Нас часто просят: разбейте в прах эту идею, пусть от нее останется только асфальтовая крошка! Что ж, давайте представим, что именно так и произошло. Исчезли столь ненавистные неровности у «зебр», возле школ, перед въездом в населенные пункты. Теперь ничто не мешает ехать 60 плюс 9 км/час, без остановок и переключения передач. Правда ведь? Единственное, что вынудит снизить скорость перед переходом, который часто загорожен припаркованным внедорожником или микроавтобусом, — это способность предсказывать действия всех окружающих участников дорожного движения и дотошное выполнение ПДД водителем.

Ни в первое, ни во второе я лично не верю. Как водители дотошно выполняют правила, можно увидеть возле любой такой заставленной машинами «зебры». Если кто-то все же решает притормозить, то едущий следом, как правило, этого не ожидает. А сейчас предположите, что автомобиль, движущийся со скоростью 69 км/ч, сбивает внезапно появившегося человека. В 8 из 10 случаев это летальный исход... Фактически на одной чаше весов комфорт автомобилистов, на другой — жизнь пешехода.

Почему-то считается, что на дороге часто рискуют жизнями именно водители, ну или пассажиры. Хотя данные ГАИ говорят об обратном: около 60% из всех ДТП в Минске совершается на нерегулируемых пешеходных переходах. Именно люди, не защищенные кузовом автомобиля, чаще всего получают травмы в авариях. Такие происшествия не вызывают большой резонанс, но проблема оттого не становится меньшей.

Есть и другая сторона злободневной проблемы. Ведь каждая авария — это трагедия для обоих участников. Если один получил серьезные травмы, то второй может запросто лишиться свободы. Фактически для водителя искусственные неровности насильно упреждают ошибку, которую он может совершить.

На разумном Западе конфликты «водитель — пешеход» если не исключают, то минимизируют риск от их последствий. Там почему-то не призывают повышать культуру (кстати, что значит это всеобщая фраза как ни уход ответственности?), не «гнобят пешахидов» и вообще не ищут крайнего. В свое время там смирились: людям свойственно ошибаться, но вывели формулу: ошибки эти не должны приводить к трагическому финалу.

Справедливости ради надо заметить, что в арсенале средств тамошних проектировщиков не только «спящие полицейские». Это и заужения, и искривления улиц, и другие меры. Они обходятся гораздо дороже, но более долговременные и не столь болезненно воспринимаются водителями. Более того, у нас такие методы постепенно внедряются — на ул. Некрасова (где выполнено заужение), на ул. Могилевской (там применяется мягкий вариант «спящего полицейского»), хотя чаще искусственные неровности меняют на светофоры с пультом вызова.

Искусственная неровность — это же «скорая помощь», то есть временная мера. Ее можно установить быстро и без капитального ремонта улицы. Эдакое оперативное решение, которым закрывают все опасные точки. То, что «спящих полицейских» стало много, — всего лишь свидетельство осознания городом проблемы.

Эксперты раньше называли «спящие полицейские» памятниками жертвам ДТП, поскольку в обосновании к установке неровностей обязательно указывалось число аварий и их последствия. Сейчас стали действовать на упреждение. На данный момент в Минске оборудовано более тысячи искусственных неровностей, в этом году запланирована установка еще 85. Тут, конечно, хочется воскликнуть: да сколько можно!

Но давайте снова обратимся к статистике: в прошлом году уровень аварийности в Минске снизился до 1984 года. И заметьте, именно в графе «пострадавшие пешеходы» произошло самое заметное снижение. Обратим внимание на еще один факт: в столице ничего особенного для повышения безопасности этой группы участников дорожного движения не предпринималось. Кроме установки «спящих полицейских»...

Так вот, если представить, что после критической публикации на n-ской улице был демонтирован «неправильный» «спящий полицейский», а на следующий день там сбили человека... Предполагая такой исход, лично вы бы взяли на себя ответственность? Я — нет.