249
08 августа 2018 в 8:00
Автор: Никита Мелкозеров. Фото: Максим Тарналицкий
Учитель, который готовит медалистов международных олимпиад: «Смысл жаловаться, если заранее знаешь, что получишь 500 рублей?»

Есть глупое видео из детского сада. Мальчиков и девочек спрашивают, кем они хотят стать, когда вырастут. Маленький Миша авторитетно заявляет, что хочет быть водолазом и гарпуном убивать акул. Правда, акул в жизни парня так и не случилось. Бо́льшую ее часть заняла математика. Onliner.by продолжает цикл статей о людях, которые дают стране мотивацию. Преподаватель Лицея БГУ Михаил Карпук рассказывает, почему не пошел в IT, объясняет, как реагировать на претензии во время родительских собраний и успевать работать в пяти местах.

«Разумный человек всегда может успеть стать айтишником»

— Математика начинается с простых логических задач. Мне нравилось с самого детства. Был любопытным. А обычное детское любопытство приводит к вопросам. А вопросы приводят к желанию знать ответы.

Папа работал в БНТУ преподавателем высшей математики. Мама — там же методистом. Мы жили в Сухарево. Между Сухарево и Западом-3 есть лесопарк Медвежино. Отец водил меня в школу через него. Пока шли, отвечал на мои многомиллионные вопросы. С тех пор мне очень нравится что-то узнавать именно в устной беседе.

Михаил учился на отлично, пока не случился переход на десятибалльную систему оценки знаний.

— Нам стали объяснять, мол, по-новому пятерка — это восемь баллов. А потом — что нет, что пятерка — это девять или десять баллов. Мне не понравилось. Как-то нечестно: зачем менять мнение по ходу движения? В итоге решил, что мне хватит восьмерки. Я особо не учился, на самом деле. Для нормальных оценок хватало любопытства и прочитанных книг. Красного диплома мне не досталось. Я не переживал.

Парень учился в 13-й гимназии технологического профиля. В микрорайоне Запад-3 она была широко известна. Да и сейчас известна. Потом были 51-я школа (сейчас 29-я гимназия), Лицей БГУ и мехмат БГУ.

— В первую очередь наш факультет выпускает обычных айтишников. У меня в группе училось человек 20, половина из них пошли в IT. Я, так уж получилось, нет. Разумный человек, в моем представлении, всегда может успеть стать айтишником. И даже успешным айтишником.

Учительство начиналось с факультативов в той самой 51-й школе. Не сам пришел, позвали. Встретились со знакомым преподавателем в летней школе лагеря «Зубренок»: «Хочешь?»«Давайте попробую».

— На первом курсе стало понятно, что в университете тебя глобально ничему не научат. Если хочешь стать ученым, дело вообще гиблое. Обучение было самостоятельное, а в свободное время я занимался факультативами.

После окончания университета снова пересекся со знакомым преподавателем: «Хочешь поработать в Лицее БГУ?»«Можно попробовать». В итоге задержался там уже на шесть лет. Теперь работает научным сотрудником в Институте математики Национальной академии наук (занимается дифференциальными уравнениями, теорией устойчивости и динамическими системами), учителем в Лицее БГУ и готовит талантливых ребят к международным и локальным олимпиадам.

«Талантливые дети всегда есть и всегда будут»

Олимпиадное движение в Беларуси — это базовый календарь событий: школьные, районные, городские, областные, республиканские и потом уже международные олимпиады.

— Глобально мне хочется поставить олимпиадное движение на стабильно высокий уровень. Наладить систему. Чтобы мы звучали на мировом уровне. Понимаете, есть физкультура, а есть спорт. Так же есть школьное обучение, а есть олимпиады. Это действительно престижно. На международные олимпиады смотрят вузы многих стран. Это показатель уровня образования в регионе. Ну и, конечно же, помощь и мотивация талантливым детям. По-моему, талантливые дети и молодежь никому еще не мешали.

Но не все так просто.

— Первая проблема заключается в том, что основной цикл финансируется, а остальные мероприятия — практически нет. Можно найти спонсоров для талантливых детей. Это решаемая проблема. Но есть сложности в 300-м указе о безвозмездной помощи. В итоге мероприятия должны быть в календаре Министерства образования. А повлиять на это не удается.

