«Я, короче, сбился, давайте что-нибудь другое». Как в Гродно прошел кастинг X-Factor

23 413
166
14 марта 2020 в 19:20
Автор: Татьяна Ошуркевич. Фото: Максим Малиновский

«Я, короче, сбился, давайте что-нибудь другое». Как в Гродно прошел кастинг X-Factor

Жюри говорило, что сцена не терпит ничего некачественного. Участники соглашались и подтягивали профессионализм, стоя прямо в очереди. Устраивали негласное соревнование: кто из них берет ноты трагичнее, жестикулирует эмоциональнее и выходит на сцену эпичнее. Здесь относились к происходящему серьезно, прерывали разговоры резким «Тсс! Мы репетируем, вообще-то!» и гневно стучали по паркету тонкими шпильками. «Да я на выхах решила: домашки в унике нет, надо ехать себя попробовать», — говорит девушка, по-свойски сидя на подоконнике. Это концертный зал Гродно, белорусский кастинг проекта «Х-Фактор» и наш репортаж оттуда.

— 10, 11, 14, сюда! — звучит команда женщины в черном. Она держит в руке планшет и свободно жонглирует в пространстве рукой. От ее положения зависит, в каком месте комнаты окажется человек. Люди послушно отзываются на цифры, отказываясь от своих имен, и перебегают в указанное место. Скоро будет их выход и минута славы — это ее они так сильно ждали сегодня.

.

Массовым мероприятиям в Гродно не страшен никакой вирус: пока остальная Беларусь узнает тревожные новости, здесь с ними борются творчеством. Зеленые стены зала ожидания слегка напоминают больничную обстановку, о чем перешептываются паникеры, но в целом все сосредоточены на себе: коронавирус пройдет, а участие в конкурсе останется.

Это движение к славе не остановить даже у тех, кто непосредственно в конкурсе не участвует. Местная гардеробщица очень старается помочь и тоже почти поет: «Вы тут кого ждете? Курточки сдали — и наверх!» Мы слушаемся и быстро оказываемся в эпицентре происходящего.

Толпа людей перед входом перекидывается парой слов типа «кто откуда». Пока мы не попали под творческую лавину из зала и держим интригу, говорим с ожидающими.

Это 20-летний Георгий. Он учится в Гродненском университете имени Янки Купалы.

— Я буду маркетологом-программистом. Хотел еще в прошлом году сюда пойти, когда открыли украинский «Х-Фактор». Тогда был кастинг в Минске, у меня не получилось попасть. Решил, что будет обидно не сходить сейчас. Не знаю насчет того, чтобы связать свою жизнь с пением — скорее это просто моя мечта. Мне хочется себя показать: я давно выступаю в университете. Следующим шагом для меня был этот конкурс, дальше посмотрим. В итоге, конечно, мне бы хотелось собирать концерты для своих поклонников. Что касается белорусских исполнителей, мне IOWA нравится. Макс Корж хорошо поднялся. Красавчик. К Тиме Белорусских у меня было сомнительное отношение. Но у него есть своя аудитория, пару его песен я слышал. Ну, если человек свои концерты играет, он для меня успешен.

Подходим к двум девушкам, которые поют песни на весь зал. Они выступают по отдельности, поэтому мы говорим с одной из них — Сашей. Ей 22, и она рассказывает, по словам ее подруги, свою печальную историю.

— Я поступила на юрфак, перевелась на заочку и на последнем курсе ушла, чтобы поехать работать в Китай. Но приехала домой через два месяца из-за коронавируса. Есть же даже песня сейчас популярная — «Коронаминус» называется. Я ее, к счастью, не буду исполнять, — вздыхает она. — Люди приходят на «Х-Фактор» с разными целями. Я пишу песни, понимаю, что мне нужно нарабатывать своего слушателя. Это интересно, дает опыт. Никаких подобных проектов раньше не было в Беларуси.

— Я вижу здесь много ребят, в век YouTube и TikTok странно, что молодые исполнители ищут слушателей здесь.

— Но смотрят эти же выпуски в интернете! Нужно и там, и тут. А так, действительно, много популярных исполнителей появилось в Instagram.

