«У меня классный муж, хочу поделиться им с другими». Сексолог рассматривает истории свободных отношений

10 октября 2021 в 8:00
Автор: Дмитрий Корсак. Фото: Александр Ружечка, Анастасия Жавнерчик

«У меня классный муж, хочу поделиться им с другими». Сексолог рассматривает истории свободных отношений

Вся концепция отношений между мужчиной и женщиной долгое время строилась на моногамии и «необратимости» брака. Кажется, это железобетонное правило среди молодых людей потихоньку начинает давать трещину. Половина браков в стране оказываются провальными проектами. Разговоры о верности и патриархальных ценностях, как видно, не очень помогают. В результате молодые люди, пытаясь сохранить семью/пару, нередко используют современные формы отношений, например партнерские, свободные или полиаморные. Является ли это спасением? Как это влияет на решение сексуальных проблем? Давайте сегодня об этом поговорим.

В самом начале хотим сделать оговорку: мы не собираемся агитировать или, наоборот, критиковать разные концепции семейных отношений. Все мы люди взрослые, сами решим, что нам подходит, а что нет. Наша задача — узнать иную, отличную от традиционной точку зрения и попытаться понять ее логику.

Мы кинули клич, предложили нашим читателям на условиях анонимности рассказать о своем опыте свободных отношений. Откликнулось сразу несколько человек (некоторые оказались готовы показать свое лицо), мы выбрали для вас самые интересные истории. Читайте, а после мы обсудим вопрос с психотерапевтом-сексологом.

«Родители не понимали широту наших взглядов»

Ульяна и Тимофей (имена изменены) познакомились, когда обоим было чуть за двадцать. В официальном браке пара уже больше года. Близко знакомы четыре. Отношения развивались по классическому сценарию: первые два года пара была моногамной. В какой-то момент задумались о том, чтобы внести в свою сексуальную жизнь разнообразие. «Я в тот момент вообще был зеленый, — признается Тимофей. — У Ульяны опыта было больше, к тому же она уже давно, встречаясь с парнями, говорила, что против жестких обязательств».

Тимофей объясняет: он всегда очень четко разделял секс и сами отношения, считал, что отношения строит пара, а секс приносит радость, зачем себя в чем-то ограничивать? Поначалу ребята решили попробовать тему свинга, но оказалось, что Ульяна привередливая. Встречались с несколькими парами, Тимофея все устраивало, а вот у Ульяны то внутренний мир не сошелся, то интересы. В общем, чаще всего она говорила нет. Подбирать в итоге устали, поэтому идею быстро отодвинули.

Еще одной причиной вынужденных моногамных отношений в первое время стало то, что жили ребята у родителей, которым трудно было понять широту взглядов Ульяны и Тимофея. Если бы тогда была возможность перейти на новую ступень, сделали бы это с огромным удовольствием.

Каминаут случился после свадьбы. Молодожены рассказали о своих принципах окружению, теперь все в курсе. Негатива не было, наоборот, теперь им не приходится очередному другу семьи предлагать что-то, опасаясь увидеть испуганный или недоуменный взгляд в ответ.

«Сейчас мы обычно выбираем себе партнеров просто среди новых знакомых, — рассказывает Ульяна. — Причем, как правило, когда я говорю: „У меня есть муж, но он не против“, человек воспринимает это спокойно. Возможно, потому, что в окружении у нас в основном люди весьма прогрессивные».

Чаще всего семейная пара знакомится с новыми партнерами на вечеринках. «В какой-то момент видим, что кто-то из нас начинает долго общаться с парнем или девушкой, проявлять знаки внимания, — объясняет Тимофей. — Если мы приезжаем домой вдвоем, то спрашиваем друг у друга, как прошло. Ну или можем вернуться не вдвоем. Тогда один идет на кухню пить чай, а другой уединяется в спальне с любовником».

Ребята считают, что их отношения можно назвать свободными или полиаморными. Как они влияют на мировоззрение? «Это позволяет заново посмотреть на то, что происходит между мной и женой, — говорит молодой человек. — Ты неожиданно вспоминаешь, что давно не дарил ей цветы, не говорил ей ласковых слов. Исчезает рутина, мыслительные процессы как будто обновляются».

