«В реанимации подумал: „Ну все, приехали!“» Белорусы с коронавирусом объясняют, каково это

903
13 апреля 2020 в 8:00
Автор: Никита Мелкозеров

«В реанимации подумал: „Ну все, приехали!“» Белорусы с коронавирусом объясняют, каково это

Первый случай заражения коронавирусной инфекцией в стране подтвердили 28 февраля. Кто-то заволновался, но в целом общественность среагировала на новость как на что-то внешнее и далекое. И надо понимать, что у части белорусов подобное отношение сохраняется до сих пор. Хотя это не заграничная страшилка из телика про Ухань или Ломбардию. Это часть нашей повестки вот уже седьмую неделю. И если судить по росту заболеваемости, неделя эта не последняя. Мы поговорили с белорусами, у которых выявили коронавирус. Их организмы отреагировали на инфекцию по-разному, но все они сходятся на одной мысли: это серьезная проблема, к которой стоит отнестись соответствующе.

«За две недели в инфекционке муж на развод пока еще не подал»

Ольге 36 лет. Она совсем недавно выписалась. А история следующая: белоруска летела из Франции через Литву. На следующий день после возвращения в Беларусь пошла в поликлинику по месту жительства. Там у нее взяли тест, хотя на тот момент Франция не входила в список эпидемиологически опасных стран, да и симптомов никаких не было.

— Я была во Франции с 11 по 14 марта. Тогда в стране было примерно 1000 зараженных. Количество росло потихонечку. В Беларуси же коронавирус большинство воспринимало как что-то далекое. Я, пусть и фаталистка, такую позицию не разделяла.

Несмотря на прекрасное самочувствие, сознательно решила сдать тест. Потому что у меня муж, дома маленькие дети, пожилая бабушка, которую хочется видеть, а не сидеть в самоизоляции две недели. Если бы у меня не взяли тест, провела бы рекомендованный срок дома.

Я приехала в Беларусь в четыре утра в воскресенье. День провела в Минске. В 20:00 позвонила в инфекционку, спросила, можно ли сдать тест. Там уточнили, есть ли симптомы. Узнали все и ответили: нет, точно нет, ничего не возьмем. Но парень, который был на трубке, посоветовал: «Попробуйте в поликлинике, может, возьмут».

«Когда мне сказали про подтвержденный коронавирус, я сразу не поверила»

Удивительно, но тест у Ольги взяли.

— Мне просто повезло. Позвонила в поликлинику: «Можно сдать?» — «Есть симптомы?» — «Нет». — «Откуда вы приехали?» — «Из Парижа». — «Приезжайте».

В понедельник надела маску и пошла в инфекционный кабинет поликлиники. Вернулась домой. Через 23 часа мне позвонил эпидемиолог и сказал: «Никуда не уходите, у вас положительный тест». Они молодцы, конечно. Сообщают эту информацию без паники. «Не беспокойтесь, все хорошо, да, у вас нашли вирус, но, пожалуйста, никуда не выходите, скорая за вами уже выехала, соберите все необходимые вещи, пожалуйста» — в таком духе. Очень-очень вежливо.

— Вас поместили в этот красный кофр?

— Да.

— Что за ощущения?

— Нормальные, весело было. У меня нет клаустрофобии. Воздух туда попадает. Можно фотки делать. Честно, я боялась только, что меня уронят. Ладно, я 55 килограммов вешу, но эта штука немаленькая и нас несут два человека. Предложила дойти самой. Но по протоколу нельзя. Видимо, надо выносить из квартиры. Красиво.

— Правда, что тест неприятный?

— Скорее, очень неприятный, если его делают так часто, как мне. Я сдавала анализ девять раз. Смотрите, есть палочка, которой берут мазок с гортани. Это не больно, просто неприятно. А потом такой же палочкой вам залазят в каждую из ноздрей. Вот назальная зона — это прямо совсем неудовольствие.

«Дня три-четыре ничего не ощущала, но в течение недели способность улавливать запахи вернулась полностью»

Когда мне сказали про подтвержденный коронавирус, я сразу не поверила. Симптомов-то не было. В больнице сказала: неправда все ваши результаты, возьмите у меня еще раз. Результат подтвердился. После этого у меня стали потихонечку проявляться мелкие симптомы. И я приняла это. Но без драмы. Понимаете, если бы я была паникером, то не поехала бы во Францию.

— Что с семьей?

