«Они для меня все свои, родные». История участковой медсестры, которая вырастила три поколения детей
27 008
261
25 февраля 2019 в 8:00
Источник: Полина Шумицкая. Фото: Максим Малиновский
«Они для меня все свои, родные». История участковой медсестры, которая вырастила три поколения детей

«Младенцы должны пахнуть парным молоком», — со знанием дела говорит участковая медсестра Софья Иосифовна Сенкевич. Мы сидим в кабинете минской детской поликлиники №20, где Софья Иосифовна работает уже 42 года. Застраивались кварталы, появлялись новостройки, менялся район, и на руках у этой простой женщины росли дети, а потом их дети, а потом внуки… История маленького человека из той эпохи, которая уже закончилась: когда участковая медсестра знает каждого по имени и фамилии, помнит, у кого поспели яблоки на даче, а кто поступил в педагогический, когда при встрече можно обняться и спросить «Как здоровье?», разбудить телефонным звонком, позабыв о правилах этикета, потому что родные люди. Тоска по никогда не существовавшему уютному «ламповому» Минску, скажете вы? Нет. Реальная история участковой медсестры, которая живет и работает по особым законам — человеческим. 

Все началось с письма. Принято считать, что наше общество объединяет идея взаимной ненависти — к врачам, например, или к «аморальному Западу». А что, если это не так? Если любовь — тоже рядом, пусть не такая громкая и выставляемая напоказ?

«В 1975 году моя семья получила квартиру по улице Притыцкого, — написала в редакцию минчанка Диана Сикорская. — Моей маленькой доченьке было тогда 2 с половиной года. Из детской поликлиники №20 к нам пришла познакомиться участковая медсестра Софья Иосифовна Сенкевич. Мы с мужем учились в вузе, у нас был период дипломного проектирования, и ходить по кабинетам и врачам было некогда. Нам помогала Софья Иосифовна. Она заходила узнать, как здоровье девочки, приносила назначения. Через пять лет у нас родился сын. И снова самым частым гостем у нас была Софья Иосифовна. Шло время. Дети выросли. Дочь вышла замуж и осталась жить в квартире по улице Притыцкого. Теперь уже к ее детям все та же Софья Иосифовна приходила узнать о прививках, вовремя полученных справках и так далее. Сейчас моей старшей внучке 22 года. И у меня уже вполне могли быть правнуки. И я была бы счастлива, если бы и их здоровье оказалось в руках этой удивительной женщины… Квартира моих детей на девятом этаже, сейчас там капитальный ремонт, лифты отключены. Но Софья Иосифовна, как и прежде, бежит по этажам к своим маленьким пациентам. Я не знаю, сколько ей лет, но только на моей памяти это три поколения выросших детей и больше 40 лет медицинского стажа».


69. На самом деле Софье Иосифовне 69 лет. За годы службы сменялись не только ландшафты-кварталы, но и доктора на участке: один за одним, один за одним… А медсестра все та же. Недавно она сказала начальству: «Хватит мне уже работать. Стара я стала. Вот до Нового года поработаю — и уйду». А ей в ответ: «Вы что, Софья Иосифовна, куда? Как же мы без вас?»

«К сожалению, сегодня к медикам относятся как к обслуживающему персоналу»

— Если бы я свою работу не любила, как думаете, работала бы здесь столько лет? — встречает нас со смешком Софья Иосифовна. — Я люблю детей. Да, наверное, это очень простой ответ. Но мне действительно нравится с ними работать. Казалось бы, что тут за болезни, в детской-то поликлинике: кашель да сопли, сопли да кашель. А не скажите. Маленький ребенок — он ведь не объяснит, что у него болит. Тут ответственность большая.

Знаете, бывает, иду к домам на своем участке через среднюю школу, чтобы путь срезать. И дети на школьном стадионе меня увидят — из разных классов, разных возрастов — тут же бегут навстречу: «Софья Иосифовна, Софья Иосифовна!» Это ведь что-то да значит, как думаете? Для меня это дорого.

Софья Сенкевич не жеманничает и не ищет пафосных слов. Ее история простая и скромная настолько, насколько может быть таковой история девушки из деревенской семьи под Клецком, окончившей медучилище после десяти классов.

