439
06 января 2019 в 8:00
Источник: Дарья Спевак. Фото: Ксения Миронова
«Мой друг наставил себе турников в 50 лет и фактически загнал себя в могилу». Белорусский долгожитель о том, как дожить почти до сотни

За 96 лет жизни Михаил Иванов несколько раз смотрел смерти в глаза. Он уверен, что выжить ему здорово помогли занятия спортом, умение вовремя сообразить и везение. В ранние годы он услышал от врачей фразу «У этого мальчишки очень слабое сердце», которая круто поменяла его жизнь и заставила уцепиться за нее и взяться за здоровье. Правда, мужчина уверен, что все нужно делать своевременно.

Михаил Степанович живет в небольшой деревушке Рагутские Ушачского района. Родом он из когда-то близкого села Наволоки, «куда сейчас ходят собирать клюкву и грибы» — деревни уже нет на карте. После рабочей жизни в Дубровно и Орше он вернулся встречать старость на малую родину, где обитает уже 31 год. От соцработника отказался, ведь каждую неделю его навещают сын и невестка.

О своей жизни герой говорит чеканно. С детства привык писать дневники и фиксировать жизненные события — даже выдал книгу в этой форме. Рассказывает он тоже словно по книге, между абзацами то и дело вставляя «итак», «и далее». Слушаешь — и будто сидишь на съезде Союза писателей СССР.



«Не нужно выдумывать себе диету: организм — лучший доктор»

— Сам бог, хотя я человек абсолютно неверующий (для меня бог — это земля и солнце, никакого другого божества нет), дал мне довольно счастливую судьбу. Чтобы 11-й ребенок в семье и дольше всех прожил! Обычно первые живут. И слава богу, что еще я могу соображать.

Он убежден, что самое главное — разумно прожить: с пользой для семьи, себя и людей.

— Прежде всего — не хитрить, жить честно и справедливо. Тогда ты не попадаешь в неприятные положения, тебе не стыдно. Живешь с чистой совестью — никаких тяжелых мыслей, а только хорошие воспоминания. Это и есть продолжение и укрепление жизни.

Михаил Степанович считает, что пусть и маленький, но след в жизни он оставил — в виде наград, труда, и, главное, семьи.

— У меня была прекрасная жена, Нина Федоровна моя. Она оказалась верной подругой на всю жизнь. Родила мне сына. Пожалуй, редкая из женщин, которая всю жизнь была верной. Мы с ней прожили 64 с половиной года. Оставалось полгода до юбилея, но она померла. Хотя была моложе меня. В начале следующего года будет восемь лет, как ее не стало. А Михаил Степанович, как видите, оказался выродком каким-то! — смеется он.

Сейчас долгожителя поддерживают сын и невестка — приезжают каждые выходные. Предлагали соцработника — отказался. Пока он «особых ошибок» не допускает. Не забывает выключить свет, плитку. Говорит, что нужно все время быть настороженным. Пока удается.

— Если подведет головушка, что тогда? Тогда богу душу отдам.

Сегодняшнее здоровье долгожитель оценивает как терпимое. Говорит, ноги подводят. Когда он хоронил супругу, в колхозе для тела «не нашлось нормальной машины, а только самосвал».

— Железный кузов. И я на коленях стоял в нем перед гробом. Так застудил колени. Такой след оставила моя Нина, — задумывается он и переключается на общую рефлексию. — В целом в тех условиях, что я жил, слава богу, что 96. Рад, что не мечтал быть большим человеком и не завидовал. Считался только со своими потребностями.

Сегодня потребностей у героя не так много.

— Известный старческий день. Поднимаюсь в семь часов, ложусь обязательно после десяти. Огляжу огород, подышу воздухом. Обязательно моюсь теплой водой. Готовлю, иногда в обед 50 граммов позволю, но не больше. Хотя в молодости по работе приходилось часто, но разумно. Не нужно выдумывать себе диету. Кушаю и употребляю то, что мне нравится, но в меру. Например, кислоту я не переношу. И бульбы вареной не ем, особенно в последние годы. В основном это крупяные изделия. Остального понемногу. Организм — самый лучший доктор и советчик. Что он требует, нужно пытаться удовлетворять.

После обеда долгожитель старается не спать: перебивается сон. «Я мужественно сопротивляюсь», — серьезно говорит он. Принесет дров, растопит печь, почитает газет, чтобы себя занять. Телевизор смотрит редко, только документальные фильмы и новости.

Каждый день героя проходит тихо, размеренно и одинаково. В планах на будущее долгожитель скромен.