— Мужа и детей изолировали сразу вместе со мной. Втроем поехали в детскую инфекционную больницу, в отдельный бокс. Там они пролежали 14 дней, сдавали тест на 1-е и на 13-е сутки. Результат отрицательный. Все выписались. Все дома.

— Как вас муж поблагодарил за такие каникулы?

— Ну, рад, конечно, не был, но на развод пока еще не подал.

Ольга чувствует себя хорошо, вообще никаких вопросов. Дней восемь после госпитализации происходили мелкие неприятности: усталость, болела голова, болели глаза, температура поднялась до 37,1, появился кашель. Все закончилось тем, что пропало обоняние.

— Помню, это было в субботу. Дня три-четыре ничего не ощущала, но в течение недели способность улавливать запахи вернулась полностью. Все остальные мелочи — день, максимум два. Единственная проблема — они шли одна за другой. Глаза поболят, потом голова и так далее. Не все вместе. Если бы я не находилась в больнице, не поняла бы даже, что у меня есть какая-то проблема.

Да, физиологически со мной в целом все хорошо, но психологически — по-разному. Вначале немного переживала. Но не за здоровье. У нас молодая семья, мы спортом занимаемся, мы не в группе риска. По иммунитету вопросов не было. Но детей закрыли в четырех стенах, с отцом, и это меня беспокоило. Хорошо, что все восприняли произошедшее как небольшое приключение. Помогали друг другу и в итоге справились.

«Некоторые белорусы думают, что коронавирус — это где-то далеко, в новостях, но нет, он прямо здесь»

Первые два дня Ольга не понимала, что происходит. Потом осознала, что пошли симптомы, и восприняла это спокойно. Как простуду. Сложнее стало, когда начались тесты на выписку.

— Ты чувствуешь себя хорошо, но тесты положительные — в реальный мир по-прежнему нельзя. И так неделя. Начинает немножечко подрывать. Но спустя семь дней ты приходишь к принятию: «Наверное, так надо. Если у тебя выделяется РНК, лучше побыть здесь».

Правда, потом начался эпос, и меня стало подрывать по новой. Чтобы тебя выпустили, надо получить два подряд отрицательных теста. Моя седьмая проба была такой, и я стала надеяться, но восьмая оказалась опять положительной. Так что эмоциональные качели. Это объясняется чувствительностью тестов: они улавливают даже неактивные частички вируса.

Но я думаю, что таких, как я, пора бы уже отправлять на домашнее долечивание ввиду нынешних показателей прироста новыми случаями. Мне не оказывается лечение, и я занимаю место, которое наверняка кому-то нужнее.

Знаете, некоторые белорусы думают, что коронавирус — это где-то далеко, в новостях, но нет, он прямо здесь. Практически на каждой улице. Понятно, официальная статистика всегда опаздывает, так что случаев больше, чем озвучено. Тем более очень много людей болеют бессимптомно или с очень слабыми проявлениями и даже не понимают, что происходит. Потому я за социальную дистанцию. Это сейчас очень важно. Нам нужно, чтобы распространение было медленным. И да, еще я за маски в общественных местах.

«Читаю новости, а потом пла́чу»

Заслуженной артистке Беларуси Надежде Микулич 67 лет. Она болеет с 23 марта. Неделю была дома и пила антибиотики. Допускает, что, возможно, не те: ничего не помогало. Температура поднималась каждый вечер до 37.

— После этого позвонила врачу: «Давайте сделаем анализ, температура все равно есть». Снимок показал подозрение на пневмонию. Не знаю, может, ее бы и не было, если бы меня сразу забрали в больницу без этой недели дома. Даже не недели, а двух.

Во время нашего разговора Надежда Анатольевна рассказала, что ей было тяжело дышать. Она надеялась, что это пройдет. Артистке не казалось, что новости про коронавирус — это все враки. Женщина максимально серьезно относилась ко всей информации. Почти никуда не ходила (припоминает единственный осторожный поход в магазин), делая выбор в пользу доставки, на улице появлялась, только когда выгуливала собаку.

«Пишет много людей, я всем отвечаю, коротаю время. Помогает забыть про болезнь»

— Где я его подцепила? До сих пор понять не могу. Надо себя беречь, быть внимательнее в это время. Самое ужасное в нынешней ситуации — отсутствие необходимого лекарства. Я вот недавно спросила врача: «А как мои легкие?» — «Легкие (пневмонию) мы лечим. А от коронавируса нет лекарства, организм сам должен бороться». Вот и все. И действительно непонятно, как поведет себя организм. Реакции у всех разные.

