477
20 июля 2017 в 8:00
Автор: Александр Чернухо. Фото: Алексей Матюшков. Видео: Миша Кашалотов

«Дети сейчас не играют на улице, все сидят на YouTube». Самая популярная девушка-видеоблогер Беларуси про деньги, хейтеров и глупых школьников

Юный видеоблогер ворвался в простую и дефицитную на сюрпризы жизнь простого белоруса слишком стремительно. Теперь его рассматривают под микроскопом и делают крупные ставки: сколько видеоблогер продержится и кто придет ему на смену. Видеоблогер обосновался на YouTube крепко и никуда пропадать не собирается. Смотрит на подписчиков счастливым взглядом. В рубрике «Поколение» говорим с 21-летней Юлей Годуновой о хейтерах, ленивых рекламодателях, секрете популярности и прочих вещах, которые волнуют интернет-общественность.

Юля Годунова — самая популярная девушка-видеоблогер Беларуси. На ее канале 289 432 подписчика, а количество просмотров роликов уверенно приближается к отметке в 13 млн. В общем, сейчас студентка факультета международных отношений БГУ катается по фестивалям, где регулярно пытается сформулировать собственный секрет успеха.


«Детство в деревне — это круто! У городских девочек нет того, что есть у меня»

— Я родилась в Ельске — это городской поселок в Гомельской области, можно сказать, деревня. У меня не было компьютера до 16 лет, телефона тоже. Я была такой же, как и все деревенские мальчики и девочки: играла в прятки во дворе, копалась в песке, с собаками бегала и на велосипеде каталась. Вот такое было детство, и я этому очень рада. Мне кажется, что это очень круто. Я не знаю, как дети живут в городе, но деревня — это здорово.

Прелесть в том, что я выросла очень простой и меня сложно чем-то напугать: у меня нет завышенных требований к условиям жизни. Вообще, могу даже интервью дать в подъезде, если нужно. В этом, я думаю, мой большой плюс в сравнении с городскими девочками, которые многое не приемлют.

Мои мама и папа из Ельска. Мы жили там, но потом родители развелись, и мы с мамой переехали в Гомель к ее новому мужу. В 17 лет я поступила в университет и переехала в Минск. Период, когда родители расстались, я не переживала болезненно, потому что была очень маленькая: мне было всего 9 лет. Сейчас я думаю, что вроде бы это уже нормальный возраст, но тогда даже не осознавала этот развод. Я даже не переживала, что живу в новом городе и без папы.

Я всегда была очень активной и популярной. С садика помню, что дети стремились со мной дружить. Но я не зазнавалась: просто выбирала детей, с которыми буду общаться, — их, может, никто не замечал, а мне с ними было интересно.

В школе было примерно так же: наверное, я была в какой-то степени примером для подражания. Очень хорошо училась (у меня были только десятки), была очень активной: пела, танцевала, вышивала.

Моя популярность всегда была со мной. В новой школе я зацепила всех тем, что была какой-то другой. Разговаривала в основном на белорусском языке и была слишком простой. Люди начали ко мне тянуться — это я очень четко помню. А еще эти ельские привычки… Я сразу позаписывалась во все секции и кружки. Помню, меня заинтересовал кружок по истории Беларуси, хотя мне было 10 лет. Все смотрели: «Что за бред, куда ты пошла?» А мне так интересно было! Потом девочки за мной потянулись, и набралась целая группа.

«До сих пор боюсь девятиклассников — они самые ужасные»

— Когда я перешла из начальной школы в среднюю, мы с моим хорошим другом Димой Ермузевичем посмотрели YouTube, увидели блогеров, которых тогда было совсем мало, и подумали, что это прикольно. Мы ведь тоже постоянно снимали видеоролики — почему бы не выкладывать их в сеть? Решили смонтировать наши старые видео, встречались после школы: что-то придумывали, снимали, выкладывали. Дима был на два года младше меня, и его не так замечали, а я была достаточно известна, поэтому мой канал начал быстро развиваться. Я стала снимать ролики, выкладывать на YouTube всякую ерунду — для одноклассников это было так странно. Поначалу все было нормально, но скоро внимания стало столько, что я сама начала смущаться и думать: что за ерунду я делаю?

Со стороны парней в школе было много внимания, и это ужасно! Я до сих пор боюсь, когда вижу девятиклассников. Эти мальчики — самые злые на свете. Меня закидывали снежками, пытались накормить травой, обливали супом в школьной столовой просто потому, что я им нравилась. Конечно, на 14 февраля я получала огромное количество валентинок, но в остальное время знаки внимания были жестокими.

Потом случилась история. Я сидела в классе, и моя учительница начала меня отчитывать: «У тебя видео новое вышло на канале. Это просто ужас… Куда твоя мама смотрит?» Я согласна, что оно было плохое. Я смонтировала музыкальный клип: снимала, как делаю что-то дома, всякие красивые кадры, и напевала свою любимую песню. Видео, понятное дело, бредовое получилось: мне ведь тогда 13 лет было.