— Нет смысла за 97 лет жить. А там будет видно…

Врачи говорили: «У этого мальчишки очень слабое сердце»

Михаил Иванов родился и вырос в крестьянской семье в 1922 году. Самый младший ребенок — одиннадцатый. Отец его, говорит, был хоть и безграмотным, но состоятельным мужиком. Родители героя прожили по 70 с лишним лет.

— Отец сам из большой семьи: четыре брата и пять сестер. Был первенцем, но по росту меньшим, а все остальные — как дубы. А жил богаче всех! Но судьба настигла неудачников. Когда появились колхозы, завезли Dust для обработки культур. Предупреждали: нельзя злоупотреблять. А кто сельчанам запретит? Они брали и обрабатывали капусту. А это фактически отрава. И те, кто любил капусту, заболели раком желудка. И мой отец, и жена брата. А я ребенком не любил капусту, — вспоминает долгожитель.

Но вообще, о своем детстве герой отзывается с нежностью. Говорит, для тех времен родители его хорошо кормили и что он вообще «жил в благоприятных условиях».

— Мама неожиданно родила почти в 50-летнем возрасте. Кому нужен такой, последний?! И я, последний, оказался долгожителем и не совсем дураком, — шутит он и хохочет. — У меня было достаточно серьезности, чтобы, глядя на старших братьев и соседей, подготовить себя к жизни. В детстве в канаве научился плавать, любил ходить в лес, собирать грибы. Очень любил познавать мир.

Школа Михаила находилась в соседней деревне, за 3 километра. Туда ходил пешком вокруг болот. Окончил семь классов, потом было лепельское педучилище.

— Что мне помогло ухватиться за ум и более осознанно воспринимать жизнь? — говорит он, опережая все вопросы и будто начиная новую главу книги. — В шестом классе меня направили в пионерский лагерь. Чтобы получить путевку, нужно было принести справку о здоровье. Пошел в Ушачи.

И каково было мое разочарование, когда врач и медсестра между собой начали переговариваться: «У этого мальчишки очень слабое сердце». Я услышал. Это произвело такое страшное впечатление: а как же я буду жить? С этого момента я решил заняться спортом, укреплять свое здоровье, читал Суворова. В седьмом классе уже мог пройти на руках, делал различные кувырки. А в педучилище выступал с акробатическими номерами на сцене. Каждую свободную минуту использовал, чтобы пойти в спортзал.

Он рассказывает, что после второго курса его включили в команду училища — выступать на соревнованиях в Минске. И когда проходил комиссию — проверяли, годен ли в команду, — привели в пример.

— Стоял «верзила» — высокий студент. Они говорят на меня: «А у этого меньшего куда крепче сердце и здоровье!» Вот что значит своевременно ухватиться. Потом узнал, что, оказывается, можно укреплять свое здоровье с 12 до 25 лет — это по-настоящему. Я как раз и попал. Все нужно делать своевременно. Мой друг наставил себе турников в 50 лет и фактически загнал себя в могилу, — убежден долгожитель.

В студенческие годы он закалял не только тело, но и ум. Раз в две недели ходил по 28 километров из училища домой. От скуки выписывал из сборника по математике сложные задачи. Перерешал все, что там были.

«Я убил птичку. И до сих пор не могу забыть, какое преступление совершил»

Таким образом Михаил Степанович подготовил себя и к войне, которая настигла его за день до последнего выпускного экзамена — белорусской литературы.

— Воскресенье, солнечный день. Сидим в общежитии. И вдруг по радио выступает Молотов. Объявляет войну. Я подумал: вот где испытание жизни. Нам внушали, что СССР — самый мощный и что мы будем воевать только на чужой территории. А жизнь показала, что все это блеф, — он вспоминает, как к нему пришла его первая любовь Надя — выразить соболезнования. Они договорились, что будут вместе после войны. Будучи партизанской медсестрой, она покончила с собой.

В 1942 году Михаил ушел в партизанский отряд. Вскоре стал политруком взвода разведки известной партизанской бригады «Дубова». В 1943-м его там же повысили до секретаря комсомольской организации. Вместе с другими ребятами он взорвал железнодорожный мост и остановил поезда по маршруту Минск — Полоцк на двое с половиной суток. Получил Орден Красного Знамени.

— Помню, получили сообщение, что карательный отряд движется в нашу сторону. Мы втроем на велосипедах двинулись по лесу до обрыва. И вдруг сослуживец выругался: «Немцы, ** твою мать!» Пока прилегли понаблюдать, они уже обошли, и навстречу шла цепь. Мы скорее убегать. Они — стрелять, но мы сумели остаться живыми. Это было боевое крещение, я даже шапку потерял, — он вспоминает ситуацию, когда был на грани жизни и смерти.