Вторая проблема заключается в том, что ни для кого из учителей подготовка к олимпиадам не является основной работой. Здесь, в Академии наук, я достаточно свободный человек. Такой компромисс — маленькая зарплата, большая свобода. Потому могу посвящать время олимпиадам.

Третья проблема состоит в том, что образование, в моем представлении, ухудшается. Соответственно, есть проблема с учителями.

— Количество талантливых детей с годами меняется?

— Талантливые дети всегда есть и всегда будут.

Есть только три вопроса.

  • Насколько им помогли развиться?
  • Насколько они замотивированы?
  • Что они будут делать дальше?

Если исходить из нынешней ситуации, становится понятно, что талантливые дети с техническим уклоном, скорее всего, пойдут в программисты. Потому что там больше денег. У меня нет предвзятости к IT. Это хорошо для экономики. Но я не знаю прецедентов, чтобы люди возвращались из IT. По крайней мере в Беларуси. Всем нужен работник на полный день. Конкретно в моем случае это вынудило бы бросить все нынешние дела. А я не хочу.

Карпук считает себя фанатом развития и в этом видит глобальную миссию.

— Олимпиады — это в любом случае всестороннее развитие в плане математики. Здесь нет смысла в выборе специализации. Делать из детей специалистов — это довольно странно. Школьнику это не нужно. Ему нужен широкий набор знаний. И чем больше он будет знать, тем проще будет сделать выбор.

«Каждый раз на первом родительском собрании паника»

Когда начинал работать со школьниками, было просто интересно. Потом затянуло. Сейчас продолжает скорее из принципа.

Михаил — учитель второй категории. Бывает учитель без категории, потом вторая, высшая, учитель-методист и так далее.

— Администрация Лицея изо всех сил подталкивает и уже года четыре пытается помочь стать учителем высшей категории. Но мне лень. Для этого нужно написать заявление, создать план урока, написать характеристику методической деятельности, еще какие-то документы заполнить, дать пару открытых занятий. Но у меня все уроки открытые. Если кому-то надо, пусть приходит. Конкретно для меня смысла в этом немного. Папка необходимых документов небольшая, но надо сесть и собрать. Жизнь это особо не поменяет: ну, будет небольшая надбавка к небольшой зарплате. Но у меня хватает дел поинтереснее.

Карпук не гонится за учебными часами.

— Было два раза по полкласса. Это значит, что у двух классов я учитель алгебры. Помимо меня, по математике у них есть еще два учителя геометрии. Итого пять с половиной пар. 10—11 обязательных уроков. Плюс спецкурс — необязательная штука, которую я веду как получится. От двух до пяти часов в неделю. То есть две пары в один день, две пары в другой и одна плавающая пара раз в две недели в третий день. Другое дело, что я к этому готовлюсь. В итоге время можно удвоить. Подготовке я уделяю большое внимание.

Каждый год Михаил заканчивает первую четверть походом на родительское собрание.

— Есть рассчитанная нагрузка, которую постоянно уменьшают. Но я считаю, что дети могут выдерживать и значительно бо́льшие объемы. Особенно если это касается лицея.

Смысл не в том, что всем нужны большие объемы. На мой взгляд, программа должна давать не необходимый минимум, а желательный максимум знаний, к которому нужно стремиться. И это нормально, что не все его осилят, для этого и есть оценки, чтобы определять уровень успешности.

Но каждый раз на первом родительском собрании царят паника и обеспокоенность. Это уже традиция. «Детям непривычно! У них такого не было! Это страшно!» Приходится как-то тушить пожар. Я все слушаю, принимаю и мило улыбаюсь. Объясняю, в чем смысл, как оно будет потом, и так оно все обычно и происходит. После второй четверти родители успокаиваются. После третьей вопросов больше не остается.

— В итоге лицеистам нужен репетитор для поступления?

— История о том, что дети не могут поступить без репетитора, — большая глупость. Говорю не только про лицей. Полно мальчиков и девочек, которые поступают сами. Все зависит от их мотивации и отношения родителей. Смысл — во всеобщем страхе. Мол, в школе учат чему-то сложному, а ЦТ еще сложнее. В итоге школьники боятся думать сами. Плюс их все время опекают родители. «Ой, мой ребенок — гуманитарий, он этого не сможет!», «Вот я никогда не знала математики, мой сын/дочка тоже не сдаст!». Это влияет на детей и порождает коллективную трусость. Главная проблема — дети боятся думать и поступать самостоятельно, совершая ошибки.