Учительница при всех начала меня отчитывать. Я еще сидела за последней партой, потому что нужно было сделать домашку на другой предмет, а все обернулись, смотрят на меня, смеются — все было, как в фильме про школу, только что пальцем никто не показывал.

Учительница начинает развивать эту тему еще больше. Мол, что за позорище, как так можно. И я понимаю, что сейчас заплачу… Взяла и убежала с урока.

Уже дома начала смотреть это видео с другой стороны, критически. Подумала: «Боже, что я снимаю? Что за бред!» Начала смотреть другие видео и поняла, что хочу все удалить. Взяла и зачем-то «снесла» канал, на котором к тому моменту уже было 5 тыс. подписчиков! До сих пор жалко, ведь могла бы просто удалить все видео. По сути, учительница стала моим первым хейтером. Хотя это было очень непрофессионально с ее стороны.

Лет пять не снимала вообще. Я очень любила учиться и отдавала на это много сил. И с математикой хорошо ладила, и русский у меня был идеальный, и на олимпиады по английскому ходила. В целом я и сама понимала, что все у меня хорошо получается, поэтому из-под палки не училась. Правда, при этом особого интереса к учебе не было — просто делаю и делаю. Параллельно все это время помогала с каналом Диме Ермузевичу — помню, раньше даже учила его монтировать видео. Мы постоянно во всем этом крутились, но идею с собственным каналом я забросила. Наверное, та травма была очень серьезной.

«Хейтеров хватало, но я уже привыкла к такой реакции»

— Первый и второй курсы университета — это лучшее время. Меня очень удачно заселили в общежитие с девочками из Гомеля, мы быстро подружились. А мои одногруппники оказались лучшими на свете. В университете я вообще забыла, что такое хейт: проблем не было вообще. Мы просто дружили, вместе тусовались — мне очень повезло в этом плане.

Когда я поступила в университет, мы гуляли с Димой, и он сказал: «Прикинь, а если бы ты сейчас была видеоблогером и мы бы вдвоем сняли влог!» А у него тогда уже было 200 тыс. подписчиков. И мне стало так обидно, что все это время я ничего не снимала… А Дима спрашивает: «Так почему бы тебе сейчас не начать снимать?» И я решила попробовать. Проанализировала, что снимают девочки-блогеры, и поняла, что ни у кого нет видео про студенческую жизнь. Придумала, что буду снимать в общаге: это же вообще весело! Помню, что первые мои влоги так заходили! Они сразу набирали по 200 тыс. просмотров, хотя у меня было 10 тыс. подписчиков. Да, хейтеров тоже хватало, но я уже привыкла к такой реакции.

Ко мне всегда было много внимания, и я привыкла к недобрым взглядам. Сейчас я понимаю, что это просто была какая-то зависть: у нас даже в школьном паблике почти все посты были про меня. Весь этот хейт был регулярным, поэтому критику я привыкла воспринимать адекватно.

Сегодня я самая популярная девушка-видеоблогер в Беларуси. Об этом знает весь универ, у меня даже было какое-то сотрудничество с администрацией. Я просто снимала видео на YouTube: рассказывала своим подписчикам про факультет и специальность, это была моя курсовая работа. Я согласилась, потому что искренне считаю, что учусь на отличном факультете.

Почему таможенное дело? Это, конечно, интересный вопрос… Когда я оканчивала школу, все дороги были открыты: могла сдать ЦТ по любому предмету. Я посоветовалась с родителями, а мой папа как раз учился на этой специальности. Он сказал, что это очень престижно, круто и весело. Потом приехала в Минск на экскурсию, увидела здание факультета и решила, что хочу там учиться. Прямо размечталась!

«То, как проводят время нынешние дети, ужасно»

— У меня есть младшая сводная сестра, ей 11 лет. Различия у нас с ней огромнейшие! Моя Влада помешана на YouTube — наверное, в силу того, что следит за моей жизнью в интернете. Даже в какой-то степени фанатеет по мне, хотя я ее сестра и мы очень близки. Мне очень грустно, потому что она практически никогда не выходит на улицу. Я приезжаю в Гомель и спрашиваю: «Чего ты на улицу не идешь?» А она в ответ: «А зачем?» Я маму упрашивала до восьми погулять, приходила грязная, в песке, с кучей историй и разбитыми коленками. Мне кажется, что это так круто! А Влада даже не представляет, что это такое.

Сейчас дети очень помешаны на интернете и гаджетах. А я вообще телефон не видела до 16 лет и не знала, что это такое. Потом у меня появилась старенькая Nokia, а iPhone я купила в 19 лет за свои деньги.

Сестра забрала мой iPhone и в 11 лет ходит с ним. Это время такое. Я же не могу ничего ей не дарить и сказать, чтобы шла играть на улицу. Никто этого сейчас не делает.

