Вклад «Урожайный». Как работница почты 10 лет строила деревенскую пирамиду — а та рухнула за секунду

06 июля 2021 в 8:00
Автор: Андрей Рудь. Фото: Мария Амелина

Вклад «Урожайный». Как работница почты 10 лет строила деревенскую пирамиду — а та рухнула за секунду

Похоже, в маленькой деревне Любань под Рудобелкой долго работала незамутненная финансовая пирамида — безо всех этих модных надстроек в виде косметики да посуды… Только обидное стечение обстоятельств привело к ее обрушению. Ковид все испортил. Если бы «почтальонка» Анна (имя изменено) не подхватила заразу, это, может, продолжалось бы еще сто лет. Теперь основательницу финансовой империи допрашивает СК, а вкладчики ломают головы: на что скромная одинокая Аня тратила их пенсии, «похоронные», «узничные»? Притом что богатств и шального разгула за нею не замечено.

Яростная поддержка села

На днях СК рассказал о расследовании необычной аферы. В агрогородке Любань (Октябрьский район) начальница местной почты убеждала клиентов делать банковские вклады. Говорила, что это безопасно, выгодно, сельским жителям полагается повышенный процент. Люди верили односельчанке, которую знали с детства. Она проработала на этой почте всю жизнь, 27 лет. Несли деньги сами, приводили родственников, знакомых.

Вообще-то, с виду все нормально, «Белпочта» действительно сотрудничает с банками, в почтовых отделениях можно легально делать вклады.

СК сообщает то, что можно сообщать на этой стадии: работница почты тщательно оформляла принесенные деньги, «создавала видимость вкладных операций». Выписывала договор. И потом просто брала деньги себе. Банк из этой схемы был исключен. Сама была как банк: проценты некоторым тоже выплачивала (как и полагается в пирамиде, из денег других клиентов). Даже лучше — ставку назначала, не скупясь, иногда за 30% годовых. Потому что сельских жителей надо поддерживать.

Работало предприятие почти 10 лет, как минимум с 2012-го по март 2021-го. Следствие знает про 28 договоров на 198 тыс. рублей. Для маленькой партизанской деревни — большие деньги. Тут коренного населения осталось несколько десятков домов.

Недавно начальницу почты взяли под стражу, обвинили по части 4 статьи 210 УК («Хищение путем злоупотребления служебными полномочиями в особо крупном размере»).

А теперь послушаем, что про эту историю рассказывают в самой Любани. Там довольно лихая драма получается, с кучей вариантов развития.

Сломали пирамидку

По идее сегодня, во вторник, должна снова открыться после трехмесячного перерыва деревенская почта. Там новый ремонт и новая работница — уже не местная, будет ездить из райцентра. Прежняя, Аня, сидит в СИЗО.

Только аисты на дереве оставлены те, что были.

«Она тактичная, всегда улыбается, никогда голос не повысит, порядок у нее на почте, — так описывают в деревне бывшую хозяйку почты. — Привезут какой товар, так еще и позвонит, сообщит. Все переживала, что почту закроют…»

В общем, с этой стороны подвоха никто не ждал. Чего она вдруг решила собрать деньги с деревни? В Любани объясняют так: «Шапку скинь да надень». На местном языке это значит, что вообще ничего непонятно.

То же относится и к судьбе денег, собранных Анной. Куда они потрачены — загадка. Можно было еще одну деревенскую улицу на эти рубли построить — но что-то незаметно.

В Любани рассказывают интересную историю, как вообще этот самодельный банк вылез наружу. Глупо получилось.

Весной Анна вроде бы подхватила «корону» и ушла на больничный. Почту на это время закрыли. И, как назло, в эти дни одной из вкладчиц понадобилось снять деньги на покупку машины. Анны нет — не беда. Женщина взяла паспорт и просто отправилась в отделение связи соседней деревни. Так же можно? Можно.

«Нельзя, — сказали в соседней деревне, заглянув в компьютер. — У вас нет вклада. Да вообще на любаньской почте нет никаких вкладов!»

Шок, разбирательства, начальство из РУПСа и выше, слезы со всех сторон… Анну трижды вызывали к следователю, а на четвертый раз она уж не вернулась.

В общем, сломали хорошую пирамидку.

31% годовых. Урожайно

— Я вам расскажу, нам-то уже поздно бояться, пусть она теперь боится. 17 тыс. рублей мы ей отнесли, — уже без особой злости в голосе рассказывает пенсионер Николай Адамович.

17 тыс. — это не рекорд, есть и более пострадавшие. Соседи слушают уже, наверное, в сотый раз, но все равно сопереживают. Вообще-то, это не Николай Адамович такой зажиточный, это общие семейные деньги — свои, детей, внуков, то, что копили на операцию…

Носили партиями. Первый «транш» совершили лет пять назад. Для этого поехали в райцентр, сняли все, что было, в обычном банке и переложили к ней. Ну, потому что начальница почты сказала, что так надо. Объяснила, что у нее процент лучше. (Вообще-то, «Белпочта» работает с тем же самым банком, но кто там разбирается в этих тонкостях. Да и Анна же врать не станет.)

Потом мама Николая Адамовича получила от Германии евро как бывшая узница — тоже поменяли, отнесли. Потом с пенсий да прочих выплат пополняли. Не снимали ничего — копили. И накопили.

— Пенсию получу — и несу. Она что-то там оформляет, паспортные данные пишет, да в двух экземплярах. Видно, что старается, — как будто на самом деле. Вклад «Урожайный», такой, сякой… Процент первое время небольшой был, ну обычный, а потом за 26 пошло. А кому и 31 обещала!