«Помимо этого у разных людей разные хобби и сексуальные предпочтения, — дополняет Ульяна. — Я не пойду с Тимофеем играть в „Мафию“, он не предложит анальный секс, который мне не нравится, но получит то, чего хотел, с кем-то другим, нагуляется-набегается и вернется домой удовлетворенным и спокойным. От этого все только выигрывают».

«Недавно мне отказали в свидании потому, что я замужем»

Маргарите 28 лет, ее мужу — 30. Два года встречались, потом поженились, в браке живут уже год. «У меня такой взгляд на отношения был всю жизнь, но только пару лет назад я узнала, что это называется полиаморией, — рассказывает Маргарита. — В детстве могли нравится сразу два мальчика, и я не понимала, как такое может быть, как мне поделить свою привязанность? Почему я обязательно должна отказаться от одного из них? А у мужа вообще взгляд на жизнь такой: пока ты молод, готов расти, почему бы и нет?»

Фото: Анастасия Жавнерчик

Маргарита вспоминает, сколько партнеров поменялось за время брака: «Думаю, что человек десять прошло через нас. Тут речь в основном не только о сексе. Могли быть просто свидания. Как происходят встречи? Освобождать квартиру не надо — в том и прелесть, что если есть желание, мы делаем все вместе. Иногда мы заранее обсуждаем, мол, мне нравится этот парень или девушка, и если что-то произойдет, возможно, я не смогу предупредить тебя вовремя».

Маргарита может прийти домой, рассказать мужу о том, как сегодня флиртовала и поцеловалась с девушкой, и признаться, что хочет его с ней познакомить. Муж, как правило, не против. «Недавно мне отказали в свидании по причине того, что я замужем, — смеется собеседница. — И это несмотря на то, что с моим мужем человек знаком. На самом деле я как раз и пыталась его этим завлечь, говорила: „Я же тебя замуж не зову“, но вот есть люди, которых это смущает. Такие истории, конечно, мешают жить».

В полиаморных отношениях далеко не все гладко, отмечает Маргарита. Возникают и ревность, и конфликты. Но это никак не связано с полиаморией. «Мне, например, одна из девушек моего мужа просто не нравилась, — вспоминает она. — И каждый раз, когда они встречались, меня раздражал просто сам этот факт. К ограничению свободы это не имеет никакого отношения, это скорее вопрос вкуса, предпочтений и нестыковки характеров. Но в основном мы всех тянем в дом, всех со всеми знакомим».

Пара четко оговорила вопросы безопасности. С малознакомыми людьми — стопроцентно барьерная контрацепция. Если у кого-то был секс без предохранения — придя домой, он говорит об этом честно, сдает анализы, и только после получения результатов супруги могут прикасаться друг к другу.

Супруги разделяют секс и серьезные отношения. Семья — это люди, которых бы ты хотел видеть рядом на протяжении всей своей жизни. А секс и флирт — это из разряда «сходить в кино», «хорошо провести время», в общем просто развлечение.

«Но полиамория — это как раз про то, что ты можешь встретить другого человека и что-то почувствовать, а не просто пойти и переспать с ним», — уточняет Маргарита.

Что касается отношения окружающих — на самом деле происходит не так много удивительных историй, как можно было ожидать. Узнав об образе жизни пары, люди или замолкают, потихоньку отползая по стеночке назад, или задают много вопросов. Иногда проскальзывают фразы типа «как твой муж тебя терпит», и для Маргариты это звучит очень забавно. Как будто ей нужно чье-то разрешение, чтобы кого-то любить.

Мы пытаемся выяснить, что за процессы происходят в этой семье, как удается оставаться вместе, отказываясь от моногамии. Маргарита отвечает так: «Есть человек, который мне приятен во всем, которого я люблю, и он настолько классный, что я хочу поделиться им со всеми, дать каждому понемногу, всех порадовать, забрать его обратно и пойти домой. Это что-то про „делиться“».

Девушка уверена, что полиамория укрепляет семью, но только в случае, если партнеры готовы к таким отношениям. У вас меньше запретов, больше свободы, не надо себя контролировать во взглядах, движениях, словах. Но если это история, когда один «за», а другой пытается подстроиться, попробовать или вообще делает вид, что его все устраивает, то, конечно, ничего хорошего в итоге ожидать не стоит.

