Эксклюзив Onliner.by. Вице-адмирал британского флота о жизни, холодной войне и угрозе Третьей мировой

 
204
14 января 2016 в 7:53
Источник: Николай Козлович. Фото: Влад Борисевич

По широкой эспланаде крошечного английского городка Веймут ветер разбрасывал брызги воды. Море шумело волнительно и грозно, а через улочку в старой церкви заливались колокола. В доме на набережной — не дворце и не замке — нас ждал седой мужчина с улыбчивым обветренным лицом. Вице-адмирал сэр Фабиан Малбон, рыцарь, кавалер ордена Британской империи и экс-замкомандующего Королевским военно-морским флотом — на самом деле скромный английский джентльмен — был готов рассказать о море, службе и том, чего не должно случиться.

* * *

Сухопутные крысы никогда не поймут, что такое океан. Не замрут от восхищения при виде фрегата, не оценят величие бури и уныние штиля. Те времена, когда Британия была владычицей морей и главной колониальной державой мира, когда корабли иных государств при встрече с английскими опускали флаги, давно прошли. Сэр Фабиан — из тех последних романтиков флота, которых в мире почти не осталось. Он, кажется, и сам признает это.

Море

— Я родился в Портсмуте в 1946-м. В те времена, сразу после войны, в городе располагалась огромная база флота, — начинает вице-адмирал свой рассказ. — По улицам ходили ребята в форме, а почти в каждой семье кто-то служил. Мой отец участвовал во Второй мировой, его отец тоже был в армии — в Первую мировую. И мой прадедушка служил, воевал в Канаде в 1860-м. Вся моя семья была связана с сухопутными войсками, а я с детства полюбил море. Наверное, решающую роль в моей судьбе сыграл мой дядя.

В 1940 году он пошел во флот простым матросом. Тогда страна нуждалась в моряках, шел активный призыв. Его достаточно быстро повысили до лейтенанта, а в военные годы дядя совершил порядка шести арктических конвоев, сопровождая грузовые корабли от Британии до Мурманска с Архангельском. Мне запомнились его рассказы. Круглые сутки светит солнце, ночь не наступает никогда — в такой обстановке ты легкая мишень для немецких подлодок и самолетов. Зимой еще хуже, условия чудовищные, вокруг ледяное Баренцево море, и даже если кто-то упал за борт, то у вас нет времени, чтобы спасти его…

Да, флот казался мне чем-то грандиозным и фантастическим. В середине 1950-х в Портсмут пришел с дружеским визитом огромный советский крейсер «Орджоникидзе», и тогда я в первый раз увидел в городе советских моряков. Жизнь в морском городе предопределила мою дальнейшую карьеру.

Фабиан Малбон окончил британский аналог советского кадетского училища в Девоне, а в 1965 году поступил на службу в Королевский военно-морской флот.

— В моей карьере все было гладко. Если бы мне сказали начать сначала, я бы сделал все то же самое. Правда, я бы вряд ли подошел современному флоту. Он теперь совсем другой, — продолжает вице-адмирал. — Кибератаки, терроризм, обновление технологий… Командная работа осталась такой, как и раньше, но гораздо меньше офицеров проходит полный карьерный путь. Сейчас даже женщинам разрешено служить и занимать командные должности. Многое изменилось, и вместе с этим, конечно, флот стал более профессиональным.

Да, я сделал бы все то же самое, даже несмотря на то, что месяцами не видел свою семью, жену и детей, свой дом. Но какая же насыщенная это была жизнь!

Корабли и холодная война

Сэр Фабиан уверенно двигался по карьерной лестнице. В колледже он получил специальность штурмана и в своем деле преуспел. В 1982-м Малбон вел авианосец, шедший к Фолклендским островам, но покинул его за шесть недель до начала Мальвинской войны между Великобританией и Аргентиной.