— Нас в семье было шестеро детей. Ну что сказать, жили бедновато. Старшая сестра работала, пошла на сушильный комбинат, чтобы маме помочь, семью прокормить. А я вторая по старшинству. Вот и решила тоже без дела не сидеть — поступила в Слуцкое медучилище. Училась на одни пятерки, поэтому меня распределили медсестрой-анестезисткой в нейрохирургическое отделение второй городской больницы в Минске. Проработала лет семь. А как в 1977 году пошла участковой медсестрой сюда, в 20-ю детскую поликлинику, так и осталась. Дети у меня росли — две дочки, потом внучки. Надо было им помогать, квартиру строить, зарабатывать. Вот и работала все время на полторы ставки по 12 часов в день, по визитам ходила. Но уж в последний год не хожу: коленца болят по этажам подниматься, — улыбается Софья Иосифовна.

— Из молодых сегодня никто не хочет работать. Почему? Нагрузка очень большая, объем работы огромнейший! Во-первых, приемы по 3—3,5 часа. Сейчас была вспышка простудных заболеваний — столько пациентов! В коридоре по 50 человек. Первый час идут по талонам, а потом уже без талонов. Мы принимаем всех, до последнего человека. После восьми всегда остаемся.

Во-вторых, вся эта бумажная работа после приема. Допризывников сколько… 17-летних девушек обзвонить, попросить прийти на осмотр для передачи во взрослую поликлинику, детей позвать на диспансерный осмотр. На прививку пригласить, записать в карточку и прививочную форму №63 — это тоже время. Талоны разобрать, анализы все вклеить, прививки новых детей ввести в компьютер, ой!.. А журналов сколько? А на патронаж сходить? А дежурства по выходным? Я работаю до восьми вечера и все равно не успеваю. Поэтому, может быть, молодежь и уходит. Кто вытерпит такую нагрузку?

К сожалению, сегодня отношение к медикам изменилось. Поколение уже не то. К нам относятся как к обслуживающему персоналу. Мы все пациентам обязаны, а они нам — ничего. Мама не может ребенку нос промыть хорошенько, в ее представлении «медсестра обязана». Или: «А ну-ка побегайте по этажам, найдите мою карточку немедленно!» И это проблема. Упал престиж профессии — это касается и учителей, и медиков. У меня вот доктор молодой на участке, только из университета пришла. Сидим с ней вдвоем, я помогаю, подсказываю, она говорит: «Хорошо, что вы есть, Софья Иосифовна». А надолго ли она пришла?.. Доктора постоянно меняются, каждые два-три года. Сдают категории — и уходят в частные клиники. Там ведь платят больше.

Медицина усложняется. Сейчас работать труднее, чем 20 лет назад. Требований больше. Бумаг больше. Пациенты сложнее. Зарплаты маленькие, поэтому люди нервные, раздражительные…

«Каждого человека помню и знаю»

Пока мы разговариваем, в кабинет заходят люди. Официально приема на участке сейчас нет, но Софья Иосифовна не была бы Софьей Иосифовной, если бы отказалась помочь людям: «Вы за справкой? Я положила вот здесь, у себя в ящичке, чтобы не потерялась».«Ой, как хорошо! Спасибо вам огромное, что сохранили!»

— Видите, у меня два мобильных. Они бесконечно звонят! — показывает Софья Иосифовна. — И в восемь утра позвонить могут: «Доктор выпишет нам рецепт на бесплатное лекарство?», «Когда принимаете?», «Высокая температура у дочки. Какое дать лекарство?». Я всегда на связи.

Вот так, еще до того, как продвинутая американская медицина предложила пациентам услуги «семейного доктора», а в Беларуси открылись частные медцентры, «семейная медсестра» Софья Сенкевич бесплатно и терпеливо выслушивала всех своих пациентов. Честно говоря, корреспонденты Onliner порядком удивлены таким домашним подходом.

— Ну как вам объяснить… Представьте, что первые свои дома как участковая медсестра я получила в 1977 году. Жудро 23, Жудро 19, Жудро 6… — начинает загибать пальцы Софья Иосифовна. — Больше десяти домов веду уже сорок с лишним лет. Они для меня все свои, родные. Как родственники! Каждого человека помню и знаю. Я же и сама живу в этом районе. Бывает, встретимся на улице случайно — обнимемся, поговорим, и про внуков, и про личную жизнь расскажут. Раньше я их спрашивала, а теперь — они меня: «Как ваше здоровье?»