«Я бы хотел выкинуть из жизни абитуриентов ЦТ»

— Мало кто из успешных учителей работает по предложенной программе и часовому планированию. Нужен свой план. Плюс дополнительные книжки, которые можно либо заказать, либо скачать в интернете, либо съездить в Россию и купить.

Понимаете, есть люди, у которых работа такая — писать директивы и правила. Это не специалисты. И в моем представлении, чем меньше они вмешиваются в процесс, тем лучше. В итоге в последнее время школьная программа и нагрузка сокращаются. Я не думаю, что это положительно сказывается на уровне среднего образования.

Что касается образования высшего, я бы хотел выкинуть из жизни абитуриентов ЦТ. У разных вузов должна быть своя цель подготовки студентов. Соответственно, к ним должны предъявляться разные требования. Отсюда и разные экзамены. Зачем эта свалка одних и тех же задач и соревнование каких-то усредненных баллов? Если у университета есть цель подготовить специалиста, значит, должна быть и цель принять наиболее подходящих выпускников. Соответственно, им надо с самого начала предъявлять специализированные требования.

Карпук рассуждает о привычных уже мемах со вступительных кампаний, когда документы принимались у абитуриентов с космически минимальными баллами.

— Для страны это обыкновенное вредительство. Надо четко понимать, какие у нас цели и задачи. Мне кажется, происходит подмена понятий, когда становится не так важно подготовить специалиста, сколько выполнить план по набору и выпуску студентов. Это количество, но совсем не качество.

Михаил признается, что в быту его любовь к развитию не сильно окупается.

— Деньги меня, конечно, интересуют. Но их мало. Это проблема. На параллельные подработки тратится много времени и энергии. Я научный сотрудник, веду школу юных математиков в Институте математики НАН, учительствую в Лицее БГУ. Есть две-три регулярные подработки. Иногда я получаю меньше пресловутых «по 500», иногда больше. Доход очень нефиксированный. В худшие месяцы прошлого года получал суммарно рублей 500. В лучшие — может, 1500. Когда видишь эти 500 рублей, в голове ничего не щелкает. Ну, я же знаю, на что иду. Глупо жаловаться, если знаешь заранее, на что рассчитывать.

Фанат развития признается, что вряд ли бы смог стать учителем в средней школе. Оттого относится к коллегам с большим почтением. Там больше нагрузки и правил, которым надо следовать, а также менее мотивированные дети.

— Почему я продолжаю, несмотря на все сложности? Сейчас сильно вовлечен в процесс и уделяю этому много времени. Это бо́льшая часть моего труда. Если бы я видел, что кто-то может сделать это лучше или вместо меня, с удовольствием бы ушел. Просто не хочется, чтобы труд взял и развалился.

Жизненного плана у учителя нет. Говорит, далеко не заглядывает.

— Мне просто в удовольствие все, что происходит. Снова-таки любопытство, как в детстве. Можно бесконечно развиваться. Это первое. Второе. Меня все-таки радует помощь детям. Я ориентируюсь изначально на себя и знаю, чего мне не хватало, когда я был школьником. Стараюсь дать это ученикам. Любопытные знания, подача информации. Многие вещи, которые считаются люто сложными, можно разложить очень доступно. Нет, школьные учителя у меня были хорошие. Просто математика — это такой гигантский пласт знаний, что учиться можно сколько угодно. А это развитие.

Честно, я не знаю мерила успешности своей работы. Да, хватает учеников, которые брали медали на международных олимпиадах. Их в районе десяти. Могло быть больше. Но показатель, наверное, нормальный.


Мы продолжаем искать тихих героев страны, чтобы гордиться ими вслух: ученые, врачи, инженеры… Если вы знаете таких лидеров, а вся Беларусь по какой-то причине — нет, присылайте ваши истории на почту heroes2018@onliner.by.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Никита Мелкозеров. Фото: Максим Тарналицкий