157
08 июля 2017 в 8:00
Автор: Настасья Занько. Фото: Максим Тарналицкий

«Знакомые считают нас сумасшедшими и упрекают в эгоизме». Мамы-бизнесвумен о работе и стереотипах

В белорусских семьях детей зачастую усаживают на трон, вокруг которого просто обязаны плясать мама и папа. Рождение и воспитание ребенка многие воспринимают как основную миссию, ради которой можно пожертвовать всей жизнью без остатка. Может ли быть иначе, «ты же мать»? Четверо нетипичных белорусок опровергают стереотип, что жизнь в декрете заканчивается подгузниками и горшком.

С двумя Татьянами и Ольгой мы встречаемся в семейном кафе Cakes.by. Это реализованная студенческая мечта четвертой нашей героини Анастасии Ширейко, мамы двух маленьких детей.

— Моему проекту уже 6 лет, а кафе-кондитерской почти три года, — приглашает за столик хозяйка. — Я всегда хотела работать на себя и еще на последнем курсе экономического университета определилась с тем, что мне ближе общественное питание. Начала сразу с регистрации организации, сайта, поиска помещения... Через год после запуска цеха по производству тортов на заказ и полтора года после рождения первого ребенка поняла, что в Минске не хватает именно семейных кондитерских. Мало мест, куда сходить с ребенком.

У Татьяны Юзефович, мамы двух мальчиков, другая история. Говорит, что в декретном отпуске никак не могла себя найти, а потом решила организовать детский фестиваль «Boo!Kids Fest» (ближайший проходит 8—9 июля).

— Когда родила второго ребенка, я думала-думала, чем же себя занять. Я ни петь, ни рисовать, ни каким-то другим рукоделием заниматься не умею, так вот и родилась идея. И мы проводим уже пятый фестиваль, — улыбается Татьяна.

Татьяна Бакланова, по образованию учитель английского языка и литературы, говорит, что идея открыть уютный книжный магазин с кофейней для мам и детей «Букашкин дом» была у нее давно, но только после рождения третьего ребенка появилась смелость ее реализовать. Хотя в бизнесе она попробовала себя давно и опыта особо не было.

— Бизнесом стала заниматься, когда первому ребенку был год, — объясняет она. — Моя подруга тогда предлагала мне попробовать себя в каком-нибудь интересном деле. Мы особо не представляли, чем именно хотим заниматься. И тут увидели объявление о продаже свадебного салона. В итоге собрали свои накопления, скинулись и купили салон.

— Все шло вроде бы неплохо, но не то... Мы хотели продавать нестандартные платья, а к нам приходили стандартные невесты. Проработали так полтора года и поняли, что не совсем наше. Покупатель нашелся совершенно случайно, мы с подругой продали салон и выдохнули. Потом я родила второго ребенка. В то время мы много путешествовали и везде заходили в книжные магазины, я очень люблю читать, у меня дома большая библиотека. И очень хочу, чтобы мои дети читали.

Я понимала, как мама, что в Минске совсем нет мест, где мамы с детьми могли бы комфортно провести время, выбрать в уютной обстановке книги, почитать, выпить кофе с десертом, покормить и переодеть грудного ребенка, провести время на мастер-классах или просто пообщаться с единомышленниками. Я почти год обдумывала все мелочи в интерьере, выбирала книги, канарейку, шторы, читала много литературы, советовалась с опытными людьми, посещала курсы бариста, выбирала кофемашину. Сейчас я вместе со своей командой варю кофе, консультирую по выбору книг.

Ольга Пулко много ездила за границу, работала в логистической компании, потом учителем, но говорит, что офисная работа — это совершенно не ее.

— Декрет дает возможность остановиться и услышать себя, наконец-то почувствовать себя женщиной и передохнуть, — считает Ольга. — Так я поняла, что ни за что больше не вернусь в офис. Пробовала дистрибьютерство и другие подработки. А после рождения сына постепенно пришла к тому, чтобы проектировать деревянные игрушки. Так появился конструктор «Вышегор». Понадобились все мои навыки черчения и рисования.

«Я вела переговоры, а рядом в коляске спал четырехмесячный сын — все всё поняли»

— Активных молодых женщин декрет, как правило, пугает. И прежде всего тем, что после трех лет с ребенком ты выпадаешь из рабочего ритма как специалист и потом никому не нужен. На самом деле ли все так?

Татьяна Юзефович:

— Все зависит от личности. Я даже чисто теоретически не смогла бы сидеть три года без какого-то дела, занимаясь только ребенком. В первый раз, когда я выходила в декрет, работала на хорошей должности в крупной компании в сфере продаж. Я побыла год с сыном, потом наняла няню и ходила на работу. Иначе я бы просто не смогла вернуться назад.

Когда я забеременела вторым, то поняла: в нашей системе с двумя маленькими детьми в моей компании по продажам работать сложно. У нас был очень жесткий график, даже лишний выходной непозволительно было взять. Наш заработок напрямую зависел от продаж. С другой стороны, а что было делать мне? Уже через полгода второго декрета я искала себе какое-то дело вне специальности. К сожалению, реальность такова, что с маленькими детьми очень редко кого-то нанимают.

