Что нужно признать, так это регулярность потрясений, которые с завидным постоянством обрушивались на наш авторынок. Возьмем последнюю «пятилетку». В 2010-м пошлины для физлиц должны были повысить. Это громко декларировалось. Но в самый последний момент от намерений отказались. К тому времени во дворах частных домов в Гродненской и Брестской областях стояли по два-три автомобиля. Как хорошая хозяйка, белорусы делали запасы перед долгой и холодной зимой. Запасов оказалось слишком много. Пришлось делиться с соседями из России.

Через год все повторилось. Авторынки и площадки автохаусов в Литве, Польше, Германии были опустошены нашими соотечественниками. Вывозили все, что было надо и не надо. Страна всерьез готовилась к автомобильному голоданию. На форумах стенали водители, с сайта на сайт кочевала печальная ода с границы неизвестного автора.

Рынок избыток автомобилей переваривал неспешно, цены не думали опускаться (с чего бы?). Кто-то стал присматриваться к «льготной» категории до 1500 «кубиков», турбомоторам, а кто-то взял и привез из-за границы авто по новым правилам. Не умер вроде бы.

А в 2014-м грянула Россия. Звоночки прозвучали еще в начале прошлого года, когда машины в салонах РФ оказались значительно дешевле, чем у белорусских дилеров. В конце года только ленивый не ехал в соседнюю страну. Потом оказалось, что наши продавцы все-таки нашли аргументы и цены снизились. А сейчас курс доллара по отношению к российскому рублю опять растет. Белорусы привычно засуетились, полезли в кубышки, запросили кредиты. Снова волна... Как последняя. А сколько их еще будет!

Мы опять не верим, что это долго продлится. Кажется, у нас остался последний шанс, и вот он. А потом-де нефть подорожает, курс рубля вернется и... Типичное мышление в постсоветском обществе.

За этим стоит нечто большее. Ментальность. Традиционно покупку автомобиля белорусы рассматривали как вложение денег. Это было что-то вроде депозита с хорошим процентом. Удачным считалось продать авто по той цене, за которую купил. В у. е., естественно. Но это совсем не рыночный подход, вызванный спекулятивными тенденциями, державшими в тисках белорусов. Вспомните, то нам перекупщики рассказывали, что в Германии машины подорожали, то весна, когда спрос растет, а соответственно, и цены, то слухи о растаможке подогревают ситуацию.

Но сейчас как раз рынок диктует правила, а мы в это еще не верим. Считаем, что вскочили в последний вагон, задешево купив новый автомобиль. Старый же продадим по хорошей цене. Сложно поверить, что мы оказались в новых экономических условиях, когда цены наконец стали адекватными. Значит, и нам надо ужаться и снизить стоимость за машину 2000 г. в. до смешных $2—3 тысяч. Ой, как не хочется!

Тут два варианта. Первый. Передать старого «друга» кому-нибудь по наследству. Второй. Долго терпеть, не сдаваться и верить, а потом плюнуть и снизить цену до реальной рыночной стоимости. Ну или ждать, пока машина окончательно заржавеет и перестанет заводиться. Тогда путь только в Гатово...

Цены на машины снизились стремительно. Сделать шаг в сознании гораздо труднее. Нам пока сложно представить, что за пять лет новый автомобиль потеряет 2/3 салонной стоимости. Как это — выехал за порог дилерского центра, и что, машина уже подешевела? Столь существенная разница — это плата за наш комфорт и сэкономленное время, а мы не привыкли платить такую цену.

Но есть в этой ситуации и приятное. Старые автомобили же надо куда-то девать. А может, проще разобрать? На это уже отреагировал рынок запчастей. Предложений стало больше. Есть ощущение, что полноценно заработает программа утилизации. Не покидает надежда и на trade-in, который выглядит самым цивилизованным вариантом.