— Возвращались в отряд — уже нет нашего поста из четырех человек. Мы на велосипеды — и назад. Немцы давай по мне стрелять. Бросил велосипед и побежал через рожь к лесу. «Не попали, не попали, не попали», — единственная мысль. Упал, прижался к земле и сделал вид, что умер. И они приостановили обстрел. Десять дней не мог откашляться, такое перенапряжение было, — он также вспоминает, как разведчиком уползал по картошке: немцы застали его ночью в деревне. Михаил Степанович уверен, что ему здорово помогли занятия спортом, умение вовремя сообразить и везение.

Сам герой — против любого насилия над всем живым. Это один из жизненных принципов долгожителя.

— Никого сам не убивал. Хотя в хозяйстве были, например, свиньи, но нанимал людей. Считаю это преступлением, — он опускает глаза в пол и задумывается. — Помню, мальчишкой шел в свою деревню из соседней. Поднял камушек, вижу — птичка шевелится в травке. Я бросил этот камушек — и надо же, попал в головку этой птичке! И до сих пор не могу забыть, какое преступление совершил. Я убил птичку.

После этого он однажды взял в руки малого журавля, который не мог подняться: «Я его погладил и пожелал ему счастья».

«В 46 лет уже прощался с жизнью»

Как только закончилась война, Михаила направили в Дубровенский райком секретарем комсомола.

— Видел изнутри все, что творится в сельском хозяйстве, и начал внутренне протестовать. Но как и против кого? Это же генеральная линия, я член партии. Решил: напишу роман, расскажу правду. Издать книгу сразу было невозможно, потому что это абсолютный протест против колхозного строя. Однако она вышла после распада СССР, — вспоминает он.

Герой вырос до второго секретаря райкома компартии. А потом его отправили поднимать загнивающий колхоз.

— Условие было такое: подниму его — вернусь на партийную службу, не вытяну — решат судьбу по-другому. Я отработал там пять лет. Действительно вытянул колхоз из отстающих в разряд средних. Хотел заняться литературной работой, но не отпускали. Коль дела пошли, работай. Я вынужден был придумать себе болезнь: с одним врачом встретился в санатории, спросил у него, как вырваться. Он помог достать фиктивную справку, что я эпилептик, — Михаила сразу же освободили от председателя колхоза и выдали квартиру в Орше. Туда он и переехал, стал педагогом, 15 лет проработал директором школы.

— Всегда старался быть в движении. Да и жизнь заставляла, не было машин. Пешочком, пешочком. В 46 лет заболел. Иду на работу в школу и чувствую, что не могу дышать. Волосы начали вылезать по вискам, лицо покрылось пятнами — сердечное недомогание. На занятия ходил в берете, потому что плешивый был. Лечился, но продолжал работать. Готовился, что отдам богу душу так рано, прощался с жизнью, — он рассказывает, что поездка в Киев все переменила: нужно было подниматься к общежитию 98 ступенек. — Все пошли, и я пошел. Поднялся — и… что это такое? Я почти не устал! А раньше не мог на второй этаж зайти. Оказалось, что-то было прерывное. Как прервало в сердце — а я до сих пор живу.

Долгожитель говорит, что на его век выпали очень тяжелые годы — бедствий и преобразований, «в основном неразумных». Он называет колхозы надуманной и фактически первобытной системой, только преобразованной.

— Я правильно сделал, что мечтал рассказать правду о жизни. Я бы не против, чтобы получить ученую степень и заняться наукой. Но не представилось возможности. Поэтому выбрал литературный труд. Карабкаясь — никто же не учил — к этому пришел. Этот роман я позже переделал, но его никто не издаст, потому что уже нет необходимости. Но как наследство оставлю.

Михаил Степанович уверен, что ему повезло в жизни. Потому что он выбрал правильный путь: «Хотя я и не думал про партийную работу, но жизнь заставила». Он рад, что на пенсии занялся литературой, ведь «с детства любил дневники».

экран 6" E-Ink Carta HD, монохромный, 1080 x 1440, сенсорный, с подсветкой, Wi-Fi
экран 7" LCD TN+Film, цветной, 480 x 800, сенсорный, с подсветкой, память 4 Гб, карты памяти
Снят с производства
экран 6" E-Ink Carta, монохромный, 758 x 1024, сенсорный, с подсветкой, память 8 Гб, карты памяти, Wi-Fi

Читайте также:

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Источник: Дарья Спевак. Фото: Ксения Миронова