Но в целом хороший работник даже после трех лет декрета будет стараться быстро войти в ритм и все наверстать. Так что это, по большому счету, условности.

Анастасия Ширейко:

— Я считаю, что декрет на три года — это довольно долго. Для женщины это двойной стресс — сначала ты становишься мамой и выпадаешь из привычного ритма и социума, а потом точно так же сложно вернуться обратно и наверстать упущенное.

— Как вам удается совмещать работу и детей? Многие мамы не представляют, как это — вести переговоры с детьми или брать детей в командировку.

Анастасия Ширейко:

— Хорошо быть самой себе хозяйкой — совмещаешь так, как тебе удобно: можно и в кофейню ребенка с собой взять (у нас специально для этого и оборудована игровая зона), а можно и дома после отбоя поработать.

С другой стороны, ранняя социализация только на пользу. Когда малыш с мамой с полугода не только на детской площадке, то к четырем он вполне учится вести себя воспитанно и прилично в любой обстановке.

Но, конечно, очень сложно бороться со стереотипами общества, которое навязывает: «ты же мать», ты должна сидеть в декрете. Нечего работать, когда у тебя в коляске трехмесячный малыш.

Большинство моих подруг считает меня ненормальной. Как это можно взять ребенка до года куда-то с собой?

Но ведь наши предки не сидели по три года дома. Родила, неделю отдохнула, и малыша с собой на поле. И что, разве плохие люди выросли?

Ребенок, вообще-то, это не идол, которому нужно поклоняться.

Татьяна Юзефович:

— Просто: берешь ребенка, и все [смеется]. А что делать, если безвыходная ситуация и некому помочь? Со вторым сыном Яшей я ездила на переговоры с 4 месяцев. В большой переговорке стояла коляска, Яша спал, а мы общались. И знаете, все относились с пониманием. Конечно, нам еще далеко до Европы, где в офисах уже появляются специальные комнаты для детей, куда можно привести ребенка, если тебе не с кем его оставить.

Моя знакомая постоянно говорила мне, что я сумасшедшая и эгоистка.  Мол, как так, ты куда-то мотаешься с ним в машине, на мероприятия и так далее.

У меня есть знакомые, которые отсидели в декрете три года, никуда не выходя и не выезжая. Но я так бы просто не смогла.

Татьяна Бакланова:

— Я очень часто их беру на работу. Во-первых, детский магазин, где же, если не здесь, им быть. Во-вторых, они и мебель мне помогали выбирать, и книжки с удовольствием тестируют.

Ольга Пулко:

— Вообще для себя не вижу в этом проблемы. Мой сын со мной ездит в командировки, он и спит в машине, если нужно. Да, тяжело иногда. Ему в первую очередь. Хочется побегать, поиграть. Тогда мы останавливаемся и ищем компромиссы. Бывает так, что на часах 19:00, а у нас «обедоужин», потому что мы с ним колесили-колесили из Молодечно в Минск, по всем инстанциям побегали и толком поесть не успели.

На мой взгляд, это как раз и есть здоровая среда воспитания. Ребенок изначально растет, видя активных маму и папу, которые счастливы и занимаются любимым делом.

Анастасия Ширейко:

— Мне кажется, детям, напротив, интересно быть вовлеченными в процесс и находиться с родителями. Даже если нам кажется, что это неинтересно для них и, возможно, скучно.

«В какой-то момент я решила: «Все, хватит, буду делать так, как я хочу»

— Вы не чувствовали своей вины за то, что не отсидели положенные три года с ребенком дома? Вокруг же, наверное, упрекали вас в том, что вы плохие матери, недодали ребенку любви...

Анастасия Ширейко:

— Плохая мать — это отдельная тема для рассуждений. Из своего опыта я вынесла, что иногда только хуже, когда стараешься быть слишком хорошей.

К примеру, когда я узнала, что впервые стану мамой, на меня свалился огромный груз ответственности, давили стереотипы. Я ходила ко всем врачам, на кучу лекций по развитию малыша, кормлению и так далее. У меня была постоянная тревожность, все время боялась сделать что-то не так — это трагедия для перфекциониста. В моей голове не было другого варианта, кроме как «идеального», но все пошло не по плану.

Как и многие молодые девушки, впервые став мамой, я оказалась в абсолютно незнакомом мире, отрезанной от социума. При этом каждый считал своей обязанностью сказать мне, что именно я «должна», — это к вопросу о чувстве вины. Вина, недовольство собой, замкнутый круг рутины...страшно вспомнить, как я вела ежечасные дневники питания и веса ребенка.

В какой-то момент я решила: «Всё, хватит, буду делать так, как я хочу». Посадила ребенка в машину, и мы поехали на работу. И знаете, мир не разрушился. Смотрю, и дочке нормально, и мне хорошо — именно работа помогла мне справиться с послеродовой депрессией.