Это нормально? Комментарий сексолога

Вероятно, у некоторых читателей, познакомившихся с этими историями, в голове возникнет именно такой вопрос: «Это нормально?» Именно с него мы и решили начать разговор с сексологом-психотерапевтом, специалистом Республиканского сексологического центра Василием Шевляковым:

— Люди больше концентрируются на собственном комфорте и удовольствии, чем на каких-то государственных или общественных стандартах, и в этом нет ничего плохого. Говоря очень простым языком, мы все больше становимся эгоистами в хорошем понимании этого слова. Все это в итоге сильно отражается на отношениях внутри пары. Наиболее яркое явление — так называемое партнерство в отношениях. По сути, это один из аспектов развития личностного эгоизма, который утверждает, что в равных партнерских отношениях у пары равные полномочия, ответственность, обязанности и свободы. В том числе и в сексуальном отношении.

В результате неизбежно возникают перекосы: если раньше общество опиралось на среднестатистические ценности (то есть те отношения, что были у большинства, считались нормой), то сейчас все смещается к интересам каждого отдельного человека. Люди ищут и находят такие формы взаимодействия, которые, на их взгляд, позволят оставаться в отношениях с учетом обоюдных интересов.

Я считаю, что как первая, так и вторая пара нашли адекватный способ сосуществования друг с другом. Какое-то время они смогут сохранять доверие и комфорт, а если не вмешаются неожиданные обстоятельства, то и достаточно долго.

— Чем полиаморные отношения отличаются от партнерских? 

— Часто партнерские отношения путают с полиаморными, когда в паре признается возможность любви и параллельных отношений с другими партнерами. Это очень важное отличие: «секс на стороне» и «любовь на стороне». Полиаморные отношения могут быть успешными, но такая модель сложна, она считается довольно продвинутой системой. Даже между двумя людьми нечасто удается наладить достаточную связь, что уж говорить, если их количество увеличивается до трех, четырех и так далее.

— Какие сложности могут возникнуть в полиаморных и партнерских отношениях? 

— Никакие отношения не застрахованы от того, что с годами партнеры станут другими, поменяются их привычки и предпочтения, ценности. Если это произойдет, придется договариваться, перестраиваться, а может быть, и расходиться.

Сложность таких взаимоотношений в том, что они постоянно должны быть очень искренними, а ведь это тоже требует постоянного напряжения. Важно понимать, что каждому человеку необходимо иметь какую-то часть личного пространства, в которую не хочется никого приглашать. В полиаморных и партнерских отношениях такого пространства остается немного.

Есть еще два сложных момента. Первый — это дети (как свои, так и от других партнеров). Остается открытым вопрос, как детям встраиваться в такую модель, где роли родителей очень размыты. Исследований на этот счет мало, но я думаю, что может доходить до двух крайностей: как в сторону высокой стрессовой нагрузки и деградации ребенка, так и в сторону формирования большей адаптивности и интеллектуальности. Все очень зависит от зрелости партнеров.

Второй момент. В определенный момент может встать вопрос финансовой собственности. Потому что в обычной, гетеросексуальной паре все с точки зрения законодательства понятно, а вот когда семья — это некий аналог коммуны, то не понятно вообще ничего. Если появятся серьезные разногласия, кто-то, скорее всего, потеряет больше, чем остальные. Опять-таки возникнет сложный вопрос: кому принадлежат дети?

И наконец, не забывайте, что наше общество все равно остается гетеросексуальным, причем не сказал бы, что сильно толерантным, и людям в таких отношениях приходится жить скорее в микросоциумах и где-то местами что-то скрывать, что, конечно, добавляет напряжения.

— У вас в практике были примеры таких отношений? Как они развивались?

— Примеров у меня достаточно много, от свободных отношений до полиаморных. На самом деле градация того, как они живут, близка к той, что отражает обычные гетеросексуальные отношения. Такие пары проходят все те же стадии, что и моногамные.

Какая-то часть таких отношений в принципе формируется только из-за того, что у пары просто нет возможности разойтись из-за детей, или совместно нажитого имущества, или страха потерять комфорт. В таком случае приходится соглашаться на условия, которые не очень устраивают, но являются наименьшим злом. Но здесь уже речь скорее о договорных отношениях.