Когда я ходила по домам, то должна была семь раз в месяц побывать у новорожденного ребенка. А я ходила на неделю и по два, и по три раза. Если мне что-то не понравится — кожа или уплотнение какое-то после прививки, — то я и на следующий день зайду. Обязательно позвоню, спрошу: «Как там у вас?» Наверное, люди ценили, что я внимательно отношусь. Доверяли.

Помню, пришла в квартиру. Девочке два месяца. Она лежит в кроватке, стонет. Вроде бы на первый взгляд все в порядке. Но что-то меня насторожило. Говорю маме: «Возьмите, пожалуйста, ребенка на руки». И на руках девочка тоже стонет. Я тут же позвонила заведующей, сказала, чтобы срочно прислали врачей. Оказалось, спасли мы вовремя ребенка: сложная двусторонняя пневмония. Или другой случай был. Зашла к маме, смотрю, ребенок выгибается, как дуга. А я ж эту девочку с пеленок знаю! Мне такие симптомы не понравились. Говорю: «Мама, срочно в скорую звоните! Это менингит». И точно, приехала скорая, отвезли девочку в больницу. Диагноз подтвердился. Нужно было действовать быстро.

— Что вы думаете о прививках? Все дети должны быть привиты?

— Конечно! У нас план по прививкам 100%, — смеется Софья Иосифовна. — Но сейчас много отказников. Такого раньше на моей памяти не было. А почему они стали отказываться — непонятно. Кашляют, болеют, а на прививки не идут. Кто их поймет… Но я все равно звоню, разговариваю, объясняю. Дифтерия, считай, проявляется, как ангина. И диагноз можно сразу не поставить. Пленкой все покрывается, и ребенок задыхается. Или как люди не делают прививки от столбняка? От коклюша? Коклюшем уже у нас двое деток переболели, большие ребята, по 9 лет. Тоже кашляли по полгода…

Дали мне в октябре новые дома, там еще люди меня плохо знают, контакта нет. И тем не менее. Вчера я позвонила, поговорила, пригласила: «Придите на прием, познакомимся», — и мама из нового дома ответила: «Конечно, все сделаем».

«Молодежь пришла — 300 рублей получат — и живите за что хотите»

Три поколения детей выросли на руках у Софьи Сенкевич. Что получит она за это в награду? Январское постановление Совмина обещало надбавку к зарплате участковым медсестрам. Если верить чиновникам, Софья Иосифовна должна получать не меньше 776 рублей.

— О чем вы! Это неправда. Не знаю, что там чиновники себе плюсуют, но таких денег я не видела. Оклад у меня — около 180 рублей. Со всеми надбавками, категориями, доплатой за участок и так далее я получаю 500 рублей на ставку. Всего 500 рублей, а работы тьма. Так это у меня столько лет стажа и категория! А молодежь пришла — 300 рублей получат — и живите за что хотите, — разводит руками Софья Иосифовна.

— И все равно я своих дочек и внучек уговаривала пойти в медицину. Дочки не захотели. А вот внучки послушали. Старшая будет логопедом-дефектологом, а младшая собирается поступать на кардиолога, говорит: «Бабушка, ты уже старенькая, сердце у тебя болеет. Так я о тебе позабочусь, буду тебя лечить, не волнуйся».

Что-то мы с вами заговорились (смотрит на часы. — Прим. Onliner). Сейчас будет четыре часа, скоро начнется прием. Видите, уже народу сколько в коридоре…


Жизнь маленького человека незаметна. Можно годами быть рядом и так и не понять, что участковая медсестра — тот самый праведник, без которого, по пословице, не стоит село. И город не стоит. А это поколение тихо уходит. И очень хочется сказать «Спасибо!», пока они еще здесь, с нами.


Мы продолжаем искать тихих героев страны, чтобы гордиться ими вслух: ученые, врачи, инженеры… Если вы знаете таких, а вся Беларусь по какой-то причине — нет, присылайте ваши истории на почту heroes2018@onliner.by.

Читайте также:

 

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Источник: Полина Шумицкая. Фото: Максим Малиновский