— Наверное, мне повезло, ведь я получил в командование старейший корабль флота — фрегат «Торки» (HMS Torquay), — говорит вице-адмирал. — Его использовали в тренировочных целях для обучения навигации моряков Королевского военно-морского флота и иногда офицеров НАТО. У нас была крутая молодая команда: я никогда не был капитаном, мой первый помощник впервые заступил в должность, офицеры делали все впервые. У нас было много свободы и много моря, которое мы любили. «Торки» ходил вокруг Британии, мы заходили в различные порты для отдыха. Отличное было время!

Вторым кораблем, которым командовал Фабиан Малбон, был тяжелый фрегат «Храбрый» (HMS Brave) — теперь уже самый новый на флоте, вооруженный по последнему слову техники. Его основная задача, говорит вице-адмирал, заключалась в «охоте» за советскими подлодками в Норвежском море и наблюдении за флотом противника в Баренцевом море и на Балтике.

— Приближался конец холодной войны. Намечалась своего рода оттепель, сближение отношений между двумя военно-политическими блоками. Но в то же время напряжение между сторонами еще сохранялось. Чувствовали ли мы его? Конечно, ведь мы всегда находились рядом. Мы, моряки, просто следили за противником, выполняя поставленную задачу. Часто плыли на небольшой скорости параллельным курсом, и тогда вся команда собиралась на палубе, наблюдая за советской подлодкой или кораблем, — они делали то же самое. Тут важно понимать: для любого моряка главный враг — это море. В этом прелесть и отличительная особенность флота. Моряки — люди толерантные, жизнерадостные. В экстремальной ситуации мы были готовы прийти друг другу на помощь.

В начале 1990-х под командование нашего собеседника перешел флагманский авианосец «Неуязвимый» (HMS Invincible). Сэр Фабиан Малбон вспоминает забавную историю:

— Зашли мы как-то в Афины. Каждый раз, когда швартовались в новом месте, устраивали коктейльную вечеринку. Авианосец огромный, места много, все отдыхают на палубах. Помнится, пришел к нам русский флотский атташе в Греции. Большой такой парень примерно моего возраста. Угостили его, беседуем, вспоминаем годы активной службы. И вот этот человек неожиданно признается: сбылась его заветная мечта. Оказывается, много лет он хотел попасть на борт «Неуязвимого», потому что в конце 1970-х, когда авианосец был спущен с верфи и отправлен на испытание в Средиземное море, являлся помощником капитана ядерной советской подлодки. А ее послали, чтобы следила как раз за этими испытаниями. Шесть недель, пока англичане наслаждались жизнью под солнцем, русская лодка торчала на перископной глубине, и весь ее экипаж просто сходил с ума от зависти: сидят под водой, а противник отдыхает!

Мы вспоминали об этом с улыбкой. Моряки — особый народ… Самый лучший, наверное. Противника мы уважали искренне.

Замкомандующего и вице-губернатор

Сэр Фабиан Малбон, как настоящий британец, много шутит. Признается, что служить на «Неуязвимом» было для него большой честью, хотя делать там было… нечего:

— Когда команда вышколена, капитану остается бродить по палубе и болтать с людьми, поднимая боевой дух. На самом деле все не так просто, конечно. Личный состав на корабле сменяется примерно раз в полтора года. Главная задача капитана — найти для каждого баланс навыков и умений, которые пригодятся ему в дальнейшем — при занятии штабных должностей, к примеру.

Вице-адмирал улыбается: после того как ты командовал авианосцем, командовать тебе больше нечем — только письменным столом. Пришлось согласиться на повышение. Он ушел в штаб, занимался подбором личного состава теперь уже во всем флоте, а вскоре стал заместителем главнокомандующего британским ВМФ. Про штабные годы сэр Фабиан рассказывает не очень охотно: рутина, мол. Офисная возня.

Уйдя с активной службы, вице-адмирал получил назначение в организацию, которая занималась постройкой всех британских кораблей. Там он отвечал за контрольные испытания новых судов. А затем был выбран королевой ее представителем — вице-губернатором на одном из Нормандских островов в Ла-Манше — острове Гернси.