Вседозволенность или культурная революция?

— И от наших героев, и от вас мы услышали о «продвинутости» такого рода отношений. В чем она выражается?

— Полиамория требует предельно прозрачных, честных отношений, большого доверия и безопасности. Поддерживать настолько качественное партнерство способны совсем немногие.

Что касается партнерских отношений, их феномен в нашем социуме трактуется не всегда верно. На первый план выходит гендерное равенство с принципами «Женщина не слабее мужчины», «Никто никому ничего не должен», «Мы здесь на одних условиях», «Наш вклад одинаковый». Все это звучит прекрасно, но совершенно нежизнеспособно. Пары, которые пытаются строить жизнь по таким стандартам, рано или поздно приходят к ощущению бессилия и дистанции, которая увеличивается между ними с каждым месяцем. В итоге отношения разрушаются, потому как если качественный эгоизм важен и полезен для построения здоровых и плодотворных отношений, то у нас он в большинстве случаев очень быстро перерастает в банальный эгоцентризм.

Тут важно разобраться: эгоизм — это когда мои потребности и ценности не менее важны, чем ценности моего партнера, эгоцентризм — когда мои ценности важнее ценностей партнера, да и вообще любых ценностей.

— Как такие отношения сказываются на сексуальной жизни?

— Когда, учитывая интересы одного из партнеров, в отношениях появляется, например, третий сексуальный партнер, возникает масса вопросов. Но при этом, надо сказать, подобные отношения все же возможны. К примеру, если одному партнеру надо много секса, а другому — значительно меньше, разумным видится решение не терпеть обеим сторонам, а позволить по совместной договоренности реализовывать неиспользуемый потенциал на стороне.

Но важно понимать, что в основе любых отношений, хотим мы этого или нет, присутствует элемент жертвенности. То есть суть партнерских отношений состоит в том, чем мы будем жертвовать и в какой степени ради того общего блага. К сожалению, в современной концепции этого «общего блага» как будто и не существует. Если мне нужно много секса и я с согласия партнера иду его получать на стороне, рано или поздно возникает вопрос: «А что мы вообще делаем вместе?» И еще одна деталь: в сексе помимо видимой стороны вопроса (удовлетворения своих физических потребностей) есть и невидимая — некая духовная связь между партнерами. Отсутствие ее превратило бы секс в нечто очень витальное: тогда мы относились бы к измене как к «еде на стороне» или «хождению в туалет на стороне».

Признаём мы это или нет, многие видят в сексе нечто большее, чем просто совмещение гениталий. Поэтому рано или поздно у партнера, который остается дома, когда другой идет снимать напряжение «на стороне», возникает вопрос: «А что он/она чувствует, находясь с другой женщиной/мужчиной?»

— Как вы думаете, у таких отношений есть будущее?

— Очевидно, что происходит своеобразная культурная революция в семейных и сексуальных ценностях из-за постепенного смещения общества в сторону индивидуализации. И, как любые первые шаги, происходит это неуверенно и шатко. В первую очередь из-за попыток реализовать новые, еще не понятные нам до конца идеи про гендерное равенство и партнерские отношения. В то же время наше общество пока в значительной мере поддерживает культурные ценности, сформированные на постсоветском пространстве, а значит, и определенного рода семейную культуру.

Парадигму таких отношений нельзя назвать ни плохой ни хорошей, она была актуальна целое столетие, но, судя по всему, через какое-то время претерпит изменения, хотим мы этого или нет. Как в том анекдоте — одни еще не могут, а другие уже не хотят. В свое время ведь «диким и безнравственным» называли секс до брака, саму идею развода и т. д.

Искренне надеюсь, что менталитет белорусов позволит нам не просто бездумно скопировать чужие модели семейных взаимоотношений. Было бы идеально произвести их адаптацию под нашу реальность. Но очевидно, что по-настоящему качественные реформы взгляда на секс и семейные отношения произойдут только в результате эволюции нашего с вами сознания. От эгоизма к эгоцентричности.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ng@onliner.by

Автор: Дмитрий Корсак. Фото: Александр Ружечка, Анастасия Жавнерчик
Без комментариев