Потомственный учитель музыки: «Лабал бы каверы по барам, зарабатывал бы больше»
17 250
124
10 февраля 2019 в 8:00
Автор: Никита Мелкозеров. Фото: Александр Ружечка; иллюстрация — Олег Гирель
Потомственный учитель музыки: «Лабал бы каверы по барам, зарабатывал бы больше»

Алексей Бразговка — человек, которому повезло. Правда, далеко не сразу. После отработанного распределения в классической «музыкалке» были склад ГУМа, декретный отпуск, частью проведенный за жену, довольно успешная продажа пива и проба пера в организации концертов. И только после этого случилось возвращение к преподаванию игры на гитаре, которой занимались и отец, и дед. Onliner продолжает цикл рассказов о людях, дающих стране мотивацию.

— Мой дед прошел войну с семиструнной гитарой. Непонятно, был это один инструмент на протяжении всего периода боевых действий или принесенный трофей, но возвращение оказалось символичным. Гитару он освоил самостоятельно. То же касается и фортепиано. Все подбирал на слух.

Дед воевал на Курской дуге, в мирной жизни становился чемпионом БССР по боксу среди любителей и вообще оставил у Алексея впечатления мощного во всех смыслах человека. К тому же образ в основном строился по рассказам других родственников, так что получился немного идеализированным.

— Дед умер, когда мне было 3 года. Мимолетное знакомство, если можно так выразиться. Естественно, я его не очень помню. На фронт уходил работником культуры. После войны занимался тем же, улучшал свою игру, основал клуб гитаристов в ДК МАЗ.


— Мой папа начал заниматься гитарой в 20 лет. Для знакомства с инструментом это поздно. Обычно дети привыкают к общеобразовательной школе год-два, а потом, лет в 9, начинают учиться в музыкальной. Отец просто какое-то время определялся. Слушал The Beatles, Rolling Stones, Pink Floyd. Потому у нас до сих пор сохранилось много винила. Больше всего пластинок Высоцкого.

В итоге отец окончил музыкальное училище и пединститут. Запоздалый поиск себя привел к учительской профессии.

— Дед не преподавал. Когда отцу исполнилось 20, просто отвел его к учителю. Папа учителем и стал. Параллельно участвовал во многих концертах придуманного дедом клуба гитаристов. Они не раз выступали дуэтом. Сейчас папа уже пенсионер. Вся его карьера была связана с преподаванием игры на гитаре.


— Скорее всего, мое первое воспоминание о музыке связано с Высоцким. Конкретной песни не назову. В детстве вообще было много музыки. Пластинки в квартире крутились на проигрывателе «Вега». Сейчас пылится на даче.

Потом стало больше The Beatles, на которых складывалось музыкальное воспитание Алексея.

— Мы с папой учили Yesterday. Я играл на одной струне. Это лет в 8—9. В «музыкалку» меня так и не отдали. Получилось домашнее образование под руководством отца.

Прорыв в желании учиться случился на концерте ДДТ. Группа выступала в КЗ «Минск». Отец достал билеты на задние ряды. Десятилетний парень поразился сразу же, пусть и сравнивать было не с чем.

— Уже тогда группа давала концерт с исполнением своих лучших песен. Воспоминания очень серьезные. Когда я окончательно растрогался, оказалось, что папа знает то ли техника, то ли гитариста из ДДТ. А может, скрипача. Был у них такой Никита Зайцев. К сожалению, умер уже. При помощи кого-то из перечисленных людей мы попали в гримерку. Там Шевчук дал мне автограф, который я до сих пор храню.


— Я поступал в БГУКИ. Был интерес к музыке, идти на стройку или еще куда-то не хотелось. В итоге я получил диплом, в котором написано «Артист, преподаватель по классу электрогитары».

Потом было распределение в классическую детскую музыкальную школу.

— Эмоции 50 на 50. В плане опыта и понятия системы образования, думаю, все было позитивно. Распределение позволило осознать некоторые вещи. Но желания продолжать после его окончания не возникло. Работать с детьми мне нравилось изначально. Но было непросто. Я еще не понимал фишки преподавания. Меня дергало, когда учеников отправляли ко мне родители, а дети совершенно не хотели заниматься. Конфликтов не было. Я сам по себе очень лайтовый человек. Да, вымораживало, когда не выполняли элементарных домашних заданий, но реагировал спокойно.

В кучу ко всему зарплата была явно так себе.