Главное для меня сейчас — избавиться от пневмонии. Тем более врач сказал, что моя какая-то страшная — двухсторонняя. Не знаю, в каком она состоянии. Но где тут у них что спросишь? Приходят три раза в день, проверяют насыщенность крови кислородом. У меня пока еще недостаточная. Было 92, потом 95, потом 94. Посмотрим, что будет дальше. Делают вот эти измерения, а то, что у меня гипертония и давление... Тут даже аппаратов нет. Надо просить, чтобы из дома привезли.

— Вам было страшно?

— Да. Как только подтвердили, сразу начала бояться. Стала думать про мужа. Мы же с ним едим одними и теми же приборами… Я вспоминаю, что была в гостях. Там было шесть женщин и молодой парень. Одна из женщин заболела, она лежит в той же больнице, что и я (в столичной «шестерке»), уже несколько дней с коронавирусом.

И тут попадаю я — из той же компании. Так вот не знаю, либо она меня заразила, либо я ее. Неизвестно. Но человек в реанимации, и это факт. Мне страшно.

«Шучу, что я царица с „короной“»

Сейчас меня много кто поддерживает, и это хоть как-то занимает. Пишет много людей, я всем отвечаю, коротаю время. Помогает забыть про болезнь. А так я читаю новости про коронавирус, узнаю, где и сколько людей умерли, это нагоняет на меня страх. Читаю и пла́чу. Тем более у меня диабет, и поднялся сахар. Прилично причем. У меня никогда столько не было. Спросила врача: «Почему так?» — «Это на фоне коронавируса. Но вы не бойтесь». Дали мне таблеточки.

Самое сложное — это психологический момент. Люди запуганы, это абсолютно точно. Очень много негативной информации. Я себя ругаю за то, что читаю. Но как я могу не читать? Я с этой болезнью лежу в больнице. Меня тянет почитать. Вот почитаю, а потом пла́чу. Почитаю — страхи всякие начинаются. Но хорошо, что есть поддержка. Некогда грустить.

При этом Надежда Анатольевна старается сохранять позитив.

— Шучу, что я царица с «короной», а мой муж через пару дней, если опасения подтвердятся, будет царем. Знаете, все это может казаться сколько угодно далеким, но стоит серьезнее отнестись к проблеме. Потому что она существует. И она очень опасна. Лучше сидеть дома и поменьше ходить по улице. Да, в магазин каждому человеку надо, но, во-первых, есть доставки, а во-вторых, масса рекомендаций о социальном дистанцировании и прочих мерах предосторожности.

«Проскакивали мысли: „Может, меня не коснется“»

Александр из Витебска, ему 38 лет. 17 марта мужчина пошел на больничный, 20-го числа попал в больницу, после чего начался его невеселый тур.

— Пришел домой с работы — температура. Очень резко, сразу до 39 за час. Я ее сбил, подумал еще: «Ну, наутро пройдет». Утром действительно прошла. 36,9 — я даже на работу сходил, правда, на обеде стало хуже. Пошел в поликлинику, там сказали: лежи дома, отдыхай.

Температура прыгала четыре дня. Мужчина пытался урезонить ее. Периодически страшно ломило тело. На пятый день стала болеть спина. Александр не выдержал и вызвал скорую.

— Меня отвезли в тубдиспансер, сделали рентген, взяли анализ крови, сказали, что все хорошо с легкими: «Вас перевезут в другую больницу. Это просто грипп». Я оказался в перепрофилированной больнице одним из первых. Меня лечили таблетками, как от гриппа, но с каждым днем мне становилось все хуже. Сказал доктору. Он: «Знаю, так здесь у всех, температура по неделе держится».

«Мои друзья работают дальнобойщиками. Один как раз приехал из Италии»

Александр стал задыхаться. Его перевели в другую больницу (в Железнодорожный район). Снимок показал, что все плохо. Мужчина провел в реанимации три или четыре дня, которые помнит слабо.

— Где я? Что я? Откроешь глаза — понимаешь, что лежишь под капельницей, натыкан разными датчиками, встать не можешь. Мне приносили еду, но в то время не то что ложку поднять — говорить было тяжело. Лежал молчал.

