К сожалению, приходится констатировать — белорусы значительно отстают от общеевропейского уровня, и дело не во вкусе или чувстве прекрасного, дело во внутренней свободе. Здесь до сих пор не принято иметь свое, отличное от других мнение, свой взгляд на то, что красиво, а что нет. Молодые люди здесь очень несмелые, и даже те, кто покупает одежду у меня, носят не полный образ, а лишь одну вещь. Они говорят: «Нам нравится, что ты делаешь, но для того чтобы к этому привыкли и мы, и окружающие, понадобится время, будем одеваться постепенно».

Некоторые белорусы, увидев меня, пребывают в шоке: индивидуальности, выглядящие не по канонам, которые устоялись здесь за десятки лет, отчего-то вызывают у них оторопь. Реальная история: захожу в магазин, борода — больше, чем сейчас, весь в черном… Рядом стоящая женщина на весь магазин в полный голос начинает причитать: «Боже мой! Что это такое!» Она позвала охранника, а когда тот резонно спросил, для чего это было сделано, заявила, что с людьми, одетыми как я, находиться в одном магазине невозможно. Охота на ведьм какая-то! А ведь после эта женщина придет домой и будет поучать своего сына: одевайся скромно, не выделяйся, будь как все…

Кто-то скажет мне, что белорусы одеваются ярко, но на самом деле большинство из них серые, и эта серость внутри. Для того чтобы появились краски, из человека должен исходить позитив. И дело здесь даже не в деньгах, хотя их наличие значительно облегчает людям жизнь и позволяет смотреть на нее позитивно. Дело в умении любить себя, прислушиваться к себе, не бояться своей истинной сути. От таких людей исходит светлая энергетика, они всем нравятся. И даже если, повинуясь какому-то внутреннему порыву, такой человек намотает себе на голову элемент женского белья, это будет смотреться для людей свободных уместным проявлением индивидуальности, а для зашоренного большинства — неуважением к окружающим, выпендрежем.

Конечно, не все так плохо. Я начал работать в 2007 году, и за это время белорусы стали значительно свободнее в своих взглядах на моду и индивидуальность. Но, несмотря на это, до уровня европейцев им еще очень далеко.