— После таких шоу карьера мгновенно не взлетает, это какие-то единичные случаи... Стоят ли они затрат?

— А как же Марув, Алексеев, Монатик? Ему, кстати, Серега сказал, что он не может блистать и быть артистом, а тут — здравствуйте, популярность! Я думаю, если тебе говорят, что ты чего-то не можешь, этому не нужно верить.

Оставляем девушек и идем к даме в белом. Татьяна приехала из Новогрудка, выступала первым номером. Говорим с ней.

— У меня уже давно есть поклонники, я пробовала пройти на «Евровидение» в 2018 году. Приехала сюда, чтобы показать свое творчество, как только узнала, что его здесь будут оценивать. Я работаю фельдшером-лаборантом, 32 года пою. Мое творчество — для народа, не для себя. Считаю, у меня профессионализм есть в медицине и творчестве — это мое сердечко, две половинки, они неразделимы. Когда я возбуждаю людей своим пением и что-то им отдаю, тогда мне очень хорошо.

Оставляем участников готовиться и идем в зал. Мы открываем дверь, прерывая чьи-то старания. Через минуту понимаем: эта композиция о любви, «сентиментальном дожде и пленительном парфюме». Она же заполняет почти пустой зал. Посередине сидит жюри, кое-где мелькают родственники выступающих с букетами цветов, больше всего здесь операторов.

Друг друга сменяют почти одинаковые композиции и разрезы платьев. Девушки берут высокие ноты, их хвалят за старание безэмоциональным «спасибо» и приглашают следующих. В этом соревновании «кто продержится на сцене дольше» выигрывают парни. Внимание к ним, бесспорно, повышенное. Один из них поет о «возрождении изможденной сути» и в середине песни получает вопрос:

— Можно что-то не такое трагичное? Вы же молодой человек, у вас вся жизнь впереди, а такое чувство...

— «Цвет настроения синий» подойдет? — не дослушивая, предлагает он.

— Прекрасно!

За ним выступает участник, который уже успел завоевать внимание всех девушек в зале ожидания. Смелый, дерзкий, он поднимается на сцену. Начинает петь, но забывает слова.

— Я, короче, сбился, давайте что-нибудь другое, — машет он микрофоном. — Переволновался, извините.

— Ничего, ваше обаяние вам помогло, — говорит кто-то из жюри женского пола.

— Вы правда прекрасны, — добавляет другая.

— Спасибо за вашу искренность и открытость, — поддерживает третья.

— Вот ради таких людей мы здесь. Спасибо вам, что пригласили, — говорит кто-то из них троих. На этом моменте появляется чувство, будто ты подслушиваешь разговор, в который тебя точно не хотели посвятить.

А вот 25-летняя гродненка уже на сцене. Она поет о первом поцелуе и, кажется, немножко перебарщивает.

— А что значит, что вы «с хорошей биографией»? Так написано в вашей анкете, — интересуются у нее.

— Я не курила и никогда не пила, — гордо отвечает дочь маминой подруги.

Вслед идет несколько номеров с патриотическими песнями об озерах. Кто-то сменяет этот ряд авторской композицией:

— Я вижу только черно-белые сны. Наши чувства — всего лишь привязанность. Я отпускаю наши чувства, внутри меня стало пусто... — грустит на публику девушка.

Жюри умиляется и затем приглашает другого выступающего. Это парень, и он явно целеустремленный.

— Почему вы решили участвовать? — серьезно спрашивают у него.

— Это шанс прославиться, мне хочется уехать из Беларуси, — откровенно отвечает тот.

Дают перерыв, и зал понемногу опустевает. Кто-то, предсказывая самому себе «наверное, не в этот раз», идет за курткой, встречается с сочувствующим взглядом гардеробщицы, и та даже не спешит подгонять его к выходу. Другие остаются до конца и верят в победу и собственное счастливое будущее. Как бы там ни было, кастинг на шоу пройден, зрителям обещают оставить лучших, чтобы потом порадовать талантами. А нам скоро предстоит их услышать.

Библиотека Onliner: лучшие материалы и циклы статей

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Автор: Татьяна Ошуркевич. Фото: Максим Малиновский