В Столбцах начался суд над Вадимом Милошевским, напавшим на учительницу и одноклассника. Репортаж из города

 
368
19 августа 2019 в 11:18
Источник: Татьяна Ошуркевич. Фото: Максим Малиновский

Сегодня в Минском областном суде стартуют заседания по делу о нападении на школу в Столбцах. На скамье подсудимых — десятиклассник Вадим Милошевский, его обвиняют в убийстве учительницы истории и одиннадцатиклассника, а также в покушении на убийство еще двух одноклассников.

Вадима Милошевского обвиняют по следующим статьям Уголовного кодекса:

  • части 3 статьи 339 («Особо злостное хулиганство»);
  • пунктам 1, 6, 13 части 2 статьи 139 («Убийство двух и более лиц, совершенное с особой жестокостью из хулиганских побуждений»);
  • части 1 статьи 14 и пунктам 1, 6, 10, 13 части 2 статьи 139 («Покушение на убийство двух и более лиц, а также лица или его близких в связи с осуществлением им служебной деятельности или выполнением общественного долга из хулиганских побуждений»).

Напомним, все случилось 11 февраля 2019 года в столбцовской школе №2. 15-летний подросток ударил ножом 50-летнюю учительницу истории Марину Пархимович и 17-летнего ученика 11-го класса Александра Романова. Они скончались на месте происшествия. Кроме того, парень нанес удары ножом двум одноклассникам — Руслану Шутько и Владиславу Цвирко. Их госпитализировали с травмами различной степени тяжести.

Процесс будет идти в закрытом режиме: на момент совершения преступления Вадиму не было 16 лет, а в материалах дела содержатся сведения о состоянии его здоровья, которые составляют в соответствии со статьи 46 Закона «О здравоохранении» врачебную тайну.

Утро перед началом суда

О том, что сегодня в Столбцах состоится суд над 16-летним Вадимом, в курсе все. Но горожане успокаивают друг друга: то, что случилось, — из ряда вон выходящее событие.

— Люди поговорили пару недель, да и перестали. Когда нечасто ездишь, особо ничего не заметишь. Единственное, мальчика убитого очень жалко и учительницу, — вздыхает мужчина.

У суда женщина вытирает слезы. Ее дочь — учительница биологии, одна из потерпевших.

— Ей 26 лет. В то время вела урок в соседнем классе, услышала шум, вышла сделать замечание парню. Он же пошел в ее сторону с ножом. Дочь сообразила, забежала в другой класс. С ней эти полгода работали психологи кризисного центра. Все это время она боялась даже на улицу ночью выйти, потому что видела и учительницу убитую, и мальчика раненого держала на руках.

Перед зданием суда сидят родственники убитой. Говорить сначала отказываются, потом рассказывают, что от суда они ничего не ждут.

— Наказание несоизмеримо с тем, что он сделал, — начинает говорить сын Марины Пархимович.— Если бы ему было 16, была бы вышка или пожизненное. А теперь максимум ему дадут 15 лет. Отсидел — пришел в расцвете сил, дальше живи. Для него это было как развлечение: он шел как цветы резать. Сам факт, что этот человек будет ходить по улицам… Вы думаете, годы в тюрьме исправят этого человека?

Ждать извинений? А что это изменит? О настоящих мотивах мы не знаем, сомневаемся, что в суде о них нам скажут.

Могут ли назначить подростку смертную казнь или пожизненное заключение?

Сестра, муж и сын убитой учительницы Марины Пархимович

Сестра Марины Пархимович спрашивает:

— У меня вопрос: почему никого не пускают на процесс? Многие дети до сих пор ездят к психологу. Сами подумайте: какова должна быть причина, чтобы оправдать человека с таким поступком? Если бы в той комнате был чей-то ребенок, чья-то мать… Многих травят в школе, но никто на такое не шел...

Родители Вадима тоже подходят к залу, где будет проходить заседание. От комментариев журналистам они отказываются, проходят внутрь.

Потерпевшие и их родители сидят в другой стороне. Они подходят к дверям целой толпой за пару минут до начала заседания и тоже скрываются за дверью.

В 11 часов процесс начался.


Более десятка журналистов ждут перерыва около зала заседания. Наконец двери открываются, толпа людей быстро выходит из дверей и скрывается за углом. Школьников выводят строем: среди них — пострадавший Владислав Цвирко с мамой. Кто-то из потерпевших выходит с заплаканными глазами.

Родственники кричат в сторону журналистов: «Люди, дайте нам поговорить!»

Единственное, что они произносят: «У всех подписка о неразглашении».

Семья Вадима наотрез отказывается что-либо комментировать: отец садится в машину и уезжает.

Перерыв в суде объявлен до 14:30.

Библиотека Onliner: лучшие материалы и циклы статей

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Источник: Татьяна Ошуркевич. Фото: Максим Малиновский