Это весьма необычные земли. Формально они находятся под юрисдикцией британской короны, но не входят в состав Великобритании, не являются членами ЕС. Официально губернатором островов считается королева, назначающая своего законного представителя — вице-губернатора.

— Это во многом протокольная должность, — говорит заслуженный британский моряк. — На каждом из островов есть свой парламент, который решает абсолютно все бытовые вопросы, волнующие местное население. Парламент регулярно собирается на заседания и определяет, какой должна быть ставка за платную парковку, должны ли магазины работать по воскресеньям. Важнейшие вещи! Когда Великобритания принимает закон, носящий универсальный характер, его нужно адаптировать к местным реалиям. Задача представителя королевы — координировать и сглаживать острые углы. На Гернси, скажу для примера, уникальное по своей либеральности налоговое законодательство. Очень многие компании имеют там базы, офисы, склады. Представителю королевы необходимо взаимодействовать с британским правительством. Но вице-губернатор не выступает ни на стороне короны, ни на стороне местной власти — он своего рода независимый арбитр, посредник в решении спорных вопросов. Мне эта работа нравилась. А какая там красота!..

Кавалер ордена Британской империи

Он рассказывает про насыщенную жизнь так обыденно, что вот уже готов поставить точку в биографии: «Теперь я старик, мне осталось немного». Вопрос про одну из главнейших наград в жизни британца — высшую, «рыцарскую» степень ордена Британской империи — приходится задавать самим.

— Если вы занимаете определенное время определенную должность, хорошо делаете свое дело, то при некотором везении рано или поздно этот титул получите, — скромничает вице-адмирал. — Не думаю, что процедура присвоения намного отличается от той, что происходит в Беларуси, России или Франции. Самое большое событие в этом — причастность к обряду в Букингемском дворце, в котором участвует Ее Величество Королева, лично вручая награду.

Нам, британцам, очень повезло в том, что в жизни страны сохраняется присутствие королевской семьи. Более того, нам очень повезло с нашей королевой. Монарх должен сохранять аполитичность, выступать фигурой-символом, обеспечивать единство нации и выступать мудрым советником для премьер-министра. И вот ей, а также ее отцу и дедушке на протяжении их карьеры это удавалось. Да, мне очень повезло, что я был удостоен такой чести.

Тут нам приходится признаться: когда ехали из Лондона в гости к настоящему рыцарю, немного сдрейфили, перед входом в дом чистили тряпочкой ботинки и вообще думали: рыцари с простолюдинами не знаются. Вице-адмирал шутку оценил:

— В моей жизни после получения рыцарского титула мало что изменилось. Я, как и раньше, встаю утром и чищу зубы, а потом завариваю чай — пускай теперь и сэр. В Лондон езжу на поезде вторым классом: переплачивать за первый нет смысла. А соседи и вовсе, возможно, ничего не заметили. Подумаешь, уехал куда-то старик на день.

Не стоит считать, что титул — это нечто элитарное, пропуск в какой-то закрытый клуб. Да, это большая честь, но это не наследная привилегия. Когда я умру, она умрет со мной. В былые времена подобный статус выделял человека, диктовал правила поведения, определял манеру одеваться, но сейчас общество более равноправное и свободное. И слава богу.

Пенсионер

В гостиной, где мы сидим, уютно и просто: детские игрушки на полу, изящный камин, фотографии на стенах. Нет телевизора. Вместо него море — как живая картина. Вы бы мечтали о такой старости?..

— В графстве Дорсет мы живем с тех пор, как поженились. Веймут — тихое местечко. Рядом нет шумных автострад. Мне здесь нравится. На флоте ты четко знаешь, что тебе предстоит делать сегодня. Ждешь выхода на пенсию, думаешь: вот тогда смогу спокойно посидеть с джином и тоником, глядя на прибой. Ничего подобного, каждый день находятся дела. У меня шестеро внуков — за ними пока уследишь. Большинство дней проходит в обычных бытовых заботах и общении с людьми. Путешествуем мы с женой не много: в свое время успели увидеть мир.

