь крутое.

Нравится читать Onlíner? Добавьте наши новости в «Основные источники» Google

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by