То, как проводят время нынешние дети, ужасно. Я бы не хотела такое детство. Эти ребята в будущем будут гораздо глупее нас. Мне кажется, что те люди, которые старше меня, еще умнее, потому что чем меньше возможностей, тем больше их ищут. Когда куча дорог, интерес пропадает. Сильно научишься, когда сидишь в интернете и смотришь ролики? Конечно, какой-то опыт получить можно, но этого очень мало.

Сейчас я читаю «Грозовой перевал», но вообще редко беру в руки книгу. Во-первых, у меня нет времени, а во-вторых, мне больше нравится слушать музыку. В транспорте меня вообще укачивает, когда я начинаю читать. Но даже если бы меня не укачивало, я бы все равно надела бы наушники и слушала музыку. Хотя аудиокнигу послушать могу.

«Все ждут, что я расскажу какую-то тайну, а ее нет»

— Почему выстрелил именно мой канал? Во многом благодаря Диме, потому что он был очень популярным. Он симпатичный мальчик, который нравится девочкам, — у него такой образ, а больше похожих ребят в Беларуси на YouTube не было. Я снималась практически в каждом его видео, и меня уже все знали и просили создать свой канал. А когда я его создала, людям стало интересно следить за мной.

Когда создаешь какой-то оригинальный контент, это выстреливает. Сейчас сделать популярным развлекательный канал с челенджами будет очень сложно, потому что таких очень много. Оригинальность очень важна. Думаю, это тоже помогло мне стать популярной.

Правильные, настоящие блогеры, которые собирали большую аудиторию, не старались этого делать. Они просто были искренними. И я не знаю, как донести это до людей, которые всякий раз спрашивают, в чем секрет успеха. Они ждут, что я расскажу какую-то тайну, а ее нет на самом деле: нужно просто поймать волну. Но объяснить это сложно, потому что куча SMM-щиков находят какие-то схемы, статистику, рассказывают, когда и как лучше публиковать видео. Я всех этих вещей не знаю и никогда ими не интересовалась — просто делаю так, как хочу, а людям нравится искренность.

Мне неприятно, что я не могу быть максимально искренней. Я ведь иногда матерюсь, как и все люди, но не делаю этого на своем канале, потому что аудитория очень молодая: приходится задумываться о том, что я говорю, как отреагируют на это подписчики. Но ведь можно меня понять: я просто блогер и не выступаю на YouTube в качестве пророка. Я не прошу смотреть эти видео, но люди смотрят. Выходит какая-то непонятка, потому что я хочу заниматься любимым делом, а не просто какой-то работой.

При этом я никогда ничего не придумывала и не стараюсь выглядеть лучше или хуже, чем есть на самом деле. Очень люблю простых людей, которые говорят правду, и сама точно такая же. Всегда найдутся люди, которые будут меня любить или ненавидеть. Так зачем что-то придумывать? Проще не париться и быть собой.

«В месяц на канале я зарабатываю в пределах $700»

— По специальности я пока работать не собираюсь. В финансовом плане чувствую себя комфортно, но не из-за YouTube: зарабатываю разными способами в интернете, а на своем канале рекламу делаю редко, потому что хочется делать интересный контент. В месяц на канале я зарабатываю в пределах $700, но эти цифры слишком относительные. Летом, например, никто ничего не делает и рекламодателей практически нет. Я могу три месяца вообще не зарабатывать. А перед Новым годом реклама нужна всем, и она классная! Я люблю работать с брендами: это весело, интересно и деньги платят.

При этом я не отношусь к рекламе как к основной статье доходов. В 60% случаев я вообще отказываю рекламодателям: подбираю предложения под свой контент, а многие пишут просто «А давай прорекламируем вот это». Никакой идеи… Я не так сильно заинтересована в деньгах, чтобы за них все придумывать. Недавно отказала производителю соков, который пригласил у них на заводе снять ночью видео — вроде бы какой-то ужастик. Это было странно…

Чего бы я никогда не сделала на своем канале? Боюсь такое говорить, потому что все может случиться. Кроме пропаганды наркотиков, сигарет и алкоголя, запретных тем у меня нет. Впрочем, если классный алкогольный бренд придет с хорошим предложением, я буду не против с ним поработать. Я могу когда-нибудь даже контрацептивы прорекламировать. Может, это будет классный проект!

О будущем я думаю уже сейчас. Сейчас начала заниматься чем-то в офлайне: иногда работаю моделью, хочу попробовать себя в музыке — это мне всегда было интересно. Думаю, что моя аудитория со временем найдет себе кумиров помладше, но я буду интересовать людей уже в других сферах.

Послушать выступление Юли Годуновой и других популярных видеоблогеров можно будет на арт-пикнике FSP 29 июля в 14:30.

Штативы в каталоге Onliner.by

Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Александр Чернухо. Фото: Алексей Матюшков. Видео: Миша Кашалотов
ОБСУЖДЕНИЕ