Как раз приезжали минские врачи. Учили витебских коллег брать тест на коронавирус. На мне и тренировались. Первые анализы у меня были хорошие. А потом оказалось, что это коронавирус. Методы лечения изменились. Стало легче. Потом меня перевели из реанимации в переделанную под палату операционную. Такая полуреанимация. А затем я снова переехал — уже конкретно в учреждение, которое специализируется на пневмонии и коронавирусе. Там я подписал бумажку, что не против таблеток, которыми лечат малярию. Мне их давали. Стало легче.

Помимо этого, были капельницы трижды в день. В итоге появились аппетит и вкус жизни.

— Понимаете, как заразились?

— Грешил на товарища. Мои друзья работают дальнобойщиками. Один как раз приехал из Италии. Мы все встретились на дне рождения общего знакомого, отмечали в бане, много народу — но COVID-19 только у меня. Тем более, когда дальнобои пересекают границу, у них берут мазок. И у товарища моего тест хороший.

«Обращался к врачу за неделю до того, как меня забрали в больницу. Доктор сказал заниматься иммунитетом и пить таблетки»

Я работаю на предприятии, на этаже 21 человек. Потом узнал, что до моего попадания в госпиталь четверо коллег уже болели. Пол-этажа в итоге слегли с пневмонией. В общем, на работе я все и подхватил. А дальнобойщики здоровы, их дети и жены — тоже.

Александр смотрел новости и был уверен, что коронавирус — болезнь стариков. А когда оказался в реанимации, подумал: «Ну все, приехали!»

— Не знаю, совпадение это нескольких причин или нет, но мне пришлось очень тяжело. Ведь никто ничего не знает. Я сейчас лежу в обычной палате, рядом со мной парень с положительным анализом, и он чувствует себя прекрасно — ни капельниц, ни таблеток, ни температуры. Ничего, абсолютно. Я так понимаю, это вопрос иммунитета. Неважно, сколько лет, если ты «закален», будем это так называть, симптомы проявляются неостро.

— А у вас не очень хороший иммунитет?

— Пониженный. Я даже обращался к врачу за неделю до того, как меня забрали в больницу. Было какое-то обострение, било по ушам. Доктор сказал заниматься иммунитетом и пить таблетки. Типа, весна, витаминчиков не хватает. «Пропейте, все будет хорошо». Ну, как видите, не получилось.

— Вас пугал коронавирус?

— Я видел статистику, видел людей, которые заболевали. От внешнего мира, конечно, не прятался, ну и не то чтобы специально ходил по местам массового сбора. Толпы на подсознании стал сторониться, но не думал, что коронавирус — это очень серьезно. Проскакивали мысли: «Может, меня не коснется».

«В реанимации я оказался в крайне так себе состоянии. Не помню, брали у меня анализы тогда или нет»

А потом, уже в больничке, начал говорить всем своим друзьям: «Ребята, смотрите внимательно. Если со мной случилось, то никто из вас не застрахован».

Во время разговора Александр держится бодро, но признается, что был момент, когда он испытывал страх.

— Страшно, что тебя не вылечат. Просто лекарств нет, мы пробуем на страх и риск. Эти таблетки не подходят — ну, давайте другие. Все правильно. А что делать? Хочется же, чтобы легче. Как-то так.

Я еще лежу в палате более-менее хорошей. Ну, холодильника нет. Аппетит появился. А если передадут какую-то еду, так это только на день максимум. Из палаты никуда нельзя. Еду передают через окошко. Там двойной стеклопакет. Открывается с одной стороны, дезинфицируется, тебе туда ставят еду, закрывают, ты с другой стороны открываешь, забираешь. Врачи приходят в полной экипировке: маска, очки, перчатки, бахилы и так далее.

— Чего вам сейчас больше всего хочется?

— Домой. Ну, выздороветь, естественно, дождаться нормальных анализов. За то время, что я лежу, у меня взяли три мазка. Но в реанимации я оказался в крайне так себе состоянии. Не помню, брали у меня анализы тогда или нет. Меня как будто пьяного везли на каталке.

сет, 32 шт, 990 г, авокадо, икра летучей рыбы, кунжут, лосось, морские водоросли (чука), сливочный сыр, тунец, угорь

Хроника коронавируса в Беларуси и мире. Все главные новости и статьи здесь

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Самые оперативные новости о пандемии и не только в новом сообществе Onliner в Viber. Подключайтесь

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Никита Мелкозеров
Без комментариев