— Затем пошел работать на склад ГУМа. Штамповал штрихкоды на мягкие игрушки. Интересный опыт. Потом родился ребенок. У жены была хорошая работа, полтора года отсидел за нее в декрете. После этого мы поменялись.

Очень долго работал мерчандайзером. Занимался пивом. Дошел до торгового агента. Года три все это у меня заняло. Но в какой-то момент признался себе, что не то пальто. Тогда в моей жизни случилось чудесное концертное агентство, которое просуществовало очень мало времени — месяца два. Разводная контора. Запомнилась тем, что не довезла в Минск Томаса Андерса. Сейчас мне смешно и спокойно, а тогда было так себе.


После всех мытарств жизнь поменялась.

— В центре Максима Мирного на Громова было два кабинета. Так начиналась школа «МузШок». Меня пригласили возобновить преподавательскую деятельность в нее. Потом студия переехала в Троицкое предместье. Я почувствовал, что вот оно — мое. Начал учить детей и взрослых. Даже если у тебя есть хорошая зарплата, но дело не приносит кайфа, ничего не выгорит. Надо получать удовольствие от работы, чтобы подпитываться ею.

Параллельно Алексей занимался творчеством со своей группой In Joy.



— Если бы я лабал каверы по барам Минска, зарабатывал бы больше. Но это сложный разговор. У меня очень много друзей, которые являются великолепными музыкантами и качественно работают в кавер-теме. Но каждому свое.

Я за авторское творчество. У нас есть группа, мы играем альтернативный рок и гранж. Но да, тоже начинали с каверов. Все начинают с каверов. В принципе, у музыкантов в стране не так много способов заработать. Есть свадьбы, есть бары и есть огромная конкуренция, которая валит ценник. Да, хороший кавер-бенд по-прежнему может выставлять в районе $1500 за выступление. Но предполагаю, что в целом по рынку по сравнению с периодом пятилетней давности стоимость упала раза в два.


— Суть преподавания — передача своих знаний. Мне это нравится. Если в «музыкалке» после распределения не было нужного опыта, то теперь я знаю механику процессов. К тебе приходит человек с определенными навыками или их отсутствием. Важно заинтересовать его. Выработать персональную линию развития, исходя из вкусов ученика.

По сравнению с началом карьеры Алексея дети поменялись.

— Но и я поменялся, и контекст. Хочется, чтобы на выходе человек не бренчал, а играл. Пусть даже ему хочется освоить всего три аккорда. Но эти три аккорда можно сыграть качественно, разнопланово. Смысл в том, чтобы увлечь. Если в нашем детстве хотели играть Metallica или русский рок, сейчас ребенок может прийти и попросить разобрать актуальный рэпчик. Недавно ученик обратился с такой просьбой. Не помню названия, но жесть какая-то. Убеждение, внушение — не вариант. Надо мягко предлагать альтернативу.

Знаете, мне не очень хочется разбирать песни с матерком. Ну куча же крутой музыки вокруг. То есть на выбор можно повлиять. Все-таки хочется прививать какой-то вкус. На первом этапе я вижу в этом глобальную цель. А получив базу, человек может решать сам.


Музыкант говорит о свободе творчества:

— Уверен, что в стране хватает преподавателей, которые в абсолютно любых условиях выпускают классных учеников. Но глобально… Не уверен, что получал бы удовольствие от жизни, оставшись в «музыкалке» после распределения. Потому и нужна свобода творчества. Тогда работа дает подпитку, а она помогает трудиться дальше, креативить, позитивить. Это неотвратимо сказывается на учениках. Хочется больше разноплановости, а не под копирочку, статично.

Когда у детей начинаются каникулы, Алексей с группой едет гастролировать.

— Если заехать подальше (в Германию или Голландию), бывает круто выйти на улицу и начать играть на гитаре. У меня есть программа любимых акустических песен. The Beatles, Nirvana, Oasis, Виктор Цой. Да, я играл Цоя в Голландии. Если это хорошо, то все реагируют хорошо. И взрослые, и дети, и панки, и фрики.

Помимо опыта и удовольствия, иногда получается шляпа денег евро на 100—150.

— В любом случае творчество — это свобода, а она привлекает всех вне зависимости от национальности. Я собираюсь продолжать учить людей музыке. Мой маленький вклад в будущее нации — привитие детям базового хорошего вкуса. Как бы пафосно это ни звучало.

Подписывайтесь на наш канал в «Яндекс.Дзен»!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Никита Мелкозеров. Фото: Александр Ружечка; иллюстрация — Олег Гирель