Мария Владимировна, супруга пенсионера, бережет пачку «договоров», которые, по сути, стоят дешевле их собственной бумаги. Все украшены почтовой печатью. Квитанций нет (Аня говорила, что теперь они не нужны: все в компьютере). На более ранних «договорах» значатся вполне правдоподобные проценты, как в нормальном банке. Потом доходность щедро поскакала вдаль — на последнем от руки написано: 26,8%. Как Анна придумывала эти цифры и почему именно столько, знает только она.

— Все говорила: «Закроют почту», — вспоминает Мария Владимировна. — Мол, нет оборота, никто не кладет деньги на вклад — а вот в других почтовых отделениях кладут. Мы со всей родни пособирали деньги, ей носили — чтобы, значит, с пользой лежали. Иногда говорит: «Владимировна, пришли проценты, я вам зачислю». Ну зачисли… И бумажку еще напишет с суммами, сколько там причитается.

— Да что она за человек такой, что сумела всех так обработать?

Николай Адамович некоторое время размышляет. Ничего не наразмышлялось:

— Я не знаю, как получилось, да и никто тут не скажет. Понимаешь, к ней приди — если копейки не хватает, она свою из кошелька достанет и отдаст за тебя… А много надо, чтобы деревенского «загипнотизировать»?

Мы всегда такие умные: «Как можно было поверить?» А как не поверить?! «Белпочта» действительно сотрудничает с банками. Легально оказывает финуслуги. Вклады с такими названиями существуют в реальности, на сайте можно почитать. Аню в деревне знают всю жизнь. В процентных ставках простой человек разбираться не обязан. Раз начальница что-то говорит, значит, наверное, так и есть. В общем, мы бы, наверное, тоже погнались за этими лютыми процентами.

«Куда ты перла эти проценты?»

Мария Владимировна вспоминает, как после обрушения пирамиды, но еще до уголовного дела Аня позвонила ей в слезах. В пять утра.

— Воет-плачет: «Владимировна, простите, все отдам». А мне-то уже своих денег не жалко, черт с ними, но я ж еще и детей деньги ей отнесла… Через день прихожу к ней домой — она на корточки села вот так и снова давай голосить. Говорю: «Злодзей ты, понимаешь? Слезы мне ни шли ни ехали, верни то, что тебе из рук в руки дали». Объясняет, что проценты людям заплатила… А кто ж тебе разрешил платить моими деньгами неизвестно кому такие проценты?! — Мария Владимировна в сердцах адресует этот вопрос хотя бы нам, раз уж Анна недосягаема. — На что ты начисляла такие проценты, где ты их взяла? Куда ты перла эти проценты, кто тебя заставлял? В конце концов она написала расписку, что вернет деньги.

В расписку эту женщина не очень верит. У пенсионерки, всю жизнь отработавшей агрономом, есть еще одно больное воспоминание. С нею не в первый раз так поступают:

— Когда-то у меня 13 тыс. советских рублей на сберкнижке лежало (для масштаба: «Москвич» тогда стоил 5 тыс. рублей. — Прим. Onliner). Тоже их кто-то потратил. Больше никогда никуда не положу.

Где деньги?

Вообще-то, 200 тыс., растянутые на 10 лет, не космическая сумма по городским меркам. Что-то из этого Анна отдала вкладчикам, всю доступную математику теперь должно свести в кучу следствие. Посчитать потерпевших, вклады, выплаты.

— Может, на лечение матери тратила, а может, еще куда складывала, — рассуждают в деревне. — Или на проценты все отдавала. Некоторые, говорят, и нажились. Успели поснимать с этими процентами. К ней же из разных райцентров ездили.

Если так — выходит, понимали, что тут какая-то совсем уж особенная ставка, которой нет в Светлогорске, Жлобине, Октябрьском или соседних деревенских ОПСах. Ход мысли таких вкладчиков — что знали, а о чем не подозревали — теперь изучает СК.

Так, может, все 200 тыс. ушли на слишком богатырские проценты? Может, Анну придавило собственной пирамидой?

По виду взять с нее абсолютно нечего. Лет — за 40. Живет с пожилыми родителями (они, скажем, даже близко не богачи), присматривала за матерью, мужа и детей нет. Ни автомобиля, ни яхты, ни богатого дома начальница ОПСа не нажила. Дорогими развлечениями не увлекается, из деревни за всю жизнь и не выезжала никуда особо. Не пьет, за азартными играми не замечена.

Некоторые наши собеседники вообще не верят, что их скромная односельчанка способна была сама организовать такую операцию. Охотно ударяются в конспирологию:

— Может, сообщники где-то сидят, которые ее подговорили или заставили. Им и деньги отправляла. Надо еще глянуть на остальных почтах, нет ли такого же.

Некоторые потерпевшие теперь рассуждают просто: если «почтальонка» забрала деньги, так пусть ее организация и возвращает, хоть без процентов. Лучше с процентами. Но это пока просто рассуждения.

Читайте также


Расследование продолжается. СК ищет других вкладчиков. Отозваться можно по телефону +375 (232) 69-30-57.

С бесплатной доставкой при оплате Mastercard или от 15 рублей. Пополняйте запасы стиральных порошков и капсул в Каталоге Onliner

машинная стирка, применение: для цветного белья, с кондиционером, бесфосфатное средство
машинная стирка, применение: универсальное, бесфосфатное средство

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Андрей Рудь. Фото: Мария Амелина
Без комментариев