На пенсии британский рыцарь не может сидеть без дела. Он участвует в жизни благотворительных организаций, помогает адаптироваться к гражданке ребятам, отслужившим в горячих точках, вернувшимся с войны калеками. В Лондоне есть клуб «Юнион Джек», а Фабиан Малбон возглавляет фонд, который им управляет. Клуб создан не для офицеров, а для рядовых и сержантов. Каждый из них, приехав в столицу по делам, может за небольшие деньги переночевать там, существенно сэкономив.

Мы вспоминаем бывших афганцев и чернобыльцев, живущих в Беларуси на гроши, и рассказываем о них Малбону…

— Гладко далеко не у всех британских пенсионеров — и гражданских, и военных. Если вы просто выходите на пенсию после воинской службы, на жизнь вам, конечно, хватит, но путешествовать по миру вы сможете вряд ли. Не хватит для безбедной жизни и обычной трудовой пенсии. Все понимают: рано или поздно нужно начинать копить себе на старость. Так делал и я. Своим сыновьям советую думать о будущем, об уходе на пенсию, но мы, пока молоды, не очень охотно смотрим за горизонт.

Будущее

Спрашиваю у вице-адмирала о том, как относятся его молодые современники к армии и флоту, ожидая услышать что-то пафосное и духоподъемное. Но он может позволить себе говорить то, о чем думает:

— Когда я начинал службу, во флоте было около 130 тыс. человек, а сейчас — меньше 30 тыс. Сразу после войны людям было понятно, чем занимаются вооруженные силы, зачем они нужны. Тогда все члены парламента имели опыт воинской службы. Сейчас все иначе. В Лондоне, думаю, мало кто реально представляет, зачем нам армия и флот. Матери не хотят, чтобы их дети шли воевать в такие места, как Сирия, Афганистан и Ирак. Мол, каким образом это вообще касается нас? А во всем парламенте хорошо если три человека имели отношение к службе. И это четко видно по решениям, которые они принимают, поступая нередко как бухгалтеры, а не как государственные мужи.

В тот день, когда мы гостили у вице-адмирала, в Турции был сбит российский военный самолет и еще не успело стать рядовым эпизодом из прошлого побоище в Париже. Человек, который принимал участие в холодной войне, не мог скрыть своей обеспокоенности.

— Миру снова «холодно»? Или это пока всего лишь тень на солнце?

— Сейчас ситуация в мире во многом хуже, чем во времена моей молодости. Холодная война XX века была довольно предсказуемой, а потому достаточно безопасной, кроме, разумеется, пиковых моментов вроде Карибского кризиса. Все было сбалансированно, пускай и потенциально опасно. Мы показывали друг другу, что готовы ответить на агрессию, но не ощущали ничего опасного. Сейчас мы живем в гораздо более сложном мире — с бурно развитыми технологиями и коммуникациями, с огромным количеством не контролируемого властями государств оружия, с медиа, которые тоже могут стать угрозой.

И в этом мире все еще живут люди, способные нажать на кнопку и разрушить планету, — тут ситуация не изменилась. Фабиан Малбон, который также был уполномочен принимать серьезные решения, делает паузу, перед тем как дать ответ на фантастический (пока еще) вопрос.

— Я думаю, что в мире все-таки еще достаточно сдержек и противовесов, которые помогут избежать Третьей мировой. Я думаю, у нынешних лидеров есть понимание того, к чему это может привести.

В старой английской церкви звонят колокола. Вода заливает Веймут. Ветер захлопывает окно в уютной комнате с видом на море. Мы надеемся, что вице-адмирал британского Королевского флота не ошибается.

Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Источник: Николай Козлович. Фото: Влад Борисевич
ОБСУЖДЕНИЕ