Ольга Пулко:

— Меня от депрессии спасла машина. С ней я перестала быть привязана к дому и песочнице. У меня в машине есть все для ребенка — вплоть до мешка игрушек и беговела. Поэтому мы с сыном очень мобильны. То к друзьям, то к бабушке в Гомель, то на Минское море. В общем, куда душа лежит. Это очень спасает.

Татьяна Бакланова:

— Еще в депрессию вгоняют разговоры типа: «Ой, мой пошел в девять месяцев». Или «ой, а мой уже говорит», «ой, а мой пазл складывает». А твой-то нет. И у тебя спрашивают: «А ваш что, молчит еще?» И ты начинаешь загоняться, нужно что-то делать, переживаешь, паришься. На самом деле ребенку нужна любящая, адекватная и, самое главное, счастливая мама. А уже поел он в 12:30 или в 13:30 — не так важно.

Я ведь тоже такой нервной была с первым. Он ревет, ты читаешь пособия, делаешь, как там сказано, а он все равно орет. Я первый год тоже очень сильно заморачивалась, вела дневники, сидела на диетах, телятине и гречке, голодная, нервная. Хотя мой ребенок первый был самым беспроблемным...

Ольга Пулко:

— Я поэтому отказалась от всяких курсов раннего развития, каждый ребенок — это цветочек, который сам выглянет на солнышко, когда будет нужно. Я вообще в первый день после родов съела кучу клубники, когда мне кричали: «Нельзя». И ничего.

Анастасия Ширейко:

— Когда у дочки всё не лезли первые зубы, хоть были должны, я сильно переживала.

Тогда очень мудрый врач мне сказал: «Успокойся, твой ребенок тебе ничего не должен». Я постоянно вспоминаю эту фразу.

«У меня есть четкие личные границы. Если сплю, значит я устала»

 — Как же пресловутое «всё для детей»? Как же фраза «дети — это самое главное в жизни»? У нас же чуть ли не вся страна так живет. Никакой личной жизни с детьми, вообще...

Татьяна Юзефович:

 — Да, знакомая ситуация. Люди уходят из кафе и говорят: «Нам нужно покушать» или «Мы хотим спать». Вот прямо такими фразами. Нет разделения на себя и ребенка. Нет понимания, что ребенок — это отдельная личность с самого рождения.

— Когда я ходила на курсы по подготовке к родам, вынесла для себя один интересный момент. Уклад жизни и привычные традиции не должны кардинально меняться с появлением ребенка. К примеру, вы любили ходить на хоккей или в кино. После его рождения вы не должны отказываться от своих традиций. Приобщайте ребенка к ним. Смотрите вместе фильмы, идите в бар.

То есть ребенок встраивается в семью, учится быть вместе, а не диктовать свои условия.

И мы стараемся так делать: муж, к примеру, берет ребят на хоккей, потому что он любит бывать на матчах.

Татьяна Бакланова:

— У меня есть четкие личные границы. Если сплю, значит я устала. И они тихонько с папой или друг с другом играют. Они понимают, что я тоже хочу в душ, что я хочу в туалет сходить одна, в конце концов. Если у меня будет пироженка лежать, я ее съем без всякого зазрения совести о том, что не поделилась с детьми.

Анастасия Ширейко:

— Дети — действительно самое главное в жизни. Но им отнюдь не нужно, чтоб мама отказывалась от себя. Дети берут с нас пример.

Иногда она моими словами мне говорит: «Мама, подожди, я освобожусь». И ты ее слушаешь. Понятно, что бывают разные ситуации и нужно иногда бежать. Тогда мы идем на компромисс и договариваемся. Если она видит, что я не отказываюсь от своих дел в угоду всей своей семье, то понимает: у нее есть такое же право.

Ольга Пулко:

— Среда решает все. И то, как у нас комфортно и удобно для родителей, в семье ребенок примет, он научится здоровым отношениям, не принося себя в жертву и не требуя взамен благодарности и пожизненной обязанности.

— Ваши мужья, к слову, как относятся к вашим начинаниям? Поддерживают?

Татьяна Юзефович:

— Конечно. Насколько я знаю, всех поддерживают. Если нужно, сидят с детьми, мужья практически всегда присутствуют на различных мероприятиях и так далее.

Если бы у меня не было такой поддержки от мужа, наверное, я бы тоже впала в депрессию.

— Но что делать, если вокруг тебя нет такой адекватной и понимающей среды?

Татьяна Бакланова:

— Искать ее. Искать людей, которые тебя поддержат и скажут: «Да расслабься, не парься, какое по часам, захочет есть — корми». Искать опытных мам, близких по духу, врачей, с которыми ты на одной волне...

Ольга Пулко:

— Да, своя среда, группа поддержки — это очень важно. Нужно искать единомышленников и то, что именно тебе подходит.

Автокресла в каталоге Onliner.by

Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Настасья Занько. Фото: Максим Тарналицкий
ОБСУЖДЕНИЕ